<<
>>

 «Что получил он в награду?»

   Французский дипломат Жорж Морис Палеолог так описывал состояние Александра в конце 1878 года. «Порой им овладевала тяжелая меланхолия, доходившая до глубокого отчаяния. Власть его более не интересовала.

Все то, что он пытался осуществить, кончалось неудачей. Никто из других монархов не желал более его счастья своему народу: он уничтожил рабство, отменил телесные наказания, установил суд присяжных, провел во всех областях управления мудрые и либеральные реформы. В отличие от других царей он никогда не стремился к кровавым лаврам славы. Сколько усилий потратил он, чтобы избежать турецкой войны, навязываемой ему его народом! И после ее окончания он предотвратил новое военное столкновение… Что получил он в награду за все это? Со всех концов России поступали к нему донесения губернаторов, сообщавших, что народ, обманутый в своих чаяниях, во всем винил царя. А полицейские донесения сообщали об угрожающем росте революционного брожения.    Смятенной душой он невольно стремился к единственному человеку, пожертвовавшему для него своей честью, светскими удовольствиями и успехами, к человеку, думавшему об его счастье и окружавшему его знаками страстного обожания».    Устав от нелепой многолетней игры в тайные свидания на чужой квартире, Александр решился на отчаянный шаг, приказав поселить фрейлину Долгорукову и ее детей в Зимнем дворце – прямо над собственными апартаментами. Им были отведены три точно такие же комнаты, как и у него самого, и без всяческой утайки поставлен лифт, соединявший их квартиры. Александр прекрасно понимал, что этот поступок вызовет взрыв негодования в его «Большой» семье и станет скандальной великосветской сенсацией, затмив все прочие происшествия такого рода. Однако более сенсационными стали все чаще и чаще повторявшиеся кровавые и необыкновенно дерзкие покушения на жизнь виднейших сановников России, а затем и на самого императора.

   «Земля и воля»

   После возвращения из Болгарии император Александр почти сразу же стал объектом охоты для заговорщиков из подпольной террористической организации «Народная воля».

Правда, еще до этого Александру не раз приходилось слышать о деятельности их предшественников, входивших в другие революционные организации.    Первая тайная революционная организация «Земля и воля» родилась вскоре после того, как было уничтожено крепостное право. В конце 1861 года возникло сообщество молодых в основном людей, заявивших, что России нужны «земля мирская, воля народная, да правда человеческая», а также Земский Собор и свободная Польша. Руководили этой организацией из Лондона русские эмигранты – 50-летние Герцен, Огарев и Бакунин, происходившие из хороших дворянских семей. Они уехали из России, когда в ней ни «Землей», ни «Волей» и не пахло, а пахло кровью и порохом, ибо шпицрутены и расстрелы при государе Николае Павловиче были повседневным явлением. И потому эмигранты честно и громко говорили об этом и звали Русь к топору. А когда рабство пало, звать к топору было вроде бы уж и ни к чему, но других песен они не знали.    «Земля и воля» распалась и возродилась лишь через 13 лет, но уже в ином обличьи. Ее организаторы теперь предлагали всем просвещенным миром пойти в народ и убедить крестьян, что их спасение и правда в том, чтобы в их руках оказалась вся земля, а воля бы их была в том, чтобы империя оказалась поделенной на части «соответственно местным желаниям». Сначала организация называлась «Северная революционно-народническая группа», и только с 1878 года она стала называться «Земля и воля». С такими призывами и пошли в народ сотни пропагандистов, отправились они на Волгу и на Дон, в Тамбовскую и Воронежскую губернии, на Кавказ, Урал и даже в Сибирь.    В обновленную организацию вошли все социалисты-народники, до того рассеянные по другим революционным кружкам и организациям. Вскоре всей России стали известны А. Д. Михайлов, М. А. Натансон, А. Д. Оболешев, В. А. Осинский, О. В. Аптеклян, Г. В. Плеханов, Н. А. Морозов, С. Л. Перовская, Л. А. Тихомиров, В. Н. Фигнер и другие. Сначала и в новой «Земле и воле» преобладали умеренные настроения, и большинство ее членов считали главным содержанием в деятельности организации просветительскую работу среди крестьян, рабочих и студентов.
Однако помимо учителей, землемеров и акушерок в этой организации были и профессионально подготовленные террористы. 24 января 1878 года, в собственном кабинете на Адмиралтейском проспекте Петербурга выстрелом из револьвера в упор был тяжело ранен петербургский градоначальник генерал-адъютант Ф. Ф. Трепов. В него стреляла 28-летняя учительница-дворянка, в прошлом политическая ссыльная В. И. Засулич. Ей не было еще и 20 лет, когда она вошла в террористическую группу С. Г. Нечаева – выдающегося честолюбца, интригана и мистификатора, создавшего в 1869 году тайную организацию «Народная расправа». Почти сразу же нечаевцы (в основном студенты Петровской сельскохозяйственной академии) по его приказу убили своего товарища И. И. Иванова, обвинив его в предательстве, хотя улик против него было недостаточно. Сделано это было для того, чтобы «сцементировать организацию кровью».    С. Г. Нечаев призывал идти ради революции на самые крайние меры. В своем программном сочинении «Катехизис революционера» он требовал от членов организации подавлять в себе всякое человеческое чувство, мешавшее революции. Он считал, что надо порвать с окружающим миром, стать яростным и беспощадным его врагом, порвать с его законами и приличиями, нравственностью и гуманизмом; не останавливаться перед убийствами, шантажом, провокациями, обманом и запугиваниями, беспрекословно выполняя приказы, исходившие из законспирированного революционного центра. После убийства Иванова Нечаев бежал за границу, но через 3 года был арестован в Швейцарии, передан в Россию и приговорен к 20 годам каторги. Когда он еще сидел в Алексеевском равелине Петропавловской крепости, В. И. Засулич и совершила покушение на Трепова. На суде она объяснила свой поступок тем, что мстила за заключенного студента-революционера Боголюбова, которого Трепов приказал высечь розгами за нарушение режима. Засулич предстала перед детищем Александра II – судом присяжных, и суд всего за одно заседание 31 марта 1878 года оправдал ее. Восторженная толпа, осаждавшая здание петербургского Окружного суда, вынесла героиню процесса на руках, засыпав и ее, и ее адвоката П.
А. Александрова цветами.    Не меньшая популярность выпала и на долю председателя Окружного суда, который вел это дело, – А. Ф. Кони. Оправдательный приговор был вынесен в то время, когда вслед за покушением на Трепова террористы произвели целый ряд дерзких преступлений, каких в России еще не было. 30 января в Одессе полиции при обыске было оказано вооруженное сопротивление, и только с помощью войск удалось арестовать преступников. 1 февраля в Ростове-на-Дону революционеры убили провокатора-рабочего. 23 февраля в Киеве было совершено покушение на товарища прокурора Котляревского, который спасся буквально чудом: три пули, выпущенные с близкого расстояния, не задели его. На следующий день террористы стали расклеивать на стенах домов листовки с сообщением, что Котляревский и жандармский капитан барон Гейкинг приговорены революционерами к смерти. Полиция и жандармы попытались захватить расклейщиков, но те не побежали, а открыли огонь. Картину происходившего в то время в России дополнили студенческие волнения и демонстрации во Владимире, Москве и Петербурге. 24 мая киевские террористы ударом кинжала убили Гейкинга.    Летом того же года перед судом предстали революционеры, оказавшие в Одессе вооруженное сопротивление при обыске 30 января. Руководителем этой акции был видный народник-бунтарь, сын священника И. М. Ковальский. Он предстал перед военным судом, который и приговорил его к расстрелу. Ковальского казнили 2 августа 1878 года, а 4 августа в ответ на это в Петербурге средь бела дня был убит ударом кинжала в грудь в центре города управляющий Третьим отделением и шеф жандармов генерал-адъютант Н. В. Мезенцов. Убийцы тут же скрылись. Столь дерзское преступление заставило Александра II прибегнуть к чрезвычайным мерам и передать дела о государственных преступлениях ведению военных судов «с применением ими наказаний, установленных для военного времени». Но и эти меры оказались неэффективными. 9 февраля 1879 года выстрелом из револьвера был убит харьковский губернатор – генерал-майор свиты его величества князь Д. Е. Кропоткин, жестоко подавивший бунты в Белгородской и Новоторжской тюрьмах. Убийце удалось скрыться. А 13 марта в Петербурге было совершено покушение на шефа жандармов и управляющего Третьим отделением генерал-адъютанта А. Р. Дрентельна.

<< | >>
Источник: Вольдемар  Балязин. Конец XIX века: власть и народ / М.: Олма Медиа Групп.. 2007

Еще по теме  «Что получил он в награду?»:

  1. "Введение" (Introductio) в философский курс Феофилакта Лопатинского