<<
>>

   Любовь и долг

   Прямо с вокзала Николай сразу же поехал в Красное Село, где проводили лето его мать и отец. Ему было о чем рассказать, но все же в тот же вечер он отправился в театр, где выступала Кшесинская.
Однако осенью 1891 года они не встретились, потому что он вместе с родителями вскоре уехал в Данию и возвратился лишь в конце года. За время его отсутствия в семье произошел один из редких скандалов, возникший из-за несогласия Александра III пойти навстречу своему двоюродному брату – великому князю Михаилу Михайловичу, просившему разрешения жениться на английской графине Софии Торби – внучке А. С. Пушкина. Император считал брак своего кузена с графиней Торби недопустимым для царской семьи мезальянсом. Михаил Михайлович пренебрег запретом императора и уехал в Англию, где и прожил с Софией Торби до конца своих дней.    Николай возвратился из Дании, сохраняя свой прежний статус все еще неженатого и даже не помолвленного ни с кем принца, и потому Александр III по отношению к своему старшему сыну не мог быть столь строг, как был строг к своему двоюродному брату. А Николай, возвратившись в Петербург и несколько раз побывав в театре, вдруг понял, что его прежнее влечение к Матильде Кшесинской уже успело перерасти в нечто большее. И в январе 1892 года, Николай неожиданно пришел в дом Кшесинских, объяснился, хотя и робко, но вполне определенно о своих чувствах к Матильде и попросил разрешения бывать у нее. С этих пор он стал часто проводить у Матильды вечера (а потом вместе с Николаем) а порой и без него, гостями Кшесинских стали и сыновья великого князя Михаила Николаевича – великие князья Георгий, Александр и Сергей. «Михайловичи», хотя и доводились Николаю двоюродными дядьями, но были почти одного с ним возраста, а Сергей был даже на год младше своего племянника, и это делало вечера у Кшесинских равно интересными для них всех.    Однажды Николай задержался у Матильды почти до утра.
В эту ночь он сказал, что вскоре должен будет уехать в Германию для сватовства. Он назвал и имя невесты – Алиса Гессенская, которая была дочерью Великого герцога Гессенского и внучкой английской королевы Виктории. И Николай, и Матильда понимали, что их любви придет конец, как только будет сыграна свадьба цесаревича с Гессенской принцессой, ибо и Николай был строгих правил, и отец-император никогда не позволил бы своему старшему сыну пуститься в распутство, имея жену. Николай был честен и прямодушен: он ничего не скрывал от Матильды и даже привозил с собой дневники, позволяя ей читать все, что писал он о ней и об Алисе.    «Мною он был очень увлечен, ему нравилась обстановка наших встреч, и меня он безусловно любил, – писала Кшесинская. – Вначале он относился к принцессе как-то безразлично, к помолвке и браку – как к неизбежной необходимости. Но он от меня не скрыл затем, что из всех тех, кого ему прочили в невесты, он ее считал наиболее подходящей и что к ней его влекло все больше и больше, что она будет его избранницей, если на то последует родительское разрешение…    Известие о его сватовстве было для меня первым настоящим горем. После его ухода я долго сидела убитая и не могла потом сомкнуть глаз до утра. Следующие дни были ужасны. Я не знала, что дальше будет, а неведение ужасно. Я мучилась безумно».    Когда Николай вернулся, он сказал, что его сватовство кончилось ничем: Алиса отказалась перейти в православие, а это было непременным условием брака, и помолвка не состоялась. По возвращении в Петербург все вернулось на круги своя, их любовь вспыхнула с новой силой, и оба они старались не думать о неизбежной разлуке. Так наступило лето 1892 года.    Кшесинские имели небольшую усадьбу Красницы в 63 верстах от Петербурга и лето обычно проводили там. Но в этом году Матильда приезжала в столицу гораздо чаще, чем раньше: к этому вынуждали ее репетиции, а кроме того, в городской квартире ее ждали письма от Николая. Все письма и записочки от Николая она хранила и много раз перечитывала.    Тем же летом Николай уехал в Данию, а когда возвратился, то узнал, что Матильда вместе с одной из своих сестер – 27-летней Юлией, за которой решительно ухаживал барон Зедделер, – сняли на Английской набережной двухэтажный особняк, в котором до них жил великий князь Константин Николаевич с балериной Кузнецовой. Дом был прекрасно отделан, а мебель оставалась той же, что и при прежнем его хозяине. Как только Николай вернулся из Дании, сестры Кшесинские устроили новоселье, пригласив множество гостей и получив массу подарков. Николай подарил Матильде 8 золотых чарок для водки, украшенных драгоценными камнями. Но летом 1893 года их роман стал затухать. Николаю все больше и больше нравилась Алиса, и он не мог разделить себя на две части.

<< | >>
Источник: Вольдемар  Балязин. Конец XIX века: власть и народ / М.: Олма Медиа Групп.. 2007

Еще по теме    Любовь и долг:

  1. Любовь
  2. § V. Долг общества — обеспечитьсвоим членам счастливую жизнь
  3. Родительская любовь
  4. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РОДА, ЛЮБОВЬ
  5. ЧТО НАДО ДЕЛАТЬ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ЖИТЬ ДОЛГО И СЧАСТЛИВО?
  6. 7. ДОЛГ
  7. РУССКИЙ КОСМОС И ЛЮБОВЬ РУССКОЙ ЖЕНЩИНЫ
  8. ЛЮБОВЬ И БЕССМЕРТИЕ ЖИЗНИ
  9. Философия как любовь к мудрости
  10. 5.1. ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РОДА, ЛЮБОВЬ
  11. 8. АКТИВНОЕ ДОЛГОЛЕТИЕ
  12. Христианская любовь против христианской ненависти
  13. КАК РЕБЕНОК ДОЛЖЕН ПОНИМАТЬ СВОИ ДОЛГ ПО ОТНОШЕНИЮ К ДРУГИМ ЛЮДЯМ
  14. КАК ВОСПИТЫВАТЬ У ШКОЛЬНИКОВ МОРАЛЬНУЮ ГОТОВНОСТЬ К ВОИНСКОМУ ДОЛГУ
  15. Монументы дарят книгам долгую жизнь
  16. Любовь как универсальная человеческая эмоция