<<
>>

Либерально-буржуазные партии.


С середины 90-х годов XIX века наблюдалось значительное оживление буржуазного либерального движения, расширялась и социальная база российского либерализма. К очень узкому слою либеральных помещиков присоединился многотысячный отряд буржуазной интеллигенции.
Однако помещичье сословие оставалось весьма заметным и влиятельным в либеральном движении. Тесно переплетаясь на почве общих интересов с интеллигенцией, она отнюдь не растворялась в ней. Вместе с тем буржуазно-интеллигентский элемент делал либеральное движение более разносторонним, гибким и активным.
В 1899 году в Москве возникла полулегальная организация «Беседа», численность которой не превышала 50—60 человек. В ее рамках и происходил взаимный процесс сближения передовых земских деятелей конституционного толка с интеллигенцией. Земцы-конституционалисты рассчитывали, что сближение с интеллигенцией поднимает престиж земского либерализма в общественном мнении. А это вело к усилению оппозиционного движения в стране. Земские либералы также надеялись, что им удастся избавить интеллигентский либерализм от некоторых радикальных политических и особенно социальных «увлечений».
Со своей стороны интеллигенция, идя навстречу земским элементам, рассчитывала использовать легальные возможности, имеющиеся у земского самоуправления. Это было важно для расширения пропаганды своих идей в земских кругах, для усиления давления на правительство. Интеллигенция надеялась, что ей удастся «подтянуть» дворянский либерализм до либерализма европейского типа.
Таким образом, в этот период земцы и интеллигенты были нужны друг другу. Первые имели в своем распоряжении материальные средства, технический аппарат и связи с земскими общественными кругами, вторые — современные технические знания, необходимые для разработки
и создания организационных основ либеральной партии
Первым крупным шагом в деле программного и организационного оформления либерализма как политической партии в общенациональном масштабе явилось основание журнала «Освобождение». Средства в размере до 100 тыс. рублей на издание журнала предоставил земец Д.Е. Жуковский. Журнал выходил, с июля 1902 года по октябрь 1905 года тиражом 9—10 тысяч экземпляров. Журнал издавался за границей, в Штутгарте (Германия), под редакцией П.Б. Струве, в недавнем прошлом видного «легального марксиста».
Журнал уже в первом своем номере, где было опубликовано написанное видным историком П.Л. Милюковым программное заявление «От русских конституционалистов», заявил о своем коренном отличии от других заграничных изданий — как социал-демократической «Искры», так и эсеровской «Революционной России», «Мы желаем,— заявила редакция «Освобождения»,— выражать исключительно бессословное общественное мнение и на него опираться». Однако эта статья не способствовала реализации планов создания единого организационного фронта из представителей либерального и революционно-демократического движений. Против этого выступили как либералы славянофильского толка, выступавшие против требования законодательного ограничения самодержавной власти, так и либеральной интеллигенции», выдвигавшей лозунги всеобщего избирательного права и созыва Учредительного собрания.

Дальнейшему размежеванию между славянофилами и земцами-конституционалистами способствовала новая программная статья журнала «Освобождение» «К очередным вопросам». В ней уже более определенно были сформулированы принципы создания либеральной партии (в частности было заявлено об отказе от славянофильского лозунга созыва Земского собора). Наряду с размежеванием со славянофилами произошло сближение земцев-конституционалистов с «освобожденческой» интеллигенцией.
Летом и осенью 1903 года соответственно оформились две организации: «Союз освобождения», насчитывал в своих рядах около 1600 человек левого крыла и часть центра конституционалистов и «Союз земцев-конституцио-налистов, куда вошли правые и часть центра. Создание двух параллельно действовавших союзов свидетельствовало о неудаче лидеров так называемого нового либерализма объединить разнородные элементы оппозиционного движения. Оценивая сложившуюся ситуацию, П.Н. Милюков в своих воспоминаниях писал: «Интеллигенты не хотели объединяться с земцами-конституционалистами, а последние в свою очередь не хотели идти на уступки интеллигентскому радикализму».
Процесс партийного размежевания внутри буржуазного оппозиционного лагеря ускорила революция 1905—1907 годов. Так, в марте 1905 года III съезд «Союза освобождения» принял программу левого крыла конституционалистов. В апреле того же года свою программу приняло славянофильское крыло либералов. Одновременно славянофилы начали консолидацию своих сил в земской среде. В июле 1905 года съезд «Союза земцев-конституционалистов» предпринял попытки к сближению с «Союзом освобождения», объединившим родственные профессионально-политические союзы интеллигенции.
После издания 6 августа 1905 года царского манифеста о созыве законосовещательной Думы, вызвавшего у буржуазии новый подъем конституционных иллюзий, наметился поворот вправо у всех направлений и течений внутри либерально-оппозиционного лагеря. Либералы получили достаточно широкую возможность для легальной деятельности. Новым шагом по пути политического развития и политической организации российской буржуазии стал созванный в сентябре 1905 года земско-городской съезд. На съезде большинством голосов была принята освобожденческая программа, которая и легла затем в основу программы будущей кадетской партии. Вместе с тем на съезде правому крылу конституционалистов удалось привлечь на свою сторону умеренных земцев-конституционалистов и часть представителей городского самоуправления.
Еще в большей степени активизировало поляризацию сил в буржуазном оппозиционном лагере издание царского манифеста 17 октября 1905 года. Стали создаваться основные буржуазные партии — кадетов и октябристов. Хронологически их оформление совпало с периодом высшего подъема революции. Так, Конституционно-демократическая партия (в январе 1906 года к основному названию было добавлено: партия «народной свободы») организационно оформилась на своем учредительном съезде 12—16 октября 1905 года. Уже в октябре-декабре 1905 года конституировались 72 кадетских комитета. Основная их часть — 274 — возникла в период избирательной кампании в I Государственную думу в январе-апреле 1906 года. Численность партии составляла 100 тысяч человек.
Каков был социальный состав кадетской партии? Основную массу членов кадетской партии составляли средние и мелкие служащие общественных (главным образом земских и городских управ), частных заведений (фабрик, заводов, контор), государственных учреждений (чиновники банков, судов и т. д.) и приказчики. Значителен был слой интеллигенции, главным образом людей свободных профессий, науки и техники. Буржуазии как таковой в партии было немного, мало было и помещиков. Незначительное количество в партии кадетов составляли рабочие и крестьяне — не больше 15 %. Партия по своему составу являлась многонациональной.
Все дела в кадетской партии вершил высший слой буржуазной интеллигенции, образованные капиталисты и помещики. Так, первым председателем ЦК партии кадетов был крупный землевладелец князь П.Д. Долгоруков, его заместителями — профессор, юрист Д.И. Набоков и землевладелец, юрист Н.В. Тесленко. С 1907 года председателем партии стал историк, профессор П.Н. Милюков.
Милюков Павел Николаевич родился в 1859 году, в 1886 году он окончил Московский университет; был учеником В.О. Ключевского, защитил диссертацию, стал приват-доцентом по русской истории, примыкал к кружку либеральных профессоров. В 1894 году за лекции «тенденциозного содержания» ему было запрещено вести преподавательскую работу. Некоторое время Павел Николаевич был профессором высшего училища в Софии, затем вернулся в Россию. В 1902 году его подвергли тюремному заключению на 6 месяцев, но отсидел всего два и был освобожден по указу царя. Снова заграница. На этот раз Франция. Милюков — участник съезда оппозиционных и революционных деятелей в Париже, состоявшегося в сентябре 1904 года. С апреля 1905 года — он в России, его политический капитал снова увеличился: за участие в организации «Союза союзов» Милюков пробыл в одиночном заключении почти месяц. За прочитанные «левые» лекции подвергался полицейскому дознанию, что лишило его права быть депутатом в двух первых Думах.
«Не будучи членом Думы, он не пропускал почти ни одного думского заседания, оказывая влияние на думскую фракцию кадетской партии»,— свидетельствовала царская полиция. В 1907 и 1912 годах П.Н. Милюков избирался депутатом III и IV Государственных дум. В 1908 году он, как член Думы и лидер партии кадетов, ездил в Америку, а в 1913 году был в Болгарии, где его принимал царь Фердинанд и министры.
Следует добавить, что П.Н. Милюков был умным, опытным политиком, умевшим не только хорошо говорить, но и писать. Недаром все передовые статьи центрального органа партии кадетов «Речь» по важнейшим вопросам политики в годы первой российской революции вышли из-под его пера.
Ради достижения целей своего класса и партии Милюков был готов на все. Авторитет его среди кадетов был высок, он пользовался большой популярностью в буржуазных кругах Запада, с которыми поддерживал тесные связи.
Сложный разнородный состав кадетской партии не мог не сказаться на ее политике, на постоянном лавировании ее лидеров между разными течениями, между левыми и правыми кадетами. Он в значительной степени определял большие разногласия в партии и, в конечном счете, ее «боеспособность».
Каковы же были взгляды Конституционно-демократической партии, изложенные в ее программе? Красной нитью через программу кадетов проходила идея самоценности человеческой личности и ее прав, составляющая основу мировоззрения либерализма. Защита политических, гражданских, экономических прав личности являлась одной из главнейших задач, которую преследовала программа партии.
Исходя из того, что сохранение свободы личности требует максимального рассредоточения государственной власти как источника принуждающей силы, кадеты в своей программе проводили принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную при обязательной и решающей роли народного представительства в отправлении властных функций. Депутаты представительных органов по их программе должны были избираться на основе Закона о всеобщем прямом, равном избирательном праве и тайном голосовании. Представительный орган должен осуществлять законодательную власть, утверждать государственный бюджет, контролировать деятельность администрации.
Программа партии состояла из восьми разделов. В первом из них — «Основные права граждан» — говорилось, что все граждане равны перед законом, что всякие сословные различия, всякие ограничения личных и имущественных прав подлежали отмене. Каждому гражданину предоставлялись свобода совести, вероисповедания, устного и письменного высказывания своих мыслей, право устраивать публичные собрания, образовывать союзы и общества, гарантировалась неприкосновенность личности и жилища, свобода передвижения и отмена паспортной системы, то есть были перечислены общие положения конституций буржуазно-демократических государств.
По национальному вопросу кадеты выступали за свободное культурное самоопределение наций: свободу разговаривать и получать начальное, а по возможности и дальнейшее образование на своем родном языке, свободу организовывать свои культурные учреждения. За царством Польским признавалось введение автономного устройства с сеймом, за Финляндией — полное восстановление прежней Конституции.
В разделе о государственном строе вопрос о том, чем должна быть Россия — монархией или республикой,— поначалу не затрагивался. Говорилось лишь о том, что Россия должна иметь Конституцию. Впоследствии это положение было уточнено и дополнено на II съезде партии в 1906 году: «Россия должна быть конституционной и парламентской монархией».
В таком виде статья 13-я, говорящая о государственном устройстве страны просуществовала до весны 1917 года. VIII съезд партии народной свободы, проходивший в мае этого года, в очередной раз внес поправку в указанную статью. Теперь она выглядела следующим образом: «Россия должна быть демократической парламентской республикой. Законодательная власть должна принадлежать народному представительству». Во главе исполнительной власти должен стоять президент республики, избираемый на определенный срок народным представительством, управляющим через посредство ответственного перед народным представительством министерства.
Однако как показала жизнь весной 1917 года, кадеты так и не решили для себя окончательно вопрос о будущем государственном устройстве России. Уже после Октябрьской революции, в феврале 1918 года, они принимают документ, в котором говорится следующее: «Провозглашенные республиканские формы правления не отвечают пониманию и степени государственного развития подавляющего большинства населения. Должно поэтому признать, что монархия после мартовского переворота 1917 года была отвергнута в ущерб интересам России... После долгого и горького опыта революций... восстановление законно приемлемой монархии как единственной формы, могущей обеспечить наше национальное и государственное бытие и порядок, представляется безусловно необходимым». Потерпев неудачу в ходе дальнейшей борьбы за реализацию этой цели, кадеты затем перенесли споры о целесообразности республиканской или монархической формы правления за рубеж, где оказались в эмиграции многие руководители этой партии.
Учитывая актуальность аграрного вопроса, VI раздел программы кадетов предусматривал увеличение земельной площади для мелких крестьян за счет государственных, удельных, кабинетских и монастырских земель, а также отчуждение части помещичьих земель на основе выкупа их государством «по справедливой» (не рыночной) оценке. Это означало, что, с одной стороны, расчищался путь для развития капитализма в деревне, с другой — не уничтожалось, а лишь несколько сокращалось помещичье землевладение, а класс помещиков сохранялся. Что же касается самих крестьян, то осуществление кадетской программы на деле бы привело к тому, что бедные стали бы еще беднее, богатые — богаче, ибо за отчуждаемую землю крестьяне должны были платить. Поэтому не случайно в программном документе пункт о выкупе земли сознательно опускался, зато о нем говорилось на съездах, писалось в газетах и книгах. Специальный раздел был посвящен рабочему вопросу. За рабочими признавалось право на организацию профессиональных союзов, устройство собраний, даже стачек. Предусматривались введение законодательным путем 8-часового рабочего дня, государственное страхование, законодательная охрана труда. Речь, таким образом, шла о насаждении буржуазных отношений на производстве, об «очищении» капитализма от докапиталистических отношений, о направлении борьбы рабочих в экономическое русло.
Кадетами была разработана обширная программа финансовых и экономических реформ. Ее основные требования сводились к следующим пунктам:
  1. создание при Совете министров специального органа (с участием представительных законодательных палат и деловых промышленных кругов) для разработки перспективного плана развития всех отраслей народного хозяйства;
  2. пересмотр устаревшего торгово-промышленного законодательства и отмена мелочной опеки и регламентации, стеснявших свободу предпринимательской деятельности;             
  3. пересмотр налоговой системы и сокращение непроизводительных расходов казны;
  4. расширение бюджетных прав Государственной думы и преобразование государственного контроля;
  1. открытие доступа частному капиталу в железнодорожное строительство, горные промыслы, почтово-телеграфное дело;
  2. ликвидация или же максимальное сокращение нерентабельного государственного хозяйства и распространение на казенные заводы всех налогов и повинностей;
  3. организация промышленного кредита и учреждение банка долгосрочного промышленного кредита;
  4. создание торгово-промышленных палат и биржевых судов;

9) расширение внешней торговли и организация консульской службы.
Специальный раздел кадетской программы был посвящен вопросам просвещения. В нем кадеты выступали за уничтожение всех ограничений при поступлении в школу, связанных с полом, национальностью и вероисповеданием. Они настаивали на необходимости свободы частной и общественной инициативы в организации учебных заведений всех типов, а также в области внешкольного образования. В программе указывалось на необходимость установления связи между различными ступенями школ для перехода от низшей ступени к высшей. Кадеты настаивали также на автономии университетов, свободе студенчества, увеличении числа средних учебных заведений и понижения в них платы, на введении всеобщего, бесплатного и обязательного обучения в начальной школе. Органам местного самоуправления предоставлялось право заведования начальным образованием, участия в постановке всей учебной и воспитательной работы. В программе указывалось на необходимость устройства органами местного самоуправления общеобразовательных учреждений для взрослого населения, народных библиотек, народных университетов, развития профессионального образования.
В своей внешнеполитической программе кадеты настаивали на необходимости ориентации на страны западной демократии, на изменении внешнеполитического курса, защите приоритетных национальных интересов России, завершении процесса окончательного формирования «национально-территориального тела России». По существу речь шла о сосредоточении внимания русской дипломатии на решении всего комплекса военно-стратегических проблем в ближневосточном регионе (проливы Босфор и Дарданеллы, Константинополь), присоединении к России территории с преимущественно «русским населением» (Галиция, Угорская Русь), решение польского и армянского вопросов в составе России.
С глобальной постановкой и решением внешнеполитических проблем кадеты связывали вопросы коренной реорганизации русской армии и флота, их перевооружения и переоснащения современными видами вооружения, социальной защиты среднего и низшего армейского контингента, а также расширения и совершенствования сети военных средних и высших учебных заведений.
Следует подчеркнуть и ту мысль, что в программе конституционных демократов нашли отражение и выражение общенациональные интересы страны. Кадеты мечтали создать такое общество, в котором бы не было непреодолимых социальных конфликтов, установилась гармония национальных интересов, были созданы оптимальные условия для всестороннего развития личности. Фактически в кадетской программе речь шла о создании правового демократического государства со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Оценивая кадетскую программу и другие официальные документы партии, можно сказать, что они были направлены на постепенное изменение старого строя, на развитие России по буржуазному западному пути, что было прогрессивным по сравнению с самодержавным государством, но безусловно отставало от задач буржуазно-демократической революции.
Близкими к конституционно-демократической партии были программы Партии мирного обновления, образовавшейся в Петербурге в декабре 1905 года и просуществовавшей по лето 1906 года (руководители: граф П.А. Гейден, Н.Н. Львов, М.В. Стахович), и Партии демократических реформ, существовавшей в Петербурге с 1905 по 1907 годы (руководители: К.К. Арсеньев, И.И. Иванюков, М.М. Ковалевский, А.С. Постников).
Взгляды кадетов нашли отражение в программах либеральных национально-буржуазных партий Украины, Польши, Литвы, Латвии, Эстонии. Единственное отличие состояло в том, что национальные партии не ограничивались только культурным самоопределением в рамках автономии, но и требовал и права политического самоопределения наций.
Идеи кадетов живы и в настоящее время. В современных условиях российской действительности они рассматриваются наследниками Партии народной Свободы — Союзом конституционных демократов, Конституционно-демократической партией, а также Либерально-демократической партией и другими как основа построения в России демократического рыночного государства.
Наряду с партией кадетов, с ноября 1905 года стала формироваться партия октябристов (полное название «Союз 17 октября»). Уже в ноябре — декабре 1905 года возникло 49 отделов партии. В начале 1906 года до апреля в период избирательной кампании в I Государственную Думу появилось еще 211 отделов. Численность партии первое время составляла до 60 тыс. человек. Социальную основу «Союза 17 октября» составляла крупная финансовая и торгово-промышленная буржуазия, крупные помещики, ведущие свои хозяйства по капиталистическому пути. В партию вошла часть «деловой» интеллигенции, которая полностью интегрировалась в капиталистическую систему и получала свою долю прибыли от эксплуатации трудящихся масс. Все 33 основателя Союза принадлежали к торгово-промыш-ленным и финансовым кругам, крупным помещикам и высшим слоям буржуазной интеллигенции.
Около 72 % руководителей октябристов были выходцами из дворян. Все члены ЦК «Союза» были связаны с различными видами собственности, 59 из 66 членов ЦК имели высшее образование. В губернских и уездных комитетах ведущее положение занимали промышленники, банкиры, торговцы, домовладельцы, помещики, цензовая интеллигенция, чиновники.
Октябристы не могли, конечно, похвастаться столь же блестящим, как у кадетов, «букетом» привлеченных в партию имен, что, к слову сказать, было предметом постоянной озабоченности их руководящих органов, особенно в предвыборные периоды. Однако и среди них мы находим людей ярких и по-своему замечательных. Это видные земские и общественные деятели: граф И.А. Гейден, М.Л. Стахович, князь Н.С. Волконский; столичные профессора, адвокаты, деятели науки и культуры: Л.Н. Бенуа, В.И. Герье, Ф.Н. Плевако, В.И. Сергеевич, Н.С. Таганцев; издатели и журналисты: Н.Н. Перцов, А.А. Столыпин, Б.А. Суворин; крупнейшие представители торгово-промышленного мира и банковских кругов: П.С. Авдаков, А.Ф. Цухин, Э.Л. Нобель, братья В.П. и П.П. Рябушинские; деятели других профессий, в частности глава известнейшей ювелирной фирмы К.Г Фаберже.
Первым председателем московского отдела центрального комитета партии до осени 1906 года являлся крупный землевладелец, действительный статский советник и камер-юнкер императорского двора Д.Н. Шипов, председателем петербургского отдела ЦК — барон П.Л. Корф. В октябре 1906 года председателем единого Центрального комитета стал общественный деятель, директор правлений московского учетного банка и страхового общества «Россия» А.П. Гучков.
Согласно уставу, членом «Союза 17 октября» могли быть как отдельные лица, так и целые организации и партии, целиком и полностью разделявшие положения царского манифеста. Среди подобных партии, объединившихся вокруг октябристов, были: Партия правопорядка, просуществовавшая с 1905 по 1907 год, объединявшая в основном членов Петербургской городской думы (лидер Л.И. Алтухов); Торгово-промышленный союз, во главе с И.С. Крючковым и Я.П. Карабасниковым, функционировавший в Петербурге с ноября 1905 года по март 1906 года; Торгово-промышленная партия, действовавшая в Москве с 1905 по лето 1906 года (руководители — крупные московские промышленники Г.А. Крестовников, В.П. и М.П. Рябушинские) и, наконец, Прогрессивная экономическая партия, существовавшая
в Петербурге с декабря 1905 по лето 1906 года (руководители — М.Н. Триполитов, Я.П. Беляев, Д.А. Нератов). В национальных районах страны октябристов активно поддерживали Польская партия реальной политики (угодовцы), Литовская христианско-демократическая партия, Балтийская конституционная (немецкая) партия. Имея в виду все выше названные немногочисленные партии октябристского толка, один из идеологов октябризма — тамбовский дворянин В.М. Петрово-Соловово — пояснял в декабре 1905 года: «Все они сходились в главных политических и экономических принципах и разнятся или во второстепенных подробностях, или даже только в различной формулировке одного и того же положения. Надо надеяться, — отмечалось в одной из его программных работ,— что в самом непродолжительном времени все они если и не сольются в одну общую организацию, то между ними будет заключен тесный союз и полное объединение электоральной (избирательной.— А.П.) тактики». Так в действительности и произошло.
С какой же программой выступили октябристы в разгар буржуазно-демократической революции? В программе партии говорилось, что главная цель ее — «оказать содействие правительству, идущему по пути спасительных реформ, направленных к полному и всестороннему обновлению государственного и общественного строя России».
Октябристы особо подчеркивали «сохранение единства и нераздельности российского государства, отстаивая его унитарный характер, отвергая даже автономию Польши. Только за Финляндией признавалось особое положение, «дающее ей право на известное автономное государственное устройство». За другими народами не признавалось даже культурной автономии, то есть права на развитие своего языка, культуры. Государственное устройство России октябристами мыслилось только как конституционная монархия не с Учредительным собранием, а с Государственной думой, избранной на основе всеобщего избирательного права, которое ограничивалось возрастным цензом (25 лет) и цензом оседлости. Октябристы являлись принципиальными противниками Учредительного собрания и открыто заявляли об этом в своем основном документе.
В программе пояснялось, что царь раньше был оторван от народа, а поэтому фактически был слабым, хотя и назывался самодержцем. Задача, по их мнению, теперь состояла в том, чтобы добиться единения монарха с народом, которое обеспечит ему действительную роль вождя «свободного народа». В связи с этим провозглашалась задача обеспечения известных буржуазно-демократических свобод.
Особое значение «Союз 17 октября» предавал земельной реформе. Цель была — расчистить путь капитализму в сельское хозяйство, ликвидировать крестьянскую общину, увеличить класс кулачества и в нем тем самым создать социально-классовую опору самодержавия в деревне. Разумеется, об этом в программе прямо не говорилось. В нем стояли требования уравнения крестьян в правах с другими сословиями, регулирования земельной аренды, содействия расселению и переселению крестьян, признания необходимости продажи крестьянам государственных и удельных земель, обязательного отчуждения отрезков и в исключительных случаях отчуждения помещичьих земель «государственной важности» на справедливых условиях вознаграждения. Что касается рабочего вопроса, то здесь предполагалось расширение рабочего законодательства, постепенное введение страхования рабочих, обеспечение на случаи болезни. Признавались стачки как средство защиты экономических интересов рабочих, одновременно запрещались стачки на предприятиях и учреждениях, имеющих важное общественное и государственное значение.
В развитии народного образования октябристы видели гарантии успеха реформ в целом. Помимо ассигнования дополнительных средств, здесь предусматривались: развитие системы начального, среднего и высшего образования, свобода частной и общественной инициативы в этой области, координация действий всех ступеней системы между собой и с нуждами практической жизни. Кроме того, важнейшее условие реализации всех начинаний «Союз» видел в проведении ряда судебных и административных реформ.
Введение бессословного, независимого от администрации суда, выборное начало в органах местной юстиции, упразднение судебно-административных учреждений, гласность судопроизводства, расширение компетенции суда присяжных, гарантированный законом контроль над деятельностью администрации — все эти меры должны были привести, с точки зрения октябристов, к становлению основ правового государства.
Специальный раздел был посвящен экономическим и финансовым вопросам. Он наиболее ярко свидетельствовал о том, помыслы какого класса отражал основной документ «Союза 17 октября». Здесь октябристы предлагали целый набор мер финансово-экономического характера, главными из которых являлись: содействие подъему производительных сил, особенно в области сельскохозяйственного производства; организация сельскохозяйственного, промышленного и торгового кредитов; распространение технических знаний и подъем производительности труда; расширение сферы частного предпринимательства в области эксплуатации и рационализации природных богатств, смещение акцентов в налоговой политике в сторону прямого прогрессивного налогообложения в противовес косвенному; развитие инфраструктуры — сети железных, водных, шоссейных и грунтовых дорог.
В целом программа октябристов была написана с позиций крупного капитала, подлинных хозяев экономической жизни страны, которые тесно переплетались с интересами капитализированных помещиков и самодержавия. Как видно, программа октябристов определенным образом отличалась от кадетской, поскольку отражала интересы не всего класса буржуазии, а высшего его слоя.
Объективный смысл предлагавшихся «Союзом 17 октября» реформ заключался в быстрейшем становлении индустриального общества, развитии буржуазных отношений во всех сферах производства и распределения, в сглаживании на этой основе политических, социальных и национальных противоречий.
<< | >>
Источник: Агарёв А.Ф.. Отечественная история. УЧЕБНО-МЕТОДИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС. 2005

Еще по теме Либерально-буржуазные партии.:

  1. Создание Либерально-демократической партии и формирование ее политического курса
  2. Становление партии «Единая Россия» - партии парламентского большинства
  3. ЦИРКУЛЯРНОЕ ПИСЬМО ЦК КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ТУРКЕСТАНА ВСЕМ ОБЛАСТНЫМ И УЕЗДНЫМ КОМИТЕТАМ ПАРТИИ ОБ ОЖИВЛЕНИИ ПАРТИЙНОЙ РАБОТЫ НА МЕСТАХ 23 октября 1920 г.
  4. ГЛАВА IX ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АППАРАТ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ПЕРИОДЫ ПЕРВОЙ БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ, РЕАКЦИИ И НОВОГО РЕВОЛЮЦИОННОГО ПОДЪЕМА (1905—1914 гг.). ВТОРОЙ ШАГ ПО ПУТИ К БУРЖУАЗНОЙ МОНАРХИИ
  5. Либеральный штурм
  6. ПЕРЕХОД К «ЛИБЕРАЛЬНОЙ ИМПЕРИИ»
  7. Глава 10 Японский капитализм и либеральное движение
  8. КАРЛО РОССЕЛЛИ. ЛИБЕРАЛЬНЫЙ СОЦИАЛИЗМ, 1989
  9. § 1. Либеральная доктрина: от человека к государству
  10. Цивилизующая сила рынка: либеральная мечта
  11. Глава 12 Рождение либерального символа веры
  12. Глава III Кружок Н. В. Станкевича и либеральное западничество: философские идеи и принципы
  13. ЛИБЕРАЛЬНАЯ БЮРОКРАТИЯ В СТРУКТУРЕ САМОДЕРЖАВНОЙ МОНАРХИИ И КОНЦЕПЦИЯ РЕФОРМ
  14. 5.1. Правление Александра I: борьба либеральных и консервативных тенденций
  15. СОВРЕМЕННАЯ ЗАПАДНАЯ КРИТИКА ЛИБЕРАЛЬНОЙ КОНЦЕПЦИИ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА Клицунов А.И.
  16. 33.1. Модель экономической свободы, либерального регулирования экономики и роль права
  17. 5.3. Либеральные реформы Александра II (1860–1870-е гг.): причины, историческое значение.