<<
>>

Агропроизводство Европы в период становления мирохо­зяйственных связей.

Картина начинает кардинально меняться с эпохой Великих географических открытий, за которой последовала промышленная революция с ее масштабными техническими дости­жениями. Какие же территориальные сдвиги в земледелии и живот­новодстве, вызванные этими двумя выдающимися переворотами в жизни человечества, следует признать наиболее важными?

Прежде всего речь пойдет о миграциях сельскохозяйственных культур.

Хотя по мнению крупного специалиста по этому вопросу П.М.Жуковского, «почти все современные культурные растения были одомашнены еще за несколько тысяч лет до нашей эры», многие из них в своем распространении не вышли за традиционные регио­нальные рубежи. В результате широкое знакомство европейцев с такими культурами Нового Света, как кукуруза, картофель, гевея, какао, табак, томаты, решительно видоизменяет отраслевую геогра­фию сельского хозяйства и вместе с тем становится явлением, далеко выходящим по значению за чисто отраслевые пределы. Говорили, например, что в XVIII в. «картофель утроил население Ирландии», подчеркивая, что внедрение на острове этой высокоурожайной куль­туры, дающей исключительно дешевые растительные калории, обес­печило бурный демографический рост. Одновременно сильная зави­симость продовольственного баланса территории от одной культу­ры привела в 1739—1741 гг., когда картофель замерз в земле, к голоду, который принес смерть не менее 400 тыс. человек, или при­мерно 17% всего населения Ирландии.

В Новом Свете, где из злаков раньше, до прихода европейцев, возделывались только кукуруза и почти все виды домашнего скота отсутствовали, сельскохозяйственные сдвиги были еще куда более радикальными. Причем началось целенаправленное использование агриприродных особенностей низких широт. Оно осуществлялось двумя основными путями. Первый из них состоял в организации создаваемого европейским капиталом плантационного производст­ва с привлечением местной или завозимой из других тропических областей рабочей силы.

Таким образом возникли плантации кофе, чая, сахарного тростника, индиго, табака, хлопчатника, каучуконо­сов и многих других культур, специализация на которых поныне определяет экономическое лицо ряда развивающихся стран, в пер­вую очередь малых.

Другой путь заключался в приобретении этих и других продук­тов тропического и субтропического земледелия у местного населе­ния. В таких случаях применялись как поощрительные, так и на­сильственные меры. Например, в Индонезии в 30-е гг. XIX в. гол­ландцы ввели так называемую систему «принудительных культур», по которой яванские крестьяне должны были на части своей земли производить многие из выше названных пищевкусовых и техниче­ских культур и либо покрывать ими свои земельно-налоговые обя­зательства, либо продавать эту продукцию колониальным властям по низким ценам.

Следствием усиления рыночной ориентации туземного сельско­го хозяйства стало увеличение зависимости соответствующих областей от импорта продовольствия. Это привело к формированию но­вых рисопроизводящих очагов в Юго-Восточной Азии, где на влаж­ных низменностях в бассейнах Иравади, Менама и Меконга стали осваиваться целинные земли. В результате регион превратился в главный мировой центр экспорта риса, что в свою очередь усугуб­ляло географическое тяготение плантационного хозяйства к Юго-Восточной Азии.

Однако наиболее впечатляющий рост производства продовольст­вия в мире произошел в областях умеренного и отчасти субтропи­ческого климата в Северной и, в меньшей мере, в Южной Америке, а также в Австралии. Возникшее там фермерское хозяйство стало активно вывозить в европейские страны ту аграрную продукцию, которую раньше они производили для себя. В одних случаях оказа­лось невозможным конкурировать с дешевыми заморскими товара­ми, а в ряде других в Европе для функционирования в прежнем объеме экстенсивных отраслей, например, шерстного овцеводства, уже не оставалось и свободных территорий.

Весомую роль в развертывании перевозок аграрных грузов сыг­рал резкий прогресс не только морского, но и сухопутного транс­порта, выразившийся прежде всего в массовом строительстве же­лезных дорог.

Именно они освободили складывающиеся сельскохо­зяйственные районы от тяготения к приморским зонам и ослабили относительное преимущество последних.

За океаном развивались производственные системы, делающие упор на достаточно экстенсивные отрасли и максимизацию выхода продукции прежде всего на единицу затраченного труда, а не на единицу площади. Такое положение означало, что на колонизируе­мых землях дефицитным фактором выступает рабочая сила. Это способствовало формированию специализированного, простого по своей отраслевой структуре агропроизводства, так как облегчалась организация сбыта продукции, что является сложной задачей, напри­мер, при плодосмене, когда крестьянин сталкивается с проблемой реализации многих видов сельскохозяйственных продуктов. Добавим, что аналогичного типа узкоотраслевые районы возникли и на степ­ных просторах европейской части России, где было создано круп­ное экстенсивное производство зерна, главным образом пшеницы, которая стала доминировать на хлебном рынке Западной Европы.

Тем самым завершается сложный процесс формирования аграр­ного пространства, начавшийся с переходом от бродячего образа жизни к оседлому, когда маршрутное, или линейное, осознание тер­ритории преобразуется в радиальное. Оседлый земледелец стал пред­ставлять себе пространственную протяженность в виде концентри­ческих кругов, затухающих к горизонту.

Хорошо выраженное применительно к единичному крестьянину и его двору тяготение огородов, обильно унаваживаемых и тща­тельно обрабатываемых, к приусадебным землям и все более экстен­сивное использование пашни по мере возрастания удаленности полей от деревни ведут к кольцевому по отношению к ней рисунку распо­ложения угодий. В дальнейшем, как показал И.Тюнен, сходная кар­тина размещения сельского хозяйства в виде колец с разной интен­сивностью производства складывается вокруг городов, стягивающих аграрную продукцию окрестных сельских местностей. И, наконец, концентром потребления аграрных товаров в масштабе континента, а затем всего мира становится вырвавшаяся вперед в своем эконо­мическом развитии область Европы, примыкающая к проливу Па-де-Кале и соседствующей с ним части Северного моря.

С удалением от этой области интенсивность рыночной агрикуль­туры снижается. Аргентинская Пампа, в которой сначала господст­вовало пастбищное разведение крупного рогатого скота, а затем зерновое хозяйство и овцеводство, служит тому наглядным приме­ром, поскольку ее природные условия допускают создание явно бо­лее трудоемких отраслей (что и подтвердило начавшееся в 30-х гг. XX в. распространение технических и плодовых культур). Разуме­ется, «возмущения» в глобальном разрезе слишком велики, чтобы тенденция проявлялась прямолинейно и повсеместно. Происходя­щие в современном мире экономические сдвиги ведут к усилению полицентризма в локализации сельского хозяйства. Однако в опре­деленной степени «кольцевая» структура географии отрасли отра­жает влияние главного наряду с дифференциацией территории в зависимости от соотношения тепла и влаги фактора размещения аграрного производства — дистанционного.

Вопросы

1. Какие системы земледелия исторически формировались в умеренном поясе Европы?

2. Какие внешние факторы определили процесс интенсификации европей­ского сельского хозяйства?

3. В чем выразилось влияние процесса экономического развития Европы на географию мирового агропроизводства?

<< | >>
Источник: Ю.Г.ЛИПЕЦ В.А.ПУЛЯРКИН С.Б.ШЛИХТЕР. УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ ДЛЯ ВУЗОВ ГЕОГРАФИЯ МИРОВОГО ХОЗЯЙСТВА. 1999

Еще по теме Агропроизводство Европы в период становления мирохо­зяйственных связей.:

  1. Агропроизводство Европы в период становления мирохо­зяйственных связей.