<<
>>

Война всех против всех

Начало 1992 г. — время дальнейшего ускорения событий. Что было знаменательным для первых месяцев нового года? Во-первых, раскол в ельцинском окружении и провозглашение войны между фрондирующими группами.
Во-вторых, появление первых признаков открытого недовольства президентом в обществе и формирование ан- тиельцинской оппозиции. В-третьих, раскол внутри демократического движения. В-четвертых, зарождение напряженности между ветвями власти. Ожесточилась подспудно протекавшая борьба между группировками, лидерами которых были Бурбулис и Петров, а центрами противостояния — Госсовет и администрация президента. Это был прежде всего конфликт личностей, каждая из которых претендовала на монопольное право влиять на президента. Но одновременно это было столкновение противоположных идейных установок — либерально-радикальной, с одной стороны, и неоконсервативной — с другой. Постепенно в конфликт втянулось практически все окружение Ельцина. Он получил отражение в прессе. Президент же избрал отстраненную позицию арбитра, внимая и тем, и другим, не желая открыто взять чью-то сторону. Впрочем, в тот период Ельцин, как правило, больше прислушивался к Бурбулису, который зарекомендовал себя в окружении президента как основной специалист по аппаратным комбинациям. Именно Бурбулис вплоть до весны 1992 г. оставался человеком номер два в российской правящей группировке. В дальнейшем пути президента и его «серого кардинала» разошлись. Ельцин начал отодвигать Бурбулиса — вначале, казалось, под давлением оппозиции, не терпевшей госсекретаря, но затем стало ясно, что у президента нашлись собственные поводы для недовольства. Вскоре он высказал в адрес Бурбулиса много обидных слов: «В госсекретаре проснулось ущемленное самолюбие, человек перестал адекватно реагировать на ситуацию» 27. Почему у Ельцина вдруг появились столь резкая аллергия на ближайшего соратника, который был его тенью в труднейшие дни? Думается, он не смог простить Бурбулису попытку выделиться и предстать перед об ществом в виде главного стратега — это была уже игра на поле президента. Ельцин предпочитал иметь возле себя людей послушных и без особых амбиций. Кроме того, Ельцин, как вскоре обнаружилось, видимо, уставал от постоянного общения с одними и теми же соратниками. Может быть, ему было неприятно видеть возле себя людей, которые много знали, помнили или просто слишком приблизились к нему, перейдя невидимую границу в общении. Не исключено, что, меняя соратников, Ельцин вычеркивал из памяти периоды жизни, которые не очень хотелось вспоминать. Впрочем, возможно, я усложняю причины кадровых передвижений по орбитам вокруг Ельцина, а все было намного проще и прагматичнее. В свою очередь, Бурбулис долго воздерживался критиковать своего бывшего патрона, все-таки не выдержал. В октябре 1994 г. он заявил: «Надо избавить общество от неопределенности и помочь президенту России достойно завершить свое президентство» 28. В этот период он уже открыто говорил: «власть для президента — это наркотик», что не вызывало сомнений в его отношении к бывшему шефу Но все это в будущем. Пока же связка Ельцин — Бурбулис продолжала управлять страной. Причем какое-то время (в конце 1991 — начале 1992 г.) именно Бурбулис был тем человеком, который оказывал решающее влияние на политические процессы в России, особенно в те моменты, когда Ельцин «выпадал» из активной жизни.
У Ельцина в дальнейшем было еще несколько фаворитов, среди них Коржаков, Юмашев. Но это люди совсем другого плана, скорее порученцы. Бурбулис был единственным сподвижником, который пытался — хорошо или плохо, уже другое дело — выстраивать политику, причем на основе вполне определенных идеалов. Те, кто заменил его на посту первого соратника, уже не заботились об идеях и не строили моделей — Ельцин в этом больше не нуждался. Возникновение оппозиции Бурбулис — Петров не исчерпывало противоборства в рядах исполнительной власти. Внутри президентской администрации уже возникло свое размежевание: все большую самостоятельность и влияние получил первый помощник президента Виктор Илюшин. Это естественно: тот, кто планирует распорядок дня президента, имеет лучший доступ к его уху. Илюшин на какое-то время превратился в одного из влиятельных политических актеров, соперничал с новым главой администрации Сергеем Филатовым и начальником президентской охраны Александром Коржаковым и даже «пересидел» обоих. Илюшин своим примером подтвердил одну из аксиом фаворитизма: чем человек незаметнее, тем больше у него шансов усидеть. Но потом и Илюшина смело переменчи вое настроение президента. Впрочем, метеоритность политических карьер ельцинских соратников, ставшая средством распределения ответственности за курс, станет важнейшим фактором выживания самого лидера. Тем временем в начале 1992 г. возник «феномен Руцкого», ставший уникальным явлением в мировой практике: вице-президент выступает против курса президента и одновременно не желает уходить в отставку. Ветеран войны в Афганистане, боевой летчик и генерал, Александр Руцкой стремительно ворвался в политику в период выборов в российский парламент в 1990 г. Он не был близок к группировке Ельцина. И тем не менее Ельцин, перебрав целый ряд кандидатур, после напряженных размышлений именно ему отдал предпочтение и предложил идти вдвоем на первые президентские выборы29. «Руцкой был просто создан для избирательной кампании», — впоследствии говорил Ельцин. Расчет будущего президента и его советников, предложивших игру с Руцким (эта идея принадлежит ельцинским соратникам Людмиле Пихоя и Геннадию Харину), был, очевидно, в том, что как человек военный и патриот он сумеет «взять» голоса консервативной части населения и обеспечит поддержку армии кандидатуре Ельцина. Глядя на бравого летчика, можно было ожидать, что перед ним не устоит и женская половина российского электората. Но выбор, сделанный Ельциным, не мог не посеять вражду между его ближайшим соратником Бурбулисом, который претендовал на второй пост в государстве, и новым членом команды, очутившимся в ней неожиданно для себя самого. Либеральная интеллигенция, невзлюбившая Руцкого сразу, в тот момент недоумевала: почему он? Неужели не нашлось кого-нибудь поинтеллигентнее? Московская «тусовка» не баловала генерала симпатиями, а у демократов он вызывал просто отторжение. Люди из окружения Ельцина успокаивающе улыбались: «Ну разве вице-президент — это должность?». И действительно, после выборов Руцкой почувствовал, что это «не должность». Он попал в Кремль. Но в круг, принимавший решения, его не допустили. Более того, когда он пытался пробиться, его активно отталкивали. Руцкой, наконец, осознал, что его взяли «во власть» для декорации. Другой на его месте удовлетворился бы и этой ролью, но тщеславный летчик пошел в атаку. Выпады Руцкого на первых порах были направлены против гайдаровцев, но не против президента. И оглядываясь назад, поневоле приходишь к выводу: прояви ближайшие ельцинские советники побольше гибкости, найди они для задиристого генерала какую-либо нишу, «феномен Руцкого», возможно, не возник бы. «Меня никуда не пускают!», — отчаянно взывал генерал в тот период. Но когда ему не дали никаких серьезных функций, Руцкой начал изливать свои эмоции публично. Он заявил, что не намерен быть «китайским болванчиком» президента. Появление около Ельцина фрондера сразу обратило на себя внимание формирующейся оппозиции, которая в нем увидела возможного лидера. В январе 1992 г. Руцкой пошел во фронтальное наступление и против правительства, и против самого политического курса. От эмоционального и шумного недовольства он постепенно переходил к осознанной оппозиции. В ответ Ельцин по совету Бурбулиса назначил Руцкого «ответственным за сельское хозяйство», в котором тот, естественно, ничего не понимал. Те, кто помнит славную советскую историю, знает, что на эту должность всегда назначали того, от кого хотели избавиться, потому что «вытянуть» советское сельское хозяйство было невозможно. Разумеется, вся Москва хохотала, узнав об этом назначении. Словом, ельцинская команда сама лепила своего врага. Малообразованный, тщеславный Руцкой, которого журналисты нередко сравнивали с гоголевским Ноздревым, явно не тянул на роль политического лидера. Но это было видно вблизи. А на расстоянии для части населения Руцкой становился харизматической фигурой. Он мог привлекать на свою сторону, он импонировал определенным группам населения, он быстро учился, он сумел создать себе имидж прямого и честного человека. Вскоре Руцкой вышел по рейтингу на второе место после Ельцина. Если раньше он был просто смешон, то теперь, по крайней мере для президента, он становился опасен. Более того, сама его судьба в чем-то повторяла судьбу Ельцина при Горбачеве. Некоторые наблюдатели считали, что фронда Руцкого была прежде всего либо исключительно следствием его неприятия ельцинским «серым кардиналом» Бурбулисом. Вот что писал по этому поводу Олег Попцов, тогдашний руководитель Российского телевидения, наблюдавший события изнутри: «Поведение Руцкого есть следствие не столько поступков самого Руцкого, скорее всего это череда грубейших ошибок Бурбулиса, который с первых минут поставил на Руцком крест. Он сам воспринимал Руцкого как бутафорскую фигуру, некий отвлекающий маневр президента... Он мгновенно построил цепкую интригу вокруг Руцкого. С первых шагов он отлучил его от всякого участия в формировании правительства, хотя, согласно поручению президента, эта работа была возложена на вице-президента и госу дарственного секретаря» 30. Попцов прав только отчасти. Конечно, личные амбиции и личные взаимоотношения в условиях исключительно персонифицированной политики и при отсутствии четких правил игры нередко бывали определяющими. Но кроме них была и логика функционирования выбранной модели власти. Та формула власти, которую осуществлял Ельцин, не нуждалась ни в самостоятельном «заместителе» президента, ни в его преемнике; она требовала лишь присутствия теневых фигур, а эту роль уже выполнял Бурбулис. Поэтому в рамках данной модели для Руцкого просто не было места, если, конечно, он не согласился бы на роль мальчика на побегушках. Так что и без враждебного отношения «серого кардинала» к вице-президенту отторжение последнего было неизбежным.
<< | >>
Источник: Лилия Шевцова. Режим Бориса Ельцина. 1999

Еще по теме Война всех против всех:

  1. ГОСУДАРСТВО КЛАДЕТ КОНЕЦ ВОЙНЕ ВСЕХ ПРОТИВ ВСЕХ (ГОББС)
  2. Самайн, День поминовения всех усопших и День всех святых
  3. Мария Рыбалкина. НАНОТЕХНОЛОГИИдля всех, 2005
  4. «ЖУРНАЛ ДЛЯ ВСЕХ»
  5. Свистать всех наверх
  6.     Как учить всех?!
  7. Концентрированный контроль во всех компаниях
  8. ЗАГОВОРЫ О ЗАЩИТЕ От всех видов опасностей
  9. 2. Секта или «синтез всех религий»?
  10. Необходимость принятия мер на всех уровнях
  11. (в) Высокая степень коррумпированности на всех уровнях управления