<<
>>

39. Духовная жизнь российского общества в эпоху перемен

Последнее десятилетие ХХ в. отмечено радикальными переменами в духовной жизни страны и новыми процессами в развитии культуры. Важнейшими условиями экономических и политических преобразований стало утверждение свободы слова, развитие глобальной сети коммуникаций, рост вовлеченности России в мировое культурное и информационное пространство.

СО

а в а л

и

468

Стремительно менялась привычная для советского человека картина мира.

На протяжении десятилетий советской истории люди ощущали себя первопроходцами, носителями передовых идей, участниками великих социальных преобразований. И достижения страны в индустриализации, в развитии образования, в науке и технике давали для этого основания. Победа в войне с фашизмом и быстрое восстановление разрушенного хозяйства укрепляли уверенность народа в собственных силах. Всего 100 лет — четыре поколения — разделяют отмену крепостного права в России и полет первого человека — гражданина этой страны в космос. На глазах послевоенного поколения заметно выросло благосостояние людей. Но в 1970-е гг. была утеряна динамичность развития. В обществе стали нарастать критические настроения, начала размываться уверенность в правильности избранного пути. Навязанная СССР гонка вооружений давала пропагандистские козыри руководству страны, экономические трудности списывались в том числе на необходимость поддержания обороноспособности и на сложность международной обстановки. Перестройка открыла возможности не только для переосмысления трудностей внутреннего развития, но и для сравнения уровня жизни, политической и творческой свободы в Советском Союзе с Западом. Сравнение оказалось не в пользу советской действительности. Развал социалистической системы и распад СССР, кризисное внутреннее развитие поставили вопрос о месте страны в мире и о поддержании статуса великой державы, которым советские люди по праву гордились.

В результате в обществе первой половины 1990-х гг. широко распространились настроения разочарования. В условиях появления альтернативных форм занятости и доходов начало размываться представление о труде как о фундаментальной ценности. Исчезла уверенность в завтрашнем дне, у людей появилось чувство незащищенности. Это было связано с расшатыванием сложившейся системы социальных обязательств государства, на которые привыкло ориентироваться большинство населения. Образ Запада казался привлекательным, но появившиеся на излете перестройки иллюзии в отношении помощи развитых стран в строительстве новой России быстро развеялись. Становление институтов рыночной экономики сопровождалось стремительным ростом цен и падением жизненного уровня, которое заставило вспомнить о трудностях прошлых лет. Но если тогда за ними просматривалась общая для страны цель, то в середине 1990-х гг. национальные ориентиры развития оказались размытыми. Стремительно росло социальное расслоение общества и уровень бытовой и социальной напряженности. Подъем общественной активности, вызванной надеждами на перемены, намерением отстоять демократические завоевания и не допустить возврата к прошлому, сменился растущей апатией.

Размывались представления о социально допустимых нормах поведения. Яркой иллюстрацией стали изменения в языковой культуре. В языке быст- 469 ро укоренились не только многочисленные англоязычные заимствования, но и привнесенные из словаря маргинальных социальных групп слова и понятия. Потребность в общественном идеале была поставлена под сомнение, культура перестала формировать публичное пространство. В результате интеллигенция стала терять роль глашатая общественных настроений. Уход многих социально активных людей в частную жизнь, узкий круг общения, ограниченный семьей и близкими друзьями, свидетельствовал о смене ценностных ориентиров.

Однако социальные процессы в российском обществе первых постсоветских лет не носили однонаправленного характера. Происходило и высвобождение долгое время сдерживавшейся идеологическим диктатом творческой и социальной энергии. Люди получили возможность выбора иного рода занятий, не связанных с государственной опекой, желающие стали уходить в сферу частного предпринимательства. Исчезли очереди в магазинах. Быстро вырос ассортимент товаров на прилавках и разнообразие предлагаемых услуг, дефицит которых остро ощущался в советские годы. Становление рыночных отношений поставило уровень жизни в прямую зависимость от готовности людей встраиваться в такие отношения и адаптировать свои трудовые навыки к потребностям рынка. В результате к середине 1990-х гг. резко возрос спрос на второе образование. Наиболее востребованными и популярными стали связанные с развитием новых рыночных институтов профессии (менеджер, финансист, юрист, риелтор, аудитор).

Культурная жизнь первых постсоветских лет чутко реагировала на происходившие перемены. Главной характеристикой культурной панорамы стала мозаичность, стилевое многообразие, сосуществование разных направлений при отсутствии «социального заказа», направлявшего развитие культуры советской эпохи. Утвердилась свобода творчества.

Частная инициатива стимулировала становление новых для отечественной культуры направлений деятель- 470 ности. Появились многочисленные частные книгоиздательства. Рынок стал насыщаться пользовавшейся спросом литературой, ушло в небытие понятие «дефицит». Открылись частные картинные галереи, появились многочисленные театральные и выставочные проекты, рассчитанные на разные вкусы.

Исчезло размежевание между «официальной» и «неофициальной» сферами художественного творчества. В первой половине 1990-х гг. резко сократилось государственное финансирование объектов культуры — музеев, театров, библиотек. После невиданного взлета перестроечных лет столь же стремительно упали тиражи газет и журналов. Большинство бывших читателей были просто не в состоянии их выписывать. Но во многом такое паде- ние интереса было связано с ростом влияния телевидения, в изобилии предлагавшего информационные и развлекательные программы. Огромную аудиторию стали собирать игровые развлекательные телевизионные проекты и нескончаемые сериалы. Широкое распространение на радио и ТВ получили многочисленные заимствованные из западной практики интерактивные формы взаимодействия с аудиторией. На российский рынок хлынул поток зарубежных потребительских товаров и культурной продукции, причем в основном низкого качества. Но они имели коммерческий успех, так как спрос на них долгое время искусственно сдерживался, и требовалось время, чтобы насытить рынок. Быстрыми темпами стала развиваться индустрия досуга — коммерческие развлекательные центры и ночные клубы появились в больших и малых городах. Шоу-бизнес превратился в одну из самых динамичных и прибыльных сфер новой экономики. Ответом на пропаганду здорового образа жизни стали разнообразные коммерческие фитнес-центры; в то же время закрывались спортшколы и клубы, резко сократились возможности для бесплатных занятий спортом.

Массовая культура в первые послеперестроечные годы ориентировалась почти исключительно на заимствованные образцы. В кинопрокате успех имели в основном кассовые американские фильмы («Парк юрского периода», «Годзилла», «Звездные войны» и др.). Лидерами 471 книжных продаж стали переводные зарубежные издания, рассчитанные на массовую аудиторию. В молодежной культуре распространилась мода на западные музыкальные стили и модели поведения. Панков и металлистов быстро потеснили рэперы и готы.

Символы западного образа жизни — рестораны быстрого питания «Макдональдс», торговые марки «Кока- кола» и фирменная реклама стали неотъемлемой частью пейзажа российских городов.

Быстро сформировался и рынок продукции масскуль- та отечественного образца. Первыми заявили о себе глянцевые журналы, рассчитывавшие на приверженность российской аудитории печатному слову. Этот рынок быстро дробился на сегменты развлекательного чтения для всех («Семь дней»), для женской и мужской аудитории («Лиза», «Космополитен» и др.), по интересам (кулинария, садоводство, дизайн, спорт и т. п.). Широкое хождение получили книги легкого жанра, особенно детективы (А. Маринина, Д. Донцова, Б. Акунин и др.), любовные романы, фэнтези (Ник Перумов, А. Бушков и др.).

Размежевание на рок и легкую развлекательную музыку (попсу) происходило на эстраде. Попса заняла значительную часть телевизионного эфирного времени. В отечественном кино появились коммерческие ленты, эксплуатировавшие общие для мировой кассовой кинопродукции приемы (такие, как «Ночной дозор» или «Турецкий гамбит»). Они вступили в конкурентную борьбу за отечественного зрителя. В начале 2000-х гг. аудитория кино составляла около 50 млн человек, и каждый третий зритель смотрел российские фильмы.

«Расползание» массовой культуры создавало в постсоветском обществе культурное пространство непривычного качества, в котором мерилом творческого успеха оказывался успех коммерческий. Процессы коммерциализации быстро выплеснулись за рамки той сферы, где господствовал масскульт. Они захватили в первую очередь рассчитанные на массового зрителя зрелищные искусства. В первые постсоветские годы театр и кино 472 потеряли значительную часть своей аудитории ввиду роста цен на билеты и конкуренции теле- и видеопродукции. Театр искал пути вживания в новую реальность. В результате родились театральные антрепризы — временные творческие коллективы, создаваемые под конкретную постановку, экспериментальные студии и разнообразные фестивальные проекты. Появились новые формы общения со зрителем. Спектакли ставились в реальных исторических декорациях (опера «Борис Годунов» М.П. Мусоргского в исполнении труппы Мариинс- кого театра прозвучала на Соборной площади Московского Кремля в мае 2003 г.). В театральных постановках стали широко использоваться приемы документального жанра, когда в текст вводились интервью или подслу- шанные на улице разговоры (в этой технике ставит, например, московский Театр.doc). Драматургия спектакля строилась на интенсивном общении со зрителем (как, например, в «Снежном шоу» клоуна-мима В. Полунина).

В кино широко использовались не только дорогостоящие спецэффекты и компьютерные технологии, но и приемы съемки в режиме реального времени («Русский ковчег», реж. А. Сокуров, 2002) и подходы документального кино, в том числе в характерном ироническом ключе («Первые на Луне», реж. А. Федорченко, 2005).

В телевизионной документалистике широко использовался прием «исторической реконструкции» реальных событий. Все эти технологии были призваны вовлечь зрителей в действие, сделать их соучастниками происходящего. Современный театр и кино по-своему интерпретировали шекспировскую мысль о том, что «весь мир — театр, и люди в нем — актеры».

Сам опыт жизни современного человека становился объектом актуального искусства. Художники, работающие в этой стилистике, искали в своем творчестве пути стирания границ между публичным и частным жизненным пространством. В рамках такого подхода в центре внимания оказались разные формы искусства действия — художественные акции. Целью акций было «создать новость», сымитировать взаимодействие с окружающим миром (О. Кулик, А. Осмоловский). Перфор- 473 мансы (от англ. performance — представление) превращают действия художника перед зрителем в режиме реального времени в объект искусства. Эти виды художественного осмысления действительности родились в 1970—1980-е гг. под влиянием тенденций в развитии зарубежной культуры. Но постсоветская бесцензурная эпоха вывела такие опыты за пределы небольшого круга «посвященных».

В 2005 г. в Москве прошла Первая международная биеннале (выставочный проект, организуемый один раз в два года) современного искусства, состоялись масштабные выставки современного искусства «Москва — Берлин, 2004». Под выставочные комплексы переоборудовались объекты городского хозяйства (вестибюли метро, крытые мосты — переходы), неиспользуемые заводские помещения, цеха и склады.

Полем художественного творчества становились городское пространство и природная среда (ленд-арт). В привычный элемент городской среды превратились граффити — вид самодеятельного художественного высказывания, быстрого по исполнению и не требующего особых художественных навыков (хотя в этой технике работали и профессиональные художники).

Общественные настроения определили тональность современного литературного творчества. В центре художественных поисков 1990-х гг. оказалась постмодернистская интерпретация современной действительности. Произведения постмодернистской тональности объединяли отказ от «учительной» традиции русской литературы.

Как это было

Вот как писала в книге «Современный литературный процесс» (СПб., 2001) исследовательница В. Богданова: «...Провозглашение «свободы во всем» — в содержании и в форме, в идее и характере ее воплощения, в выборе «что» и «как», в отражении реальности или порождении иллюзии, 474 в слиянии или дистанцировании автора и героя, в предпочтении сюжета или стиля, в отношении к изображаемому «в шутку» или «всерьез».

Постмодернизм на Западе еще в 1970-е гг. стал формой протеста против общества потребления. В России он приобрел иное звучание. Написанные в таком ключе на излете советской эпохи произведения являли своего рода вызов идеологизированным ценностям, жизнь героев протекала в сугубо бытовом, лишенном социальных ориентиров контексте («Москва — Петушки» В.В. Ерофеева, проза С.Д. Довлатова, Л.С. Петрушевской). «Другая проза» (так условно называют произведения приверженцев постмодернистской эстетической позиции в отечест- венной литературе 1980—1990-х гг.) обращалась к «своей» аудитории, готовой поддержать авторскую форму самовыражения своим участием в игре смыслов и цитат (В.О. Пелевин, В.А. Пьецух).

В 1990-е гг. характерная для постмодернизма ирония, отрицание возможности общественного идеала и пересмотр классических канонов любого жанра во многом отразили «растерянность» общественного сознания и процессы его деидеологизации. Постмодернистские приемы широко применялись в литературных опытах постсоветского времени, и такие книги (и проза, и стихи) нашли «своего» читателя. Эти тенденции свидетельствовали о включении современного российского искусства в мировой художественный процесс.

Заметное влияние на духовную жизнь оказало вступление России в глобальное информационное пространство и рост возможностей доступа к различным источникам информации. Быстро обрушились десятилетиями существовавшие запреты, появилась возможность оперативного получения информации и виртуального взаимодействия через Интернет. В России зимой 2007 г. число пользователей Интернета достигло, по данным опросов общественного мнения, 28 млн человек (т. е. 25% населения старше 18 лет). Это заметно меньше, чем в европейских странах (рекорд по уровню охвата Интернетом держит Швеция — 77% населения, в Германии — 61% 475 по состоянию на 2005 г.).

Отличительной особенностью современной российской ситуации является продолжающийся динамичный рост числа пользователей Сети. Появились многочисленные электронные периодические издания, художественные сайты (первый — в 1996 г.).

Расширение информационного пространства открывало новые возможности для научного творчества, для быстрого обмена идеями и для контактов между людьми. В начале 1990-х гг. объемы финансирования отечественной науки резко сократились. Многие ученые, особенно естественно-научных и инженерных специальностей, уехали работать за рубеж. В результате недофи- нансирования и нехватки кадров многие перспективные отечественные разработки были приостановлены. Общая численность занятых в научной сфере уменьшилась в течение 1990-х гг. в 2,5 раза, происходило старение кадров. В начале текущего десятилетия объемы государственных вложений в науку и образование постепенно стали расти. Важным приоритетом стали поиски путей развития инновационных отраслей и соединения науки с производством через систему технопарков, новых наукоградов.

Решение этих проблем напрямую связано с реформой системы образования — одной из самых болевых точек в общественной дискуссии. Такие проблемы, как вариативность образования и качество государственных образовательных стандартов, введение Единого государственного экзамена в средней школе, переход на двухступенчатую систему высшего образования (по западному образцу в рамках присоединения России к европейскому образовательному пространству), распределение средств поддержки высшей школы в соответствии с рейтингом вузов, устойчивый рост платного сектора образовательных услуг, стали предметом широкого обсуждения. Как и в случае с реформой управления наукой, высказывались обоснованные опасения относительно возможности потери преимуществ отечественной системы образова- 476 ния, в первую очередь ее фундаментального характера. Тем более что престиж образования оставался высоким. На рубеже тысячелетий после бурного всплеска спроса на «рыночные» профессии наметилось некоторое повышение традиционно устойчивого интереса к гуманитарному знанию.

Во многом это было связано с возможностями широкого доступа к наследию отечественной гуманитарной науки и с достижениями в новых областях научного знания о закономерностях общественного развития в условиях, когда наука освободилась от идеологических установок. Ю.М. Лотман, Д.С. Лихачев, С.С. Аверинцев, М.Л. Гас- паров и многие другие деятели отечественной науки заложили новые направления исследований в истории

культуры России и ее цивилизационного наследия. Появился простор для развития наук о современном обществе — социологии, политической науки, социальной психологии, культурологии. В область научного осмысления современной реальности по наследству от литературы и публицистики перешла (пусть отчасти) и задача, и ответственность поиска адекватного ответа на вопрос о том, «куда идет Россия?» и по какому пути она должна идти.

Самоорганизация культурной жизни стала принимать все более многообразные формы на рубеже нового тысячелетия, когда начала расширяться материальная база для осуществления инициатив в сфере культуры. Магистральным направлением оставалось освоение национального культурного наследия, интерес к которому был связан с поиском устойчивых мировоззренческих основ в переходную эпоху. Процесс возрождения традиционной культурной среды способствовал восстановлению исторических памятников в больших и малых городах России, открытию новых музеев, в том числе на основе частных коллекций. Предлагались необычные формы прочтения историко-культурных традиций (исторические и этнографические инсценировки, формирование узнаваемого лица города и региона) и на этой основе развития культурного туризма.

Стала возрождаться и краеведческая работа, быстро рос массив пользовавшейся спросом краеведческой лите- 477 ратуры и путеводителей. После болезненного периода перехода на коммерческие принципы хозяйствования появились возможности для возрождения многих исчезавших ремесел, развития народных промыслов — глиняной и деревянной игрушки (дымковской, богородской), кружевоплетения и ткачества, лаковой миниатюры и деревянной посуды (хохлома).

Состоялись торжества по случаю юбилеев больших и малых городов России — 300-летия Санкт-Петербурга, 1100-летия Пскова, 1000-летия Казани, 1250-летия Старой Ладоги и др.

Масштабные выставки вернули имена выдающихся деятелей культуры прошлого, в первую очередь русского авангарда, в современное культурное пространство (состоялись персональные выставки большинства выдающихся художников начала ХХ в. и известных представителей «другого искусства» 1960—1970-х гг., в 1993 г. — масштабная выставка «Великая утопия», посвященная искусству 1915—1932 гг.). Интерес к историческим традициям России способствовал изданию массовыми тиражами фундаментальных трудов по отечественной истории (полных собраний сочинений Н.М. Карамзина, B.

О. Ключевского, С.М. Соловьева, неизданных трудов C.

Ф. Платонова). Важным источником для осмысления прошлого стали авторские (без купюр) тексты дневников и мемуаров деятелей отечественной культуры и истории (К.И. Чуковского и Л.К. Чуковской, М.М. Пришвина, Д.С. Лихачева и др.).

СО

а в а л Г

478

Огромный интерес вызвала публикация неизвестного массовому читателю наследия русской философской мысли — Н.А. Бердяева, И.А. Ильина, В.С. Соловьева, В.В. Розанова, С.Н. Булгакова, Г.П. Федотова и др. Их размышления о судьбе России и о русском национальном самосознании оказались глубоко созвучными современным духовным исканиям. Возвращение российскому читателю наследия русских философов и писателей «первой волны» эмиграции, окончивших свои дни в изгнании (И.А. Бунина, И.С. Шмелева, Б.К. Зайцева, Вяч.И. Иванова, Г.В. Иванова и многих других), позволило говорить о начале процесса восстановления общего поля русской культуры ХХ в. и о возвращении исторической памяти. В начале нынешнего века в России был перезахоронен прах Федора Шаляпина, Анны Павловой, Ивана Ильина, Ивана Шмелева. В страну возвратились некоторые представители послереволюцонной эмиграции (такие, как писатель И.В. Одоевцева, вдова поэта Г.В. Иванова, певица А.Н. Баянова). В 1994 г. вернулся в Россию А.И. Солженицын.

Важнейшим процессом в развитии духовной жизни новой России стал рост религиозного самосознания людей. Возврат к вере открывал путь к восстановлению преемственности духовных традиций и современности.

Религиозное возрождение коснулось всех традиционных конфессий — православия, ислама, иудаизма, буддизма.

Особенно заметно увеличилось число православных верующих: согласно данным социологических опросов, православными считают себя сегодня более 60% россиян (хотя число регулярно посещающих службы заметно меньше). Русская православная церковь имела под своим началом в 2006 г. 27 тыс. приходов (в 1986 г. — 6800), 680 монастырей (в 1986 г. — 18), 5 духовных академий, 33 семинарии и 40 духовных училищ. При большинстве храмов заработали библиотеки и воскресные школы для детей. Продолжая традиции социальной работы, прерванные после 1917 г., церковные организации занимаются обустройством детских приютов, реабилитацией наркозависимых и пострадавших от сект, уходом за престарелыми. В деле налаживания церковной и приходской жизни участвовали многие тысячи людей. Возрождается религиозное искусство, многие мастера — носители знаменитых традиций, например палехской школы, занимаются возрождением иконописи и фресковой живописи. Полным ходом идет восстановление разрушенных храмов и монастырей.

Церкви были переданы почитаемые святыни. В 1991 г. в Серафимо-Дивеевскую обитель (Нижегородская епархия) были перенесены мощи св. Серафима Саровского, Дивеево стало одним из центров возрождения право-славия. 479

Религиозные праздники и события церковной жизни стали для многих неотъемлемой частью духовного опыта. Огромным событием в жизни церкви и верующих стало прославление в год 2000-летия Рождества Христова новомучеников и исповедников, пострадавших в годы советской власти. В том же году был открыт и освящен воссозданный храм Христа Спасителя в Москве. Эти перемены были встречены верующими как начало духовного обновления России.

Развивается сфера религиозного образования. Активная книгоиздательская деятельность открыла путь к разнообразным источникам духовного опыта — и Отцов Церкви, и наших современников. Многие ищут в вере путь для творческого созидания жизни. Примером соединения живой веры и слова о вере, духовного опыта и богословского толкования такого опыта стали богословские труды митрополита Сурожского Антония (1914— 2003), возглавлявшего созданную в Великобритании Сурожскую епархию РПЦ.

Его проповеди и беседы ходили в советские годы в самиздате и с 1990-х гг. широко издаются в России. Центральная их тема — пути современного человека к Богу. Размышляя о предназначении человека, владыка Антоний не только делился радостью своей встречи с Богом, но и помог тысячам людей найти свой путь. Так, в книге «Пути христианской жизни. Беседы о вере» он писал: «Мы посланы в мир для того, чтобы перед этим миром быть свидетелями. Можем ли мы быть свидетелями, если сами не сознаем своей веры, если мы не можем сказать человеку: я прошел тем же путем, и я тебе укажу ® хоть первые шаги на этом пути...»

и Эти и другие размышления обращены к ищущим лю-

^ дям, к молодежи. В России в последние годы именно

среди молодых и среднего возраста городских жителей отмечен, согласно данным социологических опросов, рост религиозного самосознания. Это касается не только православия, но и других конфессий. Так, средний возраст посещающих мечети российских мусульман состав- 480 ляет 45 лет. В стране действует более 6 тыс. мечетей, в 2004 г. широко отмечалось столетие крупнейшей в стране московской Соборной мечети.

Программы разных конфессий появились на телевидении. Нормализовались отношения религиозных организаций и государства.

Это помогало вести диалог в том числе и по вопросам, которые вызывали разногласия в обществе, — о передаче церковным организациям находившегося в государственной собственности имущества, о статусе музеев, расположенных в церковных зданиях, о проблемах религиозного образования в школе. Хотя решение спорных проблем не всегда давалось просто, но положительные примеры таких решений и готовность вести диалог

свидетельствуют о стремлении религиозных организаций, государства и общества активно участвовать в духовном обустройстве новой России.

Непрерывность нравственной, духовной и интеллектуальной традиции воплощает отечественное культурное наследие. К концу 1990-х гг. заметно вырос интерес к творческому прочтению этого опыта. К массовому зрителю были обращены экранизации классики русской литературы, лучшие ленты («Идиот» по мотивам романа Ф.М. Достоевского, реж. В. Бортко, 2003, «Мастер и Маргарита» по роману М.А. Булгакова, реж. В. Бортко, 2005) собрали многомиллионную аудиторию. По данным опросов общественного мнения, телеэкранизацию «Идиота» видели 28%, а «Мастера и Маргариты» — 34% взрослых жителей России.

Популярность классики отечественной и мировой драматургии определяла афишу репертуарного театра (самыми востребованными авторами оставались А.П. Чехов, А.Н. Островский, В. Шекспир), постановки отличала авторская интерпретация известных текстов. МХТ им. Чехова осуществил четвертую в истории этого театра постановку «Белой гвардии» М.А. Булгакова (2004).

В культурной жизни страны выделились коллективы-лидеры. Таким стал Мариинский театр оперы и балета, осуществивший под руководством В.А. Гергиева масштабные проекты постановок русской (все оперы 481 С.С. Прокофьева) и мировой классики (тетралогия «Кольцо Нибелунгов» Р. Вагнера). Театр обратился к наследию русского зарубежья, поставив неизвестные в России балеты Дж. Баланчина и Л.Ф. Мясина, широко привлекал известных зарубежных постановщиков и исполнителей. Развитие этого коллектива отличает динамичность, поиски новых форм обращения к зрителю и слушателю (такие, как оперные постановки в «исторических декорациях»).

В 1990 г. в России появился первый негосударственный оркестр. Он был создан под руководством выдающегося пианиста М.В. Плетнева. Российский национальный оркестр (РНО) стал одним из ведущих музыкаль- ных коллективов страны, признанным исполнителем музыки Чайковского и относительно редко звучащего классического репертуара. Ежегодные концертные круизы РНО по городам Поволжья продолжают просветительские традиции отечественной культуры.

Российская культура и российское общество обращаются сегодня к осмыслению своих истоков и наследия, своего места в современной цивилизации. После периода радикальных перемен и широкого вовлечения страны в мировые культурные процессы приходит осознание преемственности российской истории, неотъемлемой частью которой был советский период. Оценка тенденций мирового развития века минувшего позволяет взвешенно взглянуть на опыт культурного строительства советских лет и использовать его достижения. Все более широкую поддержку получает мысль о том, что для ци- вилизационного прорыва в XXI век одной только опоры на силы самоорганизации культуры недостаточно. Государство должно определить приоритетные направления развития образования, науки и культуры и обеспечить их поддержку. Реализация национальных проектов — пример такого подхода.

Новое прочтение сегодня получает тема патриотизма. Это чувство причастности к прошлому, настоящему и будущему своей страны, бережное отношение к истории 482 и к своей «малой родине». Многие связывают патриотизм с пробуждением гражданского и правового сознания, с пониманием личной ответственности за судьбу страны и за будущее своей культуры.

<< | >>
Источник: Филиппов А.В.. Новейшая история России, 1945—2006 гг. : кн. для учителя / А.В. Филиппов. — М. : Просвещение. — 494 с.. 2007
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме 39. Духовная жизнь российского общества в эпоху перемен:

  1. ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА: СОДЕРЖАНИЕ И ГРАНИЦЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ В.Н. Ксенофонтов
  2. ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ ОБЩЕСТВА, ИДЕОЛОГИЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ПСИХОЛОГИЯ
  3. Часть 1 ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ СТАНОВЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ
  4. Духовно-нравственное становление детей 6-11 лет в современном российском обществе
  5. ДУХОВНО-ЫРАВСТВЕННОЕ СТАНОВЛЕНИЕ РЕБЕНКА В СОВРЕМЕННОМ РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ: СЕМЬЯ-ДИТЯ-СОЦИУМ
  6. ВЛИЯНИЕ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ НА ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ СТАНОВЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА в современном российском обществе
  7. Тип 1 Жизнь и смерть - две фазы универсального процесса перемен
  8. 21. Повседневная жизнь в эпоху развитого социализма
  9. № 280 ДОНЕСЕНИЕ КРАСНОВОДСКОГО АГЕНТА ПАРОХОДНОГО ОБЩЕСТВА «САМОЛЕТ» БАКИНСКОМУ УПРАВЛЯЮЩЕМУ МОРСКИМ ПАРОХОДСТВОМ ОБЩЕСТВА О НАЦИОНАЛИЗАЦИИ ОБЩЕСТВ «САМОЛЕТ», «РУСЬ», «КАМВО» И «РОССИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО» 9 мая 1920 г
  10. §4. ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ, КУЛЬТУРА ВИЗАНТИИ VI в. VIII в. IX в.
  11. § 1 Жизнь и духовное окружение графа Йорка
  12. 9.3. Нарастание кризисных явлений в обществе в середине 1960-х – начале 1980-х гг. Необходимость перемен.
  13. Глава 1 РОССИЙСКАЯ «РЕЧЕВАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ» В ЭПОХУ ПЕРЕСТРОЙКИ
  14. СТРАТЕГИЯ ВОСПИТАНИЯ РОССИЙСКОЙ МОЛОДЕЖИ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ Новиков С.Г.
  15. Э. Гучинова, Г. Комарова. Антропология социальных перемен. Исследования по социальнокультурной антропологии : сборник ст. - М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2011
  16. § 48 Повседневная жизнь римского общества
  17. 4.2. Масонские политические общества и страхи перед заговорами в наполеоновскую эпоху