<<
>>

5. Агрегация интересов: выборы, партии и партийная система

  Выборы и избирательная система. Для того чтобы занять определенную политическую должность в США на федеральном или штатном уровне, претенденту необходимо пройти через две стадии соревнования.
Вначале ему требуется обеспечить выдвижение своей кандидатуры одной из двух основных политических партий. Затем ему необходимо победить своих конкурентов от другой партии в ходе избирательной кампании.

Важной особенностью американской политической системы является то, что процесс номинации претендентов партиями предполагает проведение первичных выборов. В США лидеры двух круп нейших политических организаций не обладают правом определять партийных кандидатов не только для участия в президентских выборах, но и выборах в палату представителей и сенат. Как выяснили американские политологи Кеннет Джанда, Джефри Берри и Джерри Голдман, “фактически никакие другие партии в современном мире не выдвигают претендентов для участия в парламентских выборах путем первичных выборов. В более чем половине партий мира кандидаты для участия в парламентских выборах определяются партийным руководством и в большинстве случаев их выбор должен быть подтвержден национальным съездом. Фактически в более чем 1/3 политических партий мира сами национальные съезды определяют партийных кандидатов” [39].

В Соединенных Штатах все основные претенденты на занятие публичных должностей на всех уровнях политической системы определяются путем первичных выборов (primaries), т.е. специальных выборов, которые проводятся внутри политических партий. Это делает данный процесс в высшей степени децентрализованным, зависящим от мнений тысяч и даже миллионов рядовых членов политических организаций.

Следует иметь в виду, что в США существуют различные виды праймериз. Их принято подразделять на закрытые, открытые и бланковые (blanket). Наиболее распространенным является первый вид, действующий в примерно 40 штатах.

Перед получением бюллетеня избиратель должен здесь обязательно заявить о своей партийной принадлежности. Второй вид существует только в нескольких штатах и отличается тем, что в данном случае не требуется заявлять о своей партийной принадлежности, но нужно лишь выбрать бюллетень одной из конкурирующих партий. Третья разновидность первичных выборов является наименее распространенной (применяется в двух-трех штатах). Избиратель не только отдает свой голос претенденту конкретной партии, но и берет на себя обязательства оказывать помощь потенциальным выдвиженцам этой партии на все должности. Большинство исследователей считает, что именно закрытые праймериз в наибольшей степени содействуют укреплению партийных организаций.

Кандидаты для участия в президентских выборах определяются национальными конвентами демократической и республиканской партии, которые проводятся летом в год президентских выборов. Им предшествуют так называемые президентские праймериз и местные собрания партийных организаций (caucuses) по выдвижению делегатов на эти форумы. Президентские праймериз (применяются в 30 штатах) - это специальный вид первичных выборов, на которых сторонники основных партий непосредственно голосуют за претендента, которого они поддерживают. Местные собрания партийных организаций обычно проводятся в графствах, они избрирают делегатов на штатные форумы (в 20 штатах), которые, в свою очередь, голосуют за делегатов национального конвента. Обычно делегаты кокэсов открыто высказываются в пользу того или иного партийного претендента [40].

В соответствии с законодательством все места в палате представителей и 1/3 мест в сенате замещаются с помощью всеобщих выборов (general elections), которые проводятся в первый вторник после первого понедельника ноября по четным годам. Обычно штаты используют эту дату также для заполнения многих важных вакансий на локальном уровне. Каждые четыре года, когда избирается президент, всеобщие выборы именуются также и президентскими выборами. В другие годы они называются выборами в конгресс или промежуточными выборами.

Следует отметить, что, несмотря на определенные сокращения количества публичных должностей, замещаемых с помощью выборов, по сравнению с 60-ми гг. Соединенные Штаты в 1990-2000 гг. по-прежнему сохранили за собой бесспорные лидерские позиции по этому показателю среди развитых демократических стран. Как подсчитали американские политологи Рассел Далтон и Марк Грей, гражданину США необходимо участвовать в среднем в 16 разновидностях всевозможных выборов, не считая праймериз, а также штатных и городских референдумов [41].

Выборы в Соединенных Штатах проводятся по плюральной системе (мажоритарной системе простого большинства).

Использование данной электоральной формулы обычно приводит к диспропорциональности политического представительства партий в высшем законодательном органе власти (см. тему 4). Тем не менее в США показатели индекса диспропорциональности не являются слишком высокими при выборах в конгресс. А. Лейпхарт считает, что “главным объяснением этого необычного феномена является наличие первичных выборов в Соединенных Штатах. В большинстве стран, использующих плюральную избирательную систему, диспропорциональность представительства связана с небольшими политическими партиями. В США их очень немного, потому что первичные выборы предоставляют прекрасную возможность для политических диссидентов попытать счастья с одной из двух главных партий, вместо создания отдельных маленьких организаций. Кроме того, законы штатов дискриминируют небольшие партии” [42].

Специфика партийной организационной структуры. Американские политические партии существенно отличаются от тех, которые действуют в других демократических странах. Это кадровые, а не массовые политические организации, деятельность которых активизируется во время избирательных кампаний и затухает в электоральное межсезонье. По этой причине многие политологи называют их партиями для выборов.

О.              Рэнни считает основными структурными особенностями американских партий децентрализованную организацию, слабую сплоченность и низкую партийную дисциплину.

В большинстве стран мира политические партии представляют собой в большей либо меньшей степени иерархические образования. По-иному выглядит ситуация в США. Специалист в области современных партий Сэмюэл Эндерсвельд причислил организационную структуру американских партий к стратархиям (stratarchies), а не иерархиям [43]. Это означает, что партийные организации на каждом уровне функционирования (национальном, штатном, локальном) являются автономными и не могут существенным образом повлиять на поведение организаций, находящихся на ином уровне.

Например, на национальном уровне и республиканцы, и демократы имеют президентскую партию и партию конгресса. Президентская партия состоит из президента (если он есть), национального комитета, национального председателя и национального конвента по номинации (выдвижению кандидатур на выборные должности). До избрания представителя партии президентом страны у нее отсутствует повсеместно признанный лидер.

Партия конгресса состоит из всех членов партии в обеих палатах американского парламента, лидера фракции (floor leader) - главного координатора партийной законодательной стратегии и тактики; политического комитета, помогающего лидеру фракции в законотворчестве и политической активности; парламентского организатора и комитета по проведению избирательных кампаний (сбора средств, их распределения и др.)

Эта же структура повторяется и на уровне штатов, только там ее элементы называются по-другому: партия губернатора и партия легислатуры. На местном уровне действуют районные комитеты и комитеты избирательных округов. Все они являются автономными и не подчиняются высшим партийным инстанциям. Таким образом, американские партии - это конгломерат разных лидеров и комитетов, которые находятся в разных организациях стратархии и не зависят друг от друга.

Для американских партий характерна низкая сплоченность (cohesion). В политологических текстах термин сплоченность обозначает одинаковость голосования представителей партийной фракции в легислатуре. В современных демократиях нормой является, когда однопартийцы единодушны в голосовании по важным политиче-

США. Речь идет в основном о технологических командах специалистов по завоеванию голосов и административных постов... Американские партии с некоторыми оговорками можно считать базирующимися на основе комитетов. Таким образом, американские партии в целом имеют весьма архаичную структуру. Проблема состоит не в том, почему американские партии не заменили комитеты секциями или ячейками - как показывает опыт, сегодня во всем мире очень немногие партии трансформируют свои структуры в этом направлении: старые европейские партии остаются верны комитетам, точно так же как их заокеанские собратья. Подлинная проблема состоит в том, чтобы объяснить, почему всеобщее избирательное право и выход масс на арену политической жизни не привели здесь к формированию левых партий современного типа. Отсутствие в Америке крупной социалистической партии объясняют отсутствием классового сознания у американского рабочего, его глубоким индивидуализмом - его, как сказал бы Ленин, мелкобуржуазным характером. Архаическая структура американских партий кажется, таким образом, следствием принципиального консерватизма американской политики (в европейском смысле слова). Обе большие американские партии, по существу, расположились бы справа или в центре, следуя европейской парламентской географии; а тот факт, что они все еще основываются на комитетах, вполне соответствует общей тенденции, о которой мы говорили выше" [44].

Партийные диссиденты, не согласные с руководством организаций, существуют в ряде стран мира. Однако в большинстве современных демократий партийные лидеры обладают эффективным оружием в борьбе с ними. Главным образом используется такой метод, как отказ в официальной партийной поддержке при выдвижении на следующих выборах. В Америке это средство не работает. В США, в отличие от Великобритании, например, где для выдвижения кандидата от партии необходимо согласие национального руководства, любой кандидат, который выиграл праймериз в округе по выборам в конгресс, автоматически становится легитимным кандидатом партии на выборах, и ни один руководящий орган партии не может отвести его кандидатуру.

В 1938 г. Ф. Д. Рузвельт пробовал не допустить переизбрания от демократической партии тех конгрессменов, которые выступали против политики Нового курса, но смог добиться своего только в одном случае из тринадцати. Президент-республиканец Рональд Рейган, у партии которого не было поддержки в палате представителей, опирался на некоторых депутатов-демократов от южных штатов, которые голосовали за его неоконсервативный экономический курс. В начале 2007 г. некоторые сенаторы-республиканцы голосовали за резолюцию, инициированную демократами, осуждающую президента Буша (республиканца) за продолжение войны в Ираке.

Особенности партийной системы. В США зарегистрировано большое количество политических организаций. Например, в президентских выборах 1996 г. участвовали кандидаты от 20 партий, однако голоса избирателей фактически разделились между претендентами демократической и республиканской партий, на остальных пришлось около 1,6%. Аналогичной является ситуация и при проведении выборов в конгресс. Места в палате представителей и сенате делят между собой две крупнейшие партии США. Социалист Бернард Сандерс оказался первым с 1954 г. представителем третьей силы в американском парламенте. Впервые он был избран в нижнюю палату в 1990 г., а затем переизбирался в 1992, 1994, 1996 и 1998 гг. Эти и аналогичные факты позволяют сделать вывод о том, что в США сложилась и функционирует система бипартизма в чистом виде.

По мнению американских политологов Шона Боулера, Элизабет Картер и Дэвида Фаррелла, на характер партийной системы в США повлияло не только избирательное законодательство и форма правления, которые содействуют формированию двух крупных коалиций при агрегации политических интересов. Не менее важную роль играют правила включения кандидатов в бюллетени для голосования, доступ кандидатов к электронным СМИ и особенности финансирования кампании. Все это направлено против небольших политических партий.

В США правила регистрации кандидатов являются прерогативой штатов. Количество подписей, которые необходимо собрать для включения претендентов в списки для голосования, не является показателем, одинаковым для всей страны, и зачастую он завышен. “Неудивительно поэтому, что третьи партии и их кандидаты в Соединенных Штатах часто сталкиваются с чрезмерными препятствиями даже при попытке попасть в бюллетени для голосования” [45].

Не менее важную роль играет и неравный доступ к электронным медиа. Учитывая то обстоятельство, что телевидение является главным средством коммуникации кандидатов и избирателей во время выборов, крупные партии получают преимущество над небольшими политическими организациями, потому что именно к ним приковано внимание основных телекомпаний страны, освещающих избирательные баталии.

Наконец, неравенство между партиями в США существует и в доступе к государственному финансированию во время выборов. Например, для того чтобы получить средства из государственного бюджета на проведение президентской избирательной кампании, партии должны доказать, что за их претендентов голосовало не менее чем 5% избирателей. Поскольку получение 5% поддержки зависит от возможности проведения дорогостоящей кампании в СМИ, немногие политические организации могут себе это позволить. “Поэтому ничего удивительного нет в том, что только демократическая и республиканская партии получают миллионы долларов государственных субсидий во время выборов” [46].

Многие зарубежные аналитики обращают внимание на то, что в отличие от Европы, в Соединенных Штатах не существует большой идеологической разницы между основными партиями. “Они похожи на бутылки с различными этикетками, но одним содержимым”. Конечно, определенная разница существует. Она связана с социальной базой партий: демократов больше, чем республиканцев, поддерживают женщины, цветные, люди с меньшими доходами, скорее католики, чем протестанты. С точки зрения политической философии в демократической партии представлено больше либералов, нежели консерваторов, которые преобладают среди избирателей республиканской партии. Демократы выступают за большее государственное вмешательство в экономику и социальную сферу. Для республиканцев ближе политика, направленная на сокращение государственных субсидий на эти цели и борьбу с бюрократией. Демократы являются большими приверженцами равенства, чем республиканцы.

Мнение о существовании ценностного консенсуса в США, разделяемое основными политическими силами, в последнее время многими оспаривается. Например, правый республиканец Патрик Бьюкенен считает, что существуют значительные культурные противоречия, которые раздирают современную Америку:

“У нас имеются две противоборствующие силы. Первая - сельская, христианская, консервативная, почти пуританская. вторая - социально толерантная, предприимчивая, светская, родом из новой Англии или с Тихоокеанского побережья... На выборах 2000 г. политические различия между партиями были едва заметны. Мистер Буш предлагал снизить налоги радикальнее, чем мистер Гор, который заявлял, что собирается потратить деньги налогоплательщиков на борьбу с наркотиками, - вот и вся разница. Откуда же тогда столько желчи, столько сломанных копий из-за инцидента во Флориде?.. Ожесточенность, с какой сторонники Буша и Гора оспаривали итоги выборов 2000 г., как нельзя более обнажает различия в культуре обоих кандидатов. Наши различия коренятся в глубинных верованиях, - а в их преодолении американцы преуспели ничуть не больше, чем в ту пору, когда генерал Борегар приказывал открыть огонь по форту Саммер" [47].

Российский политолог В. Печатнов справедливо замечает, что 90-е гг. стали самым переменчивым и непредсказуемым периодом партийно-политической истории США прошлого столетия. Неожиданно резкий конец консервативного правления республиканцев в 1992 г., последовавший за этим в 1994 г. еще более неожиданный обвал позиций сменивших их демократов (они потерпели сокрушительное поражение на выборах в палату представителей и сенат), переизбрание Клинтона на второй срок в 1996 г., несмотря на рост популярности консервативных идей в стране. К этому перечню следует добавить и неожиданную победу Дж. Буша в 2000 г., которого списывали со счетов, отдавая преимущество кандидату-демократу и вице-президенту США Гору [48]. В 2004 г. Буш привлек на свою сторону голоса простых американцев, в то время как образованная и либерально настроенная часть общества голосовала за Керри. Все это подтверждает следующий вывод: различия по культурным вопросам постепенно начинают преобладать над другими факторами идеологического размежевания основных политических партий Америки. Причины данного явления следует искать в кризисе ценностей индустриального общества и незавершенности процесса формирования ценностей общества постиндустриального.

Важной особенностью американского бипартизма и одним из важных механизмов системы сдержек и противовесов является возможность разделенного партийного контроля (dividedparty control), т.е. такой ситуации, когда одна политическая партия контролирует законодательную ветвь власти, а другая - исполнительную. Это стало возможным в США благодаря президентской системе правления и почти стопроцентному бипартизму. Статистика свидетельствует, что с 1832 г., когда возникли современная избирательная и партийная системы, и по 1998 г. в 62% случаев после президентских и парламентских выборов возникал объединенный контроль со стороны одной партии и в 32% случаев - разделенный партийный контроль двух основных партий над органами законодательной и исполнительной власти.

В современной истории США, после смерти Ф. Рузвельта, тенденция к разделенному контролю явно превалировала над объединенным контролем. В 90-е гг. демократы контролировали президентскую власть, а республиканцы - конгресс. Объединенный контроль был полностью восстановлен Дж. Бушем в начале XXI в. Республиканская партия добилась абсолютной победы на выборах 2004 г. Но эта ситуация просуществовала только два года.

В 2006 г. на выборах в конгресс демократы смогли обеспечить себе значительное преобладание над республиканцами в палате представителей и потеснить их фракцию в сенате. 7 ноября на выборах в нижнюю палату демократическая партия смогла получить 231 место, а республиканская партия - только 201. Кроме того, на дополнительных выборах в декабре демократы провели в палату представителей еще двух депутатов. Лидер их фракции Нэнси Пелоси получила важный пост спикера нижней палаты.

На выборах в сенат демократическая партия также улучшила свои показатели. Соотношение сил в верхней палате после ноябрьских выборов 2006 г. демонстрирует шаткое равновесие: 51:49 в пользу демократов. Однако следует учитывать, что два члена фракции боль-

<< | >>
Источник: Ровдо В.. Сравнительная политология: учеб. пособие. В 3 ч. Ч. 2.. 2008

Еще по теме 5. Агрегация интересов: выборы, партии и партийная система:

  1. Политическая партия: понятие, структура, функции
  2. 5. Агрегация интересов: выборы, партии и партийная система
  3. Агрегация интересов: выборы, партии и партийная система
  4. 6.3.2. Современные теории демократии
  5. Сущность и структура политической партии
  6. Классификация политических систем
  7. Роль выборов в политическом рекрутировании
  8. Политическое рекрутирование граждан
  9. Классификация групп интересов
  10. Функция агрегации интересов в политической системе общества и партии
  11. Соревновательные партийные системы и агрегация интересов