<<
>>

СТАНОВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОСТИ В КОНТЕКСТЕ АНАЛИЗА СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ И ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРАКТИК Середа Ю.П.

Сегодня в рамках современного философско-гуманитарного знания, несомненно, можно акцентировать внимание на проблеме кризисного положения личности в ситуации перманентного ее самоопределения как процесса поиска и выстраивания оснований и пределов собственной субъективности.

В рефлексивном рассмотрении данной проблемы значительные эвристические возможности предоставляет анализ становления субъективности сквозь призму концепта «взгляд Другого», понимаемого в качестве ключевого элемента в структуре разнонаправленных как социокультурных (М. Фуко), так и индивидуальных (Ж.-П. Сартр) идентифицирующих практик. В этом отношении проблема становления собственной субъективности перед лицом другого человека состоит в установлении сходства и различия между собой и окружающим (природным и социальным) миром.

Обращаясь к теоретической реконструкции становления субъективности в контексте идей Сартра, следует, прежде всего, отметить, что философ ставит проблему существования свободы одного в связке с разными свободами других. Главным образом, Сартр обращается к проблематизации человеческой субъективности как той уникальной, самоценной бытийной лакуне, которая способна высвечивать, проявлять некоторые из своих аспектов именно через Другого. В этой связи взгляд Другого артикулирует конфликтный план человеческого бытия, который активизирует выступление против свободы Другого, что означает своеобразное определение себя в качестве Другого, способного спроектировать свою собственную возможность быть не объектом, но бытием субъективности. Другой есть конститутивное условие собственной субъективности индивида. Поскольку субъект существует через свободу Другого, мы можем говорить о специфических взаимоотношениях, возникающих в интерсубъективном пространстве встречи двух свобод. Сартр интерпретирует подобную встречу как вызов свободе субъекта, поскольку Другой всегда есть «рассматривающий- другой», который занимает определенные позиции по отношению к «рассматри- ваемому-бытию»: «другой смотрит на меня и как таковой хранит секрет моего бытия; он знает, каков я есть; таким образом, глубокий смысл моего бытия находится вне меня, в отсутствии; другой закрылся от меня» [1, с.

378]. Другой - это по определению не тот, что увиден мной, а скорее тот, кто смотрит на меня, давая мне понять несомненность его присутствия через его взгляд. Так, в «феноменологии взгляда», прежде всего, необходимо зафиксировать конфликтный формат встречи двух свобод. Другой открывает череду непоправимых катастроф для субъекта, так как в качестве субъекта, во всем равного мне, Другой выступает не только как собеседник, но и как чужой, посторонний, отчуждающий мой мир и мои возможности. Появление Другого инициирует конфликт, поскольку он не просто познает меня, но внедряется в мою субъективность и делает меня объектом рассмотрения. Глубинный смысл моего бытия, оказываясь мне внеположным, одновременно становится и недоступным для меня же самого, ускользает от моего понимания.

Можно сказать, что взгляд Другого - это своего рода репрессивный опыт, который автоматически предоставляет Другому власть. Соответственно модифицируется и опыт индивида, когда в нем появляется Другой. Это ситуация не- ожидаемого обнаружения себя в качестве лишь элемента проекта, который уже не принадлежит рассматриваемому. Более того, субъект под взглядом не видит себя так, как его видят другие. Другой, в свою очередь, в состоянии понимать субъект так, как он сам себя понять не может, более того, «другой хранит секрет - секрет того, чем я являюсь» [1, с. 380]. Однако следует отметить, что выход навстречу всему иному есть одновременно расширение моего «Я», распространение «Я» за его первичные пределы. При этом речь должна идти об изменениях в нашей субъективности, нашем определении самих себя, осознании того, что мы каким-то образом существуем и за пределами нас самих.

Таким образом, роль Другого заключается в том, чтобы показать сущность субъекта самому себе, предоставить ему пространство, маркировав его как зону перманентной конфронтации, для поиска своей субъективности, для выбора своей собственной позиции. В этом контексте можно заключить, что некоторое знание о себе как раз и предоставляется своеобразным посредником - Другим.

Несмотря на вызовы взгляда Другого, у индивида всегда есть выбор: стать объектом / функцией видимости, отказавшись от свободы, или попытаться осуществить попытку ответного, «рассматривающего» взгляда, тем самым приобретая возможность свободного обращения к Другому, делая его объектом собственной репрезентации.

Социокультурный фокус исследования и анализа становления человеческой субъективности, помещенный в проблематику правил, контроля и различных девиаций, оригинально разрабатывался Фуко. Анализ сущности и характера действия «дисциплинарных обществ», предпринимаемый философом, позволяет рассмотреть специфику активного вмешательства в процесс определения

642

границ и смыслов субъективности детерминирующих структур, которые помещают ее (субъективность) в многомерный контекст социальных обусловливаний.

Фундаментальное ядро обществ надзора составляют специфические, характерные только для них пространства - «пространства заключения»: тюрьмы, медицинские клиники, психиатрические больницы, дома приюта. Фуко представляет нам совершенно новый, нетрадиционный механизм распространения власти, согласно которому она не принадлежит отдельному суверену / классу, а распылена, рассредоточена, децентрирована. Ее первостепенная задача - создание особых пространств, где каждый отдельный индивид не видит, не ощущает властный взгляд на себе. Он живет с осознанием того, что он все знает и понимает в окружающей его социальной действительности. Но в этом и состоит цель властного механизма: его не видят, а значит - не стремятся ликвидировать, не пытаются избавиться от влияния и манипуляции. Прежде чем подавлять, власть «порождает действительность». Таким образом, одним из главных механизмов власти в «дисциплинарном обществе» является построение определенных пространств заключения, которые охватывали бы все существование и жизненное пространство самого человека. Следовательно, реальность становится социально определяемой для индивида. Адекватное понимание действительного состояния таким образом сконструированного универсума, конечно, в той степени, насколько это вообще возможно, необходимо требует взгляда извне, выхода за пределы данного социума, данной культуры.

Однако, система «общества надзора» с присущим ей набором средств и методов тщательно вуалирует, затушевывает реальные характеристики представленного в самых ярких красках «дивного нового мира». Феномен взгляда Другого (агрессивного и одностороннего по определению) выступает в качестве ключевой тотализирующей структуры по отношению к индивиду. Такой взгляд интерпретируется философом как то, что «создает индивида в его неустранимом качестве и делает возможным создание вокруг него рационального языка» [2, с. 15]. Последний организует специфическое дискурсивное пространство, исходя из которого индивид только и может, якобы сознательно, придти к тем или иным выводам. В его сознании невидимой рукой проектируется и конструируется, создается по крупицам, казалось бы, новая реальность, но она не будет именно новой, неожиданно возникшей действительностью. К тому времени, когда человек начинает воспринимать ее как соответствующий, как это ни странно, его взглядам образ окружающего его мира, она становится привычной, адекватной его внутренним убеждениям и представлениям реальностью. Так, человек не видит, что при всей его «рациональности» им руководят неконтролируемые силы «пространств заключения». В этом смысле субъект представляется в качестве безличной функции, он смещен, трансформирован, он не способен к самостоятельным движениям, не может быть «в истоке» своего опыта. В этом отношении взгляд Другого действительно выполняет конститутивную функцию по отношению к субъективности, по-

643

скольку этот взгляд осуществляет «микрофизику власти», нацеленной на имманентное участие в осуществлении индивидом выбора себя, но этот выбор всегда уже детерминирован дисциплинарными технологиями.

Итак, каждая из рассмотренных версий обращения к проблеме становления субъективности делает акцент на принципиальном значении взаимодействия субъекта с Другим через его взгляд как конституирующий фактор субъективности, который явно или латентно принимает участие в формировании субъекта и / или организует его идентификационные практики, артикулируя специфические размерности его существования.

В целом, на основании общей реконструкции вышеотмеченных социальных и индивидуальных практик, можно сказать, что становление и выстраивание субъективности есть процесс непрерывный, длящийся, что, в свою очередь, позволяет определять его в форме специфического калейдоскопа фрагментов, «привязанных» к повседневным, локально -историческим, социальнополитическим, национально-культурным и др. ситуациям и обстоятельствам. При этом всегда следует учитывать, что процесс «строительства» самого себя всегда сталкивается с неопределяемой и неучитываемой индивидом до конца фактичностью его жизни как внешнего / объективного, так и внутреннего / субъективного характера. Так, анализ и постижение границ / пределов своей субъективности (как конститутивных различий между собой и Другим) является одной из сущностных характеристик современного человека, на которой основываются такие его потребности, как самоопределение себя, сохранение целостности в контактах с неизвестным и чуждым, непрерывное формирование своего жизненного мира, в поле которого пересекаются различного рода интересы человека, его опыт социокультурных детерминаций и обусловливаний.

Литература 1.

Сартр, Ж.-П. Бытие и Ничто. - М.: Республика, 2000. 2.

Фуко, М. Рождение клиники: археология взгляда медика. - М.: Смысл, 1998.

<< | >>
Источник: Байдаров Е.У.. Информационно-образовательные и воспитательные стратегии в современном обществе: национальный и глобальный контекст. Материалы международной научной конференции, г. Минск, 12-13 ноября 2009 г. - Минск: Право и экономика. - 762 с.. 2010

Еще по теме СТАНОВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОСТИ В КОНТЕКСТЕ АНАЛИЗА СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ И ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРАКТИК Середа Ю.П.:

  1. СТАНОВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОСТИ В КОНТЕКСТЕ АНАЛИЗА СОЦИОКУЛЬТУРНЫХ И ИНДИВИДУАЛЬНЫХ ПРАКТИК Середа Ю.П.
  2. Коммуникативное измерение познавательных процессов В. А. Барабанщиков (Москва)
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -