<<
>>

§ 1. Политические предпосылки формирования современной системы периодической печати Словакии

Распад Советского Союза и социалистического блока привели к появлению ряда новых независимых государств. Одним из них стала Словакия, возникшая 1 января 1993 г. в результате «бархатного развода», под которым понимается достижение мирным путем (в ходе переговоров) соглашения между словацкими и чешскими лидерами о ликвидации Чехословакии как единого государства и создании на его территории двух суверенных государств - Чехии и Словакии.

Словакия относится к тем странам, которые обрели независимость, не пройдя ранее все стадии формирования национального государства . Более того, следствием непростых исторических перипетий стало то, что первые ростки словацкого национального самосознания стали формироваться только начиная с конца ХУШ в. Исторические же предпосылки для существования Словакии как самостоятельного государства сложились только к началу ХХ века, когда словаки осознали себя как самостоятельная нация, имеющая свой язык и собственную культуру, но они не могли быть реализованы вследствие слабости словацкой политической элиты, ставшей результатом политики агрессивной мадьяризации (то есть насильственной ассимиляции невенгерских меньшинств), и низкого экономического уровня развития страны. Именно поэтому в начале ХХ в. словацкая интеллигенция поддержала идею создания единого чехословацкого государства, реальные условия для образования которого появились во время первой мировой войны (1914-1918 гг.), когда Австро-Венгрия выступила на стороне Германии против стран Антанты. [13]

В созданной в 1918 г. Чехословацкой Республике концепция чехослова- кизма стала важной составной частью идеологии. В соответствии с ней чехи и словаки провозглашались одним народом; государственным языком был объявлен «чехословацкий язык», который, правда, существовал «в двух формах» - чешской и словацкой[14]. А сама Чехословакия была провозглашена единой и неделимой республикой, то есть, как считает чешский ученый К.

Водичка, «чехи рассматривали Чехословакию как свое национальное государство, которое было дополнено словацкой территорией»[15]. Поэтому Чехословацкая Республика, создаваемая по централистской модели, была скорее государством чешским (в мышлении европейских, американских политиков и общественности было глубоко зафиксировано понятие чехословацкая (чешская) нация), а внутри страны венгеризация была заменена иным, более мягким вариантом ассимиляции - че- хословакизацией[16] [17] [18].

Концепция чехословакизма после Второй мировой войны была отвергнута, но на практике ее разделяли и многие коммунистические лидеры (например, Антонин Новотный ), и чешские политики, пришедшие к власти после падения коммунистического режима в 1989 г.

«После «бархатной революции» 1989 г. Вацлав Гавел фактически провозгласил доктрину морального правопреемства новой Чехословакии, которая должна была вернуться к той общественной организации, что существовала во времена Первой республики» . И это было стратегической ошибкой, заложенной прямо в основание государства, и впоследствии она не могла не привести к его распаду, поскольку, как считает К. Водичка, «чехословацкое государство было выстроено «на политической фикции наличия «чехословацкой нации»[19] [20].

На самом деле большая часть словаков никогда не стремилась считать себя младшими братьями чехов. Уже на момент образования Первой республики чехи и словаки имели разное видение общего государства. Как отмечает чешский исследователь Ян Рыхлик (Jan Rychlik), чехи всегда понимали «общее государство» как «единое государство» (унитарное - Прим. авт.), а словаки видели в нем «союз государств», то есть не на бумаге, а реально существующую федерацию . Поэтому трения между чехами и словаками возникли уже в 20-е годы ХХ в., когда словацкие политики начали добиваться автономии, обещанной Словакии при создании республики в 1918 г.

В 1922 г. Словацкая народная партия, возглавляемая А. Глинкой, предложила на рассмотрение чехословацкого правительства меморандум, в котором потребовала предоставления Словакии административной и культурной автономии.

В 1938 г. та же партия приняла резолюцию о предоставлении Словакии статуса автономной республики. В этом же году чехословацким правительством был принят закон о предоставлении Словакии автономии.

В 1939 г. под давлением Гитлера словацкое правительство было вынуждено провозгласить независимость Словакии под протекторатом нацистской Германии. Существование словацкого государства в период второй мировой войны, как считает С.А. Корнеев, способствовало завершению процесса формирования словаков как самостоятельного народа в политическом смысле слова[21].

После войны для обеспечения стабильного и длительного в историческом плане существования восстановленного чехословацкого государства (1945 г.) необходимо было кардинально урегулировать чешско-словацкие отношения.

Однако этого не произошло. Хотя в 1948 г. Словакия и получила широкую автономию, Коммунистическая партия Чехословакии в 50-60-е гг. начала проводить линию на ограничение полномочий словацких национальных органов, причем ее действия сопровождалась кампаниями, которые, по мнению С. А. Корнеева, в сознании чехов укрепляли фальшивые рефлексы боязни несуществующего словацкого сепаратизма, а на словацкой стороне вызывали неудовлетворенность и тяжелые комплексы национальной второстепенности в общем государстве двух «единых и равноправных» народов[22] [23]. Поэтому во время «Пражской весны» 1968 г. в отличие от чехов, выступавших за демократизацию и либерализацию социалистического строя, словаки боролись за федеративное устройство государства. И в августе 1968 г. Чехословакия была преобразована в федеративное государство. «Наряду с Чешской Републикой была создана Словацкая Република со своими собственными законодательными, представительными и исполнительными органами. Созданная федерация была на самом деле формальной, так как в конечном итоге решения принимались Коммунистической партией Чехословакии, руководящая роль которой в обществе была прямо закреплена в конституции» .

Вскоре после ноябрьской «бархатной» революции 1989 г.

в условиях политической либерализации происходит кристаллизация существовавших противоречий и проблем. Они затрагивают не только политическую, но и экономическую сферу, поскольку ассиметрия в отношениях между двумя народами лежала не только в области политики, но и экономики.

На момент образования совместного государства в 1918 г. словацкая экономика по сравнению с чешской была более слабой. Так, в Чехии в промышленном производстве было занято 39,7% трудоспособного населения, а в сельском хозяйстве - 30%; в Словакии же соответственно 17,4% и 60%. Поэтому, с одной стороны, характер словацкой экономики в первой половине ХХ-го века во многом определялся чешским экономическим господством[24] [25]. Вследствие этого многие предприятия Словакии, особенно на востоке, не выдерживали конкуренции с чешскими и разорялись, что приводило к усилению безработицы, результатом чего стала массовая эмиграция словаков в США и Канаду (до 1937 г. эмигрировало 104 тысячи человек ). А с другой стороны, в 30-е гг. ХХ

в.              словацкая экономика во многих областях начала формироваться в качестве своего рода придатка к экономике чешской. Так, в эти годы начинает развиваться оборонная промышленность Словакии. Ее размещение в Словакии было предопределено главным образом вновь начавшейся милитаризацией Г ермании после прихода к власти Адольфа Г итлера. Новые чехословацкие военные заводы должны были быть построены в глубине территории страны и как можно дальше от чешско-немецкой границы, в то же время к ним должен был иметься доступ в случае военного нападения с Запада.

После второй мировой войны с началом строительства социализма Коммунистическая партия ЧССР увидела решение словацкого вопроса в экономическом и культурном выравнивании чешской и словацкой частей республики. Благодаря активно проводимой ею политике индустриализации Словакия превратилась из аграрной в индустриально-аграрную республику. Однако генеральная линия на развитие промышленного производства в Словакии не изменилась: на ее территории размещались производства, дополняющие чешскую экономику, и прежде всего оборонная промышленность.

В социалистический период Чехословакия занимала пятое место в мире по производству оборонной техники, 70% которой создавалось на словацких заводах[26], то есть доля оборонной промышленности в экономике Словакии достигала 7%; в Чехии же она

составляла всего 1,5% . В этой области непосредственно было занято приблизительно 30 тыс. словаков (около 4 % всех занятых в промышленности), помимо этого в смежных областях производства трудилось более 100 тыс. человек . В результате, когда начался переход от плановой экономики к рыночной, Словакия оказалась в тяжелейшем кризисе. После распада Советского Союза и Организации Варшавского договора продукция оборонных заводов стала никому не нужна. В 1993 г. на них производилось лишь 3% того, что выпускалось в 1989 г . И многие десятки тысяч высококвалифицированных специалистов оказались без работы.

Не лучше обстояли дела и в аграрном секторе. Демонтаж социалистического сельского хозяйства сопровождался падением доли занятых в нем с 15 до 6%, причем люди, оказавшиеся невостребованными в этой отрасли, не могли быть, как правило, востребованы и в других в силу низкой квалификации[27] [28] [29] [30] [31] [32].

Таким образом, экономический кризис в Словакии был глубоким и длительным: промышленное и сельскохозяйственное производство сократилось в 1993 г. на треть , а безработица в 1992 г. составила 10,4%, в то время как в Че-

32

хии она равнялась 2,6% ; в 1993 г. она увеличилась почти в два раза и достигла 20%[33]. Поэтому радикальные преобразования в экономической области, осуществляемые федеральным правительством, натолкнулись на сопротивление со стороны значительной части словацкого населения. И это естественно, потому что активное проведение рыночных реформ неминуемо порождали в Словакии, менее развитой в экономическом отношении, чем Чехия, высокую безработицу и резкое снижение уровня жизни на длительный период. Однако федеральное правительство, поставив национальные чешские интересы выше общегосударственных, не захотело принять во внимание аргументы словацкого правительства, настаивавшего на постепенном переходе к рыночной экономике и требовавшего отложить «большую приватизацию»[34] [35], рассматривая ее как длительный процесс, на более поздний срок.

Таким образом, различия во взглядах на сроки и методы проведения экономических реформ, а также «несоответствие радикальной общегосударственной экономической реформы словацкой специфике с ее упором на социальный аспект» стали еще одной причиной, приведшей к ликвидации общего государства.

Возникает закономерный вопрос, можно ли было найти консенсус между Чехией и Словакией (выступавшей всегда не столько за образование самостоятельного государства, сколько за равноправное положение словаков и чехов в общем государстве) по вопросам дальнейшего государственного устройства и экономического развития в рамках конституции «Пражской весны», принятой в 1968 г. и продолжавшей действовать в начале 90-х годов. Чешский историк К. Водичка убежден, что нет, поскольку одно из положений этой конституции обеспечивало «абсолютное право вето одной десятой части выбранных в одной из республик депутатов Федерального собрания»[36] [37]. «Положения конституции требовали вновь и вновь добиваться единства коалиции чехов и словаков в парламенте» , а достичь этого было невозможно из-за того, что парламентские выборы 1992 г. привели к победе в Чехии и Словакии разнонаправленные политические силы. Словаки поддержали националистическую партию «Движение за демократическую Словакию», возглавляемую Владимиром Мечьяром и выступавшую за конфедерацию и эволюционный путь проведения экономических реформ[38]. Чехи же отдали большинство голосов праволиберальной прозападной Гражданской демократической партии Вацлава Клауса, «выступавшей за действенную федерацию, то есть унитарное государство»[39] и за радикальные реформы.

В рамках такой альтернативы к общему знаменателю прийти было невозможно. Общий знаменатель мог быть найден только в случае образования двух самостоятельных государств. Поэтому 1 января 1993 г. на месте Чехословакии возникли Чешская и Словацкая республики. Образование нового государства потребовало и создания соответствующей новым реалиям системы СМИ вместо ранее существовавшей «провинциальной субсистемы, входящей в общенациональную систему средств массовой информации Чехословакии»[40]. Для эффективного же функционирования этой новой системы в изменившейся политической и социально-экономической среде необходимо было разработать новую законодательную базу. 

<< | >>
Источник: Бондарь Михаил Александрович. ТРАНСФОРМАЦИЯ СИСТЕМЫ ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ СЛОВАЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ В 1989-2010 гг.. 2014

Еще по теме § 1. Политические предпосылки формирования современной системы периодической печати Словакии:

  1. § 1. Политические предпосылки формирования современной системы периодической печати Словакии