<<
>>

   Письмо Александра I Лагарпу, посланное летом 1798 года

   5 апреля 1797 года Павел был коронован в Успенском соборе Московского Кремля, а через месяц отправился в путешествие по России, взяв с собой Александра и Константина. Они посетили Смоленск, Могилев, Минск, Вильно, Гродно, Митаву, Ригу и Нарву.    Ровно через год августейший отец и оба его сына отправились из Петербурга в Москву, а оттуда поехали не на Запад, как за год перед тем, а на Восток – во Владимир, Нижний Новгород, Казань.
Затем через Ярославль, минуя Москву, путешественники возвратились в Петербург.    Во втором путешествии, впрочем, как и в первом, Павел повсюду прежде всего учинял смотры войскам. Они наводили страх и трепет на всех в них участвующих. Командир Уфимского полка, боевой офицер, соратник Суворова полковник Л. Н. Энгельгардт, находившийся со своим полком в Казани, писал, что он шел на смотр с большим ужасом, чем за три года перед тем на штурм варшавского предместья.    Все увиденное не могло не произвести на Александра самого сильного и самого безрадостного впечатления. Вернувшись из путешествия, он поделился чувствами и мыслями со старым своим другом Лагарпом, воспользовавшись тем, что в Швейцарию отправился один из его единомышленников – Николай Николаевич Новосильцев. Несмотря на то, что Новосильцев был на шестнадцать лет старше Александра, они оба по взглядам, воспитанию и отношению к жизни могли считаться людьми одного поколения. Н. Н. Новосильцев, Адам Чарторыйский и граф П. А. Строганов входили в кружок так называемых «молодых друзей» Александра, все они пользовались его доверием.    Александр вручил Новосильцеву для передачи Лагарпу письмо, которое проливает свет на многие коллизии будущего царствования Александра.    Ниже вы прочитаете наиболее важные фрагменты письма, объясняющие проблему абдикирования.    «Наконец-то я могу свободно насладиться возможностью побеседовать с вами, мой дорогой друг. Как уже давно не пользовался я этим счастьем.
Письмо это вам передаст Новосильцев; он едет с исключительной целью повидать вас и спросить ваших советов и указаний в деле чрезвычайной важности – об обеспечении блага России при условии введения в ней свободной конституции… Чтобы вы могли лучше понять меня, я должен возвратиться назад.    Мой отец по вступлении на престол захотел преобразовать все решительно. Его первые шаги были блестящи, но последующие события не соответствовали им. Все сразу перевернулось вверх дном, и потому беспорядок, господствовавший в делах и без того в слишком сильной степени, лишь увеличился.    Военные почти все свое время теряют исключительно на парадах. Во всем прочем решительно нет никакого строго определенного плана. Сегодня приказывают то, что через месяц будет уже отменено. Доводов никаких не допускается, разве уж тогда, когда все зло совершилось. Наконец, чтоб сказать одним словом, благосостояние государства не играет никакой роли в управлении делами: существует только неограниченная власть, которая все творит шиворот-навыворот. Невозможно перечислить все те безрассудства, которые совершились здесь; прибавьте к этому строгость, лишенную малейшей справедливости, немалую долю пристрастия и полнейшую неопытность в делах. Выбор исполнителей основан на фаворитизме; заслуги здесь ни при чем. Одним словом, моя несчастная родина находится в положении, не поддающемся описанию. Хлебопашец обижен, торговля стеснена, свобода и личное благосостояние уничтожены.    Вот картина современной России, и судите по ней, насколько должно страдать мое сердце. Я сам, обязанный подчиняться всем мелочам военной службы, теряю все свое время на выполнение обязанностей унтер-офицера, решительно не имея никакой возможности отдаться своим научным занятиям, составлявшим мое любимое времяпрепровождение; я сделался теперь самым несчастным человеком.    Вам известны мои мысли, клонившиеся к тому, чтобы покинуть свою родину. В настоящее время я не предвижу ни малейшей возможности к приведению их в исполнение, и затем несчастное положение моего Отечества заставляет меня придать своим мыслям иное направление.
Мне думалось, что если когда-либо придет и мой черед царствовать, то вместо добровольного изгнания себя я сделаю несравненно лучше, посвятив себя задаче даровать стране свободу и тем не допустить ее сделаться в будущем игрушкою в руках каких-либо безумцев. Это заставило меня передумать о многом, и мне кажется, что это было бы лучшим образцом революции, так как она была бы произведена законной властью, которая перестала бы существовать, как только конституция была бы закончена и нация избрала бы своих представителей. Вот в чем заключается моя мысль…    Мы намереваемся в течение настоящего царствования поручить перевести на русский язык столько полезных книг, как это только окажется возможным, но выходить в печати будут только те из них, печатание которых окажется возможным, а остальные мы прибережем для будущего; таким образом, по мере возможности положим начало распространению знания и просвещения умов. Но когда придет мой черед, тогда нужно будет стараться, само собою разумеется, постепенно образовать народное представительство, которое, должным образом руководимое, составило бы свободную конституцию, после чего моя власть совершенно прекратилась бы, и я, если Провидение покровительствовало бы нашей работе, удалился бы куда-либо и жил бы счастливый и довольный, видя процветание своей родины и наслаждаясь им. Вот каковы мои мысли, мой дорогой друг. Дай только Бог, чтобы мы когда-либо могли достигнуть нашей цели – даровать России свободу и сохранить ее от поползновений деспотизма и тирании. Вот мое единственное желание, и я охотно посвящу все свои труды и всю свою жизнь этой цели, столь дорогой для меня».

<< | >>
Источник: Вольдемар Балязин. Неофициальная история России. Том 10. Тайная жизнь Александра I. 2007

Еще по теме    Письмо Александра I Лагарпу, посланное летом 1798 года:

  1.    Письмо Александра I Кочубею от 10 мая 1796 года
  2.    Письмо народовольцев Александру III от 10 марта 1881 года
  3.    Путешествие летом 1824 года
  4. НАСИЛИЕ НАСИЛЬНИКОВ В ЭПОХУ СТРОГОГО ГОСУДАРСТВА (к 70-летию начала «Большого террора» в Ленинграде и области летом 1937 года)
  5. 1. Начало революции. Ее причины, характер и особенности. Нарастание революции весной и летом 1905 года.
  6.    Болезнь Александра I зимой 1824 года
  7.    Открытое письмо М. К. Цебриковой Александру III
  8.    Фрагмент письма Кутузова жене от 26 ноября 1812 года
  9.    Письмо Багратиона Аракчееву от 7 августа 1812 года
  10.    Письмо Кутузова маршалу Бертье от 8 октября 1812 года
  11. Письмо К. Д. Кавелина С. М. Соловьеву от 16 января 1856 года
  12. 13. Письмо А.С.Пушкина П.Я.Чаадаеву 19 октября 1836 года
  13.    Письмо Кутузова Елизавете Хитрово от 19 января 1812 года
  14.    Письмо Кутузова Елизавете Хитрово от 29 октября 1812 года