<<
>>

Два вида закона тождества

«Второе письмо: сомнение» о. Павел начинает с утверждения, что для теоретической мысли «Столп Истины» — это достоверность. На пути к ней неизбежно возникает вопрос о справедливости закона тождества — того, что «„вообще всякая данность“ есть она сама: всякое А есть А — но для разума А - А бессмысленное равенство»[174] Это, по Флоренскому, вытекает из явлений множественности и изменения, присущих и внешнему миру, и миру внутреннему, и наконец, миру мистических восприятий.

Между тем рассудок, в отличие от разума, считает, что лишь А, равное самому себе и неравное тому, что не есть А, является подлинно сущим. Рассудок и разум противны друг другу: «Жизнь— текучая, несамотождественная lt;...gt; может быть прозрачна для разума lt;.. .gt; А рассудок враждебен жизни»[175].

Эти слова о. Павла не следует понимать как отвержение рассудочного знания. Флоренский внимательно вглядывался в него, различая, например, ясность и отчетливость мысли, с одной стороны, и ее объяснение, с другой. Мыслить ясно и отчетливо означает:

стоять на А и не сбиваться с него на не-А. «Объяснять», т. е. «определять» и «доказывать» — это значит идти от А к Б, — к тому, что есть не-Л. Но чтобы идти от А к Б, надо сперва установить А как А, т. е. чтобы «объяснять» и «доказывать» А, надо сперва «мыслить его ясно и отчетливо».

Для этого А надо понимать, т. е. объяснять его, определять, дока-

189

зывать

Доказательственный процесс, однако, сталкивается с той трудностью, что впадает в «дурную бесконечность». Ибо переход от суждения обосновывающего к суждению обосновываемому для рассудка не имеет конца: «... раз уж кто lt;...gt; вступил на путь объяснений и обоснований», то на «вопрос „Где же конец?" отвечаем: „Конца нет“. Есть,lt;...gt; regressus in in- defmitum — нисхождение в серый туман,дурной" бесконечности»; иными словами, допущение подобного «перехода от п к (л+1), каково бы ни было л», влечет мысль в бесконечность in potentia[176].

И в этом состоит ахиллесова пята рационализма. Чтобы избежать в этом процессе движение ad in- defmitum, закон тождества, согласно о. Павлу, надо дополнить законом достаточного основания, позволяющим «остановку мысли». Эти законы составляют, по Флоренскому, «наличную норму рассудка»[177].

Таким образом, Флоренский не отбрасывает закон тождества, а дает ему свое истолкование, и когда нужно, например, опровергнуть взгляды скептиков, он ссылается именно на этот закон. Основное требование скепсиса — считать всякое недоказанное положение недостоверным — приводит к состоянию воздержания от всякого высказывания или «эпохэ» — Є7Ю%є. Етсохє означает «остановку, задержку, это остановка мышления», так как означает принятие тезиса: «Я ничего не утверждаю; не утверждаю и того, что ничего не утверждаю», или ниже: «Яутверждаю, что ничего не утверждаю (А*); я не утверждаю, что ничего не утверждаю (А”)». Здесь, указывает Флоренский, нарушается закон тождества А=А. Ибо «об одном и том же подлежащем, — об утверждении своем, А, — в одном и том же отношении высказываются противоречивые сказуемые»:

А есть А;

А не есть А[178].

«Так получится пирроническое, поистине огненное („пюр" — огонь) терзание» [179].

Итак, завершает ход своей мысли о. Павел, позиция скептицизма, как и путь рационализма, не ведет ни к чему.

* * *

Таким образом, закон тождества для Флоренского— это совокупность аналитических законов мышления: закон тождества берется вместе с его неизбежными спутниками — законом противоречия и законом исключенного третьего, ибо они, все три, говорят с разных сторон об одном и том же. К аналитическим законам, по Флоренскому, как мы уже говорили, надо добавить закон достаточного основания. Но закону этому о. Павел не придавал большого значения. Это и понятно, так как обоснование суждения А он видел прежде всего в его сопоставлении с не-А.

В самом деле , мы читаем у о. Павла, что в плане устремления к обоснованию понятий и суждений — т.

е. «в плане определения и доказательства— каждое А должно иметь свою основу в не-А; lt;...gt; Когда мы спрашиваем: ,Дто есть Л?“, то нам дают ответ: „Л есть т. е. другими словами, выводят А из его само-тождества „Л = Л“ и приравнивают его Б, тому, что не есть тождественно Л»[180].

Что «достаточное основание» в изложении о. Павла с трудом находит место в рассудочной логике, видно из того, как трактуется вопрос о том, что значит «мыслить ясно и отчетливо». Выше мы кратко изложили его мысли по этому поводу. Теперь настало время привести полностью соответствующие слова о. Павла:

«Мыслить ясно и отчетливо» — это значит под Л разуметь именно Л и ничего более; «объяснять» и «доказывать» — это значит выходить мыслию за пределы Л, к Б. «Мыслить ясно и отчетливо» — это значит стоять на Л и не сбиваться с него на не-Л. «Объяснять», т. е. «определять» и «доказывать» — это значит идти от Л к Б— к тому, что есть не-Л. Но, чтобы идти от Л к Б, надо сперва установить Л, как Л, т. е. чтобы «объяснять» или «доказывать» Л, надо сперва «мыслить его ясно и отчетливо», надо понимать это Л, т. е. надо «объяснять» его, — т. е. «определять» и «доказывать», — надо устанавливать Л, как не-Л. Но для последнего опять-таки надо установить Л, как Л. И так идет процесс ad indefinitum. Одна функция разума предполагает другую; но, вместе, одна — исключает другую. Всякое не-тождественное объяснение приводит Л к не-Л. Всякое ясное и отчетливое мышление устанавливает тождество Л=Л. Утверждение Л как Л и утверждение его

j              195

как не-Л — таковы два основных момента мысли

Закон тождества, как «первая норма рассудка», требует «остановки мысли», а как вторая — «беспредельного движения» мысли; первая «понуждает установить Л, а вторая свести его к Б»; эта вторая норма есть закон достаточного основания[181]

Но как остановить это бесконечное сведение А к Б, Б к В и т. д. — эту трудность о. Павел решает, ссылаясь на антиномичность мышления, о чем пойдет речь во второй части данной статьи.

В первой части настоящей статьи («Логические исследования», вып. 15) были рассмотрены логико-философские идеи Серебряного века русской культуры, как они были представлены в творчестве П. А. Флоренского и Н. А. Васильева. Было показано, что развитое ими истолкование дискурсивного мышления — при всей несхожести их воззрений — имело общую черту: пристальное внимание к антиномичности, противоречивости мышления. Примечательно при этом, что внимание это имело у обоих мыслителей явную религиозную компоненту — четкую православную у первого, неопределенно-мистическую— у второго. Компонента эта была представлена в их логических воззрениях, очень разных, но весьма поучительных. К более детальному их рассмотрению мы теперь и перейдем.

<< | >>
Источник: Бирюков Борис Владимирович. Трудные времена философии. Юрий Алексеевич Гастев: Философско-логические работы и «диссидентская» деятельность. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ»,2010. — 160 с.. 2010

Еще по теме Два вида закона тождества:

  1. Глава 1. Основные логические законы
  2. 1. ШЕЛЛИНГ. ФИЛОСОФИЯ ТОЖДЕСТВА
  3. 8. УРОВНИ ПОЗНАНИЯ и виды ИСТИННОСТИ
  4. Глава двадцать седьмая103 О ТОЖДЕСТВЕ И РАЗЛИЧИИ 1.
  5. IV. СМЫСЛ ЗАКОНА ЗОЛОТОГО СЕЧЕНИЯ
  6. 1. Конструктивно-полагающая природа познания и понятие нравственного закона у Хр.Л.Крузия
  7. Критический субъективизм и нравственный закон
  8. Приверженцы системы тождества. И. Я. Вагнер
  9. Примечание 2 [Первый исходный закон мышления: положение о тождестве]
  10. XIII СПИРИТУАЛИЗМ ГАК НАЗЫВАЕМОЙ ФИЛОСОФИИ ТОЖДЕСТВА, ИЛИ КРИТИКА ПСИХОЛОГИИ ГЕГЕЛЯ
  11. § 1. Понятие формально- логического закона
  12. § 2. Закон тождества
  13. § 3. Закон противоречия
  14. § 1. ПРИНЦИП ТОЖДЕСТВА
  15. Два вида закона тождества