<<
>>

173. Другие глобальные проблемы

Наряду с охарактеризованными выше глобальными проблемами, обычно относимыми к разряду приоритетных, существуют и другие сложные проблемы, которые в последнее время также приобрели глобальный характер.

Специалисты отмечают, что конфликтные ситуации «нового поколения» особенно стали проявляться уже после окончания «холодной войны» и связаны они преимущественно со столкновениями культур, этносов, религий, вопросами нравственности общественного поведения. Если говорить конкретнее, то к числу подобных проблем, как правило, относят: 1) национализм; 2) преступность; 3) терроризм; 4) наркоманию; 5) дефицит демократии.

Национализм – это идеология и политика в национальном вопросе, в основе которых лежит трактовка нации как высшей ценности и формы общества. В определенных, взвешенных дозах национализм не представляет большой угрозы для нормального развития общества. Но если его идеологи делают ставку на национальное превосходство, национальную исключительность, то он может принять и такие крайние формы, как шовинизм, расизм и, как ныне часто говорят, воинствующий национализм. Такой национализм время от времени проявлялся и раньше, преимущественно в национальных и региональных масштабах. Но тот всплеск воинствующего национализма, который характерен для конца XX – начала XXI в., принял уже достаточно хорошо выраженный глобальный характер. Политологи объясняют это явление усилением общей тенденции к суверенизации больших и малых этнических общностей с целью создания своих независимых государств, растущей нетерпимостью к национальным меньшинствам, усилением ксенофобии,[96] жертвами которой становятся в первую очередь беженцы, переселенцы и рабочие-иностранцы. Отмечается также все большее сопротивление значительной части населения процессам интернационализации и особенно глобализации международных отношений. Это означает, что воинствующий национализм является носителем дезинтеграционного начала, касающегося современной политической и экономической картины мира.

Воинствующий национализм находит наиболее яркое выражение в этнических (этнолингвистических) конфликтах. Эти конфликты характерны прежде всего для многонациональных государств, которых в мире около 60, и государств с более или менее значительными национальными меньшинствами (их примерно столько же). Они имеют сложный, противоречивый и долговременный характер, а в основе их могут лежать территориальные споры, к которым добавляются исторически накапливавшиеся обиды, воспоминания о пережитом национальном угнетении и тем более геноциде, длительная взаимная отчужденность и вражда. В развитых странах причинами этнических конфликтов чаще являются не прямая дискриминация, нарушение прав человека, а социальное неравенство, различия в уровнях жизни национальных меньшинств и «титульных» наций. А конечной целью этнических конфликтов является либо получение автономии, либо завоевание полной политической независимости. И то и другое – это разные проявления сепаратизма, т. е. стремления к обособлению, отделению. В наши дни сепаратизм оказывает большое дестабилизирующее воздействие на весь мировой геополитический порядок.

Сошлемся на Д. В. Зайца, который выделяет в рамках второй половины XX в. 53 основных очага сепаратизма, вместе занимающих территорию в 12,7 млн км2 с населением в 220 млн человек. Продолжая свой анализ проблемы, тот же автор выделяет шесть географических типов сепаратизма (рис. 160). Нетрудно подсчитать, что к западноевропейскому типу он относит 8, к восточноевропейскому – 14, к исламскому – 6, к азиатскому – 15, к африканскому – 6 и к американскому– 4 таких очага. При этом в 20 очагах конфликты носят вооруженный характер, что особенно характерно для Азии. Специалисты обращают внимание и на то, что этнические конфликты чаще всего вспыхивают тогда, когда общее социально-экономическое положение в стране резко меняется к худшему и (или) когда наступает политическая нестабильность. Яркий пример этому – страны СНГ после распада Советского Союза, страны Восточной Европы после крушения мировой социалистической системы.

В основе возникновения многих очагов сепаратизма, обозначенных на рисунке 160, лежит не просто этнический, а этнорелигиозный (этноконфессиональный) фактор. Это могут быть разногласия между католиками и протестантами (Северная Ирландия, Квебек), католиками и православными, между другими религиями, но в большинстве случаев с наиболее непримиримых позиций выступают исламские фундаменталисты, конфликтующие и с православием (Косово,[97] Северный Кавказ, Северный Кипр), и с католицизмом (Босния и Герцеговина, Южные Филиппины), и с индуизмом (Кашмир), и с буддизмом (Мьянма).

Исламский фундаментализм % течение ислама, которое – как подчеркивается во многих отечественных исследованиях – ставит своей целью укрепить веру в фундаментальные источники этой религии, привести нормы общественной и личной жизни в соответствие с заповедями ислама, заставить верующих неукоснительно выполнять предписания Корана и шариата, утверждать основы исламской экономики. Для крайних экстремистских течений такого фундаментализма характерны резко агрессивное неприятие европейско-христианских духовных ценностей, повышенная политическая активность, готовность прибегнуть к насильственным методам борьбы, включая террористические. Все население при этом делится на правоверных мусульман и «неверных» (немусульман). Особая опасность исламского экстремизма связана с тем, что единый территориальный массив исламских стран составляет значительную часть всего Юга.

Рис. 160. Основные очаги современного сепаратизма (по Д. В. Зайцу)

Глобальный характер в наши дни приобрело и такое явление, как преступность. Во-первых, потому, что в большей или меньшей мере оно свойственно всем странам мира, особенно если иметь в виду разнообразие возможных административных, хозяйственных, уголовных и других преступлений. И, во-вторых, потому, что ныне в мире существуют уже международные преступные синдикаты.

На рубеже XX и XXI вв.

в мире возникло новое и крайне опасное явление – международный терроризм, который следует рассматривать как глобальный вызов современному обществу, не имеющий аналогов в мировой истории. В качестве движущей силы такого терроризма выступает радикальный воинствующий исламизм, создавший глобальную сеть «Исламский Джихад», одним из подразделений которого является «Аль-Каида». Такой Джихад выступает против «неправильных мусульман» и неисламского мира, принимая форму войны на уничтожение, без оглядки на жертвы. Об этом свидетельствуют: воздушное нападение на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 г., теракты в Мадриде, Лондоне, Мумбаи, в Москве и Беслане, в Египте, Иордании, Индонезии и др. Для противодействия этому глобальному вызову международной безопасности под эгидой ООН создана антитеррористическая коалиция государств. Особое внимание она уделяет тому, чтобы в руки террористов не попало ядерное оружие, а также другие виды оружия массового уничтожения (ОМУ).

Рис. 161. Мировое производство и продажа наркотиков (по М. А. Яраловой)

Глобальной в наши дни стала и проблема наркомании, которая, по общему мнению, приобрела характер настоящей эпидемии.

Быстрый рост производства и потребления наркотических средств в большинстве стран мира – одна из наиболее опасных тенденций последних десятилетий. Число наркоманов по самым скромным оценкам превышает 200 млн человек, а мировой доход от наркотиков приближается к 600 млрд долл в год. Наркоиндустрия все время совершенствуется, повышая свой технический и финансовый потенциал. Транснациональные наркосиндикаты опираются на мощную мафиозную структуру. Уже сложилась и география мирового наркобизнеса со своими центрами производства и потребления наркотиков (рис. 161). Теперь, когда наркобизнес затрагивает уже не отдельные страны, а весь мир, противодействие ему обеспечивают ООН и другие международные органы.

Глобальной проблемой продолжает оставаться и, если так можно выразиться, дефицит демократии.

На Западе есть неправительственные организации, которые регулярно определяют «индекс демократичности», исчисляемый в основном на основе характера выборов законодательной власти, ее сменяемости, открытости в подборе руководителей и т. п. Итоги таких расчетов нетрудно угадать: максимально возможный рейтинг (10 баллов) обычно получают развитые страны Запада, входящие в ОЭСР. За ними следуют страны Латинской Америки (около 7), постсоциалистические страны, страны Южной и Восточной Азии, Африки к югу от Сахары. А последнее место в этом рейтинге занимают арабские мусульманские государства Юго-Западной Азии и Северной Африки.

Важно, однако, что общее число стран, последовательно выступающих за принятую ООН еще в 1948 г. Всеобщую декларацию прав человека, все время возрастает. По оценке авторитетных западных источников, в 1974 г. к числу таких стран относились менее 30 % всех государств мира, а в 1990-х гг. – уже 60 %. Но наряду с ними существуют еще и государства с недемократическими авторитарными[98] и тоталитарными[99] режимами, в качестве примера которых чаще всего приводили Ирак (при Саддаме Хусейне), КНДР и Ливию.

При рассмотрении других глобальных проблем нельзя не обратить внимания на еще одну проблему, которая является в какой-то мере производной от охарактеризованных выше. Речь идет о проблеме беженцев.

Согласно Конвенции ООН 1951 г. о статусе беженца и Протоколу 1967 г., беженцем считают лицо, которое «в силу вполне обоснованных опасений стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или политических убеждений находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может пользоваться защитой этой страны или не желает пользоваться такой защитой вследствие таких опасений…». Наряду со статусом беженца существует и близкий ему статус перемещенного лица. Так называют лиц, которые были вынуждены покинуть свою страну или свое место жительства по политическим, религиозным причинам, в результате военных действий, терроризма, техногенных аварий, стихийных бедствий.

Выделяют также репатриантов, лиц, ищущих убежища. Все эти категории людей правильнее всего объединить под общим названием вынужденные мигранты, но нередко по отношению к ним в качестве обобщающего применяют и термин беженцы. При Организации Объединенных Наций существует особый орган – Управление Верховного комиссара по делам беженцев (УВКБ).

О том, как возрастала общая численность беженцев (вынужденных мигрантов) в мире, свидетельствуют следующие цифры. В 1975 г. их насчитывалось 2,5 млн, в 1985 г. – 10,7 млн, в 1990 г. – 14,9 млн, а в 1995 г. – 27,2 млн человек. Это означает, что за 20 лет численность беженцев увеличилось в 11 раз, а в 1985–1995 гг. – почти в два раза. По данным УВКБ в 2005 г. количество международных беженцев составило 12 млн, а беженцев в пределах своих стран – 21 млн человек. Эти цифры характеризуют современные масштабы данного явления. По другим данным, общая численность вынужденных мигрантов (включая внутренних) в современном мире достигает 50–70 млн человек.

Международные источники позволяют составить достаточно полное представление и о географии этого глобального явления, в первую очередь на основе рассмотрения роли отдельных крупных регионов мира (рис. 162). Обращает на себя внимание не только общее преобладание численности беженцев в Азии и Африке, но и сама динамика изменений по трем пятилетиям. Например, в 1990–1995 гг. наибольшее увеличение численности беженцев произошло в Африке и в Европе, хотя увеличилась она и в Азии, тогда как в Америке, напротив, уменьшилась.

За этими регионами, естественно, стоят и отдельные страны. По данным на 2005 г. по количеству международных беженцев лидировали Израиль, Пакистан (3 млн), Афганистан (2,2 млн), Ирак (около 900 тыс.). В Мьянме и Судане число таких беженцев составляло 600–700 тыс. человек, в ДР Конго, Бурунди, Сомали и Вьетнаме 300–500 тыс, в Колумбии, Либерии, Анголе и Эритрее от 200 до 300 тыс человек. По типу внутристрановых беженцев в том же году лидировали Судан (5,3 млн), Колумбия (2,9), Уганда (1,7), ДР Конго (1,7), Ирак (1,3). В Индии, Зимбабве, Азербайджане, Мьянме, Кот-д'Ивуаре, Алжире таких беженцев насчитывалось 500–600 тыс., в Кении, Сомали, Турции, Индонезии от 320 до 400 тыс. Большинство приведенных примеров свидетельствует о прямой связи потоков беженцев с «горячими точками» нашей планеты.

Рис. 162. Потоки беженцев в регионах мира в 1985–1995 гг.

Ныне в мире насчитывается около 30 стран, где численность беженцев превышает 100 тыс. человек. Можно добавить, что их репатриация (возвращение) в страны своего происхождения и постоянного проживания, которая началась в 1990-х гг., тоже создает немало разных проблем. 20 июня 2001 г. по решению Генеральной Ассамблеи ООН впервые отмечался Международный день беженцев.

Наряду с «классическими» беженцами в последнее время стали выделять особую категорию экологических беженцев. Некоторые из них вынуждены покидать родные места на сравнительно небольшой срок – в связи с тем или иным стихийным бедствием или ухудшением общей локальной ситуации. Но в случаях, когда деградация природной среды приобретает очень большие и к тому же необратимые размеры, подрывающие сами основы жизнеобеспечения, отток населения может происходить и на постоянной основе. Поскольку точного учета экологических беженцев пока нет, общую их численность в разных источниках оценивают также не одинаково. Для середины 1990-х гг. назывались цифры в 17 и 26 млн человек.

По характеру и масштабу других глобальных проблем Россия мало чем отличается от большинства стран мира, а если и отличается, то едва ли не в худшую сторону. Об этом свидетельствуют многочисленные факты проявления национализма и сепаратизма, особенно на Северном Кавказе, нередко сопровождающиеся, как в Чечне, затяжными военными конфликтами.

Еще более многочисленны примеры преступности: в 2006 г. зарегистрировано более 3,8 млн различных преступлений, было осуждено 900 тыс. человек. Коррупция продолжает оставаться массовым явлением. Количество наркоманов еще в 2000 г. исчислялось в 2 млн человек, при наркообороте в 3 млн долл в день; с тех пор оно не только выросло, но и «помолодело». К тому же в России, как и во всем мире, наркомания идет пока в ногу со СПИДом. К тому же Россия превратилась в страну транзита наркотиков из Афганистана и других азиатских стран в зарубежную Европу. После раскола СССР, когда неожиданно и не по своей воле за границами России оказались 25 млн этнических русских, она стала также страной массовых вынужденных миграций. В 1995 г. число вынужденных переселенцев и беженцев превысило 270 тыс. человек (в основном из Казахстана и Узбекистана). Но к 2000 г. этот поток уменьшился до 60 тыс., а к 2006 г. до 7 тыс. человек.

<< | >>
Источник: Владимир Павлович Максаковский. Географическая картина мира Книга I Общая характеристика мира.

Еще по теме 173. Другие глобальные проблемы:

  1. 2. Русская идея: проблема национального величия России
  2. II. Литература 47.
  3. 1.7. Обзор существующих моделей и состояния работ в области оперативно-календарного планирования
  4. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
  5. § 1. Пограничная безопасность: проблема формирования концептуальных основ
  6. КОЭВОЛЮЦИОННЫЕ ИНВАРИАНТЫ МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РЕИНТЕГРАЦИИ ПОСТСОВЕТСКОГО ПРОСТРАНСТВА П.М. Бурак
  7. ОГЛАВЛЕНИЕ
  8. Литература
  9. Конфигурация американского общественного мнения в отношении иранской проблемы в 2000-е годы
  10. §1. Философско-культурологические и психолого-педагогические основания развития экологической культуры студентов гуманитарного вуза
  11. Реализация «Я-концепции».