<<
>>

§ 1. Антропоцентризм современной научной парадигмы и когнитивная лингвистика

В настоящее время лингвистическая наука характеризуется устойчивым интересом к такой области исследований и знаний как когнитивная лингвистика в рамках отечественного и мирового языкознания.

Вторая половина XX века характеризуется возросшим вниманием к изучению разнообразных аспектов познавательной деятельности человека. В это время когни- тология как самостоятельная научная дисциплина стала рассматриваться в ряду крупных научных потоков исследований [Кубрякова 2004а: 3]. Вообще когнитивизм выступает как представление, в котором человек исследуется как «система операций, связанных с информацией, а поведение трактуется в терминах его внутренних состояний» [Демьянков 1994: 17]. Современную парадигму изучения языка называют когнитивной [об этом: Берестнев 1997, Демьянков 1994, Кравченко 2004, Кубрякова 1994, 2004а, Телия 1996, Фрумкина и др. 1991], однако, по мысли В.В. Щеулина, более удачным является наименование «антропологическая» парадигма [Щеулин 2002: 13].

При рассмотрении некоторых вопросов бывает недостаточным обращение к тем средствам анализа, которыми располагает данная наука и в рамках которой происходит изучение основных свойств объекта исследования. На научной почве часто происходит пересечение сфер интересов лингвистов с психологами и психолингвистами, последние в свою очередь обращают внимание на языковые факты, поэтому при изучении сущности познавательной деятельности человека отмечается отчётливо проявляющаяся связь языка и мышления. Посредством мышления информация, полученная по разным каналам, обрабатывается, интегрируется, осмысляется, категоризуется и классифицируется, поэтому в задачу исследователей входит объяснение того, как происходят эти процессы. Использование когнитивного подхода к анализу единиц языка аргументирует «связь языка и когнитивной деятельности человека, обнаруживающейся в особенностях восприятия» [Манерко 2012: 16] и познания окружающего мира.

Термин «когнитивная наука» впервые был введён в научный оборот в середине 50-х годов ХХ века, но только в1989 г. в Дуйсбурге состоялся симпозиум, на котором было объявлено о создании Международной ассоциации когнитивной лингвистики, подготовке издания журнала «Когнитивная лингвистика» и серии монографий «Исследования по когнитивной лингвистике». Однако до официального признания когнитивной лингвистики проводились исследования, справедливо считающиеся в настоящее время классическими для когнитивной науки и содержащие первые образцы использования когнитивного подхода к языковым явлениям [Chafe 1987, Fauconnier 1994, Jackendoff 1995, Lakoff, Johnson2003, Langacker 1991, Talmy1988 и т.д.].

Вообще когнитивистику образуют психология, формальная, диалектическая логика, медицина (психиатрия, физиология, нейрофизиология, нейрофармакология), этнология, кибернетика, социология, культурология, языкознание, антропология и другие науки. Она представляет собой всеохватывающую рефлективную сферу, исследующую весь спектр ментальных структур и феноменов в различных и всевозможных ракурсах. Когнитивную науку также понимают как «широкую междисциплинарную область исследований и знаний, а также совокупность многих дисциплин, которые изучают преимущественно интеллект (разум), но делаются попытки охватить всю психическую сферу» [БПС 2005: 226]. В целом представителей когнитивного подхода объединяет «стремление объяснить наблюдаемые в разных языках феномены организации языковых элементов и поиск таких объяснений в сфере психологии» (интеллектуальной деятельности) [Плунгян, Рахилина 1994: 117].

Когнитология интерпретируется как «наука о знании и познании, о результатах восприятия мира и предметно-познавательной деятельности, накопленных в виде осмысленных и приведённых в определённую систему

данных, которые репрезентированы нашему сознанию и составляют основу ментальных или когнитивных процессов» [Кубрякова 1994: 34].

Являясь одной из составляющих когнитивной науки, когнитивная лингвистика включает в сферу своего внимания различные вопросы функционирования языка, при этом язык рассматривается в качестве инструмента познания, интерпретируемого Улриком Найссером в книге «Когнитивная психология» как «обобщённое название для всех процессов, посредством которых сенсорная информация трансформируется, редуцируется, усиливается, сохраняется, извлекается и используется» [Величковский 2006, Т.1: 116].

Исходя из сказанного, когнитивная лингвистика «представляет новый этап в изучении сложных отношений языка и мышления» [Попова 2014: 10].

Становление отечественной когнитивной лингвистики началось в конце XX века [Аскольдов 1997; Арутюнова 1999; Бабушкин 1996; Кубрякова 1986, 1994; Попова 2000; Степанов 1997; Телия 1996 и др]. В 1988 году стал издаваться сборник «Логический анализ языка», на страницах которого освещались лингвистические проблемы общетеоретического характера и рассматривались конкретные концепты (например «культурные» концепты: «Добро и зло», «Закон и порядок», «Истина», «Красота», «Ложь», «Милосердие», «Правда», «Человек и личность», и др.).

Итак, когнитивная лингвистика, продуктивно развиваясь в рамках отечественного языкознания, рассматривает ряд вопросов исследования языковых явлений, имеющих дискуссионный характер.

В настоящее время наиболее антропоцентрически ориентированной является когнитивная лингвистика. Она включает в сферу своего внимания самые различные вопросы функционирования языка, рассматриваемого в качестве инструмента познания. Её цель состоит в том, чтобы установить, как знания зафиксированы в сознании, как они приобретаются и используются и как связаны с другими компонентами когниции. Благодаря когнитивной лингвистике понимание субъективности в языке становится ещё более ан-

тропоцентрическим, а точнее - «эгоцентрически ориентированным», а потому связанным с теорией языкового эгоцентризма [Гуреев 2005: 3 - 4].

По мысли А.А. Потебни, в слове тоже совершается акт познания, поэтому слово создаёт из действительности реальность, поскольку оно - «носитель универсального, в котором преломлено индивидуальное» [Чернейко 1997: 27], в онтологическом понимании всё это создаёт описание того, что «истинно и существует на самом деле» [Величковский 2006, Т.2: 44].

Исходя из всего сказанного, человек квалифицируется как создатель и носитель языка, предназначающегося ему как средство коммуникации. Слово как «составляющая язык народа, фиксирующее соотношение материального и идеального, динамическое взаимодействие формы и содержания, диалектическое противоречие объективного и субъективного» [Уфимцева 1986: 36], обладает значением, известным носителю языка, поэтому главной проблемой лингвистической семантики «является проблема языкового значения в его отношении к мышлению и внеязыковой действительности» [Шафиков 1999: 1].

В это же время слово как «семиологическая сущность» представляет собой сигнал объективной действительности, это не просто название («этикетка»), а «психофизиологическая данность», рождающаяся «для человека средством дематериализации второго порядка и удалённости от предметного мира (по сравнению с представлениями), от видимого, осязаемого, ощущаемого» [Уфимцева 1980: 10], то есть всех возможных способов познания, поэтому процессы восприятия и мышления - это этапы единого мыслительноречевого процесса в их взаимосвязанности [Гак 1998: 557; ср. также понятие языкомыслительной (концептуальной) картины мира: Колшанский 2006].

По мнению И.А. Бодуэна де Куртенэ, отсюда ещё более очевиден предмет лингвистики: «... Из языкового мышления можно выявить целое своеобразное языковое знание всех областей бытия и небытия, всех проявлений мира, как материального, так и индивидуально-психологического и социального (общественного)» [Бодуэн де Куртенэ 1963: 312].

В исследованиях по когнитивной лингвистике, под которой понимают «направление, в рамках которого язык рассматривается как общий когнитивный механизм» [Бабушкин 1996: 9], проводится мысль о том, что информация о мире существует в наиболее адекватной для человеческого сознания форме - в виде концептов. По мнению исследователей, различные языки являются для наций средствами («органами») их подлинного восприятия и мышления [Гумбольдт 1984: 326]. Так, теория референции предполагает «возвращение» языка к действительности, рассматривает проблемы, связанные с тем, каким образом значимые единицы языка могут использоваться для конкретизации и систематизации имеющихся данных об окружающем мире, благодаря чему «они способны идентифицировать познаваемые предметы и явления» [Арутюнова 1982: 11].

Антропоцентрический подход к языку предполагает рассмотрение явлений языка в их прямом отношении к человеку «как исходной точке координат мировосприятия» [Гуреев 2005: 3] с учётом того, что человек, познавая окружающий мир, «создаёт его посредством собственной психики» [Фрумкина 2003: 309].

При этом взаимоотношения явлений языка осознаются не в разделении формы и содержания принудительного характера, а в синтезе, в использовании этих явлений соответственно потребностям общения [см. об этом: Золотова 2010: 5], поскольку вся картина мира, рассматриваемая сквозь призму коллективного сознания, отображается в языке.

Язык как «естественный продукт человеческого интеллекта» [Павилё- нис 1983: 8], способ «овнешнения» когнитивного сознания [Стернин 2002а: 51] даёт возможность конкретизации познаваемых человеком предметов и явлений. Человек при этом обладает языковым сознанием, определяющим его принадлежность к соответствующему этносу, как совокупностью вербально выраженных элементарных единиц знаний о мире типового носителя языка (содержательно-статический аспект языкового сознания - декларативные знания), которая совместно со способами их оформления и оперирования ими (функционально-динамический аспект - операционные знания) опреде-

ляет «иерархическую систему концептов, формирующих образ мира, или наивно-языковую картину мира, как принадлежность индивида и соответствующего этноса» [Караулов 2007: 53]; «совокупностью ментальных коммуникативных категорий, обусловливающих нормы и правила коммуникации в обществе» [Стернин 2002б: 87].

Язык является «системой знаков и способов их соединения, посредством которых выражаются мысли и чувства» [Трофимова 2007: 6], семиотическим образованием, предоставляющим «в распоряжение общества бесконечные (в самом строгом математическом смысле этого слова) возможности» [Кретов 2006: 23], однако в своей основной функции он выступает в качестве средства общения, средства кодирования и декодирования определённой информации [см. об этом: Апресян 1995, Т.1: 3], фиксируемой в виде концептов. Так, теория значения рассматривает вопросы о способах структурирования и систематизирования внеязыковой действительности, характерных признаках объектов, обнаруживаемых в ней, средствах отображения окружающего мира посредством языковых единиц.

В системе значений «зафиксированы понятия, сложившиеся у того или иного народа в ходе его разнообразной деятельности» [Арутюнова 1982: 10 - 11]. При этом особо рассматривается вопрос о средствах и способах кодирования культурного знания, «грамматических культурно маркированных координатах» синтаксиса [Токарев 2008: 250; 256; см. также: Токарев 2009].

В понимании исследователей человек как языковая личность [см. об этом: Караулов 2014] находится в условиях «социально-психологического многомирия, протекающего в рамках его деятельности» [Новикова 2000: 3], при этом у каждого мира имеются особые речевые сигналы, знакомые носителям языка. В этом случае роль языка заключается не только в передаче некоторого сообщения, «но и во внутреннем обустройстве знаний об окружающей действительности, отмеченных в языке» [Лебедева 2008: 8].

Естественный язык обусловливает заложенное в человеке природой свойство - способность к рефлексии. Рефлексия - главная, исходная и при этом «интегральная» ментальная операция обработки поступающей информации. В ней представлены «субъектность», антропоцентричность мышления человека, его сознания и интеллекта. «Субъектность», антропоцентричность, рефлексивность мышления, сознания и интеллекта воспроизводятся в языке при его использовании [см. об этом: Рябцева 2007: 63]. Признание языка составляющей, которая присуща человеку в рамках реализации антропологического принципа, восходит к работам В. Гумбольдта, определившего, что изучение языка подчинено «цели познания человеком самого себя и своего отношения ко всему видимому и скрытому вокруг себя» [Гумбольдт 1985: 383].

<< | >>
Источник: Михайлов Алексей Викторович. КОНЦЕПТ «КОНТАКТ» И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА СТРУКТУРУ ПРЕДЛОЖЕНИЯ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ. 2014

Еще по теме § 1. Антропоцентризм современной научной парадигмы и когнитивная лингвистика:

  1. Концептуальный аппарат философии науки
  2. Проблемный анализ работ конца XX - начала XXI века
  3. Лингвистика как наука
  4. Вопрос о парадигмальном подходе в методологии современной лингвистики
  5. Метод и методика этнолингвистики
  6. Метод и методики политической лингвистики
  7. Метод и методики лингвостилистики
  8. § 1. Антропоцентризм современной научной парадигмы и когнитивная лингвистика
  9. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  10. 1.1. Категория субъекта в антропоцентрической парадигме
  11. 1.2. Семиотико-функциональный метод исследования языковой категории субъекта