<<
>>

В ОЖИДАНИИ НОВОГО НАПОЛЕОНА

Читатель помнит, надеюсь, что захворала "патриотической" болезнью Россия после того, как волею исторических судеб оказалась военной хозяйкой континента, наследницей свергнутой в 1815 г.

со сверхдер- жавного Олимпа наполеоновской Франции. До кончины Александра Павловича, однако, покуда еще числила себя Россия официально в со- ставе Европы, болезнь эта практически никак себя не проявляла. Во всяком случае декабристская элита страны была от неё свободна со- вершенно. И империя вовсе не была для декабристов священной коро- вой (Сергей Трубецкой, как мы еще увидим, предлагал даже в своём конституционном проекте заменить её Российской Федерацией), и независимость Польши казалась им делом вполне естественным.

Все это резко изменилось с разгромом декабризма и воцарением

Николая, когда Россия — в разгар антипетровской революции —

оль же официально объявила, что она - "не Европа", неожиданно

казавшись таким образом военной хозяйкой чужого континента.

Причем, континента, уязвимого для "красной" революции, которая

представлении николаевских идеологов была воплощением обыкновенной анархии. Отсюда соблазн, с особой яркостью про- явившийся в ново-византийской утопии Тютчева, подчинить себе Европу, похитить её, если угодно, раз и навсегда восстановив в ней под российским скипетром "великий принцип власти". На практике Европа казалась николаевским геополитикам потенциальной добы- чей. Отсюда и обожествление империи, и полубезумная уверенность, что Европа "сгнила", т.е. к сопротивлению неспособна.

И продолжалась вся эта фантасмагория целое поколение, покуда Крымская война не сбросила со сверхдержавного Олимпа и Россию, оказавшись для Николая тем же, чем Ватерлоо для Наполеона. Офи- циальная народность, благословившая крепостное право, сошла со сцены. Но идея превосходства самодержавия над всеми другими фор- мами правления и постулат "Россия не Европа" остались.

Их живым воплощением стало теперь мощное (в духовном, а порою и в полити- ческом смысле) славянофильство. И поражения от рук Европы оно не забыло. В глазах "патриотических" историков не забыто оно, как мы видели, и по сию пору.

Куда более важно, однако, что после Крымской войны, ставшей своего рода русским Ватерлоо, сверхдержавный соблазн естественно вступил в России в фазу фантомного наполеоновского комплекса, т.е. самоубийственной тоски по утраченной сверхдержавности. От- ныне элита страны (во всяком случае её националистическое крыло) жила идеей реванша. И покорённой Польше отводилась в этом деле особая роль. Ведь, как слышали мы еще от Александра Павловича, предназначена она была "служить авангардом во всех наших будущих войнах в Европе".

Вот же почему попытка поляков добиться независимости не- ожиданно уравнялась в сознании Никитенко (и всего "испорчен- ного" Официальной Народностью поколения) со "стремлением Европы отнять у нас цивилизацию" (которую он, кстати, совсем еЩе недавно отрицал) и даже "право великой державы". В этом, надо полагать, и была действительная причина истерии, внезапно поразившей в разгар польского восстания "испорченное" поколе- ние России.

135

134

Ошибка Герцена

Патриотизм и национализм в России. 1825-1921

На самом деле знаменовало это нечто куда более страшное: нача- ло конца империи Романовых. Вспомните умилившую Никитенко картину того, как народ в патриотическом порыве молился на коле- нях перед окнами царского дворца за здравие государя. В мучитель- ной тоске nq утраченному первенству России в мире "испорченное" поколение (и в первую очередь его националистическое крыло) раз- будило массы, им же оставленные "во власти тьмы", совершенно не отдавая себе отчета в экстраординарной опасности этого шага. Ко- нечно, 17 апреля 1863 года молились эти массы за победу над поля- ками. Но несколько десятилетий спустя, когда даже последнему ду- раку станет очевидно, что Романовы бессильны вернуть России это первенство, они отвернутся от разбудившей их ярость "испорчен- ной" элиты. И с той же страстью, с какой вчера молились за истреб- ление Польши, примутся за истребление самой этой "элиты.

Так или иначе, с постниколаевской Россией происходило, похо- же, то же самое, что с постнаполеоновской Францией: она жила в ожидании нового Наполеона. И раньше или позже она должна будет отдать ему Кремль.

<< | >>
Источник: Янов А.Л.. Патриотизм и национализм в России. 1825—1921. — М.: ИКЦ “Академкнига”. — 398 с.. 2002

Еще по теме В ОЖИДАНИИ НОВОГО НАПОЛЕОНА:

  1. НАПРЯЖЕННОЕ ОЖИДАНИЕ
  2.    В ожидании врага
  3. Высказывания ожиданий
  4. Роль Наполеона.
  5. 1.2. Формирование и поддержание повышенных ожиданий
  6. Неофициальная история России. Россия против Наполеона
  7. Вычисление математического ожидания
  8. Ожидание мертвецов и ритуальная инициация
  9. Жильбер Мартино. Повседневная жизнь на острове Святой Елены при Наполеоне, 2008
  10. ИЗБРАНИЕ ЛУИ-НАПОЛЕОНА ПРЕЗИДЕНТОМ.
  11. 14.3. МАТЕМАТИЧЕСКОЕ ОЖИДАНИЕ ИГРЫ; ЧИСТЫЕ И СМЕШАННЫЕ СТРАТЕГИИ