<<
>>

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ВАРИАНТЫ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА И РАССТАНОВКА СИЛ

Выступив с инициативой решения крестьянского вопроса, правительство еще не имело определенного плана действий или программы преобразований. Подготовка первой и главной из реформ — отмены крепостного права — начиналась вполне традиционно.
Открылся очередной Секретный комитет 1857 г. в Зимнем дворце. И действовал он также традиционно, как и прежние секретные комитеты в царствование Николая I, пытаясь ограничиться расширенным применением таких паллиативных мер, как указы 1803 г. и 1842 г. о вольных хлебопашцах н обязанных крестьянах. Однако в новых общественно-политических условиях наступившей оттепели и всеобщего ожидания перемен этот рецидив реакции был вскоре преодолен. Первый документ, с которого принято начинать историю отмены крепостного права, — рескрипт 20 ноября 1857 г. виленскому генерал- губернатору В. И. Назимову — не содержит даже следов этого первоначального плана Секретного комитета. Однако и он фактически имеет в основе уже апробированные в прошлом два варианта решения крестьянского вопроса, реализованные в локальных пределах. Это инвентаря 1848 г. в Юго-Западном крае и освобождение крестьян в трех Прибалтийских губерниях в- 1816—1819 гг. Рескрипт свидетельствовал о признании правительством в данный момент какого-то промежуточного варианта между инвентарями и «остзейским опытом»: вся земля оставалась в собственности помещиков, крестьяне получали право выкупа только усадьбы и пользования полевым наделом за повинности; вотчинная власть сохранялась за помещиком, правовое положение крестьян определялось неясным термином «улучшение быта»; окончательные цели и задачи реформы оставались неопределенными. И локальные рамки рескрипта, и его основные положения свидетельствовали о том, что первая правительственная программа реформы больше ориентировалась на уже апробированные модели, чем на радикально новое решение крестьянского вопроса.

То принципиально новое в правительственной политике, что означало отрыв от прежней практики, была гласность. В срочном порядке рескрипт был отпечатан и разослан губернаторам и предводителям дворянства во все европейские губернии России. В этой акции были заявка на повсеместность реформы и одновременно обращение к дворянству за поддержкой, которая должна была выглядеть как его собственная «инициатива». Через неделю рескрипт появился в заграничном официозе «Le Nord», 5 декабря Александр II дал рескрипт на имя петербургского генерал-губернатора П. Н. Игнатьева, а затем оба рескрипта были опубликованы в ведомственном журнале Министерства внутренних дел и в столичных газетах, издаваемых на французском и немецком языках. Слово было сказано, рубикон перейден. Подготовка реформы вышла из стен Секретного комитета и канцелярий. С этого момента, хотя и продолжая контролировать события, правительство далеко не все могло в них рассчитать и предусмотреть. Дворянство в массе своей было против реформы, однако под нажимом правительства вынужденно выступило с «инициативой» повсеместного распространения рескриптов в губерниях.

В течение 1858 — начале 1859 г. в Европейской России открылось 46 дворянских губернских комитетов и 2 комиссии (всего около 1,5 тыс. человек). Это был новый, нетрадиционный механизм проведения реформы. Начало деятельности губернских комитетов выявило в среде дворянства наличие фракций, почти в каждом из них образовались либеральное «меньшинство» и консервативно-реакционное «большинство». В комитетах встретились представители разных поколений и разных общественно- политических течений: амнистированные декабристы и петрашевцы, славянофилы и западники, сторонники и противники отмены крепостного права. Не дожидаясь инструкций, вводилась публичность заседаний дворянских комитетфв, литографировались журналы их заседаний, шла фракционная борьба, между комитетами разных .губерний стали налаживаться связи, особенно через либеральных лидеров, таких, как А. И. Кошелев, Ю. Ф. Самарин, А. М. Унковский, В. А. Черкасский и др. Учились обсуждать и решать государственные вопросы, учились приемам политической борьбы, учились начаткам конституционности. Гласность приобретала неожиданные для правительства формы и последствия. Пресса набирала силу, цензура не успевала ориентироваться в событиях. Развернувшаяся на местах борьба дворянства «исключительно из-за меры и формы уступки» (В. И. Ленин) была борьбой за различные варианты реформы (сохранение всей земельной собственности и вотчинной власти за дворянством, т. е. обезземеливание крестьянства, или же обязательный выкуп части надельной земли крестьянами, отмена вотчинной власти дворянства, проведение комплекса реформ, закладывавших основы правового государства). Главный комитет (бывший Секретный) оказался втянутым в водоворот неожиданных событий, на которые обязан был реагировать.

Правительство бдительно следило за ситуацией в стране: не только за дворянством, общественным мнением и прессой, но также и с еще большей настороженностью за крестьянством, напряженно ожидавшим решения своей участи. После первых рескриптов, с декабря 1857 г. до отмены крепостного права в феврале 1861 г., министр внутренних дел по требованию Александра II делал еженедельные доклады о настроениях дворянства и крестьянства, о «слухах» и «толках» на местах, о деятельности губернских комитетов и обязательно обо всех случаях крестьянских волнений 8.

В советской литературе, конечно, есть преувеличение роли крестьянского движения в истории отмены крепостного права. Традиция эта восходит к 1930-м годам. Преодолевая ее, не следует, однако, впадать в другую крайность. Несмотря на неорганизованность, стихийность, слабость протеста, крестьянство «успело наложить на реформу неизгладимое клеймо свое» (Салтыков-Щедрин, 1863 г.). Еще в конце Крымской войны в ответ на призыв правительства к созданию морского и сухопутного ополчений, всколыхнувший в крестьянстве надежду на освобождение, возникло перемещение масс крепостного населения, «угрожающее порядку и спокойствию». А в июне 1856 г., после заключения мира, 12 тыс. крепостных двинулись в Крым, подогреваемые слухами об освобождении крестьян, «повсюду распространяемыми» 9. Гласный приступ правительства к подготовке реформы на первых порах не вызвал опасных последствий. Напряженное ожидание свободы не нарушалось сколько-нибудь крупными волнениями. Массовый протест крестьянства проявится позже, в 1859 г., в форме «трезвенного движения». Но еще ранее опасность возникла с неожиданной стороны. В апреле 1858 г. в Эстляндии, где крепостное право было отменено за 40 лет до того, вспыхнули крестьянские волнения в связи с реализацией нового закона, ничем не облегчившего положения безземельного крестьянства. Волнения длились более трех месяцев,. стали массовыми и перешли в вооруженную борьбу («война в- Махтре»). Эти события имели значение не столько сами по себе, сколько в контексте с общероссийской общественно-политической ситуацией. Волнения были подавлены, но «остзейский вариант» в глазах Александра II оказался развенчанным, позиции многочисленных сторонников этого варианта в правительстве ослабли. Этому в значительной степени способствовали ит «Колокол» Герцена, разоблачавший «государственных мужей»,, которые по примеру Прибалтики пытались провести обезземеливание крестьян во всей России, и «Современник» Н. Г. Чернышевского, отстаивавший освобождение крестьян с землей. И хотя не было непосредственной угрозы восстания, память о прежних крестьянских войнах, особенно о Пугачеве, об участии европейского крестьянства в революциях многократно усиливала страх «верхов» перед «низами».

На этом фоне развернувшейся в дворянских комитетах борьбы «меньшинства» и «большинства», крестьянских волнений в Эстляндии, пошатнувших авторитет «остзейского опыта», в официальной правительственной политике начинает пробиваться и быстро завоевывает приоритет новое направление, которое видит конечную цель реформы в превращении крестьян в собственников своих наделов, в уничтожении вотчинной власти помещиков и приобщении крестьянства к гражданской жизни. Это направление представлено либеральной бюрократией во главе с Н. А. Милютиным, который с середины 1858 г. приобрел решающее влияние на подготовку отмены крепостного права и реформу местного управления.

Либеральная бюрократия (в американской литературе больше признается термин «просвещенная бюрократия») начал? формироваться еще в 40-х годах в среде министерств и ведомств, но не изолированно, а в содружестве с либеральными общественными деятелями, литераторами, учеными. Это содружество укрепилось с созданием в 1845 г. Русского Географического общества под председательством вел. кн. Константина Николаевича, который поддерживал либеральную бюрократию; по штатам и статусу Географическое общество находилось при Министерстве внутренних дел, в котором активность либеральной бюрократии проявлялась с особенной энергией. Здесь в качестве директора хозяйственного департамента служил Н. Милютин, с апреля 1859 г. до апреля 1861 г. он был товарищем министра, правда «временно-исполняющим» должность. В 1856 г., когда наступила «оттепель», Н. Милютин был готов к решению крестьянского вопроса. Свои взгляды он изложил в записке об освобождении крестьян в имении вел. кн. Елены Павловны (тетки Александра II) Карловка Полтавской губернии — записке, ко

зі

торая станет моделью реформы 1861 г., но которая накануне учреждения Секретного комитета была решительно отклонена Александром II. Милютин также владел и вопросом о местном самоуправлении, городском (реформа 1846 г. в Петербурге) и земском, который разрабатывался в министерстве с 1856 г. (при участии Салтыкова-Щедрина). Почти одновременно в среде юристов началась разработка основных положений судоустройства и судопроизводства. Еще ранее, в 1854 г., к реформам приступило Морское министерство по инициативе вел. кн. Константина Николаевича. Хотя общей программы всех предстоящих реформ, изложенной в каком-то одном документе, и не было, однако связь между разрозненными планами и проектами существовала. Она выражалась в общности принципов, программных установок либеральной бюрократии. Эти люди новой формации в среде бюрократии, люди 40-х годов, были готовы при благоприятных обстоятельствах взять дело преобразований в свои руки. Такой момент, такой перелом в «верхах» наступил осенью 1858 г.

Либерализация правительственного курса в подготовке отмены крепостного права (а параллельно и других реформ) связана с личностью члена Главного комитета генерал-адъютанта Я. И. Ростовцева, самого близкого друга Александра II. Именно он, пользуясь полным доверием монарха, способствовал утверждению программы и позиции либеральной бюрократии в обстановке стремительно развивающейся в стране общественно- политической ситуации. Многое испытав, продумав и прочувствовав, он отказался от варианта безземельного освобождения крестьян и признал либеральные цели и идеи реформы, которые еще в апреле 1858 г. запрещались и преследовались правительством (опала К- Д. Кавелина за статью о выкупе надельной земли крестьянами в «Современнике»). Причины превращения Ростовцева в «ревностного прогрессиста и эмансипатора» различны и достаточно известны. Но главная, думаю, заключалась в мотивах личного характера: в стремлении освободиться от обвинения в измене друзьям-декабристам и реабилитировать себя перед теми из них, кто вернулся из ссылки, перед своими сыновьями, перед обществом. Особенно потрясла Ростовцева предсмертная просьба младшего сына летом 1858 г. «помочь делу освобождения крестьян» и тем восстановить честь их фамилии. Тема «покаяния» не нова в нашей исторической традиции, хотя в разные эпохи она выражалась далеко не однозначно в жизни общества, во взаимоотношениях «отцов и детей». Накануне реформ 60-х годов XIX в., в период общественного подъема и светлых надежд, покаяние объединило отца с сыном, преуспевающего бюрократа с отторгнутыми от общества и вернувшимися через 30 лет декабристами, «покаяние» вливалось в общий процесс, завершившийся отменой крепостного права. Через Ростовцева, через декабристов — членов губернских комитетов в истории реформ Александра II выявляется одной из своих многочисленных граней проблема значения декабризма, имеющая еще много аспектов.

Хорошо известные по литературе четыре всеподданнейших письма Ростовцева из-за границы (август—сентябрь 1858 г.) с изложением новых взглядов на крестьянский вопрос по решению Александра II обсуждались в Главном комитете. Сначала Ланскому удается отстоять ходатайство либерального большинства Тверского комитета о распространении выкупа усадьбы и на полевые земли. Затем под нажимом Александра II, разделившего взгляды Ростовцева, принимается новая правительственная программа крестьянской реформы 4 декабря 1858 г. с установкой на образование класса крестьян-собственников, т. е. на выкуп надельной земли у помещиков и образование двух типов хозяйства: крупного помещичьего и мелкого крестьянского. Большинство членов Главного комитета против, но Александр II пресекает дебаты и объявляет вопрос решенным. Эти драматические страницы истории Главного комитета отражены в дневнике кн. П. П. Гагарина 10.

Принятие новой программы, которую, кстати, правительство не решилось публиковать подобно рескрипту, неизбежно вело к усилению либеральной бюрократии, олицетворявшей творческое начало, творческий потенциал существующей политической системы. Отказ Александра II в октябре 1856 г. одобрить предварительный план освобождения крестьян Карловки не остановил Н. Милютина. Работа продолжалась два года, при участии Кавелина, Черкасского и других. К концу 1858 г. проект был готов, обсужден в Главном комитете и подписан Александром II 1 февраля 1859 г.11 Теперь либеральной бюрократии предстояло самое трудное — перенести локальную, приватную модель на об' щее законодательство. Эта задача требовала завоевания новых позиций в расстановке сил в «верхах». И случилась еще одна метаморфоза (после скачка от секретности к гласности и от рескрипта к новой программе), на этот раз в самой структуре высшей государственной власти: было создано новое, нетрадиционное учреждение — Редакционные комиссии, — метаморфоза временная, но решающая в истории отмены крепостного права, а в конечном счете и других реформ.

<< | >>
Источник: I. Г. Захарова, Б. Эклофа, Дж. Бушнелла. Великие реформы в России. 1856—1874: Сборник. — М.: Изд-во Моск. ун-та. — 336 с.. 1992
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ВАРИАНТЫ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА И РАССТАНОВКА СИЛ:

  1.    Общая расстановка сил
  2. Расстановка сил в регионе в период второй мировой войны
  3. Общая расстановка сил в регионе накануне второй мировой войны
  4. РАССТАНОВКА ПОЛИТИЧЕСКИХ СИЛ ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ И БОРЬБА ЗА СОЦИАЛЬНЫЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ
  5. Расстановка классовых и политических сил в Сиаме в конце XIX —" начале XX в.
  6. 6.6. Октябрьские (1917 г.) события в Петрограде: проблемы, оценки, расстановка политических сил.
  7. 6.5. Февральская (1917) революция в России. Расстановка политических сил в стране и проблема исторического выбора.
  8. Курс на сближение с Пекином и сдвиги в расстановке сил в правящих кругах США на рубеже 70—80-х годов
  9. 1. Расстановка политических сил и социально-политическая обстановка в стране после Февральской революции.
  10. 1. Отмена крепостного права
  11. Б. РАЗВИТИЕ КРЕПОСТНИЧЕСТВА (КРЕПОСТНОГО ПРАВА)
  12. Формирование государственной системы крепостного права
  13. Вопрос 42. Реформы Александра II. Отмена крепостного права в России
  14. ТЕМА 12. Отмена крепостного права в России. Буржуазные реформы 60—70 годов XIX века
  15. Врангель Н.Е.. Воспоминания: От крепостного права до большевиков / Вступ, статья, коммент. и подгот. текста Аллы Зейде. М.: Новое литературное обозрение. — 512 с., 2003
  16. § 5. Основания для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке
  17. О крепостном праве
  18. Расстановка шаров
  19. Колоны и крепостные