<<
>>

Философская мысль в послевоенный период: основные черты

Страна, разоренная войной 1941—1945 гг., нашла в себе силы сравнительно быстро восстановить и развить систему философского образования. В национальных республиках Советского Союза начал функционировать ряд новых специализированных академических философских учреждений, философских факультетов и кафедр вузов.

Значительно продвинулась вперед подготовка национальных философских кадров.

Наиболее общие направления работы советских философов в первые послевоенные годы обозначились еще в предшествующие периоды. Вместе с другими обществоведами они были призваны участвовать в решении не только собственно теоретических проблем, но также стоявших перед страной конкретных политических и социально-экономических задач. Особое место отводилось философии в сфере идеологической работы, в частности распространению материалистических и атеистических взглядов среди населения. На философскую науку возлагалась также задача мировоззренческого влияния на сферы культуры, литературы и искусства, общественные и естественные науки.

Большое влияние на идейно-философский климат в стране во второй половине 40 — первой трети 50-х гг. оказали беседа И. В. Сталина с группой философов в конце 1946 г., во время которой он подверг критике книгу Г. Ф. Александрова «История западноевропейской философии», выступление А. А. Жданова на философской дискуссии 1947 г. по той же книге, а также выход в свет работ Сталина «Марксизм и вопросы языкознания» (1950), «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952). Задачи философов в отдельных сферах уточнялись также в связи с организованными по инициативе ЦК партии послевоенными дискуссиями по вопросам литературы и искусства, биологии и физиологии, языкознания и политической экономии.

Изучение и популяризация работ Сталина ставились тогда как одна из главных задач теоретических кадров. Вышло много статей и книг, где сталинские работы переоценивались, неправомерно превозносились как «гениальные», как «вершина» марксистской теории и «новый этап» в развитии марксизма.

Между тем в той расширительной модели философии, которой придерживался Сталин, не было каких-либо существенных теоретических импульсов к развитию марксистской философской теории, в то время как в трудах Маркса, Энгельса, Ленина такие импульсы существовали, и они в той или иной степени использовались советскими философами вопреки стагнационному в основном воздействию, которое оказывали на философскую жизнь работы Сталина.

Во время философской дискуссии 1947 г. по книге Г. Ф. Александрова «История западноевропейской философии», проведенной по инициативе Сталина под руководством Жданова, последний в своем докладе, по сути дела, противопоставил как «подлинно научной» марксистской философии всю домарксистскую философию, отвергнув современную западную философскую мысль как проявление буржуазной идеологии. Вместе с тем наряду с прямолинейными, упрощенными суждениями, относящимися к всеобщей истории философии, Жданов высказал ряд мыслей о предмете, задачах и функциях марксистской философии, которые объективно вступали в противоречие с онтологизмом и панфилософизмом: о том, что марксистская философия не является наукой наук, а служит инструментом научного познания, методом, пронизывающим науки о природе и обществе, что она не должна стоять над другими науками, что от прежней философии в марксистской философии остается, как считали Энгельс и Ленин, лишь учение о мышлении и его законах — формальная логика и диалектика и т. п. В результате уже тогда значительно возрос удельный вес исследований по проблемам теории познания и диалектической логики и началось формирование феномена, со временем получившего название «гносеологизм».

Во второй половине 40 — первой трети 50-х гг. вышел ряд сборников статей, учебных пособий, популярных и научных монографических трудов, посвященных общим проблемам философии[594], в которых обсуждались вопросы о предмете и структуре марксистской философии, о месте философии в системе марксистского мировоззрения, ее взаимосвязях с конкретными науками.

В эти годы заметно усилился процесс дифференциации философского знания, автономи- зации его отдельных отраслей. Советская философия превращалась в систему философских дисциплин. В исследованиях по проблемам предмета и структуры марксистской философии стала усиливаться тенденция к разграничению объективной и субъективной сторон метода, когда изложение метода не сводилось к изложению законов объективной диалектики природы и истории, но эти законы переводились в правила познания, и на этой основе формировалось представление о диалектическом методе как высшей форме мышления.

Представляют интерес исследования, которые проводились представителями направления, получившего название «философские вопросы естествознания». Они носили характер обобщений новейших данных естественных наук, по которым среди авторов существовали весьма различные точки зрения[595]. Хотя в этих исследованиях преобладала «онтологическая» проблематика, о чем свидетельствуют, например, дискуссии начала 50-х гг. по вопросу о существовании двух определений материи (философского и физического), об объективности пространства и времени в свете теории относительности, о понятиях массы и энергии, о проблеме неисчерпаемости элементарных частиц и т. д. (особенно при обсуждении принципа соответствия в физике), в то же время в ряде работ поднимались проблемы закономерности научного познания, логики и методологии научного исследования[596]. Большое внимание уделялось выявлению материальных предпосылок сознания, мышления и познания, физиологических и психологических механизмов познавательной деятельности человека. При этом, правда, не обошлось без некоторых негативных последствий имело место сведение проблем гносеологии к проблематике физиологии и психологии, забывалось положение, что вопрос об истине — это задача не психологии, а в первую очередь логики как науки об истинном мышлении.

Выступление А. А. Жданова на дискуссии 1947 г., в котором была высказана мысль о необходимости разработки диалектической логики, стимулировало дискуссии о сущности логики и особенно о соотношении диалектической и формальной логики. Упрочились позиции сторонников идеи двух логик, согласно которой формальная логика трактовалась как низшая ступень, а диалектическая логика — как высшая ступень логики (М. С. Строгович,

В.              И. Черкесов и др.), причем среди сторонников идеи двух логик опять-таки не было единомыслия, поскольку одни считали, что диалектическая логика изучает только содержание мышления, а другие — что не только содержание, но и формы мышления. Появилась также концепция «диалектизированной формальной логики», которая не является ни формальной, ни диалектической. Наконец, были и сторонники точки зрения, согласно которой в марксизме нет двух логик — формальной и диалектической, а есть только диалектическая логика, которая берет из формальной логики относительно истинное, объединяя все в высшем синтезе (П. В. Копнин и др.).

В соответствии с возобладавшей в данный период точкой зрения исторический материализм во всем его тогдашнем весьма расширительном объеме включался в предмет марксистской философии. В эти годы по данной проблематике был издан ряд трудов (П. Н. Федосеева, Г. Ф. Александрова и др.). В 1950 г. вышел в свет учебник «Исторический материализм» (под ред. Ф. В. Константинова). Поскольку в рамках исторического материализма изучались социологические, общественно-политические, политико-экономические, этические, эстетические и другие проблемы конкретных общественных наук, то его предметом нередко считалась вся совокупность общественных отношений, а центральной задачей объявлялась разработка теории советского общества. Все это приводило к тому, что собственно философский статус исторического материализма как теории оставался в тени и в разработке

его философских аспектов были сделаны лишь скромные шаги.

В целом общая идеологическая и политическая обстановка, сложившаяся в стране в этот период, мало способствовала творческой работе в области философии. Следует также принять во внимание исключительные обстоятельства объективного порядка, связанные с «холодной войной», острой международной обстановкой тех лет.

Вместе с тем трудно согласиться с точкой зрения о полном склерозе теоретической мысли в эти годы или о том, что философия была окончательно подавлена. Даже убежденный антикоммунист Ю. М. Бохеньский отмечал, что после философской дискуссии 1947 г. советская философия стала переживать определенный подъем. Именно во второй половине 40 — первой трети 50-х гг. сложились солидные материальные и организационные предпосылки для научно-исследовательской и преподавательской работы в области философии. Выросло число профессионально подготовленных философских кадров, наметились существенные сдвиги с точки зрения не только количества, но и содержания выпускаемой в стране философской продукции.

<< | >>
Источник: М. А. Маслин и др. История русской философии: Учеб. для вузов / Редкол.: М. А. Маслин и др. — М.: Республика,2001. — 639 с. 2001

Еще по теме Философская мысль в послевоенный период: основные черты:

  1. ФИЛОСОФСКАЯ МЫСЛЬ В РОССИИ СОВЕТСКОГО И ПОСТСОВЕТСКОГО ПЕРИОДОВ
  2. Лекция 19. СОВЕТСКИЙ СОЮЗ В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД
  3. ВОПРОС 10. АРХИВНОЕ ДЕЛО В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД
  4. 3. Основные философские направления периода зрелого Просвещения (спинозизм, материализм, „естественная религия", атеизм, эмпирико-психологическая гносеология)
  5. Военная журналистика в послевоенный период
  6. 3. Цели и задачи психологической войны в послевоенный период.
  7. 2. Восстановление и развитие экономики СССР в послевоенный период
  8. 9. Источники и основные черты права в период феодальной раздробленностиИсточниками права в период феодальной раздробленности были «Русская Правда», уставы и грамоты русских князей, «приговоры» веча, нормы обычного права, договоры города с князьями, иностранное законодательство. Однако важнейшими памятниками права стали Новгородская и Псковская судные грамоты. Новгородская судная грамота дошла до нас в неполном виде. Сохранился фрагмент, регулирующий судоустройство и судопроизводство. Судебными п
  9. Глава I Философско-богословская мысль
  10. Глава первая ЭВОЛЮЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ США В ОТНОШЕНИИ КНР В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД. ЕЕ ЦЕЛИ, ЭТАПЫ И ИТОГИ
  11. Философская мысль в 30-е гг.
  12. Глава III Философско-правовая мысль
  13. Глава II Советская философская мысль 30 — начала 50-х гг.