<<
>>

Г. Н. Роговая ХРИСТИАНСКИЕ НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ в ПОЛИТИКЕ РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА

Понятие нравственной политики постоянно витает в атмосфере молдавского общества новейших времен. В начале 1990-х годов поиск нравственных основ политики происходил в виде демократического энтузиазма и решительного желания очиститься от двойных, а то и тройных морально-этических стандартов советского режима («говорим одно, думаем другое, делаем третье»).

Эта наивная, но искренняя романтика духовного и социального обновления наполняла паруса всех политических сил, боровшихся за демократическую независимую Молдову. Тогда же в противовес «бездуховной, безбожной» политике советских времен зазвучали призывы вернуться к нравственным истокам христианства и исповедовать их в реальной политике. На памяти нашего поколения многотысячные митинги на Площади национального собрания в Кишиневе и других населенных пунктах республики, проходившие под сильными религиозными настроениями. Это было не только массовым проявлением свободы вероисповедания, но одновременно и выражением идеологических и нравственных симпатий граждан. Общество своим политически активным большинством выбирало христианские нравственные ценности и добродетели для своего будущего — как политического, так и неполитического [1, с. 110—111].

В неполитической (приватной) жизни членов нашего общества христианство в действительности заняло значительное место: возросло внимание людей к религии, христианскому учению, в том числе нравственному, увеличились церковные приходы, активизировалось во- церковление молодого поколения — иными словами, христианская нравственная проповедь обретала широкие возможности и практическое воплощение.

Активизация религиозной жизни в начале демократического движения в Молдове порождала надежды на христианизацию общения власти и народа, власти и церкви, и религиозные деятели разных христианских направлений активно включились в избирательные процессы в Парламент, органы местного самоуправления, стали представителями этих властных структур.

Устами этих представителей декларировались христианские нравственные ценности как принципы политической жизни в обновленном демократическом обществе на фоне жесткой критики безнравственного безбожного прошлого [2, с. 7].

В этом проявлении не усматривается ничего исторически нового. История человечества свидетельствует, что смена власти почти всегда подкрепляется строгой моральной критикой старого строя и предыдущей власти новыми политическими силами. Новое всегда стремится нравственно освятить себя перед историей и современниками [3, с. 35—36]. В этом, однако, проявляется не только морально-этический, но и прагматический смысл, и революционная логика. Этот свежий опыт антикоммунистических революций доказал, что оппозиция власти в действительности может быть «общегражданской» только в том случае, если она формируется на основе морально-этических принципов, один из главных среди них — «жить не во лжи» [4, с. 45]. Именно морально-этическая нравственная критика стала первичной основой гражданской солидарности в антикоммунистическом сопротивлении и революционном энтузиазме «бархатных» революций конца 80-х — начала 90-х годов.

Такой была природа и демократического движения в Молдове этого времени. Однако декларируемые христианские нравственные принципы в реальной политике так и оставались призывами, в лучшем случае вошли в уставы и программы политических партий и движений: «Наша политика основывается на христианской концепции о человеке, ответственном перед Богом. Достоинство всякого человеческого существа, мужчины или женщины, неприкосновенно и свято. Основной элемент христианской морали состоит в стремлении подчинять личные интересы общественным» [5, с. 4].

Однако очень скоро христианские нравственные наставления и реальная политика были разведены. Первым посылом к этому, возможно и небезосновательно, стали указания на законодательство страны, где утверждалось, что религия и церковь отделены от государства [6, с. 3], а религиозные деятели должны воздерживаться от участия в политической жизни.

Во вторую очередь свою роль сыграло существование в обществе иных (нерелигиозных) идейно-нравственных программ: народно-традиционной, коммунистической и т. п. [7, с. 73]. Впоследствии (2001—2009 гг.) в политическую жизнь Молдовы пришли силы, не считающие религию наивысшим авторитетом относительно морали и нравственных убеждений. Демократически мыслящие политики начала ХХ! столетия часто относят религию к ограниченности, историческому (устаревшему) взгляду на вещи, характеризуют ее как тенденцию, обращенную в прошлое. Появлению таких взглядов, безусловно, содействует курс, взятый Молдовой на вхождение в Евросоюз, где во многом разделяется мнение о приоритетности «формулы светскости» [8, с. 45]. Провозглашенный в конце 2003 г. президентом Франции «Кодекс светскости» привлекателен для многих политических деятелей.

На этом фоне сторонники воплощения христианских принципов морали в политическую жизнь Молдовы также стали менее настойчивыми. За период, прошедший за неполных 20 лет независимости Молдовы, эти принципы так и не стали главенствующими в обществе, тем более в политике. Сказывается общая религиозная непросвещенность масс, в том числе и в проникновении в содержание христианских нравственных наставлений [7, с. 73]. Зачастую политики, призывающие к их исповедованию, на поверку оказываются ознакомленными всего только с заповедями Моисея. Более того, нравственное состояние современного общества дает основание полагать, что ныне наступают «последние времена», времена крайнего падения нравов. Таким образом, напрашивается мысль о том, что общество не только не прониклось христианским заповеданием любви, но и не руководствуется ветхозаветным нравственным учением.

Политика среди всех сфер общественной жизни характеризуется как наиболее безнравственная. Пресса, выступления исследователей, литература, кино, телевидение пестрят разоблачениями нравственных, а то и криминальных преступлений политиков. Политика превращается в наиболее выгодный и относительно безопасный бизнес.

«Стремление «капитанов». предпринимательства получить гарантии экономической и личной неприкосновенности в виде депутатских мандатов, прибыльный парламентский бизнес лоббирования законов и инициатив, перекупки голосов и парламентских «штыков», экономический шантаж депутатов и другие проявления бизнес-политики вне морали убедительно свидетельствуют об этом», — эта характеристика современного нравственного состояния политики украинскими исследователями вполне переносится на реалии Молдовы [9, с. 270].

В нынешней Молдове превалирование личных интересов над общественными в политической среде становится очевидным. Одни приватизировали экономические объекты, иные — власть, третьи — право на патриотизм. Приватизировано само право проповедования Божьих истин, используется человеческий ресурс в личных интересах. Чтобы найти примеры этому, достаточно раскрыть любой печатный орган, где политики разоблачают друг друга. Уже неловким становится упование на христианские нравственные принципы. «Мы должны работать не для себя, а для Бога. Человечество же нынешнего времени испортилось исключительно из-за того, что представило себе, что нужно работать для себя, а не для Бога», — так еще в середине ХГХ века Николай Васильевич Гоголь гениально просто и откровенно раскрыл первопричину суетности корыстного существования людей, предостерегая современников и напоминая им вечные истины. А уже в начале ХХ в. Владимир Винниченко жестоко констатировал: «Мы с вами так потеряли образ Божий, что сами себя не узнаем» [9, с. 268]. Пренебрегая нравственными принципами, люди словно теряют духовную перспективу жизни. Политическая элита становится примером для масс и разрушает традиционную нравственную основу общества, базирующуюся на религиозных представлениях. То, что политическая элита все меньше апеллирует к христианским нравственным ценностям, массами воспринимается как «отступничество». Прозвучав лозунгово, «отступничество», в том числе моральное, может положить пропасть между политической элитой и массами.

Следует помнить, что отступничество политических элит (лидеров) легло в основу падения не только всех коммунистических режимов в 1989—91-х годах, но и некоторых режимов, уже называющих себя демократическими (к примеру, режим Шеварднадзе в Грузии, Ющенко в Украине).

Современные политологи делают вывод о том, что «напрасно ожидать чего-либо от аморальной власти». Выход один — обществу мобилизовать свою политическую волю на собственных нравственных основах. Ведь мы движемся к гражданскому обществу, а в гражданском обществе сам народ как сознательная сила имеет право на власть. «Гражданское общество существует там и тогда, когда на общих нравственных принципах взаимодействуют в общих интересах семья, трудовые коллективы, органы государственной власти и местного самоуправления, общественный сектор, бизнес» [9, с. 268—270].

литература 1.

Роговая Г. Современные тенденции в религиозной сфере общественной жизни // Probleme sociale ale reformarii sociotatii: sperante, realiyari, perspective. — Chisinau, 1998. — P. 110—111. 2.

Православный весник. — 1996. 3.

Фісун О. Пострадянські плітичні режими // Агора. — 2005. — Вип. 1. 4.

Степаненко В. Ідіоми української трансформації // Агора. — 2005. — Вип. 1. 5.

Программа христианско-демократической народной партии. — С. 4. 6.

Газета «Наш адвокат» (Кишинев). — 1995. — № 3. 7.

Revista de Filosofie, Sociologie §i Drept. — 2001. — № 1. 8.

Релігійна панорама. — 2004. — № 1. 9.

Шокало О. Моральна основа громадянського суспільства. — Київ, 2006.

<< | >>
Источник: Байдаров Е.У. и др.. Духовно-нравственное воспитание на основе отечественных культурно-исторических и религиозных традиций и ценностей : материалы Междунар. науч.-практ. конф., Жировичи, 27 мая 2010 г. / Нац. акад. наук Беларуси, Ин-т философии, Белорус. Экзархат Моск. Патриархата Рус. Правосл. Церкви; науч. ред. совет: М. В. Мясникович, Высокопреосвящ. Филарет [и др.]. — Минск : Беларус. навука. — 389 с.. 2010

Еще по теме Г. Н. Роговая ХРИСТИАНСКИЕ НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ в ПОЛИТИКЕ РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА:

  1. Г. Н. Роговая ХРИСТИАНСКИЕ НРАВСТВЕННЫЕ ЦЕННОСТИ в ПОЛИТИКЕ РЕСПУБЛИКИ МОЛДОВА
  2. ОГЛАВЛЕНИЕ
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -