<<
>>

Начало эпохи крестовых походов (1050-1100-е гг.)


Развитие поселенческой структуры на Карельском перешейке и в СевероЗападном Приладожье в первой половине эпохи крестовых походов проявляется в археологическом материале следующим образом. Появившееся уже в среднем железном веке и, самое позднее, в позднем железном веке постоянное население продолжало обитать в Саккола Лапинлахти, Ряйсяля (Тиверский городок, территория самого поселка Ряйсяля, Ховинсаари), Кякисалми-Кореле, Суотниеми, Куркиёках (территория самого поселка, Кууппала, Хямеенлахти) и в районе Сортавалы (Хелюля). Логично предположить, что именно на этой территории должны найтись ранние формы типичных карельских вещей эпохи крестовых походов, такие, к примеру, как наиболее ранние формы овально-выпуклых фибул. Таковые найдены в Ла- пинлахти (H/IA (4636: 2) и H/IC (1922: 409, 2520: 32, 7291: 21) и Ряйсяля Ивасканмяки (H/IA (1922: 419) H/IB (1922: 420). Оплавившиеся в огне фибулы (возможно, из могил с ТПС) найдены в Ряйсяля Ивасканмяки (1922: 421), Суотниеми (2487: 47) и в Куркиёки Кууппала (10670: 143 и найденная в 1986 г.). В районе Кексгольма найдены две побывавшие в огне фибулы типа H/IIA: 1 (5832: 1a, b), вместе с другими украшениями со следами патины от воздействия огня (Lehtosalo 1966: 23-26, 35-36). Из фибул с зооморфным орнаментом наиболее ранняя, относящаяся к подгруппе C1/1a по Линтури, найдена на о-ве Кильпола в деревне Кильпола (3247: 13). Еще одна фибула типа C1 найдена на городище Паасонвуори в 1979 г. (Linturi 1980: 13-18, 101). Большая часть этих вещей найдена случайно как отдельные находки, и только незначительная часть происходит из разрушенных погребений. Никакой прямой типологической связи между сделанными на одной территории находками этих украшений не прослеживается. Имеются, правда, находки входящих в один тип, но относящихся к различному времени вариантов украшений на одной территории, как, например, овально-выпуклые фибулы типа H, относящиеся к подгруппам (вариантам) H/IA, H/IC, H/IIA:4, Н/ IID: 2а и b из Саккола Лапинлахти. Однако аналогичные украшения, помимо Карелии и Восточной Финляндии, известны и на более удаленных территориях (Lehtosalo 1966: 35-37).
Трудности в определении начального этапа карельской культуры позднего железного века могут происходить и из того, что уже в эпоху крестовых походов, вероятно, в XIII в., произошел новый переломный момент в ее развитии. В могилах этого времени больше изделий из серебра и более декорированных украшений (появляются круглые броши-медальоны из серебра, новые варианты серебряных подковообразных фибул, цепедержателей, ножен ножа, овально-выпуклых фибул). В мужских погребениях центрального, ближайшего к племенному центру на Вуоксе (Кякисалми-Корела) района Карельской земли (могильники Каукола Кекомяки, Суотниеми) обычными становятся мечи с украшенными акантовым растительным орнаментом литыми бронзовыми или инкрустированными серебром рукоятями, серебряные кольцевидные фибулы, пояса с металлическими накладками, кресты нательные, перстни-печатки. Расположение могильников в непосредственной близости от деревень, сам тип могильников и деревень (однодворные или ма- лодворные деревни и им соответствующие небольшие родовые кладбища), форма и конструкция могил (деревянные срубные рамы, деревянные камеры («домики мертвых»), коллективные родовые захоронения) отражают изменившиеся формы расселения и хозяйственной деятельности.
Также и в духовной культуре происходят существенные изменения, важнейшим из которых является переход от трупосожжения на древней дневной поверхности к грунтовым могилам.
Перемена в погребальной обрядности произошла в относительно короткий срок — в конце XI — первой половине или середине XII вв. При том, что это время относится к начальному периоду эпохи крестовых походов и в обиходе стали появляться новые формы украшений, относимых к типично карельским, традиции погребальной обрядности эпохи викингов, прежде всего обряд трупосожжения, продолжались до начала или даже середины XII в. В конце XII и в XIII в. появляются новые «классические» могильники эпохи крестовых походов в Ряйсяля Ивасканмяки и Ховинсаари Тонтинмяки, Саккола Лапинлахти (Леппясенмяки, Паямяки, Патья), Рауту (Лейникюля), на территории Кякисалми-Приозерска, в Суотниеми, Каукола Коверила (Кекомяки, Кулхамяки), на о-ве Кильпола, в Куркиёках (Сяккимя- ки). К этому же времени относятся поселения в дер. Рииска, Кейя и Лапин- лахти на оз. Суходольское (Суванто), Тимоскала в нижнем течении Вуоксы, Салитсанранта на озере Отрадное (Пюхяярви), Коверила на озере Богатырское (Ковериланярви), Ховинсаари и Суотниеми на озере Вуокса, Кууппала и Нукутталахти в Северо-Западном Приладожье (рис. 13).
Сельские поселения — небольшие однодворные деревни — и такие же небольшие относящиеся к этим деревням могильники являются надежными индикаторами постоянного населения. На этих же территориях известны жертвенные камни с выемками и культовые места (рис. 12; 29-31; 37-40; 50; 61) (Saksa 1985a: 46-48; 1998, 158-159). В эту эпоху «пришло время» и возникновению городов как центров населенной округи, ремесла и торговли. С течением времени часть из них развивалась в укрепленные или административные центры. Самое позднее, в XIII в. карелами были построены крепость Кякисалми (до постройки Корелы в 1310 г.), Тиверский городок и Выборг (до 1293 г., дошведский), важнейшей функцией которых, наряду с вышеупомянутыми, был контроль за судоходством по Вуоксе и его обеспечение. Это видно по тому, что Выборг и Кякисалми были поставлены в конечных точках Вуоксинской водной системы у ее выходов в Финский залив и Ладожское озеро, а Кякисалми и Тиверский городок — еще и на узловых, сложных с точки зрения судоходства местах порогов (рис. 13). Городище Хямеенлинна в Куркиёках первоначально возникло как ремесленный и торговый центр округи, который в XII в. был защищен валами, приобретя оборонительные функции. Городище Паасонвуори в Хелюля становится укрепленным поселенческим центром, по-видимому, только во второй половине эпохи крестовых походов или в раннем Средневековье.
Развитый этап эпохи крестовых походов (конец XII в. — 1300 г.)
Следствием происшедших в эпоху крестовых походов кардинальных перемен в экономике, культуре и социальной структуре стало возникновение новой поселенческой структуры. Основной хозяйственной, социальной и поселенческой единицей этой системы становится деревня со своими полями и угодьями. Глубину перемен отражают также изменения, происшедшие в религиозных представлениях карел. Проведенные нами в 1980-х гг. на Карельском перешейке исследования показали, что культовые камни на п-ове Большом (Ховинсаари, Раммансаари), в пос. Яркое (Суотниеми) и в дер. Ольховка (Лапинлахти) использовались при отправлении культов и совершении приношений в эпоху крестовых походов и, по всей видимости, в Средневековье. «Жертвы», как это было и в XIX в., по-видимому, приносили в виде продуктов земледелия, животноводства и рыболовства. Это же относится и к культовым каменным кучам в дер. Ольховка (Лапинлахти), в которых найдена такая же керамика, как и в основании культовых камней, на карельских поселениях и городищах, в грунтовых могилах.
Этот относящийся уже к концу языческого времени этап расцвета древнекарельской культуры продолжался, как выше было установлено, относительно недолго, чуть более ста лет. По этой причине значительных перемен в культуре не произошло. Несмотря на то, что все грунтовые могилы эпохи крестовых походов составляют относительно гомогенную группу, некоторые хронологические различия и динамика в развитии в них наблюдаются. Наиболее ранние украшения встречены в составе находки (разрушенный могильник?) на поле Симо Хайкканена в дер. Ивасканмяки. Входившие в нее овально-выпуклые фибулы (6 экз.) относились к различным вариантам фибул с ракообразным орнаментом типа H: H/IA (1922: 419), H/IB (1922: 420), H/II:2b (1922: 418) и H/II: 2 варианты серий a и b, а также сильно оплавившаяся фибула типа H (1922: 421). Единственное исключение составляет фибула типа K (1922: 422). Из перечисленных лишь фибулы типа H/II: 2 варианты серий a и b найдены в Карелии в могилах (Паямяки 1917 и 1931), остальные представлены отдельными находками и встречаются на более широкой территории, включающей Восточную Финляндию и Ладожскую Карелию (Lehtosalo 1966: 23-32, 35-37). Остальные вещи из находки — пронизка типа I: 2a (1922: 427), обкладка ножен ножа типа III и рукоять ножа (1922: 423) и копоушка типа I: 1а (1922: 425) — встречаются в наиболее ранних грунтовых могилах (таблица VIII). В той же деревне у дома Оллинахо позднее нашли две овально-выпуклые фибулы с зооморфным орнаментом типа C2/1b (3130: 10, 11), которым имеется только две аналогии в Миккели Висулахти (могила 16). По-видимому, к инвентарю той же могилы относятся две пронизки с двумя ушками и подвесками типа II, бронзовые бусины и простейшая кольцевая фибула (Linturi 1980: 80).
Из раскопанных могил и других сохранившихся могил, инвентарь которых стал доступен археологам, наиболее ранними можно считать датируемые концом XII-XIII в. погребения Паямяки-1917 и -1931 и Леппясенмя- ки-4 в Лапинлахти, погребения 1: 1, 1: 2, 1: 3, 1: 4, 3, 5: 1, 5: 2 и 6 на могильнике Кекомяки и погребение 2 на могильнике Кулхамяки в дер. Коверила (Богатыри), погребения 1/1886, 3/1886, 7/1886, 1/1888, 3/1888, 5/1888, 6/1888 на могильнике Тонтинмяки и могилы 1 и 3 на могильнике Суотниеми. Уже на том основании, что многие могилы этой группы происходят из одних и тех же могильников, а сами могильники представляют собой кладбища небольших однодворных или малодворных деревень, можно предположить, что захоронения в этих могилах были совершены в разное время. Между ними, следовательно, должна быть относительная хронологическая разница.
Из таблицы IX следует, что в погребениях 1: 1, 1: 2, 6 могильника Кеко- мяки, мог. 1/1888 из Тонтинмяки и мог. 3 из Суотниеми найдены серийно выполненные овально-выпуклые фибулы типа C2/3a. На хронологическую близость этих могил указывают и другие украшения из могил. Инвентарь погребения 1: 2 из Кекомяки почти полностью идентичен инвентарю могилы 1/1888 из Тонтинмяки: круглые серебряные броши, подковообразные фибулы типа I: 1a, цепедержатели типа I: 3a, копоушки типа I: 2 и пронизки типа I: 2a. Диаграмма 22 показывает, что почти все аналогии украшениям из женской могилы 1/1888 из Тонтинмяки (21 экз.) находятся в материале могильника Кекомяки, в то время как в могилах своего могильника отыскивается лишь две. Есть основания предположить, что захороненная на холме Тонтинмяки в могиле 1/1888 женщина была родом из деревни Ке- комяки на противоположной, северной стороне озера Вуоксы. Видимо, она в результате брачных связей попала со своим праздничным костюмом на южный берег озера, на п-ов Ховинсаари. Близко к этим погребениям находится могила 2 из Кулхамяки (круглая серебряная брошь, подковообразная фибула типа I: 1a, цепедержатель типа I: 3a и копоушка типа I: 2). Отличается овально-выпуклая фибула, представленная типом C2 индивидуальные с заостренными концами. В эту же группу входит погребение I: 1 из Кекомяки (фибула типа C2/3a, копоушка типа I: 2 и пронизка типа I: 2a). Отличается цепедержатель, относящийся к типу I: 1. В могиле 6 из Кекомяки были фибула типа C2/3a и подковообразная фибула типа I: 1a. Появляется подковообразная фибула типа II: 2 с выпуклой дугой, которая также входит в инвентарь погребений 5: 1 и 5: 2 в Кекомяки, в которых были также круглые серебряные броши. Различаются овально-выпуклые фибулы (в погребении 5: 1 типа H/IIB: 2a, в погребении 5: 2 — F3). В погребении 5: 2 отсутствует подковообразная фибула типа I: 1a.
В группе мужских погребений в эту же хронологическую группу входят погребения I: 3, I: 4, 3 из Кекомяки и могила 1 из Суотниеми, в которых были шейные ленты, кольцевые фибулы, крестики «скандинавского типа» с тремя утолщениями на концах (кроме Суотниеми-1), перстни (кроме Суотниеми-1), пояса, мечи (кроме Кекомяки-1: 4), наконечники копий и котлы. Из этих могил особенно близки между собой были три погребения из Кекомяки. В эту группу можно включить также погребение 5: 3 из Кекомяки, в котором не было шейной ленты и перстня, но находились крестик, пояс, меч, наконечник копья и котел (таблица VI, IX).
В представленном выше обращает на себя внимание то обстоятельство, что большая часть погребений этой узкой хронологической группы происходит из могильника Кекомяки (1: 1, 1: 2, 1: 3, 1: 4, 3, 5: 1, 5: 2, 5: 3, 6) и только два из Суотниеми (1 и 3) и одно из Тонтинмяки (1/1888) (таблицы VI, VII, VIII, IX и XI). На могильнике Тонтинмяки, кроме могилы 1/1888, только одна могила 3/1886 может быть сопоставлена с погребениями 5: 1 и 5: 2 из могильника Кекомяки (овально-выпуклая фибула типа H/IIB: 2a, цепедержатель типа I: 3a и ножны ножа типа I: 2 (таблица XI)). Это обстоятельство ставит вопрос о хронологической связи между могильниками и отдельными могилами на них, особенно между Тонтинмяки и Кекомяки, о близости которых в инвентаре могил свидетельствуют диаграммы 45 и 46.
Распространение типичных для этой группы погребений украшений (овально-выпуклые фибулы типов C2/3a, H/IIB: 2a, F3, круглые серебряные броши, подковообразные фибулы типов I: 1a и II: 2, пронизки типов I: 1 и I: a, цепедержатели типа I: 3a, копоушки типов I: 1 и I: 2, ножны ножей типов I: 1 и II) со всей очевидностью показывает, что большая их часть (40) приходится на могильник Кекомяки: из девяти найденных на рассматриваемой нам территории фибул типа C2/3a шесть происходит из могил 1 и 6 (три оставшиеся найдены в Тонтинмяки-1/1888 (две) и Суотниеми-3); из 13 цепедержателей типа I: 3a пять происходит из могил 1 и 5 в Кекомяки (остальные в Кулхамяки (два), Тонтинмяки-3/1886 и —1/1888 (три), по одному в Паямя- ки-1917, Куркиёки Сяккимяки, Хиитола Петкола, один найден случайно и два происходят из Миккели Мойсио); из пяти копоушек типа I: 2 две найдены в могилах 1: 1 и 1: 2 (еще по одной найдено в Кулхамяки, Тонтинмя- ки-1/1888 и в Хиитола Коккола); из пяти подковообразных фибул типа I: 1a три находились в погребениях 1: 2, 5: 1 и 6 (еще одна в Кулхамяки и две в Тонтинмяки (в могилах 1/1886 и 1/1888) и из семи подковообразных фибул типа II: 2 пять происходит из погребений 2, 3, 561, 5: 2 и 6 (остальные найдены в Саккола Патья и Сортавала Рантуэ). Также и пронизки типов I: 1 и I: 2a, копоушки типа I: 2 и ножны ножа типа II концентрируются на территории могильников Кекомяки и Тонтинмяки (таблица XI). В единственной могиле соседнего могильника Кулхамяки насчитывается пять аналогий, в Тонтинмяки 17, в Лапинлахти на могильниках Леппясенмяки, Паямяки и Патья 14, в Суотниеми только три. Таким образом, можем констатировать, что во время, когда рассмотренные захоронения были совершены, население концентрировалось в области нижнего течения Вуоксы и на южном берегу оз. Суванто (Суходольское).
Сравнительные диаграммы распространения карельских вещей свидетельствуют, что с могильниками Кекомяки и Тонтинмяки сопоставимы могильники дер. Лапинлахти. Аналогии вещам из последних (Лапинлахти) проявляются в вещевых находках из погребений Кекомяки-5: 1 (15 аналогий в целом), 5: 2 (8 аналогий) и 6 (11 аналогий) и Тонтинмяки-1/1886 (14 аналогий), 3/1886 (7 аналогий), 5/1888 (15 аналогий) и 6/1888 (6 аналогий). Вещам из погребений Кекомяки-5: 1, 5: 2 и 6 более всего аналогий находится на могильнике Патья (16) и могилы Паямяки-1931 (8). Последняя могила по вещевым аналогиям более всего сопоставима с вещевым материалом погребений Кекомяки-5: 1 (три) и 6 (четыре). Вещам из могилы Тонтинмяки-1/1886 более всего аналогий находится на могильнике Патья (шесть) и в могиле Па- ямяки-1931 (четыре). Могила 5/1888 из Тонтинмяки по аналогиям вещам сопоставима с могилой 4 из Леппясенмяки (шесть) и могильником Патья (шесть). Вещевой материал могилы Паямяки-1917 лишь в малой степени (одна-две аналогии) отражается в инвентаре всех могил могильников Кеко- мяки и Тонтинмяки (рис. 44, 45, 53), что, по-видимому, объясняется предполагаемым временным разбросом вещей в самой могиле (Lehtosalo 1966: 25). Диаграммы находок вещей из Лапинлахти опять же свидетельствуют и о том, что этим вещам находится значительно больше аналогий в могилах отдаленных могильников Кекомяки и Тонтинмяки, чем в погребениях на соседней территории (Рауту) (рис. 44).
Обращение к аналогиям вещей из карельских грунтовых могил в погребениях в Лапинлахти дает нам дополнительный повод для рассуждений о возможных хронологических различиях между могилами или, напротив, о принадлежности их к одной и той же хронологической группе. В могиле Патья-1937 имелись вещи, которым находятся аналогии в могилах Леп- пясенмяки-4, Паямяки-1931 и Лейникюля (по четыре в каждой), в то время как на своем могильнике и в могиле Паямяки-1917 только по одной. Украшениям из могилы Леппясенмяки-4 четыре аналогии насчитывается в могиле Патья-1937 и лишь по две в могилах Паямяки-1931 и Лейникюля. Вероятное хронологическое различие между могилами 1917 г. и 1931 г. в Паямяки проявляется в том, что в последней имелись украшения, которым в могиле Патья-1937 насчитывается три аналогии, в то время как украшениям из Паямяки-1917 в той же могиле имеется лишь одна. При этом в могиле Паямяки-1931 их четыре (рис. 44). Таким образом, выстраивается хронологическая цепочка: Паямяки-1917, Паямяки-1931, Патья-1937, Лейникюля, Леппясенмяки-4. Инвентарь могил из Лапинлахти также отражает взаимную хронологическую близость разных могил на могильниках Кекомяки и Тонтинмяки. Например, в свете набора вещей из могил Патья-1937 и Паямяки-1931 погребения 5: 1 и 6 на могильнике Кекомяки близки могиле 1/1886 из Тонтинмяки и обеим упомянутым могилам из Ла- пинлахти. В эту же хронологическую группу входит также могила 5/1888 из Тонтинмяки и добавляется Леппясенмяки-4 и, в меньшей мере, могила из Лейникюля. Вещевой материал могил Паямяки-1917 и -1931 представлен аналогиями лучше в инвентаре могилы Тонтинмяки-3/1886 (по две аналогии из каждой) и могилы Кекомяки-5: 2 (две аналогии из могилы 1917 г. и одна из могилы 1931 г.) (диаграммы на рис. 44, 45, 53). В могиле Тонтинмяки-6/1888 находится по одной аналогии из всех могил деревни Лапинлахти (таблица VIII). В составленную по материалам погребальных находок из Лапинлахти хронологическую цепочку на этом этапе можно включить также могилы из Кекомяки и Тонтинмяки. В новой редакции она выглядит следующим образом: Паямяки-1917, Тонтинмяки-6/1888(?), 1/1886-3/1886, Кекомяки-5: 1, 5: 2, 6, Паямяки-1931, Патья-1937, Лейни- кюля, Тонтинмяки-5/1888, Леппясенмяки-4.
На этом этапе опять встает вопрос о той, обнаруживаемой среди наиболее ранних могил группе, ядром которой являются могилы с овальновыпуклыми фибулами типа C2/3a. Это женские погребения Кекомяки-1: 1, 1: 2, 5: 1, 5: 2, 6, Кулхамяки-2, Тонтинмяки-1/1888, Суотниеми-3 и мужские погребения Кекомяки-1: 3, 1: 4, 3, 5: 3 и Суотниеми-1. Из них Кекомяки-5: 1, 5: 2 и 6 выше нами упоминались в хронологической цепи погребений могильников Кекомяки, Тонтинмяки и деревни Лапинлахти, относящихся к группе относительно молодых могил. С другой стороны, рассматривая внутреннюю хронологию могильников, мы определили две из упомянутых могил (5: 2 и 5: 1) как относящиеся к наиболее ранним на могильнике Кекомяки. Также и могилы Тонтинмяки-1/1886 и 3/1886 принадлежат к наиболее ранним на своем могильнике. Исходя из этого, могилы Кекомяки-1 (две женщины и двое мужчин), 3 (мужчина и женщина), 5 (две женщины и один мужчина), 6 (одна женщина), Кулхамяки-2 (женщина), Суотниеми-3 (одна (?) женщина) и Тонтинмяки-1/1888 (женщина) формируют хронологически относительно молодую группу, в которой погребения могилы 5 в Кекомяки являются наиболее ранними. С одной стороны от них располагаются обе могилы из Паямяки и могилы 1/1886, 3/1886 и 6/1888, а с другой — Патья-1937, Кекомяки-6, Кулхамяки-2, Суотниеми-1 и -3, Тонтинмяки-1/1888, а также коллективные могилы 1 и 3. Свою группу составляют Тонтинмяки-5/1888 и могилы из Леппясенмяки и Лейникюля, которые близки могиле Патья-1937 (таблица XI). Вполне возможно, что они относятся к тому же времени, то есть ко времени могил Патья-1937, Тонтинмяки-1886 и Кекомяки-5: 1.
Вопрос о проявляющихся в погребальном инвентаре связях между районами нижнего течения Вуоксы и оз. Суванто (Суходольское) является также вопросом о хронологии могил и о происходящих со временем изменениях в погребальном инвентаре. Имеются основания подчеркнуть, что в некоторых из рассмотренных выше могил основного ядра группы ранних женских могил (Кекомяки-1: 1, 1: 2, 3 и Тонтинмяки-1/1888) нет вещей, которым находилось бы более чем одна или две аналогии в Лапинлахти (рис. 44; 45; 53). Диаграммы по материалам могильников Лапинлахти, с другой стороны, свидетельствуют, что связь с центрами в Коверила и Ховинсаари сохраняется во все время существования этих могильников. Изменения происходили на уровне отдельных могильников на территории одной деревни или отдельных же могил сопоставляемых территорий (например, вещам из могил Ке- комяки-5 и 6, входящих в рассматриваемую группу, находятся аналогии в Лапинлахти (рис. 44, 45). Можно даже предположить, что «ритм» в совершении захоронений на могильниках одного региона мог не совпадать, поскольку часть могил содержит вещи, которым вовсе не находится в других местах аналогий, хотя и есть все основания полагать, что и другие могильники существовали в это же время.
Могилы, образовавшие в результате рассмотрения вещевого инвентаря определенную хронологическую группу, классифицируемые по погребальному обряду, относятся в этом случае к различным группам: могилы Кеко-

мяки-1, 3, 5 и 6 входят в группу II; могилы Тонтинмяки-1/1888, Кулхамяки-2 и Суотниеми-1 относятся к группе III. Все могилы из Лапинлахти входят в группу I (таблица V). На этом основании можно предположить, что рассмотренные нами черты погребального обряда являются в большей степени локальными; как хронологические, продиктованные временными изменениями в погребальном обряде их можно рассматривать только на материале больших, функционировавших продолжительное время могильников, таких, как Ховинсаари Тонтинмяки. />
<< | >>
Источник: Сакса А.И.. Древняя Карелия в конце I — начале II тысячелетия н. э. Происхождение, история и культура населения летописной Карельской земли. 2010

Еще по теме Начало эпохи крестовых походов (1050-1100-е гг.):

  1. ГЛАВА 6 Этапы развития населения древней Карелии и его культуры в эпоху крестовых походов (1050-1300 гг.)
  2. Находки эпохи крестовых походов в окрестностях г. Сортавалы
  3. Каукола (Севастьяново) Находки позднего железного века и эпохи крестовых походов
  4. ЗНАЧЕНИЕ КРЕСТОВЫХ ПОХОДОВ
  5. § 10. КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
  6. КРЕСТОВЫЙ ПОХОД
  7. КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ В ПРИБАЛТИКУ
  8. КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ В СТРАНЫ ВОСТОЧНОГО СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ
  9. Население Северного Приладожья в эпоху крестовых походов
  10. КРЕСТОВЫЙ ПОХОД i
  11. ВИЗАНТИЯ И КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ
  12. ЧЕТВЕРТЫЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД
  13. ПЕРВЫЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД
  14. Карелия и Саво в эпоху крестовых походов
  15. ГЛАВА 4 ЕВРОПА. КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ. РАЗВИТИЕ ГОРОДОВ. ГОСУДАРСТВА КРЕСТОНОСЦЕВ
  16. Глава 5. На путях в Каноссу и Иерусалим. (Борьба империи с папством и Крестовые походы)
  17. „КРЕСТОВЫЙ ПОХОД* КОРОЛЯ МАГНУСА НА РУСЬ В 1348 г.
  18. ГЛАВА 7 Карелия в эпоху крестовых походов и Средневековья. Итоги развития