<<
>>

Животноводческие и смешанные животноводческо-растениеводческие типы сельского хозяйства.

В настоящее время в ряде тропических областей по мере улучшения путей сообщения горные территории начинают ориентироваться на развитие товарного плодо­водства (а также картофелеводства).
По этой причине в индийских Гималаях небывалыми темпами растут площади под яблоневыми на­саждениями в расчете на сбыт продукции на жарких равнинах, где яблоня не произрастает. Тем самым плодоводство может стать осью хиреющей экономики таких малоземельных районов, которым свойст­венен тип смешанного горного сельского хозяйства. В идеальном варианте оно базируется на эксплуатации естественных ресурсов раз­ных вертикальных поясов и носит многоотраслевой характер. Общая картина складывается в сильной степени под влиянием азональных факторов. Взаимосвязи и соотношения главных отраслей весьма из­менчивы в порайонном разрезе, находясь под воздействием локаль­ных особенностей местности и испытывая также зависимость от струк­туры высотной поясности в каждой конкретной горной системе.

С земли прокормиться трудно, несмотря на стремление максимально использовать ее под посевы, прежде всего тех культур, что в совокуп­ности могут наиболее полно удовлетворить продовольственные и про­чие нужды горцев. Важным подспорьем практически всегда служит продукция, получаемая от домашнего скота. Его сезонные перегоны в верхние растительные пояса вплоть до альпийских лугов составляют неотъемлемую часть годового жизненного цикла населения.

Рассмотренный тип аграрного производства — первый, в котором разведение скота занимает как минимум полноправное положение наряду с земледелием. За точку отсчета при последующем анализе целесообразно взять зерновое хозяйство степной зоны, поскольку на более засушливых территориях оно уступает ведущую позицию пастбищ­ному скотоводству, а в более влажных областях развитие отраслей живот­новодства происходит на принципиально иных, интенсивных началах.

В первом случае в обрабатываемом клине увеличивается доля паров, необходимых для того, чтобы гарантировать накопление вла­ги в почве, и снижается общий уровень распаханности земель. Со­ответственно на задний план отходит практика возделывания куль­турных растений. В результате скот в меньшей мере опирается на полевые корма, и преобладающим становится его содержание на естественных пастбищах. Отсюда формирование типов явственно выраженного экстенсивного хозяйства.

Один из них имеет молодые исторические корни — животно­водство на ранчо. Оно возникло, во многом подобно посевам пше­ницы на экспорт, преимущественно в переселенческих странах, где земля была избыточным ресурсом сравнительно с другими фактора­ми производства. Жизнеспособными стали очень крупные хозяйст­ва, часто площадью несколько десятков тысяч гектаров, а в них исключительно те отрасли, что отличаются низкой трудоемкостью. Такая картина сложилась в засушливых областях Нового Света: в Северной и Южной Америке и Австралии, а также в южной части Африки. Животноводство на ранчо с самого начала было прочно связано с мировым рынком (лишь в США оно перешло на удовлет­ворение внутреннего спроса) и обрело на нем надежную нишу, по­ставляя шерсть, баранину и мясо крупного рогатого скота.

Главная трудность при занятиях экстенсивным хозяйством — обеспечение его устойчивости, поскольку оно слишком зависимо в результатах своей деятельности от естественной продуктивности угодий, которая, в свою очередь, сильно колеблется из-за неста­бильности условий атмосферного увлажнения. В малоблагоприят­ные годы задача состоит в том, чтобы избежать перегрузки и выби­вания пастбищ и одновременно не допустить истощения скота. По­этому понятно стремление заготовить запасы страховых кормов. При наличии на ранчо орошаемых участков их отводят под фураж­ные культуры и сеяные травы, что позволяет откармливать животных на месте. В ином случае молодняк бывает выгоднее продавать в соседние земледельческие районы для последующего доращивания.

Не без серьезных оснований отдельным типом сельского хозяй­ства можно считать отгонное животноводство, которое не огра­ничивается территориальными рамками индивидуальных землевла­дений и сопряжено с перемещениями скота на весьма большие расстояния. В ряде случаев ощущается типологическая близость к ранчевому хозяйству, например на горном Западе США. В этой географической области многие частные стада с ферм по нескольку месяцев в году, согласно лицензиям, располагаются на землях, ко­торые принадлежат или находятся под управлением правительст­венных ведомств, прежде всего Лесной службы США. То обстоя­тельство, что общественный земельный фонд включает как зимние, так и летние кормовые угодья, а также «промежуточные» простран­ства, на которых добывает себе пропитание скот, перегоняемый с одних пастбищ на другие, делает сезонные миграции вполне оправданным и распространенным явлением.

При явно менее жестком регулировании «свыше» сходным обра­зом используются земли в глубинной части северо-восточной Бра­зилии, где устойчивое к засухам и негостеприимное по отношению к людям колючее редколесье чередуется с кустарниковой и злако­вой растительностью. Местное хозяйство вынуждено основываться почти исключительно на экстенсивном разведении крупного рога­того скота, который свободно содержится на фактически никому не принадлежащих пастбищных просторах. В данном случае здесь можно говорить о затянувшемся периоде пионерного освоения области, подверженной частым стихийным бедствиям.

Переходный характер данного типа сельского хозяйства подтверж­дается, если отнести к нему отгонное животноводство Центральной Азии и Казахстана, которое возникло на базе кочевых и полукоче­вых форм жизнедеятельности коренного населения. По существу при переводе прежних номадов на оседлость сохранился, опираясь во многом на традиционные производственные приемы и используя прежние направления миграции стада, вековой способ содержания скота на разносезонных пастбищах. Однако произошло укрепление материальной базы отрасли, и протяженность перегонов скота на лето в горы или на северные степные равнины постепенно сокраща­лась.

Само животноводство стало более специализированным бла­годаря государственному стимулированию каракулеводства и тон­корунного и полутонкорунного овцеводства.

В поясе пустынь и полупустынь Старого Света — от атлан­тического побережья Африки на западе вплоть до Гималаев на вос­токе — сохраняется кочевое и полукочевое хозяйство. Связанное с ним население, передвигаясь со своими стадами с одних пастбищ на другие, ориентировано на кормовые ресурсы, которые в ином случае остались бы вне оборота. В зависимости от характера ис­пользуемых угодий разводятся разнообразные виды скота: верблю­ды, овцы, козы, лошади, в меньшей степени крупный рогатый скот. Распространены преимущественно породы малопродуктивных, но неприхотливых и выносливых животных, способных выдерживать длительные перегоны. Влияние природной среды сказывается с боль­шой силой, и падеж в стаде при засухе, гололеде и прочих небла­гоприятных стихийных явлениях бывает очень высоким. Однако опо­ра на даровые корма сделали экономически жизнеспособным этот экстенсивный тип аграрного производства.

Пастбищные земли увязываются в хозяйственный комплекс за счет многообразных миграций, среди которых две ведущие формы — горизонтальная и вертикальная. В первом случае перемещения опре­деляются годовым ритмом и характером водообеспечения равнинной территории. Направления сезонных миграций тесно зависят от лока­лизации доступных источников влаги. Изменчивый год от года про­странственный «рисунок» выпадения атмосферных осадков требует гибкости в выборе горизонтальных маршрутов, что отчетливо просле­живается у бедуинов Аравийского полуострова. Вертикальный нома­дизм представлен двумя главными видами: а) в пределах одной орог­рафической системы, когда миграции происходят из межгорных долин и котловин на близлежащие альпийские пастбища и имеют протяжен­ность иногда лишь 20—30 км; б) с низменностей в горы на расстоя­ние в сотни километров по устойчивым трассам, привязанным к пере­валам и проходам. Такая стабильность передвижений создала усло­вия для налаживания прочных связей с крестьянами тех территорий, по которым пролегают миграционные пути.

В мировой торговле товарам кочевого скотоводства принадле­жит скромное место, хотя некоторые страны, где отрасль сохраняет весомые позиции, например Афганистан, выделяются экспортом жи­вотноводческой продукции — прежде всего каракуля, а также мер­лушки, шерсти, козьих шкур, пуха и др.

В целом же кочевое хозяйство — очень важный в историко-культурном отношении и чрезвычайно интересный в эволюционном плане, но угасающий на наших глазах тип агропроизводства. Рост земледелия сокращает площадь пастбищ, уже сильно истощенных многовековой эксплуатацией, а транспортное строительство лиша­ет номадов их побочных занятий, связанных в прошлом с караван­ной торговлей. Во многих аридных областях остро стоит вопрос о переводе кочевого населения на оседлость.

В принципиально иных, но тоже экстремальных условиях на зем­лях тундр и притундровых редкостойных лесов функционирует оле­неводческое хозяйство, строящееся сходным образом на использо­вании сезонных пастбищ. Оно дополняется охотой и морскими про­мыслами, без чего, пожалуй, невозможно обойтись, но практически полностью оторвано от агрикультуры. Оленеводство сложилось в условиях изолированного существования северных народностей и, несмотря на свою экономическую маломощность, все же было в силах полностью удовлетворить все потребности занятого в нем малочисленного населения; торговые связи поныне остаются для оленеводов второстепенным делом.

На территориях с умеренным климатом, более влажным, чем в специализированных на пшенице районах, агропроизводство пошло по пути увеличения трудовых и материальных вложений, диверси­фикации отраслевой структуры и становления смешанного земледельческо-животноводческого интенсивного хозяйства. В нем обе составляющие имеют товарное назначение и многопланово свя­заны между собой, что обусловливает богатство территориально-отраслевых комбинаций и функционирование разных по профилю аграрных и агропромышленных предприятий.

В России наиболее репрезентативные варианты данного типа про­слеживаются прежде всего в лесостепной зоне Восточно-Европейской равнины, хотя и не замкнуты только ее пределами.

Определяющая черта — высокая степень распаханности земель, что привело к несом­ненному дефициту лугов и выгонов, и большая напряженность в ис­пользовании обрабатываемых угодий. Широкое присутствие на полях наряду с пшеницей и другими зерновыми также требовательных к плодородию почвы и быстро ее истощающих пропашных культур за­ставляет прибегать к сложным севооборотам. Нужда в севооборотах диктуется заодно необходимостью обеспечить разнообразными кор­мами скот, находящийся на 90% на стойловом содержании. Частично задача решается благодаря наличию побочной продукции ведущих тех­нических культур — сахарной свеклы и подсолнечника, концентра­цией посевов которых еще недавно выделялся СССР, а в его составе Украина. Особенно ценна в этом отношении сахарная свекла.

Ее продолжают активно выращивать в государствах, расположенных в среднеевропейской полосе, — в Польше, Германии, Франции, Великобритании. Возделывание же в них ряда других технических растений, например, рапса или конопли, стало малорентабельным из-за дешевого заморского сырья и резко пошло на спад. По размерам производства сахарная свекла, сборы которой предназначаются главным образом для удовлетворения внутреннего спроса, примерно в 1,8 раза уступает более урожайному сахарному тростнику, культивируемому в низких широтах в значительной степени в целях экспорта (годовая продукция сахара-сырца в мире превосходит 110 млн т).

Зато в средней полосе Западной Европы на полях представлен крайне богатый и все более разнообразный набор фуражных куль­тур, помимо таких зерновых, как кукуруза, ячмень и овес, включа­ющий многие виды сеяных трав и кормовых корнеплодов. Прогрес­сивное преобразование и укрепление фуражной базы, резко умень­шившее зависимость от ввоза кормов, создало отличную опору для большинства отраслей животноводства: разведения мясного и мо­лочного крупного рогатого скота, свиноводства, бройлерного хозяй­ства, производства яиц. Имеются примеры и сравнительно узкой специализации, обусловленной ориентацией на экспорт. Так, дат­ское сельское хозяйство сосредоточилось в расчете на английский рынок на получении беконной свинины, составляющей по стоимо­сти около 40% всей животноводческой продукции страны.

По мере движения к северу, к границе зоны лиственных лесов и в подзону южной тайги на Восточно-Европейской равнине фоновым становится северный вариант рассматриваемого типа. В составе сель­скохозяйственных угодий пашня еще превалирует, но существенно повышается доля естественных кормовых угодий. Товарные зерно­вые, среди которых появляется рожь, не утрачивают значимости. но их производство в северной части сплошной земледельческой полосы, протянувшейся от Псковской до Пермской области, уже не обеспечивало в СССР возмещения общественно необходимых за­трат. Среди технических культур явно выделяются две: картофель, имеющий многообразное применение — продовольственное, кормо­вое и промышленное, и лен-долгунец, который традиционно был важной экспортной статьей в России.

Для местностей, где вегетационный период короток и характери­зуется невысокими температурами, картофель трудно заменим, по­скольку в подобных природных условиях действительно хорошо уда­ется из культур, чья продукция может рассчитывать на массовый сбыт. Посевы протягиваются на запад через Польскую и Северо­германскую низменности вплоть до побережья Атлантического оке­ана в Бретани. Однако, если, например, сахарная свекла занимает во Франции плодородные земли, то под картофель отведены и весь­ма бедные почвы, в частности, развившиеся на древних кристалли­ческих породах. При мировом сборе картофеля более 300 млн т в год основную долю урожая дают Россия, Беларусь, Польша и Гер­мания (а вне Европы — Китай).

Лен главенствовал в качестве рыночного продукта во многих за­падных районах Восточно-Европейской равнины, отличающихся хо­рошей влагообеспеченностью. Эта лубяная культура нуждается в обиль­ном удобрении и требует многопольных севооборотов. Учитывая еще ее большую трудоемкость, становится понятной явно выраженная тен­денция к сокращению занимаемых льном площадей в свете депопуля­ции деревни в Нечерноземной зоне России и Беларуси.

Пахотный клин, хотя и продолжает использоваться в интересах товарных отраслей растениеводства, призван выполнять также другую функцию — служить источником дополнительных кормов. С учетом продукции естественных и мелиорированных лугов, сено­косов и выгонов создались предпосылки для содержания разнооб­разного по составу стада, включая крупный рогатый скот молочно­го и мясного направления, свиней, шубных овец.

Молочное хозяйство приурочено к районам умеренного климата с относительно небольшими амплитудами температур, где равномер­ное выпадение осадков в течение года и непродолжительный вегета­ционный сезон делают оправданным возделывание полевых культур на зеленый корм. В подобных случаях, например, в Новой Англии (США) или в Норвегии, где доля пригодных к обработке земель неве­лика и пашня раздроблена на мелкие участки, оказалось целесообраз­ным использовать пастбища и сенокосы для разведения молочного скота. Для выпаса животных предпочтительнее равнинный и слабо­холмистый рельеф, но специализированное молочное скотоводство хоро­шо представлено и в горных районах, как-то в Швейцарии и Австрии. В таких случаях особенно выражен упор на производство наиболее транспортабельных видов молочных товаров: сыров, сухого молока, молочных консервов. Чаще всего, но, разумеется, не полностью и эта продукция предназначается для внутреннего рынка.

По совокупности природных и экономических факторов молоч­ное хозяйство получило массовое распространение в промышленно развитых странах: Великобритании, прежде всего в ее более влажной западной части, государствах Северной Европы, Новой Зеландии, США (пояс молочного животноводства на западе Приозерных шта­тов). Производство молока в мире в 1993 г. составило 518 млн т (в том числе коровьего молока — 447 млн т), из которых 25% пришлось на страны Западной Европы, более 15 — на государства, входившие в СССР, и около 13% — на США.

Молочное хозяйство ведется на интенсивной основе, и в нем численно превалируют мелкие и средние фермы. При этом в одних странах, например, Финляндии или Дании, климатические условия вынуждают сочетать летний выпас со стойловым содержанием скота в зимнее время, в других, например, Австралии и Новой Зеландии скот круглогодично находится на пастбищах. В Новой Зеландии эти угодья в большой степени подверглись улучшению, так что в подавляющем числе графств не менее 80% обрабатываемой площа­ди занято сеяными пастбищами. Культурное луговодство стало клю­чом к превращению этой страны в выдающегося экспортера молоч­ных продуктов. Большое внимание уделяется мелиорации, удобре­нию и обустройству естественных кормовых угодий также и в дру­гих очагах специализированного молочного животноводства.

Путем направленного подбора трав удается повысить вкусовые достоинства молока и, следовательно, выделываемых из него масла и сыров. Успехи отрасли тесно связаны и с созданием в процессе длительного племенного отбора высокопродуктивных пород, способ­ных обеспечить адекватную отдачу от потребляемых кормов. В Ни­дерландах годовые удои коров наиболее распространенной черно-пестрой породы в среднем составляют около 5000 кг молока при жирности 4,35%. В России доброй славой пользуются холмогор­ская, костромская и ярославская породы, названные так по соот­ветствующим центрам молочного производства.

В развивающихся странах выделение молочного животноводст­ва в форме самостоятельной отрасли протекает медленно и в луч­шем случае ограничивается сферой пригородного хозяйства. Этот процесс происходит на базе стойлового содержания скота пока пре­имущественно в государствах Латинской Америки. В целом же ма­лочисленность парка грузовых автомашин и разреженность сети хороших дорог в этих странах резко ограничивают дальность пере­возок произведенных крестьянами товаров в города. Даже в центры людностью более 1 млн жителей овощи — главный продукт приго­родного хозяйства в тропиках — доставляются в основном из дере­вень, расположенных в радиусе до 50—60 км. Становление райо­нов соответствующей аграрной направленности совершается по-преж­нему под диктатом фактора транспортных издержек.

Что же касается промышленно развитых государств, то в них современное пригородное агропроизводство перестает подчиняться былым правилам размещения, которые прежде всего диктовались величиной затрат на перевозку продукции. Прогресс транспорта, широкая практика консервирования и замораживания продукции и другие новейшие веяния ведут к сокращению в пригородных зонах сельскохозяйственной активности, в первую очередь, в молочном животноводстве, а также и в ряде других характерных отраслей: овощеводстве, свиноводстве, птицеводстве. Наиболее отчетливо этот процесс ощущается в США. Благодаря появлению, например, авто­рефрижераторов свежее молоко теперь доставляют на расстояние до 1500 км, тогда как для молока во флягах это дистанция не превышает 150 км. В транспортировке дорогостоящей продукции (персики, клубника, спаржа, цветы) все шире участвует и авиация, включенная в межконтинентальные перевозки, например цветов из Кении. Показательно, что агломерация Нью-Йорка, в которой со­средоточено примерно 18 млн человек, удовлетворяет за счет мест­ных хозяйств свои потребности в картофеле и свинине на 2%, в овощах — на 40%.

Однако это не означает, что в зоне вокруг больших городов и агломераций не продолжают функционировать традиционные отрас­ли. Их представляют: 1) многочисленные в наши дни фермы с час­тичной занятостью на них владельцев, снабжающие в скромных размерах свежими фруктами, ягодами и овощами потребителей из близлежащих городов; 2) крупные сельхозпредприятия по сути про­мышленного характера — «фабрики» молока и яиц, мощные теп­личные и парниковые хозяйства и т.д.

Вместе с тем пригородное хозяйство в странах с развитой экономи­кой остается весьма эффективным. Сказывается непосредственная близость центров нововведений, сопряженная с насыщенностью опыт­ными станциями, питомниками и другими учреждениями аграрного профиля, которые выступают пионерами массового внедрения до­стижений науки и перевода агропроизводства на индустриальные рельсы. В прилежащих к городам ареалах сельское хозяйство ак­тивнее, чем в остальных, вынуждено конкурировать с другими от­раслями за рабочую силу и за земельные и финансовые ресурсы, что заставляет прибегать к интенсивным технологиям для достиже­ния высокой продуктивности и высокой производительности труда.

Вопросы

1. В чем заключаются тенденции специализации в сельском хозяйстве на современном этапе?

2. В каких географических областях находятся главные очаги зернового производства?

3. Каковы различия в пригородных хозяйствах промышленно развитых и развивающихся стран?

4. Какие типы сельского хозяйства следует считать экстремальными?

<< | >>
Источник: Ю.Г.ЛИПЕЦ В.А.ПУЛЯРКИН С.Б.ШЛИХТЕР. УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ ДЛЯ ВУЗОВ ГЕОГРАФИЯ МИРОВОГО ХОЗЯЙСТВА. 1999

Еще по теме Животноводческие и смешанные животноводческо-растениеводческие типы сельского хозяйства.:

  1. 7.5.2. ВОССТАНОВЛЕНИЕ И УЛУЧШЕНИЕ НАРУШЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ
  2. Социальная география сельского хозяйства
  3. Типы сельского хозяйства мира
  4. Население
  5. БАЙБУГИНА МАЙДА КАРИМЖАНОВНА ТИПОЛОГИЯ И ФОРМИРОВАНИЕ СЕТИ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ЦЕНТРОВ ПРИ ЗЕМЛЕУСТРОЙСТВЕ КРЕСТЬЯНСКИХ ХОЗЯЙСТВ (на материалах Акмолинской области)
  6. ТИПЫ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
  7. 110. Мировое сельское хозяйство
  8. Животноводческие и смешанные животноводческо-растениеводческие типы сельского хозяйства.
  9. 1. Социальная география сельского хозяйства
  10. 3. Типы сельского хозяйства мира