<<
>>

ПРАВОСЛАВИЕ НА «РУБЕЖЕ КУЛЬТУР»: ИЗ ИСТОРИИ БЕЛОРУССКО-УКРАИНСКОЙ МЫСЛИ ПОЗДНЕГО ВОЗРОЖДЕНИЯ

Одним из наиболее событийно насыщенных и одновременно драматичных периодов отечественной истории и культуры является Позднее Возрождение. Идеологическое противостояние вокруг Брестской церковной унии, духовные искания в этот период конца XVI — первой половины ХVII века получили наиболее яркое отражение в произведениях полемической литературы, где поднимались актуальнейшие проблемы религиозно-церковной, национально-культурной, общественно-политической жизни общества [11, с.

70—99].

Одной из центральных проблем полемики выступало отношение к светской культуре и научному знанию. Нетождественные позиции высказывались в рамках всех конфессиональных сообществ. В православной мысли сформировалось два основных направления: как отрицающее полезность и целесообразность существования отдельной от христианского богословия светской науки и культуры (И. Вишенский, старец Артемий и др.), так и признающее необходимость, наряду со Священным Писанием и трудами «отцов церкви», независимых от религиозных догматов светского знания и светской культуры (Л. Зизаний, М. Смо- трицкий, Ф. Иевлевич, П. Могила, С. Косов и др.).

Автор «Вопросов и ответов православному з папежником», являвшийся выразителем первого направления, провозглашает единственным подлинным знанием «науку апостолскую и отцев святых» и утверждает, что «мудрость светская глупство есть у Бога» [6, с. 83, 106]. «Наука» «папежников» и развитие светских наук не дают, по его мнению, «досконалости и твердости» в вере [6, с. 108]. Автор «Перестроги» «мудрости Аристотелева» и других «поганских философов» противопоставляет «смиреномудрость Духа Святого» [1, с. 230, 234]. Отрицающий «философиею и прочинею здрадою» Василий Острожский призывает жить «отложивши свое человеческое умышление, по преданию апостольскому.. , по древнему мудрьствовати» [6, с. 671, 686—687]. Подобное отношение ряда православных авторов к светскому знанию было связано с отрицанием «латинской мудрости».

«О русские чада, — говорится в сочинении «До благочестивых» Загоровского сборника, — избавите себе от темнаго ада, не в школах латинских розум купуйте, и их трутизнами души не питайте, погубите веру и святую славу...» [10, с. 187].

Для православных публицистов второго направления характерна весьма высокая оценка знания, «книжной мудрости». В «Палинодии» читаем: «Великий бовем пожиток душе от книг святых бывает!» (Ср.: «Велика ведь бывает польза от учения книжного...» — «Повесть временных лет»). З. Копыстенский восхваляет Ярослава Мудрого как просветителя Руси, который книги «на Словенский язык перекладал», «насеял книг», из которых «мы жнемо прий- муючи... науку» [5, с. 985]. При этом Копыстенский не игнорирует светские науки, причисляя и их к «божьей благодати» [5, с. 901, 912—913]. Многие авторы высказывались о необходимости приобщения к западной культуре и науке. Так, Баркулабовский мемуарист одобрительно относится к образованию молодого князя Соломерецкого, который «почал учитися по руску грамоте и по грецку» у Л. Зизания, а затем обратился «до науки латинския, до пана Максима Герасимовича Смотрицкого» [8, с. 184—185]. Князь К. Острожский, как и в свое время Ф. Скорина, видел путь преодоления кризисного состояния культуры («устали учители, устали проповедачы слова Божого, устали науки, устали казанья!») и «грубианства» духовных в реформировании системы просвещения по образцу «семи свободных искусств», в «закладанье школ и наук вольных», привлечении к школьному делу «ученых презвитеров» и «казнодеев добрых» [7, с. 583, 587; 4, с. 298—299]. В училище в Остроге преподавались греческий, латинский, «русский» и польский языки, богословие, диалектика, риторика, поэтика, грамматика. Схожая программа реализовывалась в братских школах во Львове, Киеве, Минске, Бресте, Могилеве и других городах. Это свидетельствует об осознании обществом, и прежде всего широкими слоями «городского поспольства», частью православного духовенства значимости светской культуры, знания, и развития на этой основе национальных форм духовной жизни.

Интеллектуализации православной культуры способствовало создание просветительских и книгоиздательских центров в Заблудово, Кутейно, Киево-Печерской Лавре, Вильно, Ивье, Могилеве. Приобщало к науке, литературе и философии Запада, формировало тип светских и церковных деятелей «на рубеже культур» обучение белорусской и украинской молодежи в западноевропейских университетах.

Дискуссии по вопросам отечественной культуры нередко имели выраженный конфессиональный контекст. «В костелах Римских», пишет автор «Перестроги», «книг Словенских великими склепами знойдешь замкненых, которых на свет не выпустят, по збуренью и осегне- нью паньства Руского». В происках «папистов» он видит причину того, что не могли «русины» «школ и наук посполитых розширяти». В оценке автора весьма велика роль науки, с ее развитием он связывает процветание народа [1, с. 204]. Ряд полемистов обращал внимание на отрицательные последствия насильственной унизации для культуры и просвещения общества. Если бы не уния, писал в «Обороне верификации» М. Смотрицкий, то белорусы давно имели бы новые религиозные книги, школы и т. п., что теперь «не скоро произойдет, а именно в этом наш народ русский сегодня нуждается» [2, с. 441]. Но заявлялись и другие позиции. Так, Л. Древинский указывал на стимулирующую роль экстремальной ситуации в развитии отечественной культуры и просвещения: «... таковыя науки, таковыя училища, толико достойные и ученые люди в народе Российском никогда бы не открылись» [3, с. 69].

Х. Филалет обосновывал мысль о культурном приоритете «греческих народов» (православных. — В. С) перед «римским», сочинение иезуита П. Скарги «Собор Берестейский», в котором тот приписал славянам «упорь, небаченье... правды... слепоту, нестаток, глупство», он считал крайне оскорбительным для восточных славян («все, што ядовитая слинка до уст принесла») [6, с. 1014]. О «сталости», «моци», «непорушности» православной славянской «науки» писал автор «Палинодии». При этом «Латинский розум» трактуется им как «нижший и не- сталый» [5, с.

901]. Утверждения о превосходстве «латинской» «науки» над «грецкой» автор считает ложью, так как сама наука Рима восходит к греческой («Платонова и Аристотелева и иных философов Грецких мудрость» [5, с. 900]. Данный мотив уже звучал ранее, у Г. Смо- трицкого: «с греков философы, з греков богословцы увесь свет маеть, без которых... Рим ничего не знаеть» [2, с. 241]. В противовес П. Скарге Копыстенский постулирует равенство греческого, латинского и славянского языков: «И по Грецку, и по Латини, и по Словенску... положилисмо...» [5, с. 696]. Подобную идею высказывал и известный книгоиздатель, просветитель Л. Мамонич, подчеркивая в предисловии к Судебнику 1617 г., что «Словенский» появился «не без особливого споряженья божего.» [9, с. 76].

Таким образом, в православном интеллектуальном сообществе периода Позднего Возрождения по проблеме отношения к светским знаниям, вопросу о роли и значении культуры Запада сложилось два ведущих направления: нигилистическое, провозглашавшее единственным подлинным знанием богословие, «мудрость евангельскую», и конструктивное, признающее полезность и важность светского знания, синтеза латинской и славяно-византийской образованности. Здесь же заметим, что иную культурологическую позицию занимали униатские авторы, концепция которых предполагала одностороннюю духовную переориентацию на Запад, сближение с римо-католицизмом. Ряд аспектов полемики о соотношении светского и теологического знания не утратил своей актуальности в последующей истории культуры, в том числе в современном богословии и секулярном обществоведении.

литература 1.

Акты, относящиеся к истории Западной России. — СПб.: Тип. Э. Праца, 1851. — Т. 4. 2.

Архив Юго-Западный России. — Киев: Тип. Г. Т. Корчак-Новицкого, 1887. — Ч. 1. Т. 7. — ХVI. 3.

Бантыш-Каменский, Н. Историческое известие о возникшей в Польше унии / Н. Бантыш-Каменский. — М.: Синод. тип., 1805. 4.

Макарий. История Русской церкви / Макарий. — М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1996. — Кн. 5. 5.

Памятники полемической литературы в Западной Руси. — Пб.: Тип. А. Траншеля, 1878. — Кн. 1. 6.

Памятники полемической литературы в Западной Руси. — Пб.: Тип. А. М. Котомина и К, 1882. — Кн. 2. 7.

Памятники полемической литературы в Западной Руси. — Пб.: Сенатская тип., 1903. — Кн. 3. 8.

Полное собрание русских летописей. — М.: Наука, 1975. — Т. 32. 9.

Прадмовы І пасляслоуі паслядоунікау Францыска Скарыны / уклад., уступ. арт. І камент. У. Г. Кароткага. — Мінск: Навука І тэхшка, 1991. 10.

Саверчанка, І. В. Старажытная паэзія Беларусі: ХVI — першая палова ХVII ст. / І. В. Саверчанка. — Мінск: Навука і тэхшка, 1992. 11.

Старостенко, В. В. Становление национального самосознания белорусов: этапы и основополагающие идеи (X—XVII вв.) / В. В. Старостенко. — Могилев: МГУ им. А. А. Кулешова, 2001.

<< | >>
Источник: Байдаров Е.У. и др.. Духовно-нравственное воспитание на основе отечественных культурно-исторических и религиозных традиций и ценностей : материалы Междунар. науч.-практ. конф., Жировичи, 27 мая 2010 г. / Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т философии, Белорус. Экзархат Моск. Патриархата Рус. Правосл. Церкви; науч. ред. совет: М. В. Мясникович, Высокопреосвящ. Филарет [и др.]. — Минск : Беларус. навука. — 389 с.. 2010

Еще по теме ПРАВОСЛАВИЕ НА «РУБЕЖЕ КУЛЬТУР»: ИЗ ИСТОРИИ БЕЛОРУССКО-УКРАИНСКОЙ МЫСЛИ ПОЗДНЕГО ВОЗРОЖДЕНИЯ:

  1. ПРАВОСЛАВИЕ НА «РУБЕЖЕ КУЛЬТУР»: ИЗ ИСТОРИИ БЕЛОРУССКО-УКРАИНСКОЙ МЫСЛИ ПОЗДНЕГО ВОЗРОЖДЕНИЯ
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -