<<
>>

   Неожиданный поворот судьбы

   Прошло два года. Иван Молодой женился на Елене Волошанке – дочери Молдавского господаря Стефана, вошедшего в историю Молдавии как Стефан Великий.    Вскоре у них родился сын, названный Дмитрием.
В Кремле тут же поняли, что на свет появился еще один наследник престола, ибо старшему сыну великого князя наследовал его старший сын. Это обстоятельство еще больше усложнило и положение Софьи Фоминичны, и ее потаенную задачу, но не заставило отказаться от не оставлявшего ее замысла.    Ее надежды оживились, когда тверской князь Михаил Борисович, бывший тесть Ивана Васильевича, «переметнулся к Литве», заключив союзный договор с польским королем и великим князем Литвы Казимиром IV. Иван Васильевич послал под стены Твери московское войско, и 12 сентября 1485 года город был взят.    На великокняжеский тверской трон сел Иван Иванович Молодой, и, таким образом, влияние его на московские дела стало значительно меньшим.    Четыре года в Московском Кремле полновластной хозяйкой оставалась Софья Фоминична. К этому времени стала она матерью еще четырех сыновей – Юрия, Дмитрия, Семена и Андрея – и пяти дочерей, но не стала совершенно полновластной над сердцем своего мужа.    В 1489 году нежданно-негаданно Иван Молодой заболел проказой и 6 марта 1490 года умер.    Семилетний сын Ивана Молодого – Дмитрий – должен был унаследовать московский трон.

   Еще два неожиданных поворота судьбы

   Софья Фоминична и Василий Иванович сразу же оказались на вторых ролях, что их совершенно не устраивало. С течением времени, как писал историк О. В. Творогов, «в семье великого князя разгорелся значительный по своим последствиям конфликт. Причины его до конца не ясны, но, вероятно, сыграли роль какие-то сепаратистские тенденции, к возможности которых, памятуя о феодальной войне при Василии II, Иван относился крайне болезненно. Во всяком случае, летопись сообщает, что уже в первой половине года Иван начал „гневаться“ на сына Василия (ему было в это время восемнадцать лет) и на свою жену Софью Палеолог.

В декабре недовольство Ивана достигло своей кульминации: он велел схватить сына и „посади его за приставы на его же дворе“. Василия обвинили в том, что он будто бы хотел „отъехать“ от отца, „пограбить казну“ в Вологде и Белоозере и учинить какое-то насилие над своим племянником Дмитрием. Единомышленников Василия – дьяка Федора Стромилова, сына боярского Владимира Гусева, князей Ивана Палецкого Хруля, Щавея Травина-Скрябина и других – предали жестокой казни: кого четвертовали, кому отрубили голову, кого разослали по тюрьмам. Опале подверглась и великая княгиня Софья: посещавших ее „с зельем“ „баб лихих“ утопили в Москве-реке в проруби. Победу одержало окружение Дмитрия (сына Ивана Ивановича Молодого) и его матери Елены Стефановны», – писал историк О. В. Творогов в своей книге.    В феврале 1498 года дед венчал его на Великое княжение, объявив наследником и соправителем.    Однако через четыре года судьба Дмитрия круто переменилась: дед велел схватить девятнадцатилетнего внука и его мать и «бросить за сторожи».    7 апреля 1503 года, через год после ареста Дмитрия и Елены Стефановны, Софья Фоминична умерла, добившись в конце жизни своей самой заветной мечты – оставить московский трон старшему сыну Василию.    Похоронив жену, Иван III вскоре составил завещание – духовную грамоту, по коей пожаловал старшему сыну Василию 66 городов, а четырем младшим всем вместе – 30, да и то владения Андрея и Семена до их совершеннолетия передавались их опекуну, тому же Василию.    Уже тяжелобольным, за полгода до смерти, Иван III решил женить старшего сына и в августе 1505 года приказал привезти в Москву полторы тысячи красивых и здоровых девиц из лучших семей Руси для того, чтобы выбрать из них одну и надеть ей обручальное кольцо, провозгласив Великой княгиней Московской.    Счастливицей оказалась дочь боярина Юрия Константиновича Сабурова – Соломония, чей отец, дед и прадед верой и правдой служили великим князьям Московским и наместниками и воеводами.    Свадьбу сыграли 4 сентября 1505 года, а 27 октября 1505 года Иван III скончался.
Двадцатишестилетний Великий князь Московский Василий III взошел на прародительский престол.    …Елену Стефановну умертвили в тюрьме зимой 1505 года, а ее несчастный сын так и оставался в узилище, где суждено было ему умереть через четыре года.

   Н. М. Карамзин об Иване III

   «Внутри Государства он не только учредил Единовластие – до времени оставив права Князей Владетельных одним Украинским или бывшим Литовским, чтобы сдержать слово и не дать им повода к измене, – но был и первым, истинным Самодержцем России, заставив благоговеть пред собою Вельмож и народ, восхищая милостию, ужасая гневом, отменив частные права, несогласные с полновластием Венценосца. Князья племени Рюрикова и Святого Владимира служили ему наравне с другими подданными и славились титулом Бояр, Дворецких, Окольничих, когда знаменитою, долговременною службою приобретали оное. Василий Темный оставил сыну только четырех Великокняжеских Бояр, Дворецкого, Окольничего; Иоанн в 1480 году имел уже 19 Бояр и 9 Окольничих, а в 1495 и 1496 годах учредил сан Государственного Казначея, Постельничего, Ясельничего, Конюшего. Имена их вписывались в особенную книгу для сведения потомков. Все сделалось чином или милостию Государевою. Между Боярскими Детьми придворными, или младшими Дворянами, находились сыновья Князей и Вельмож. Председательствуя на Соборах Церковных, Иоанн всенародно являл себя Главою Духовенства; гордый в сношениях с Царями, величавый в приеме их Посольств, любил пышную торжественность; уставил обряд целования Монаршей руки в знак лестной милости, хотел и всеми наружными способами возвышаться пред людьми, чтобы сильно действовать на воображение; одним словом, разгадав тайны Самодержавия, сделался как бы земным Богом для России, которая с сего времени начала удивлять все иные народы своею беспредельною покорностию воле Монаршей. Ему первому дали в России имя Грозного, но в похвальном смысле: грозного для врагов и строптивых ослушников. Впрочем, не будучи тираном подобно своему внуку, Иоанну Васильевичу Второму, он, без сомнения, имел природную жестокость во нраве, умеряемую в нем силою разума.

Редко основатели Монархий славятся нежною чувствительностию, и твердость, необходимая для великих дел государственных, граничит с суровостию. Пишут, что робкие женщины падали в обморок от гневного, пламенного взора Иоаннова; что просители боялись идти ко трону; что Вельможи трепетали и на пирах во дворце не смели шепнуть слова, ни тронуться с места, когда Государь, утомленный шумною беседою, разгоряченный вином, дремал по целым часам за обедом; все сидели в глубоком молчании, ожидая нового приказа веселить его и веселиться. Уже заметив строгость Иоаннову в наказаниях, прибавим, что самые знатные чиновники, светские и духовные, лишаемые сана за преступления, не освобождались от ужасной торговой казни; так (в 1491 году) всенародно секли кнутом Ухтомского Князя, Дворянина Хомутова и бывшего Архимандрита Чудовского за подложную грамоту, сочиненную ими на землю умершего брата Иоаннова.    История не есть похвальное слово и не представляет самых великих мужей совершенными. Иоанн как человек не имел любезных свойств ни Мономаха, ни Донского, но стоит как Государь на вышней степени величия. Он казался иногда боязливым, нерешительным, ибо хотел всегда действовать осторожно. Сия осторожность есть вообще благоразумие, оно не пленяет нас подобно великодушной смелости, но успехами медленными, как бы неполными дает своим творениям прочность. Что оставил миру Александр Македонский? Славу. Иоанн оставил Государство, удивительное пространством, сильное народами, еще сильнейшее духом Правление, то, которое ныне с любовию и гордостию именуем нашим любезным отечеством. Россия Олегова, Владимирова, Ярославова погибла в нашествие Монголов; Россия нынешняя образована Иоанном, а великие Державы образуются не механическим слеплением частей, как тела минеральные, но превосходным умом Державных. Уже современники первых счастливых дел Иоанновых возвестили в Истории славу его; знаменитый Летописец Польский, Длугош, в 1480 году заключил свое творение хвалою сего неприятеля Казимирова. Немецкие, Шведские Историки шестого-надесять века согласно приписали ему имя Великого, а новейшие замечают в нем разительное сходство с Петром Первым; оба, без сомнения, велики, но Иоанн, включив Россию в общую государственную систему Европы и ревностно заимствуя искусства образованных народов, не мыслил о введении новых обычаев, о перемене нравственного характера подданных; не видим также, чтобы пекся о просвещении умов Науками, призывая художников для украшения столицы и для успехов воинского искусства, хотел единственно великолепия, силы; и другим иноземцам не заграждал пути в Россию, но единственно таким, которые могли служить ему орудием в делах Посольских или торговых: любил изъявлять им только милость, как пристойно великому Монарху, к чести, не к унижению собственного народа.
Не здесь, но в Истории Петра должно исследовать, кто из сих двух Венценосцев поступил благоразумнее или согласнее с истинною пользою отечества».

   С. М. Соловьев об Иване III

   «Таковы были следствия собрания Русской земли около Москвы – следствия, необходимо обнаружившиеся во второй половине XV века, в княжение Иоанна III, который, пользуясь полученными от предков средствами, пользуясь счастливым положением своим относительно соседних государств, доканчивает старое и вместе с тем необходимо начинает новое. Это новое не есть следствие его одной деятельности; но Иоанну III принадлежит почетное место среди собирателей Русской земли, среди образователей Московского государства; Иоанну III принадлежит честь за то, что он умел пользоваться своими средствами и счастливыми обстоятельствами, в которых находился во все продолжение жизни. При пользовании своими средствами и своим положением Иоанн явился истым потомком Всеволода III и Калиты, истым князем Северной Руси: расчетливость, медленность, осторожность, сильное отвращение от мер решительных, которыми было можно много выиграть, но и потерять, и при этом стойкость в доведении до конца раз начатого, хладнокровие – вот отличительные черты деятельности Иоанна III. Благодаря известиям венецианца Контарини мы можем иметь некоторое понятие и о физических свойствах Иоанна: он был высокий, худощавый, красивый мужчина: из прозвища Горбатый, которое встречается в некоторых летописях, должно заключать, что он при высоком росте был сутуловат».

   С. Ф. Платонов об Иване III

   «Иван III по примеру своих предков составил завещание, в котором поделил свои владения между пятью своими сыновьями. По форме это завещание было похоже на старые княжеские духовные грамоты, но по сути своей оно окончательно устанавливало новый порядок единодержавия в Московском государстве. Старшего своего сына Василия Иван III делал прямо государем над братьями и ему одному давал державные права. Василий получил один 66 городов, а четверо его братьев – только 30, и притом мелких. Василий один имел право бить монету, сноситься с другими государствами; он наследовал все выморочные уделы бездетных родственников; только его детям принадлежало великое княжение, от которого отказались заранее его братья. Таким образом, Василий был государем, а его братья и прочая родня – подданными. Такова основная мысль завещания Ивана III».

  

<< | >>
Источник: Вольдемар Балязин. Неофициальная история России.    Ордынское иго и становление Руси. М.: Олма Медиа Групп. 192 с.. 2007

Еще по теме    Неожиданный поворот судьбы:

  1. 2. ФИХТЕ. БЕРЛИНСКИЙ ПЕРИОД
  2. XIV. ВАРВАРА 1923.XL 14
  3. JI. Н. Митрохин Протестантская концепция человека
  4.    Неожиданный поворот судьбы
  5. ПОЭТИКА
  6. § 3. Государственное регулирование земельных отношений башкир-вотчинников в 20-50 гг. XIX в.
  7. Т. А. Михайлова ОСМЫСЛЕНИЕ И ОБОЗНАЧЕНИЕ «СУДЬБЫ» в ДРЕВНЕИРЛАНДСКОЙ МИФОПОЭТИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ *
  8. I. Проблема языка в свете типологии культуры. Бобров и Макаров как участники языковой полемики
  9. ОТ АВТОРА Несколько слов о втором издании ОЧЕРКОВ ИСТОРИИ РУССКОГО НАЦИОНАЛИЗМА. 1825-1921
  10. ГЛАВА 3 ГОЛ 1905-Й. Муклен. Цусима. Портсмутский финал Японской войны
  11. Послесловие: Берия как человек