<<
>>

§ 117. Основные черты государственного устройства державы Чингиза

Мы уже говорили, что государство Чингиза было скорее тюрко-мон- гольским, а не монгольским по существу.

Большинство важнейших административных постов в нем занимали тюрки (912).

Способы государственного управления были продолжением системы традиционного тюркского управления. Тюрки научили монголов пользоваться письмом в государственном делопроизводстве. Монголы использовали традиционное письмо уйгурских тюрков. Большинство воинов монгольской армии были тюрками. Страны со старейшими культурными традициями, завоеванные Чингизом и его потомками, управлялись тюрками (913). Большинство терминов военного дела и государственного управления, использовавшихся монголами, было тюркского происхождения (914).

Вот почему становится возможным рассматривать организационное устройство государства Чингиза как подобное таковому в древних тюркских государствах (915).

Однако вслед за этим утверждением мы должны указать и на те черты, которые отличали государство Чингиза от древних тюркских государственных образований.

Великий хан. Во главе чингизского государства стоял хан. Этот титул могли носить только представители династии Чингиза. Власть хана была неограниченной. Он являлся абсолютным монархом, действовавшим так, как ему заблагорассудится. Хан Гуюк (1246-1248), третий представитель династии Чингиза, так коротко выразил пределы своей власти: «(Обязанностью каждого) является исполнять все мои повеления, приходить тогда, когда я прикажу, отправляться туда, куда я укажу, казнить того, кого я прикажу» (916).

Хан избирался на курултае царевичами и высшими должностными лицами государства (917). Территория империи уже при Чингизе была разделена на улусы, которыми правили его сыновья. Эти улусы можно в определенной степени сравнить с «феодами» средневековой Европы, однако говорить о полном тождестве не приходится. Улусы государства Чингиза были практически тем же, что и 24 области Гуннского государства.

Тюркские государства не были в полном смысле этого слова феодальными монархиями, они представляли собой абсолютные монархии. Государство же Чингиза необходимо рассматривать как попытку подражания или даже возрождения древнетюркского государства.

Положение потомков Чингиза, стоявших во главе улусов, во многих отношениях отличалось от статуса сеньоров европейских феодов.

Не углубляясь в тему, укажем лишь на то важное обстоятельство, что у сыновей и внуков Чингиза в подвластных им улусах не было самостоятельной военной организации, не зависевшей от Великого хана. С этой точки зрения, их положение мало чем отличалось от статуса беев, правивших областями Азиатского гуннского государства (918).

После хана на разных ступенях государственной лестницы располагались следующие высшие чиновники:

1. Верховный судья, ведавший вопросами права. Первым таким судьей был назначен Шики Куту Ку (919). В конце концов функции судьи (яргучулук), а также надзор за исполнением законов (ясы) были возложены на сына Чингиза Джагатая (920). 2.

Делопроизводством занимался «тамгаджы» (хранитель печати), который использовал ханскую печать (тамгу) от имени хана. Первым тамгаджы был назначен уйгур по происхождению Тата-Тонга (921). 3.

Хотя Чингиз проводил по отношению ко всем религиям светскую политику терпимости, но, чтобы управлять делами монголов-шаманистов, он обычно назначал одного из них главным жрецом (баш кам), которому давался титул «бики» (922). 4.

Главный гражданский начальник провинций, а иногда и целых стран, носил титул «бакши» или «тайши». Впоследствии стал широко распространенным титул «даруга».

Население государства Чингиза. В империи Чингиза народ, простые монголы, не играли никакой роли в государственном управлении (923). Управление государством было исключительной привилегией Чингиза, представителей его рода и примкнувших к нему вождей племен. Чингиз рассматривал себя не предводителем всего народа, а лишь главой верной ему знати.

В своих речах Чингиз, в отличие от древнетюркских ханов (924), обращался не к народу, а к аристократам и военачальникам (925). Монголы рассматривали все покоренные ими народы как рабов («ануган богол») монгольской династии (926).

Государство Чингиза было в худшем смысле этого слова аристократическим. Власть и источники богатства принадлежали ограниченному кругу высшей знати. Основным признаком аристократического государства является то, что в правовом отношении оно опирается на власть привилегированных классов. В Монгольском государстве монголы как господствующий народ делились на следующие классы:

1. собственно хан; 2. царевичи (кобегюны), т.е., потомки Чингиза; 3. нойоны (аристократы, знать); 4) народ (927).

Порядок получения титула «царевич» не нуждается в пояснении.

Институт нойонов. Нойоны - это класс аристократов в государстве Чингиза, пользовавшийся обширными привилегиями. Титул «нойон» присваивался ханом представителям знати устным повелением, либо в форме указа, ярлыка. Хан вручал каждому нойону специальную бронзовую пластинку, которая называлась «пайцза» (928).

Наделение привилегиями нойона сопровождалось церемонией принесения обета верности (yukunme - коленопреклонение). Человек, удостоенный нойонского титула, преклонял перед ханом колени, склонял го- лову и давал клятву верно служить ему. Вместе с титулом нойона человек, удостоившийся этого, получал и определенный земельный надел (тимар). Хан обладал правом в любой момент лишить нойона этой земли.

Все тюменбашы (темники), бинбашы (тысяцкие), юзбашы (сотские) входили в класс «нойонов».

В государстве Чингиза все эти звания, являясь воинскими, одновременно были общественными рангам.(929). Среди нойонов, аристократов существовали группы, различавшиеся по степени имевшихся у них привилегий. Самой привилегированной группой были тарханы. Они обладали следующими привилегиями: 1)

тарханы освобождались от всех видов налогов, поборов и принудительных работ; 2)

они имели право на долю охотничьей добычи (полученной во время облавной охоты) и на часть трофеев, взятых на войне; 3)

тарханы имели право без разрешения являться к хану; 4)

тарханы привлекались к ответственности только после того, как они совершали не менее девяти проступков (за исключением тяжелых преступлений, за которые полагалась смертная казнь); 5)

во время общих торжеств и церемоний тарханы занимали самые почетные места и им подавались чаши с вином (930).

Военная организация в государстве Чингиза. Наиболее важные черты военной организации можно свести к следующим:

Вся Монголия (931) была поделена на малые и большие области, называвшиеся «десяток» (арбан), «сотня» (ягун), «тысяча» (минган) и «десять тысяч» (тюмен).

Население этих областей обязано было поставлять в войско мужчин, число которых определялось названием области (932).

Войско, так же как и население, делилось на десятки, сотни, тысячи и тюмены («тьма»). Во главе каждого подразделения находился начальник: десятник, сотник, тысяцкий и темник. Сотниками, тысяцкими и темниками могли быть только нойоны.

Военачальники среднего звена (офицеры) готовились в гвардии, созданной для личной охраны хана. Немедленно после воцарения на ханский престол Чингиз создал охранное войско, гвардию. Она («кешик- тен») состояла из десяти тысяч молодых воинов, отобранных с особой тщательностью. Отбор происходил так. Сыновья каждого тысяцкого обязательным образом приписывались к корпусу охраны. Сын тысяцко- го должен был привести с собой одного юношу из своего рода, а также еще десятерых товарищей по выбору.

Сыновья каждого сотника также обязаны были идти в гвардию и привести с собой одного юношу из своего рода и еще пять товарищей (933).

Наконец, сын десятника шел в корпус ханской охраны с одним сородичем и тремя товарищами.

Кроме того, к гвардии приписывался любой свободный человек в случае, если его просьба о принятии в гвардию удовлетворялась.

Жизнь в корпусе охраны была жестко регламентирована. Если гвардеец отсутствовал на своем посту во время дежурства, то он наказывался тридцатью ударами палкой. При повторном нарушении он подвергался наказанию в виде семидесяти палочных ударов. Наконец, если гвардеец оказывался виновным в третий раз, его били палкой тридцать пять раз и изгоняли из корпуса.

Начальники, забывшие напомнить воинам о заступлении на дежурство, подвергались таким же наказаниям.

Охранный корпус состоял из четырех подразделений, каждое из которых несло дежурство по трое суток.

С наступлением темноты какое-либо движение возле ханской тавки запрещалось. Не подчинявшиеся запрету немедленно арестовывались.

К хану можно было войти только в сопровождении его охранников.

Корпус охраны имел целый ряд привилегий: 1.

рядовой этого корпуса по званию считался выше обычного сотника; 2.

наказание провинившегося гвардейца могло осуществиться только с разрешения хана (934); 3.

охранный корпус участвовал в войне только в случае, когда поход возглавлял сам хан.

В военное время корпус охраны располагался в ханском лагере следующим образом: тысяча гвардейцев размещалась напротив входа в ханский шатер, две тысячи гвардейцев - по левую сторону от него, остальные 7000 - по правую.

Корпус гвардии был не только личной охраной хана, но также и школой подготовки военачальников среднего звена (офицеров). В корпусе проходили службу сыновья всех крупных военачальников. Хан знал каждого гвардейца лично и наказывать гвардейцев за любую провинность можно было лишь с разрешения хана.

Охранный корпус Чингиза выполнял примерно те же обязанности, что и военная структура «comitatus» у древних германцев. У обоих боевых соединений были две основные цели: 1) готовить кадры средних воинских начальников; 2) готовить людей, преданных своему начальнику, который, в свою очередь, был подготовлен высшим начальником.

Очевидно, что Чингиз добился выполнения последней цели. Большинство его военачальников прошло подготовку именно в охранном корпусе. Армия Чингиза находилась под командованием людей, которых он очень хорошо знал лично, со всеми их достоинствами и недостатками.

Войско Чингиза подразделялось на три основные части: центр, левое крыло (восточное крыло) и правое крыло (западное крыло). Во главе каждой из частей находился военачальник (935).

В армии Чингиза была чрезвычайно жесткая дисциплина. Воины, перебегавшие из одного подразделения в другое, подвергались смертной казни, причем казнь происходила в присутствии всего войска.

В государстве Чингиза вместо племенной структуры была введена структура войсковых «тысяч». «Тысячи» в основном назывались именем племен, на территории которых они были сформированы. Однако,- включение в «тысячу» представителей только одного племени не было обязательным условием.

Другими словами, в воинское подразделение, получавшее название определенного племени, входили люди из разных племен. Обычно Чингиз назначал начальниками (тысяцкими) представителей одноименного племени.

Таким образом, хотя при назначении военачальников в государстве Чингиза в определенной степени соблюдался родо-племенной принцип, перемешивание представителей разных родов и племен в составе воинских «тысяч» не представлялось чем-то зазорным (936). Такая политика Чингиза способствовала постепенному распаду и деградации родо-пле- менного строя. Дело в том, что Чингиз и его преемники не ограничивались смешением родов и племен в составе воинских структурных единиц («тысяч»), а очень часто переселяли племена с одного места на другое.

В настоящее время не существует таких народов, как кераиты, най- маны, меркиты. Однако в составе некоторых тюркских народов существуют роды или племена под такими названиями.

В государстве Чингиза место племен заняли военные подразделения («тысячи»), и назывались они, по большей части, так же, как и племена.

Нойоны, поставленные во главе «тысяч», выбирались из тех семей, которые главенствовали в племени. Однако структура общества в государстве Чингиза сильно отличается от старого родо-племенного строя.

В обществе, построенном на принципах родо-племенного устройства, главной чертой является отсутствие централизации. В государстве же Чингиза, наоборот, сильная центральная власть есть основа всей общественной жизни. Специалист по монгольской истории и языку, русский ученый Владимирцев (937) считает, что государству Чингиза было присуще феодальное устройство. Он пишет, что в этом государстве на смену племенной организации пришел феодальный строй.

Мы считаем, что это утверждение верно лишь отчасти. Феодальный строй в чингизовском государстве отличался от феодализма европейского образца, для которого была характерна слабая зависимость феодалов от центра. Феодальный же строй государства Чингиза, так же как это было и в государстве Мете и в Османской империи, основывался на идее сильной центральной власти.

<< | >>
Источник: Садри Максуди Ареал. Тюркская история и право. Перевод с турецкого языка Рафаэля Мухамметдинова. - Казань: Изд-во «Фэн». - 412 с.. 2002

Еще по теме § 117. Основные черты государственного устройства державы Чингиза:

  1. § 117. Основные черты государственного устройства державы Чингиза