<<
>>

ОТ БАЗЫ-10 К ОЗЕРСКУ

Сейчас опубликовано немало книг, брошюр, статей, посвященных созданию в нашей стране атомного производства. В основном освещаются в них научно-техниче- ские, организационные вопросы, вклад и роль ученых- ядерщиков в их решение.

В то же время выпадают из поля зрения проблемы строительства «атомных» городов, развитие образования, культуры, медицинского обслуживания. Наконец, какова была структура органов государственной власти, органов управления, как действовали общественные организации?

Без этого трудно понять истинную историю... Архивные документы, многочисленные свидетельства очевидцев донесли до нас сведения о том, что. в наиболее тяжелый период строительства атомных объектов — в 1946—1948 годах — люди испытывали не только серьезные бытовые трудности, но и морально-психологический дискомфорт. Непривычные условия жизни, жесткая изоляция и режим секретности, оторванность от родных и близких действовали на многих первостроителей угнетающе, порождали нередко самые разные негативные проявления.

Руководство страны не жалело средств на создание атомной промышленности, на то, чтобы как можно быстрее получить ядерное оружие. Довольно быстро, но не сразу, поняло оно и важность решения таких проблем, как создание необходимых материальных, социально-бытовых, культурных условий для тех, кто будет трудиться на этих объектах. Все это нашло свое яркое подтверждение в истории воз-

никновения и строительства первенца атомной промышленности — города Челябинск-40. Затем он назывался Челя- бинск-65, а сейчас — Озерск.

Первоначально существовало два поселка. Один из них строился на месте нынешнего города, а второй — на расстоянии 15—18 километров от него. Там, где и сейчас расположен поселок № 2 (Татыш). Однако, вскоре пришлось отказаться от идеи одновременного строительства двух поселков. Поселок № 2 (Татыш) не получил своего дальнейшего развития из-за близости от него основного производства (расстояние до завода составляет всего около 500 метров) .

Проект основного поселка разрабатывался в начале выездной бригадой специалистов Ленинградского проектного института (ГСПИ-11). В поселке предполагалось разместить около двух тысяч человек. В составе выездной бригады работали в 1948—1949 гг. ленинградские архитекторы по гражданскому строительству: Л.А. Гуревич, Ф.Н. Дюженко, ГА Иванов, А.И. Турина, Г.С. Ремнева и другие. Они занимались преимущественно привязкой домов, на месте решали вопросы, возникающие в ходе строительства. По первоначальному проекту в состав поселка входили улицы имени Ермолаева (бывшая Школьная), имени Колыванова (бывшая Дуговая), Сосновая, Комсомольская, проспект Ленина (бывший Сталина) с прилегающими к нему улицами и район за деревообрабатывающим комбинатом (ДОКом).

Городское жилье начиналось с неуюта полуземлянок и дощатых палаток. И если полуземлянки быстро отошли в область истории, то бараки существовали долгие годы. С года, когда началось возведение уже постоянной жилой площади, на его строительстве работало 6180 человек. За весь 1947 год построили 5 домов, которые в основном приспособили под общежития. В них разместили 260 человек.

Жилья катастрофически не хватало. Ко времени пуска первого промышленного атомного реактора в поселке вошли в эксплуатацию жилые помещения барачного типа в районе улиц Блюхера (бывшая Новая), Ленинградской, Зеленой и Песочной, отдельные брусчатые дома на улицах Строительной, Матросова, Верхней и Октябрьской. Немало построили

также щитовых сборных домов, так называемых «финских». Они завозились из Финляндии за счет репарационных платежей. Застройка поселка велась различными типами домов, не только брусчатыми и «финскими», но и одноэтажными деревянными коттеджами, а также двухэтажными каменными домами.

Ветеран химкомбината «Маяк» Ольга Степановна Рыбакова вспоминает: «На главной улице будущего города появилось несколько двухэтажных домов. В мае 1947 года заводоуправление переехало из барака в построенное для него здание (ныне это дом № 40 по проспекту Ленина).

В правом крыле открылась столовая. Будущий проспект города обещал быть красивым и необычным. Посреди улицы (по инициативе первого директора П.Т. Быстрова) сохранялась аллея из могучих сосен, которая и сейчас радует нас».

Многие руководители вначале искренне считали, что главное — как можно быстрее, любой ценой сделать атомную бомбу. На остальное, можно не обращать особого внимания.

Справедливости ради следует подчеркнуть, что подобные, наивные настроения скоро канули в лету, но еще долго в отношении перспектив города у руководства отрасли, предприятия не было ясности. Так, в приказе директора Ба- зы-10 Б.Г. Музрукова от 6 сентября 1951 года говорилось, что «1952 год, видимо, явится завершающим годом строительства нашего социалистического города со всем комплексом жилых, административных и соцкультбытовых зданий и сооружений, включающих внутригородские дороги, общее благоустройство и озеленение». Как известно, строительство в городе не завершилось в 1952 году, а продолжается и по сей день.

В то время еще никому не было известно, как будет развиваться атомное производство, будущий химкомбинат «Маяк», ведь первоначально планировали построить всего один промышленный атомный реактор и небольшое радиохимическое предприятие.

Ситуация вскоре изменилась коренным образом. В августе 1948 года на совещании у заместителя начальника ПГУ

А.              П. Завенягина был заслушан доклад начальника фили

ала ГСПИ-11 А. И. Локтева о проектировании соцгорода — так называли тогда строящийся поселок. На этом совещании решили: 1)-запроектировать ливневую канализацию, освещение улиц, озеленение проспекта Сталина; 2) произвести осушение болот, прилегающих к соцгороду; 3) застраивать проспект Сталина 12-квартирными домами; 4) построить в городе бетонные дороги шириной в 6 метров.

Вскоре в городе, появились каменные здания нового типа — двух-, трехэтажные дома с элементами декоративного украшения фасадов пилястрами, карнизами, наличниками окон (проспект Ленина, ул.Победы, Свердлова).

Если раньше улицы проектировались только пбселкового типа, то с этого момента уже намечаются первые попытки дифференциации магистралей и улиц с учетом их функционального назначения. 24 мая 1949 года на партактиве впервые обсуждался вопрос «О ходе жилищного и культурно-бытового строительства».

Обращаем внимание читателя на тот факт, что это было, пожалуй, самое напряженнейшее время в истории химкомбината, строительства. Шла интенсивная наработка новой продукции, подготовка к испытанию первой атомной бомбы.

Выступая на партийном активе, Е. П. Славский сказал: «Речь идет не просто о строительстве жилья, речь идет о строительстве города. Мы хотим построить прекрасный город и в самый кратчайший срок, и то, что сделано за два с лишним года, говорит о том, что мы это способны сделать и безусловно сделаем». Хотя город как таковой официально еще не существовал, Е. П. Славский с полной уверенностью говорил о его строительстве. Резкой критике Ефим Павлович подверг тогда в своем выступлении архитекторов, по проектам которых, как заметил он, «улицы построили кренделем».

В 1949—1952 годах осуществлялось интенсивное строительство каменных зданий на проспекте Победы (бывшем Берии), улицах Блюхера, Пушкина, Советской. Несмотря на то, что не хватало строительных механизмов и отделочников, строили довольно быстро. Основной рабочей силой, занятой на строительстве жилья, являлись заключенные. Очевидцы рассказывают о довольно жутких зрелищах, ко

торые можно было наблюдать в конце 40-х — начале 50-х годов. Почти каждый день утром и вечером двигались колонны заключенных по улицам строящегося поселка под вооруженным конвоем и в сопровождении овчарок. Целые участки будущих улиц, зданий обносили колючей проволокой, как говорили в то время «делали зону». Там, за колючей проволокой, под охраной и работали заключенные. При строительстве проспекта Берии (нынешнего Победы) зону сделали практически на всем его протяжении. Проспект построили в рекордно короткие сроки, примерно за год, до нынешнего здания отделения МИФИ.

Основная масса заключенных старалась работать добросовестно, так как заинтересована была в выполнении и перевыполнении нормы выработки, чтобы быстрее освободиться. Стимулировало активную работу зэков и введение зачетных дней, а также снятие судимости при условии перевыполнения производственных норм в течение одного года.

. Контроль за качеством работы осуществляли так называемые десятники бюро инструментального контроля (БИК). В основном десятниками БИКа работали тогда немцы — спецпереселенцы. Они имели большой опыт работы на других стройках, свое дело знали очень хорошо и контролерами были дотошными.

Ветеран строительства Александр Константинович Куракин, прибывший в марте 1946 года на- стройку, рассказывает: «Город застраивался, действительно, интенсивно. Люди работали не за страх, а за совесть. Дисциплина в то время была жесткая. Существовало фактически два вида приказов: отдать под суд, наказать или премировать, поощрить. Но не за счет одних административных или дисциплинарных мер достигались конкретные результаты. На строительстве жилья, объектов социально-культурного назначения активно стала применяться в начале 50-х годов малая механизация (кабель-краны, дипкраны и т. д.), новая технология. Большой эффект получали и благодаря созданию комплексных строительных бригад, которые состояли из рабочих разных специальностей. Вольнонаемные рабочие и заключенные брали на социалистическую сохранность средства малой механизации (краскопульты, насосы, кабель-кра-

<< | >>
Источник: Новоселов В. Н., Толстиков В. С.. Тайна «сороковки».—. 1995

Еще по теме ОТ БАЗЫ-10 К ОЗЕРСКУ:

  1. III тип. Домениальный политико-правовой статус Вышгорода, Старой Ладоги и т.д.
  2. НАЧАЛО СТРОИТЕЛЬСТВА
  3. ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
  4. ОТ БАЗЫ-10 К ОЗЕРСКУ
  5. ПАРТИЯ — НАШ РУЛЕВОЙ?..
  6. ЧТО ЧИТАЮТ В «СОРОКОВКЕ»?
  7. ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
  8. ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
  9. АТОМЩИКИ СТРОЯТ... МОЛОКОЗАВОДЫ?!..
  10. ГОРОД ОБРЕТАЕТ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ
  11. ЛЮДИ И РЫНОК