<<
>>

РОЛЬ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ В ФОРМИРОВАНИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ Ластовский А.Л.

Интерпретации памяти непосредственно завязаны на социокультурные изменения в современном обществе. Продолжительное время память трактовалась как философская проблема, анализирующая особенности индивидуального сознания.

Такая традиция существовала от Платона до Анри Бергсона. Лишь в конце XIX века появляются попытка вывести интерпретации памяти на коллективный уровень, и здесь она тесно увязывается с проблематикой национальной идентичности. Речь идет о первопроходческой работе Эрнста Ренана «Что такое нация?», где память представляется одним из конституирующих элементов нации: «Нация - это душа, духовный принцип. Две вещи, являющиеся в сущности одною, составляют эту душу, этот духовный принцип. Одна - в прошлом, другая - будущем. Одна - это общее обладание богатым наследием воспоминаний, другая - общее соглашение, желание жить вместе, продолжать сообща пользоваться доставшимся неразделенным наследством» [1, с. 100]. При этом основой национальной идеи становится героическое прошлое. Эти идеи Ренана впоследствии были плодотворно развиты в социально-гуманитарном знании.

В целом, можно говорить о появлении в конце ХХ века особого дискурса исторической памяти в контексте национальной идентичности. Бо Страт выделяет две главные причины формирования данного дискурса:

1 \ vy Vy vy vy 1 1)

конец холодной войны привел к социальной и культурной фрагментации, что, в свою очередь, вызвало эрозию интерпретативных схем (например, утратила свою актуальность и значимость репрезентация Советского Союза как «империи зла») и подняло проблему коллективной памяти;

\ vy vy 2)

возникновение новой эпистемологии, индикаторами которой стали концепты «конструирование» и «постмодерн», релятивизация концепций «истины» и «реальности» [2].

Учитывая эти эпистемологические рамки, мы попытаемся подойти к осмыслению того, какую роль играет историческая память в формировании и укреплении национальной идентичности.

Распространено представление, что главной функцией коллективной памяти является поддержание согласия (и соответственно, групповой идентичности) социальных групп. «Различные группы мобилизуют коллективные воспоминания для того, чтобы поддерживать корпоративную идентичность» [3, c. 313]. То, что верно для социальных групп, можно перенести и на уровень социума. Как утверждает Е.А. Мельникова, «представления о единстве происхождения (этно- и социогенетические легенды) и общности прошлого всех членов данного социума обуславливают его цельность и жизнеспособность» [4, c. 3]. Следует вспомнить и теоретические посылки, которые были заложены в концепт коллективной памяти его создателем Морисом Хальбваксом. Согласно французскому социологу, коллективная память создается и функционирует в социальных рамках, которые определяются идентичностью социальных групп. Коллективной памяти свойственна идентификационная конкретность, она всегда ориентирована на социальные интересы соответствующих социальных групп. Соответственно, идентичность предшествует памяти, создает возможность ее осуществления [5].

В современной социальной науке общепринятым стало утверждение исторической памяти как важнейшего компонента национальной культурной идентичности, служащего формированию общих представлений о прошлом и позиционированию в настоящем членов национальной общности. Но национальная память, преимущественно артикулируемая в рамках государственного дискурса, не является гомогенной, и характеризуется скорее множественностью и разнообразием конкурирующих версий. Поэтому историческая память вполне может принимать форму «контрпамяти», которая оспаривает и способствует дестабилизации официальных версий национальной идентичности. Следовательно, линейное отношение «память укрепляет идентичность» редуцирует картину социальной реальности, насыщенную противостоянием и конкурентной борьбой различных проектов национальной идентичности, создающих гетерогенные версии коллективной памяти.

Отмеченные выше две интенции можно объединить в одну, более рафинированную и усложненную, схему.

Историческая память и коллективная идентичность тогда предстают как находящиеся в двунаправленных взаимоотношениях: с одной стороны, содержание исторической памяти задает возможности и ограничения для работы с коллективной идентичностью, с другой - именно идентичность является определяющим фактором при переосмыслении прошлого и включении его в оценку настоящего.

Помимо этого, национальная идентичность реализуется на двух уровнях - бытовом уровне повседневной жизни и торжественных артикуляциях ритуального свойства. Институционально создаваемая историческая память в процессе

692

коммуникативных взаимодействий служит связке этих двух уровней, но социально-политический контекст задает свою специфику дискурсивных рамок, каналов трансляции и практик потребления исторической памяти.

При этом встает вопрос, какое место занимает историческая память в белорусской национальной идентичности? Для ответа на этот вопрос нам придется аналитически представить национальную идентичность как воображение, существующее в двух плоскостях - времени и пространстве. Историческая память служит одной из основ для содержательного наполнения обеих плоскостей. Субъективное осмысление времени разворачивается в триединстве отношения прошлого, настоящего и будущего. При этом историческая память, которая представляет собой реконструкцию прошлого из интересов настоящего, поставляет модели для интерпретации актуального состояния нации. Это, в первую очередь, идея «золотого века», описывающая расцвет культуры и политического могущества нации в определенный исторический период. Соответственно, образуется некий архетипический идеал нации, который задает критическое отношение к современной эпохе, некий зазор, призывающий к исправлению ситуации и возвращению в идеальное состояние. С другой стороны, прошлое поставляет и модель упадка, трагического состояния нации, обусловленного преимущественно чужеродным вмешательством. Таким образом, настоящее может быть осмыслено из этой перспективы как момент, где основные преграды для национального развития оказываются снятыми, что предоставляет возможность деятельностной реализации.

Так формируется мифологема «национального возрождения».

Значение исторической памяти для включения осмысленного прошлого в процесс идентификации кажется вполне очевидным, но не менее значимой является историческая память и для формирования пространственных категорий. Для белорусской идентичности такими важнейшими категориями являются Беларусь и белорусы. Следовательно, Беларусь предстает в национальном воображении не только как определенная территория, географически локализированная, но и как страна, обладающая определенной историей, состоящей из череды триумфальных взлетов и трагических катастроф. Белорусы при этом также воспринимаются не просто как этническая общность, заселяющая определенную территорию, но и как конкретная нация, чьи характеристики и особенности менталитета выкристаллизовались через тяжелейшие исторические испытания.

Не менее важна историческая память и при разграничении белорусов от других народов, то есть установлении качественного отношения с ближайшими соседями, которым отведена роль «Других» в процессе идентификации. Историческая память задает возможность проведения разграничительной черты, позволяющей сформулировать уникальность белорусской нации, а также придать содержательные характеристики другим нациям, в сложных процессах сближения/дифференциации с которыми протекала национальная история.

Стоит отметить, что историческая память наполнена преимущественно яркими образами, где национальная история предстает как трагедия, состоящая из великих подвигов и монументальных свершений, которые вызывают заслуженную гордость за свою страну и нацию, но также и тяжелых потерь и жестоких времен, способствующих консолидации с национальной общностью. Соответственно, историческая память служит не только наполнению содержания национальной идентичности, но и позволяет вырабатывать устойчивые эмоциональные связи, способствующие отождествлению с определенной общностью. Кроме того, важно подчеркнуть, что национальная идентичность не является раз и навсегда заданной, сама национальная общность меняется радикальным образом на протяжении истории, также и национальная идентичность подлежит ис- торизации.

Литература 1.

Ренан, Э. Что такое нация? // Э. Ренан. Собрание сочинений в 12-ти томах. Т. 6. - Киев, 1902. - С. 87-101. 2.

Strath, Bo. Introduction // Myth and Memory in the Construction of Community. Historical Patterns in Europe and Beyond / Bo Strath (ed.). - Brussels, 2000. - Рp. 17-46. 3.

Лоуэнталь, Д. Прошлое - чужая страна. - СПб., 1999. 4.

Мельникова, Е.А. Предисловие // Древнейшие государства Восточной Европы: Историческая память и формы ее воплощения. - М., 2003. 5.

Хальбвакс, М. Социальные рамки памяти. - М., 2007.

<< | >>
Источник: Байдаров Е.У.. Информационно-образовательные и воспитательные стратегии в современном обществе: национальный и глобальный контекст. Материалы международной научной конференции, г. Минск, 12-13 ноября 2009 г. - Минск: Право и экономика. - 762 с.. 2010

Еще по теме РОЛЬ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ В ФОРМИРОВАНИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ Ластовский А.Л.:

  1. РОЛЬ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ В ФОРМИРОВАНИИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ Ластовский А.Л.
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -