<<
>>

1 .Условия деятельности и динамика газетной печати

Период революции и Гражданской войны в России с октября 1917 по 1920 гг. характеризуется большим количеством газетных изданий. По нашим подсчетам, за это время выходило около 3000 наименований газет.

Главной причиной появления такого количества изданий является то, что в условиях жесткого обострения социальных противоречий в обществе каждому политическому режиму, каждому мало-мальски серьезному общественному объединению для победы необходимо было разворачивать широкомасштабную аги- тационно-пропагандистскую работу в целях привлечения на свою сторону населения России. От того, каким политическим силам поверит большинство, и зависел, в конечном итоге, успех в борьбе. Именно поэтому все политические и общественные силы стремились, как можно больше развивать газетную прессу, т.к. она являлась в то время самым массовым средством пропаганды.

Из всех государственных образований, созданных на территории России в 1917-1920 гг., больше всего газет выпускалось на территории РСФСР. Большевики нуждались в целенаправленном манипулировании общественным мнением для упрочения своего положения. Созданная ими широкая сеть газетных изданий способствовала закреплению их идейного влияния в российском обществе. Основу газетной печати советской республики в октябре 1917-1920 гг. составляли издания советов и комитетов РКП(б). Широкая сеть центральных, губернских и уездных газет большевистских комитетов и советов была создана в советской России к весне 1918 г. В феврале 1918 г. в РСФСР одновременно выходило 293 газеты, из них 60 большевистских, 1

большевистско-советская и 232 печатных органа советов. По масштабу изданий они распределялись следующим образом: 13 из них были центральные, 90 — губернские и областные и 190 — уездные и городские. Издавались они в 68 губерниях и 216 городах РСФСР. В ряде уездов советской России выпускалось 2 и более газет/1/.

Всего с октября 1917 по 1920 гг. было выпущено 2042 издания, многие из которых выходили только несколько месяцев/2/. Самую немногочисленную группу газет представляли центральные издания. Их количество постоянно сокращалось. Если в 1918 г. выходило 44 центральных газеты, то в 1919 г. — 36, а в 1920 г. — только 23. По сравнению с декабрем 1918 г. к декабрю 1920 г. количество центральных газет сократилось с 27 до 17 единиц. Сокращение вызывалось экономическим кризисом и острой нехваткой бумаги/3/.

В целях усиления действенности большевистской агитации советское правительство не жалело средств на выпуск региональных и местных газет, что способствовало более эффективному внедрению в сознание людей большевистских стереотипов. Региональная пресса губернского и областного уровня развивалась по мере расширения территории, подконтрольной советскому правительству. Количество газетных изданий областного и губернского уровня увеличилось за три года Гражданской войны на 128 единиц. С октября 1917 г. по 1920 гг. вышло 1394 уездных и городских газеты, издававшиеся партийными органами большевиков и советами. Их сокращение наблюдалось только в 1919 г. в связи с наступлением белых армий. Так, если в 1918 г. выпускалось 209 республиканских, областных и губернских газет, то в 1919 г. их было лишь 136, а из 599 уездных и городских газетных изданий, выпускавшихся в 1919 г., к декабрю сохранилось только 186/4/.

Лучше всего газетами был обеспечен Центральный промышленный район и Урал, где было много издательских мощностей и положение советской власти было достаточно прочным. В этом регионе с октября 1917 г. по декабрь 1920 г. выпускалось 1007 советских и большевистских газет. На втором месте по обеспеченности населения советскими газетами была Украина с ее хорошими, хотя и сильно пострадавшими во время Гражданской войны полиграфическими мощностями. На территории Украины за тоже время выходило 378 газет большевистских советов и комитетов РКП(б)/5/.

Несколько хуже были обеспечены советскими газетами Северо-западный регион, Белоруссия и Прибалтика, а также Кавказ.

В Белоруссии и Прибалтике было издано 146 газетных изданий. На Северо-западе России с октября 1917 г. по декабрь 1920 г. вышло 139 советских и большевистских газет, на Кавказе — 135. Хуже всего обстояло дело с выпуском советских газет в Казахстане, Средней Азии, Сибири и на Дальнем Востоке. В Казах-

стане и Средней Азии, самых отсталых регионах России, в то время было издано 96 газет. В Сибири и на Дальнем Востоке было вылущено 138 большевистских газет. Столь небольшое количество большевистских газет в этом крупном регионе, во многом, объяснялось тем, что советская власть была там прочно установлена только в конце 1919 г., да и то не на всей территории.

Статистика газет по регионам показывает, что в 1920 г. выпуск газет советами и комитетами РКП(б) стал сокращаться. Если в центре и на Урале в 1919 г. было издано 503 газет, то в 1920 — 436. В основном, это объяснялось дефицитом бумаги, имеющиеся запасы которой перераспределялись в пользу регионов, недавно отвоеванных у белых/6/.

Идеологические руководители большевиков сумели приблизить пропаганду к населению. Основную часть советской газетной печати составляли уездные издания. Это позволяло лучше укладывать пропагандистский материал в привычную для аудитории систему ценностей и убеждений. По подсчетам А.А.Гончарова, всего на конец 1920 г. в советской России насчитывалось 497 газет. Большинство из них (305) было уездного уровня. Республиканских, губернских и областных газетных изданий было 175 наименований. Центральных газет, как уже говорилось, было только 17/7/. По сведениям организационно-инструкторского сектора ЦентроРОСТА, собранным в конце 1920 г., в РСФСР выходило 580 обыкновенных и 276 стенных газет. Преобладающая часть газет были уездными изданиями. Их насчитывалось 531 единица. Губернских газет было 327. Больше всего газет издавалось в про- мышленно-развитых губерниях Юга России, Урала, а также в Донецкой (21 наименование), Екатеринославской (22), Черноморско-Кубанской (29), Терской (20), Тамбовской (23), Вятской (27), Пермской (22), Екатеринбургской (21) губерний.

Больше всего газет выходило в Смоленской губернии. В Сибири и на Дальнем Востоке печаталось 60 газет. В Средней Азии — 48/8/.

После свержения летом 1918 г. советской власти в Сибири, на Дальнем Востоке и Урале в целях укрепления власти антибольшевистских политических сил стала воссоздаваться сеть антисоветских газетных изданий. Началась денационализация типографий, восстановили свою деятельность печатные товарищества, кооперативы. По подсчетам известного сибирского журналиста кадета А.В. Адрианова, из 100 печатных изданий, о времени возникновения которых в 1918 г. у него были точные сведения, половина из них появилась в июне (21 газета), августе (19) и декабре (10)/9/. По подсчетам Н.В. Семеновой, на территории Алтайской, Енисейской, Иркутской, Омской и Томской губерний с лета по конец осени 1918 г. выходило 95 газет/10/. После прихода к власти Колчака количество газетной прессы стало увеличиваться. Согласно "Списку изданий, выходящих на территории, освобожденной

от большевиков к 1 апреля 1919 г.", в белой Сибири выпускалось 122 газеты/ 11/. Одним из крупнейших газетных центров на территории, подконтрольной омскому Российскому правительству, был Дальний Восток В 1919 г. там легально выпускалось около 50 газет/12/.

При белых практически в каждом сибирском городе издавалось не менее 2-3 газет, а в некоторых губернских и областных центрах их было около десятка. Особенно много газет выходило в Омске, столице белой Сибири, и старом культурном сибирском центре — Томске. В этих городах в начале 1920 г. выпускалось по 10 наименований/13/. На завершающем этапе Гражданской войны на первое место по численности периодических изданий выдвинулся Иркутск. Количество газет в Иркутске заметно возросло после вынужденного переезда сюда из Омска правительства Колчака в начале ноября 1919 г. Крупным издательским центром белого Востока России являлся Владивосток. В 1919 г. там печаталось 15 русских газет/14/.

С падением власти Колчака, на Дальнем Востоке стали создаваться официальные издания центральных и местных органов власти Дальневосточной республики, земств, воинских частей, профсоюзов, политических партий всех направлений — от монархического до большевистского и анархистского.

Во Владивостоке печатными органами правого направления являлись газеты "Блоха", "Владиво-Ниппо", "Голос крестьянства", "Русская мысль на Дальнем Востоке" и "Слово". Газетами общедемократического и социалистического направления были: "Вечер", "Голос Родины", "Голос студента", "Дальневосточное обозрение", "Меркурий", "Рассвет" и др. Среди коммунистических и прокоммунистических газет выделялись "Красное знамя", "Крестьянская правда", "Уссурийский гудок", "Юный коммунист" и др. Был возобновлен выпуск газеты анархистов "Черное знамя"/15/. В каждом крупном центре ДВР выходило 2-3 газетных издания.

Властные структуры деникинского режима также стремились к развитию газетной прессы. По нашим подсчетам, в регионе выпускалось около 150 газет. Такое значительное распространение прессы в крае во многом объяснялось сложившимися традициями издательского дела. До Октябрьской революции Юг России обладал широкой сетью периодических изданий. По подсчетам Е.Е. Вороновой, в 1900-1917 гг. в регионе издавалось 470 газет, журналов, бюллетеней, сборников. Из них 185 — в Донской обл., 116 — в Кубанской, 120 — в Терской и Дагестанской, 49 — в Ставропольской губ./16/.

На белом Юге России было два крупных центра газетной издательской деятельности: Донская и Кубанская области. В Екатеринодаре выходило около 20 газет. Среди них "Воля Кубани" — печатный орган Кубанского краевого правительства, "Вестник Верховного круга", "Голос кубанца", "Казак", "Кубанская земля", "Кубанское слово", "Утро Юга" (издавал Союз воз-

рождения), военная газета "Сын Отечества" и др. Издательскими центрами Донской области являлись Новочеркасск и Ростов-н/Дону. Самой крупной из новочеркасских газет были "Донские ведомости".

В Ростове-н/Д. выпускалось около 20 газет. Из них выделяются: "Благовест", "Великая Россия", "Донская речь", "Жизнь", "Заря России", "Донская волна", "Народная газета", "Народная мысль", "Огни", "Парус", "Призыв", "Южный край". Одной из самых старых и известных газет этого региона был "Приазовский край".

Среди других издательских центров региона следует отметить Киев, Одессу и Харьков, где выходило по 10-15 газет.

На территории, контролируемой войсками Врангеля, газеты выходили во всех крупных городах Крыма и Таврии. Журналист С. Оболенский считал, что их было около двадцати. "Газеты росли как грибы", — вспоминал он/17/. Крупнейшим издательским центром на врангелевской территории был Севастополь. Там выпускалось 9 газет: "Великая Россия", "Вечернее слово", "Военный голос", "Заря России", "Крымский вестник", "Русский вестник", "Царь-колокол" и др. Вторым центром являлся Симферополь, где издавались: "Вечерний курьер", "Время", "Земля", "Крестьянский путь", "Таврический голос" и др.

Северная область была бедна газетными изданиями. Фактически единственным издательским центром области являлся Архангельск, где, по нашим подсчетам, выпускалось 11 газет. Не очень широкое развитие получила газетная пресса в Северо-западной области России и в приволжских губерниях, контролируемых Комучем. Крупнейшим издательским центром на белом Северо-западе являлся Псков, у Комуча — Самара, где издавалось 5-7 газет.

В годы Гражданской войны массами можно было достаточно легко манипулировать. Множество людей в те годы очутилось в условиях неустойчивого и ненадежного существования, а потому испытывали острую потребность в новых эффективных идеях, в новых харизматических лидерах. Одно из главных направлений деятельности политических режимов России того времени заключалось в монополизации газетного дела. Эта монополизация и являлась основой манипулирования социальным поведением людей. Правительственные органы ставили газетные издания под свой контроль, материально поддерживали газетную прессу, пропагандирующую их программу и деятельность, снабжали ее бумагой, обеспечивали типографиями и оборудованием.

Центральный комитет РКП(б) внимательно следил за положением печатных органов большевистских комитетов и активно финансировал издания большевистских газет. В мае-июне 1918 г. секретариат ЦК РКП(б) разослал 218 партийным организациям анкету с вопросами о выпуске ими газет-

ных изданий/18/. В январе 1918 г. на заседании ЦК РСДРП(б) для издания в Москве газеты "Правда" в связи с предстоящим переездом туда советского правительства было выделено 200 тыс. руб./19/. Значительную помощь оказывал ЦК региональной партийной прессе. В письме Таврическому губернскому комитету РСДРП(б) от 10 декабря 1917 г. он сообщал, что на издание печатного органа губкома — газеты "Таврическая правда" отпущено 800 руб./20/.

ВЦИК и СНК проявляли постоянную заботу о развитии и совершенствовании советской прессы. Они постоянно оказывали материальную помощь советским большевистским газетам. Так, в ноябре 1917 г. Совнарком выделил газете "Деревенская беднота" ссуду в размере 250000 руб./21/. А в июле 1918 г. было принято постановление об отпуске в распоряжение Нар- комзема 350 тыс. рублей на издание ежедневной газеты и еженедельного журнала/22/.

Местные советы повсеместно оказывали материальную помощь советским газетам. В марте 1918 г. исполком Ковровского совета постановил ежемесячно выделять по 2000 руб. местной советской газете "Рабочий и крестьянин" и по 1500 руб. на распространение иногородних газет по фабрикам и заводам. Президиум исполкома Нижегородского совета 10 марта 1918 г. постановил выдать типографии газеты "Красное знамя" субсидию в размере 10000 руб./23/.

Временное сибирское правительство, Временное Всероссийское правительство и Российское правительство выделяли значительные средства для поддержания официальных и проправительственных газетных изданий. Деятельность официальных газет белой Сибири осуществлялась за казенный счет по смете МВД/24/. Совещание по делам печати регулярно выделяло средства для МВД на ведение агитационной работы и выпуск газет. В июне 1919 г. МВД перечислило управляющему Иркутской губернии 50000 руб. на превращение "Иркутских губернских ведомостей" в еженедельный орган и на увеличение его тиража/25/. В том же месяце Совещание по делам печати отпустило в распоряжение МВД 30000 руб. на поддержку газеты "Амурское утро"/26/. В следующем месяце было выделено 300000 руб. для расширения дела агитации и пропаганды в Енисейской губернии и на помощь газете "Енисейский вестник"/27/.

Правительственные структуры подыскивали для официальной газетной прессы полиграфические возможности, снабжали ее бумагой. В середине 1919 г. МВД удалось добиться того, что из железнодорожного состава с газетной бумагой, следующего из Владивостока, на нужды официальных газет стали отпускать по одному вагону в Иркутске, Красноярске, Томске, Семипалатинске, Барнауле и Новониколаевске/28/. Общественные организации, на-

наживающие выпуск местных проправительственных газет, также поддерживались казенными средствами. В октябре 1919 г. Совещание по делам печати постановило ежемесячно выделять просветительскому обществу в Красноярске 20000 руб. на издание газет в уездах Енисейской губернии/29/. Даже в последние месяцы колчаковского режима официальным газетным изданиям продолжала оказываться достаточно солидная финансовая помощь. 24 сентября 1919 г. Совещание по делам печати выделило на помощь газетам 589040 руб./30/.

Под постоянным контролем держали выпуск газетных изданий власти на белом Юге России. Свобода деятельности газет здесь была сильно ограничена, хотя формально и не запрещена. Деникинское правительство оказывало сильное давление на редакции газет, заставляя их придерживаться определенного политического направления в духе главных задач Особого совещания. Оно финансировало официальные и проправительственные издания и обеспечивало их бумагой. Последняя поступала в распоряжение правительственного отдела пропаганды, и тот распределял ее по изданиям "только в достаточной .мере послушным"/31/. Такая политика ставила остальные газеты в крайне невыгодное положение. И они вынуждены были следовать идеологическим установкам Особого совещания и "входить с ним в те или иные договорные отношения в целях получения бумаги, либо покупать таковую... втридорога", — отмечал в 1920 г. "Таврический голос"/32/.

Врангелевский режим также стремился превратить газеты в послушное оружие пропаганды своей политики. Используя финансовую зависимость и бумажный голод, правительство белого Крыма подчиняло себе газетную периодику. У редакций выбора практически не оставалось, т.к. из-за дороговизны они с трудом сводили концы с концами. Только цена бумаги в Крыму за три года революции и Гражданской войны поднялась с 3 руб. до 80000 руб. за пуд/33/. Правительство поддерживало газеты правого монархического направления. Это соответствовало его политической линии. "Конечно, преобладание правых газет среди субсидировавшихся правительством не было простой случайностью, — отмечал крымский журналист Оболенский. — Ибо если еще можно допустить, что "правые" руки могли творить левую (практическую) политику, то правая голова не могла говорить левые слова"/34/.

Большинство изданий Крыма были послушным идейным оружием в руках военной верхушки. Характеризуя врангелевские газеты, руководитель правительственного Отдела печати Г.В. Немирович-Данченко отмечал: "...3/4 крымской печати носило официозный характер... большая часть газет вынуждена была пользоваться субсидиями правительства, чтобы как-нибудь свести концы с концами"/35/. Без казенных субсидий и льготного получения бумаги обходились всего несколько изданий. Оболенский называет газеты: "Южные

ведомости", и "Ялтинский вестник". Кроме них, более или менее независимую позицию занимали еще севастопольский "Юг России" и симферопольские "Известия крестьянского союза"/36/.

На территории Северо-западной области России разрешения на издания давались тем газетам, которые поддерживали политику правительства. Так, командующий псковским районом полковник С.Н. Булак-Балахович разрешил выпуск газет "Возрождение" и "Новая Россия освобождаемая", за то, что они раздували его "мнимые доблести" и замалчивали "все безобразия", другим газетным изданиям подобное разрешение было получить крайне трудно, а зачастую невозможно. Закрытая советской властью газета псковской интеллигенции "Псковская жизнь" так и не смогла возобновить свою деятельность при власти Временного правительства Северо-западной области России/37/. В Северной области правительство в первую очередь материально поддерживало "Вестник ВПСО", освобождало от службы в армии сотрудников его редакции. Когда, к примеру, потребовалось освободить от призыва сотрудника газеты А.И. Попова, правительство в качестве исключения пошло на это /38/.

Осуществление политики монополизации газетного дела приводило к тому, что газетные издания, проводя на своих страницах политику правительства и ведущих политических сил, слабо выражали общественное мнение. Так, известный журналист Г. Раковский, характеризуя состояние печати вран- гелевского Крыма, отмечал: "Нерв общественной и политической жизни в Крыму — печать — был парализован"/39/.

Газетная пресса в годы революции и Гражданской войны создавалась и функционировала в условиях идеологизации всех сторон жизни российского общества. Идеологизация как наиболее экспансивная и навязчивая система агрессивно проникала в политику, нередко в формах идеологического экстремизма. Руководство российских политических режимов преследовало оппозиционную прессу, закрывало газеты политических противников, стремилось подорвать их материальную базу. Только позиция Временного правительства Северной области позволяла выпускать газеты разной политической ориентации за исключением большевистской. Правительство Дальневосточной республики разрешило выпуск на своей территории газет различных политических сил. Закрыты были лишь колчаковские официозные издания.

Такую политику властей по отношению к оппозиционной прессе часто разделяло общественное мнение и выражали газетные издания. Можно сказать, что такая политика соответствовала менталитету определенной, и отнюдь не только большевистской, части российского общества. Екатеринбургская газета "Отечественные ведомости" считала необходимым и естественным закрывать газетные издания, открыто враждебные колчаковской власти.

К ним, по мнению редакции, власти "вправе применить прямолинейный и решительный закон войны, т.е. уничтожить их без всякой предварительной цензуры"/40/.

При этом речь шла не только о большевиках, хотя в первую очередь имелись в виду именно они, но и обо всех тех, кто был открыто враждебен "собирающей Россию власти". В принципе под это определение можно было подвести прессу любой политической сипы, оппозиционной колчаковскому правительству и его союзникам. Газета считала в принципе правильной политику большевистского правительства по подавлению оппозиционной прессы Редакция "Отечественных ведомостей" считала ее вполне обоснованной, т.к "после большевистского захвата власти нелепо было бы со стороны правительствующего Совнаркома наряжать предварительную цензуру, например, над "Русскими ведомостями"... Потому что и здесь были все те же два абсолютно непримиримых открыто враждующих стана, и ни о каких церемониях и "конвесансах" с той и другой стороны не могло быть и речи"/41/. Причину такой политики по отношению к прессе редакция газеты обосновывала условиями Гражданской войны. Публицисты газеты считали, что в военных условиях все решается силой, и для достижения военного успеха необходимо уничтожать противника, чтобы он не уничтожил тебя. "Гражданская война есть тоже: война... Смешно говорить о "предварительной цензуре" в применении к прямому врагу или прямому его пособнику", — говорилось в газете/42/.

Большевики начали осуществление этой политики сразу после октябрьского переворота. Эта политика была принципиальным положением большевистской программы действий. "Мы и раньше заявляли, что закроем буржуазные газеты, если возьмем власть в руки, — говорил Ленин на заседании ВЦИК 4 (17) ноября 1917 г. — Терпеть существование этих газет, значит, перестать быть социалистом"/43/. Были намечены направления борьбы с небольшевистской прессой: закрытие газет, конфискация их полиграфической базы и т.д. Сразу после победы большевистского восстания в Петрограде были закрыты газетные издания кадетов: "Речь", "Новое время", "Вечернее время", "Русская воля", "Биржевые ведомости", "Современное слово", "Новая Русь" и др. Большинство из них было закрыто за публикацию воззвания свергнутого Временного правительства. 26 октября 1917 г. Петроградским ВРК было отдано "Общее распоряжение по занятым типографиям", которое запрещало публикацию материалов без разрешения ВРК/44/. Решительные действия Петроградского ВРК были закреплены декретом СНК о печати/45/.

По мере установления советской власти на местах начиналась борьба с небольшевистской прессой. Ее стали ликвидировать. В далеком Туркестане

в декабре 1917 г. постановлением СНК Туркестанского края были закрыты небольшевистские газеты, выходившие в этом регионе: "Туркестанский вестник" и "Туркестанский курьер". По данным А.А. Гончарова, с октября 1917 г. по июнь 1918 г. советской властью были закрыты 471 газета. Причем факт закрытия доказан в 291-м случае, а в 180-ти документы об их закрытии не обнаружены. Больше всего газет было закрыто в ноябре 1917 г., когда только что взявшая впасть партия большевиков была еще очень слаба и пропаганда антибольшевистской печати была для нее особенно опасна/46/.

В первую очередь советская власть закрывала газеты, выражающие интересы крупного капитала и его политических партий. По подсчетам А.З. Окорокова, за период с октября 1917 г. по март 1918 г. было закрыто 216 газет. Из них 128 были изданиями буржуазно-помещичьих кругов. По мере обострения противоречий между большевиками и партиями социалистической ориентации советская власть начала закрывать газеты меньшевистского и эсеровского направления. За апрель-июль 1918 г из 234 закрытых газет 142 были меньшевистскими и эсеровскими/47/. В марте-мае 1918 г. на территории советской республики прекратили свое существование издания городских дум и земств/48/.

В начале июля 1918 г. после мятежа левых эсеров участь оставшихся небольшевистских газет была предрешена . 9 июля "Правда" и "Известия ВЦИК" опубликовали постановление отдела печати при Моссовете, согласно которому объявлялись недействительными все удостоверения о регистрации периодических изданий, выданные до 6 июля 1918 г. включительно. Впредь до особого распоряжения прекращалась выдача удостоверений на право печатания повременных изданий. За нарушение данного постановления предусматривались наказания "по всей строгости военного положения". Настоящее постановление не распространилось на периодические издания РКП(б) и советских учреждений, а также органы периодической печати "чисто профессионального и научного характера"/49/.

С этого времени советская власть перешла к окончательной ликвидации небольшевистских газет. Они стали повсеместно закрываться. Только в Москве было закрыто 150 небольшевистских изданий/50/. К концу 1918 г. на территории советской России практически перестали существовать газеты предпринимательских кругов, кадетского, меньшевистского и эсеровского направлений.

Наряду с закрытием изданий, советская власть стремилась подорвать материально-финансовую базу небольшевистских газет, так как последние имели в своем распоряжении хорошо оборудованные типографии, запасы бумаги и квалифицированные кадры. Это было их серьезным преимуществом перед большевистской прессой.

Сначала было решено лишить небольшевистские газеты доходов, которые они получали от публикации частных объявлений. 8 ноября 1917 г. был издан декрет "О введении государственной монополии на объявления", согласно которому печатать последние могли только "издания Временного рабочего и крестьянского правительства в Петрограде и издания местных Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов"/51/. Эта мера сильно подрывала экономическую базу небольшевистских газет.

Для постепенной ликвидации материально-технической базы буржуазных и мелкобуржуазных газет советской властью применялись секвестр, реквизиции, конфискации типографий и оборудования. В первые же недели советской власти небольшевистские газеты начали лишаться своих типографий. Власти закрыли крупнейшие типографии, где печатались газеты "Речь", "Новое время", "Биржевые ведомости", "Русская воля", "Петроградский листок", "Новая Русь", "Живое слово", "Копейка" и др. В Москве у владельцев были изъяты типографии газет "Русское слово", "Русские ведомости", "Раннее утро", "Московский листок" и др. Советские органы конфисковывали типографии в Екатеринбурге, Нижнем Новгороде, Одессе, Харькове и др. городах. Однако необходимо отметить, что декрет о монополизации объявлений оказался менее действенным, чем ожидалось. Небольшевистские газеты нередко продолжали их печатать.

Широкое огосударствление типографий и других предприятий полиграфической промышленности начало происходить со второй половины 1918 г. В этот период в Петрограде было отчуждено 26 типографий, в 1919 г. — 54, в 1920 г. — 48/52/. К концу 1917 г. более 30 полиграфических предприятий поступило в распоряжение советской власти. К концу июля 1918 г. эта цифра превысила 70, а к концу года — 90 /53/. К октябрю 1919 г. советская власть национализировала 125 предприятий полиграфической и бумажной промышленности/54/. Все они становились базой для развития советской и большевистской периодической печати.

Как политика советской власти отражалась на региональной небольшевистской газетной прессе, можно судить по ее развитию в Сибири в ходе установления там большевистского правления в октябре 1917 — мае 1918 гг. С декабря 1917 по май 1918 гг. в этом регионе было закрыто 53 буржуазные и социал-демократические газеты. В результате большевистской политики общее количество буржуазно-кадетских газет в Сибири сократилось с 17 в ноября 1917 г. до 5 в апреле-мае 1918 г., эсеро-меньшевистских — с 26 до 6, правоэсеровских — с 20 до 9, народно-социалистических с 5 до 0/55/. Прекратили издание наиболее известные в регионе газеты, такие как: "Иркутская жизнь", "Свободная Сибирь" /Красноярск/, "Сибирская торговая газета" Яюмень/, "Единение" /Иркутск/ и т.д. К лету 1918 г. от буржуазно-

идетсхих газет остались только малоизвестные "Курганская свободная мысль" и "Забайкальская новь" /Чита/, недавно появившийся "Иркутский вечер" и др.

К февралю 1918 г. большевистская периодика начинает на равных конкурировать с прессой своих политических оппонентов. В феврале 1918 г. в Сибири на 330 номеров 20 большевистских газет (общий тираж 1 млн. 300 тыс. экз.) насчитывалось 186 номеров 12 буржуазно-кадетских газет и 247 номеров 33 социалистических газет (общий тираж соответственно 560 и 750 тыс. экз.)/56/. В конце весны 1918 г. в крупных промышленных центрах Сибири сложились стабильные комплексы большевистских газетных изданий. В Томске выходили "Знамя революции", в Иркутске — "Власть труда", в Омске — "Известия Западносибирского и Омского областных исполнительных комитетов советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов" и др./ 57/.

Антибольшевистские политические режимы в своем большинстве также проводили жесткую политику по отношению к оппозиционной газетной печати. Власти Комуча преследовали как пробольшевистские газеты, так и издания кадетского толка. Известный журналист А. Гутман вспоминал: "В эсеровской печати велась демагогическая травля всех инакомыслящих. Она внушала чехам и населению, что все те, кто не с эсерами, монархисты и реакционеры, опасны для революции, как и большевики"/58/.

Сибирские антибольшевистские правительства параллельно с поддержкой официальных и проправительственных газет, начали подавлять оппозиционную прессу. Прежде всего, после свержения советской власти были ликвидированы советские большевистские газеты. Этот процесс растянулся до августа 1918 г. В связи с поправением политики Временного сибирского правительства стали усиливаться преследования органов печати социал-реформистского направления. К ним относились органы партийных комитетов меньшевиков, эсеров, профсоюзных и кооперативных организаций. Эта же линия была продолжена при Временном Всероссийском правительстве. В ноябре 1918 г. на всей территории востока России, где была свергнута советская власть, по официальным данным насчитывалось лишь 9 эсеровских и 4 меньшевистских издания/59/.

После прихода к власти Колчака гонение на меньшевистскую и эсеровскую печать усилилось. Особая "заслуга" в этом деле, несомненно, принадлежала В.Н. Пепеляеву. Став в декабре 1918 г. товарищем министра внутренних дел, он разработал программу основных направлений деятельности министерства, в которой, по свидетельству его соратников, "преобладала полицейская точка зрения"/60/. В итоге контроль над прессой еще больше усилился. Управляющие губерниями должны были за своей подписью направлять в отдел печати министерства еженедельные отчеты о повременных

изданиях, выходивших на их территории. Требовалось указать тираж издания, издательство, издателя, типографию, данные о партийности каждого органа печати. Собирались также сведения о партийной принадлежности редакторов, месте их жительства. Для обследования прессы на места посылались чиновники. В результате репрессивных мер по отношению к прессе в начале 1919 г. было закрыто 16 профсоюзных газет и газет эсеровского направления.

После падения Колчака, на территории Дальневосточной республики были закрыты официозные правительственные газеты. Во Владивостоке, Петропавловске-Камчатском, Хабаровске, Чите и др. городах края перестали выходить. "Восточная окраина", "Забайкальская новь", "Казачье эхо", "Камчатский вестник", "Крестьянская газета", "Приамурье", "Приамурская жизнь", "Русская мысль" и др.

На территориях Северо-западной и Северной областей России были закрыты все советские газеты и газеты РКП(б). Правительства этих регионов также стремились держать под своим контролем газетные издания, однако политическая позиция Временного правительства Северной области позволяла достаточно свободно выпускать на территории области газеты правой, либеральной, и социал-реформистской ориентации. Архангельскую газету "За Родину" издавал Объединенный комитет архангельских общественных организаций. Другие архангельские газеты "Отечество" и "Русский Север" являлись органами правых, политическими центрами которых были "Союз национального возрождения" и офицеры, группирующиеся вокруг славяно-британского легиона. Газета "Возрождение Севера" выступала сторонницей демократического центра и популяризировала идею объединения всех демократических сил, которую выдвинуло совещание кооперативных организаций Архангельской губернии.

Однако особенность развития газетной периодики России в годы революции и Гражданской войны заключалась в том, что, несмотря на репрессии властей, осуществить монополизацию газетного дела в полной мере не удавалось, и оппозиционные газеты продолжали выходить. Этому, прежде всего, способствовало сопротивление журналистов. Редакторы возобновляли издания под другими названиями, пользовались искусным подбором информации и всякого рода оговорками и недомолвками. Издания переводились с дневных выпусков на вечерние, менялась периодичность выхода газет. Со страниц газетной прессы убиралось указание на принадлежность к политическому направлению. Газеты называли себя "народными", "демократическими". На территории советской России официальный орган кадетов, газета "Речь", неоднократно меняла название и продолжала выходить. Она называлась: "Наша речь", "Свободная речь", "Век", "Наш век", "Новая речь". Часто

менял название орган правых эсеров "Дело". Он назывался и "Дело народное", и "Дело народов" и др. А центральный орган ЦК РСДРП(объединенной) "Рабочая газета" с 21 по 30 ноября 1917 г. выходил под названиями: "Луч", "Заря", "Клич", "Пламя", "Факел". Газета "День", выражающая взгляды крайне правых групп меньшевиков-оборонцев, с октября 1917 г. по май 1918 г. имела несколько названий. "Новый день", "Ночь", "Полночь", "Грядущий день", "В глухую ночь".

На территории антибольшевистских политических режимов журналисты применяли те же методы. Адрианов писал, что закрытие газет в белой Сибири как правило сопровождалось "легким ... переодеванием. Так, например, на месте закрытого в Омске "Дела Сибири" последовательно появились "Пути Сибири", "Понедельник", "Дело труда"; вместо тюменской "Рабочей жизни" — "Рабочее знамя", "Рабочий день", вместо барнаульского "Алтайского луча" — "Свободный луч", и вместо "Нашего пути" — "Новый путь", вместо иркутских "Сибири" и "Дела" — "Новая Сибирь" и "Наше дело", вместо благовещенского "Голоса труда", "Рабочая газета", "Наш голос", "Наши дни" и т.д."/61/. Большевистская владивостокская газета "Красное знамя" с падением советской власти в 1918 г. меняла название около 10 раз и продолжала издаваться.

Несмотря на наращивание репрессий против сибирских газет социалистического направления, они продолжали существовать, а в ряде случаев их количество даже увеличивалось. Сотрудники меньшевистских партийных изданий, закрывавшихся по требованию МВД, переходили на работу в газеты, работающие под эгидой профсоюзов. Журналисты закрытых эсеровских газет становились сотрудниками изданий, выпускавшихся земствами и кооперацией. Значительная часть этих изданий формально были беспартийными, но на деле с их страниц велась пропаганда взглядов меньшевиков и эсеров. В конце марта 1919 г. правительственные чиновники констатировали: "Наиболее многочисленными и распространенными являются периодические издания социалистического направления и посвященные вопросам коопера- ции"/62/. В 1919 г. в белой Сибири, несмотря на все преследования властей, появлялись новые профсоюзные органы печати.

Даже большевистским журналистам после закрытия советских изданий удавалось устроиться в эсеровские, меньшевистские, кооперативные и профсоюзные сибирские газеты и вести с их страниц большевистскую пропаганду. "Только типичные советские газеты сошли со сцены в Сибири по мере освобождения ее территории от большевиков и их засилья. Дух большевиков и /витает/ еще на многих из собратов из стана эсеров и эсдеков, а также из среды профессиональных и кооперативных союзов, издающих и теперь в Сибири газеты большевистского уклона", — отмечал сибирский журналист

А.В.Адрианов/63/. Только на Дальнем Востоке в 1919 г. большевики сотрудничали в 32 газетах/64/.

Репрессии властей приводили к частой смене политической ориентации газетных изданий. Ради сохранения изданий и в угоду политической конъюнктуре, журналисты нередко жертвовали принципиальностью и профессиональной честностью. В особенности такое положение было характерно для газет белого Юга России, где наблюдалась частая смена власти. Журналист С Штерн, как яркий пример подобной беспринципности, приводил киевскую газету "Последние новости". "При том же фактическом редакторе и при том же составе сотрудников, писал он, — эта киевская газета горячо и пылко германофильствовала во время немецкой оккупации, поддержала Антанту (при появлении французского флота в Черном море), поддерживала добровольцев (когда Добрармия укреплялась в киевском районе), и славосла- вила украинских самостийников (при захвате Киева петлюровцами)/65/.

<< | >>
Источник: Л.А. Молчанов. Газетная пресса России в годы революции и Гражданской войны (окт.1917 - 1920 г.г.). — М., Издатпрофпресс,2002., 272 с.. 2002

Еще по теме 1 .Условия деятельности и динамика газетной печати:

  1. 1,2. Роль методики обучения праву в системе школьного образования страны
  2. ЖУРНАЛИСТ В РЕКЛАМНОМ БИЗНЕСЕ
  3. 2.1. Современный рынок польской прессы: структурно- типологическая характеристика
  4. 2. «Русский Берлин» (1921–1923 годы) (Н. А. Харина)
  5. СОДЕРЖАНИЕ
  6. 1 .Условия деятельности и динамика газетной печати
  7. Имидж государства как инструмент идеологической борьбы
  8. 4. 2.4. Интервью: специфика и разновидности жанра
  9. Глава 15 ОБЫДЕННОЕ И НАУЧНОЕ ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ
  10. 3.1. Квалоид как тип СМИ
  11. 1.1. ЖАНРЫ МАТЕРИАЛОВ ИНФОРМАЦИОННЫХ АГЕНТСТВ
  12. § 2. Отвечаю на вопрос: должен ли журналист давать оценки и делать прогноз?
  13. §2. Дискуссионные проблемы типологии прессы
  14. §1. Типология нижегородской периодической печати на рубеже XX-XXI вв.
  15. Глава 5. ГАЗЕТНАЯ ИНДУСТРИЯ В ИНФОРМАЦИОННО БОГАТЫХ СТРАНАХ ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ГАЗЕТНОЙ ИНДУСТРИИ
  16. 5.2. Проблемно-аналитические жанры