<<
>>

§ 199. О принадлежности солнцу округи Ах-йот

На вторичных и третичных (см. § 41) пограничных плитах Ах- йот Амен-хотп IV клятвенно заявил: «А (что) до того, что внутри этой четверки (пограничных) плит, начиная от горы восточной до горы западной, (то) Ах-йот сам это. Он — отцу моему Ра-Хар-Ахту, ликующему в небосклоне в имени его как Шов, который (есть) Йот, (кому) дано жить вечно вековечно, с горами, с нагорьями, с полями („соше“), с новями (т. е. намывными землями), с возвышенностями (т. е. обыкновенными, не слишком низменными пахотными землями, ,,кайе“), с наделами (? — нхб), с пашнями (,,йохе“), с водою, с селеньями, с берегами, с людьми, со скотом, с древесными насаждениями (гит'), с вещью всякою, что Йот, мой отец, являет, навековечно (на)- вечно» (ЕА VrXXVIII).
Смысл этого заявления несколько раскрывают заключительные слова царской клятвы, добавленной в конце третичной пограничной надписи А: «А (что) до широты Ах-йот, (от) горы до горы, начиная от склона восточного небес до склона западного небес, (то) он (т. е. Ах-йот) — отцу [моему Ра-Хар-Ахту, ликующему] в небосклоне в имени его как Шов, который (есть) Йот, (кому) дано жить вечно вековечно, с горою (?) его (т. е. горою Ах-йот), с нагор[ьями его], с [(чем-то)] его, [(с какими-то землями и с какими-то еще землями — судя по определителям?)], с (?) луг[ами] (?) его, с птицами его, с людьми его всеми, со скотом его всяким, с вещью всякою, которую Йот являет, над которою его лучи восходят, с вещью всякою в [обла]сти (?) [внут]ри78 (?) [этой четверки (пограничных) пли]т(?) Ах-йот. Будет (?) то отцу моему Йоту живому в дом Йота в Ах-йот на вековечность (и) вечность. Вкупе они направлены (т. е. пожертвованы) двойнику его, (и) лучи его приглядные, затем что (! — „затем что“ излишне) приняли они их» (ЕА V:XXIII-]-34). Сопоставив оба отрывка, легко прийти к выводу, что вся городская округа со всеми ее землями и водами, древесными насаждениями и селениями, со всем ее населением, со всем скотом и птицею была включена царем в состав храмового хозяйства солнца, отдана главному его| храму в столице — «дому Йота в Ax-йот». Однако в таком безоговорочном виде вывод явно не может быть правильным. Отлично известно из раскопок солнцепоклоннической столицы, что тамошние усадьбы сановников заключали помимо жилых построек также стойла для скота, сады, житницы. Если б решительно все, что находилось в столице, на всем пространстве от горы до горы делалось бы собственностью храма, то вельможеские усадьбы с их прудами, садами, скотом и прочим движимым имуществом должны были б тоже входить в состав храмового хозяйства. Ведь по царским клятвам солнцу в его округе принадлежали и воды, и древесные насаждения, и скот, и вообще всякая вещь. Мало того, при допущении безусловной принадлежности городской округи солнцу пришлось бы, пожалуй, зачислить в подневольные храмовые люди не только всех рядовых горожан, но и самих царских сановников, обосновавшихся в столице. Ведь фараон каждый раз клялся, что все люди там будут принадлежать солнцу. Очевидно, так просто и безоговорочно понимать царя нельзя. Ну а если мы предположим, что царь говорил только о том, что на деле могло стать собственностью храма, то не уловим ли мы тем самым подлинный смысл царских заявлений? Разного рода земли могли, конечно, стать храмовой собственностью, так же как воды и те или иные насаждения. Зависимые люди и их поселения тоже могли быть переданы в храмовое хозяйство, равно как и царские скот и птица.
Вольные же горожане тогда именно как люди вольные и их имущество как имущество частное могли и должны были составлять естественное и само собой разумеющееся исключение. Что ж, могло быть и так, однако некоторые современные клятвам источники подсказывают как будто нечто иное. По тем же самым пограничным надписям, откуда оба приведенных отрывка, Амен-хотп IV — «ведущий землю (на пользу) давшему его на место свое, питающий дом его тысячами тысяч (и) сотнями тысяч вещей, давший быть ей (владением) сотворившего (т. е. произведшего) его» (ЕА VEXXVII). Айа (ЕА VI:XXIV) и Майа (ЕА VI:II, строка 7) в своих гробницах в Ax-йот почти дословно повторяют первое и последнее из этих обозначений царя: «ведущий землю (на пользу) давшему его на место свое, давший быть земле (владением) сотворившего его». Нельзя сомневаться в том, что принадлежность земли солнцу мыслится здесь не в плоскости гражданского права, не в смысле собственности солнечного храма или храмов на весь подвластный фараону мир. Нет, земля передана в управление фараону его отцом-солнцем, чтобы он, управляя ею на пользу ему, питал доходами с нее его храм. Именно в таком духе изъясняется в своей гробнице верховный жрец главного столичного храма солнца Ми-рэ: «При[казало] т[ы] (т. е. солнце) ему (т. е. царю) земли, чтобы омыть (т. е. порадовать) сердце его, чтобы творить то, чем доволен двойник тв[ой1, (и) ведет он (т. е. фараон) на пользу тебе их (т. е. земли) от (всего) сердца любящего» (ЕА 1:ХЫ). То же, видимо, имеет в виду Айа (ЕА VI:XXIV), когда называет царя в своей гробнице в Ax-йот «ведущим на пользу ему (т. е. солнцу) сработанное лунами его» (ЕА VI:XXIV), или Туту, когда говорит царю на гроб- ничном изображении: «Ведешь ты (на пользу) ему (т. е. солнцу) сработанное лучами его» (ЕА VIrXIX). Сходное, очевидно, заявляли солнцу в своих гробницах в Ax-йот Ах-мосе (ЕА Ш:ХХ1Х, строки 4—5) и Хайа (ЕА Ш:Ш, строка 3): «Окруженное тобою в[сё] под надзором [его (т. е. фараона) ра]ди (?) ведения его (т. е. всего окружаемого солнцем) (на пользу) двойнику твоему». Но всего отчетливее представление о том, что принадлежность земли солнцу выражается в обслуживании его храма приношениями, высказана, пожалуй, в гробнице Майа в Ax-йот; два обозначения царя оттуда были отдельно приведены выше, теперь приведем соответствующее место полностью: «Оно (т. е. солнце) обнимает сына своего, возлюбленного своего, сына вековечности, вышедшего из солнца, ведущего землю (на пользу) давшему его на место свое, давшего быть земле (владением) сотворившего (т. е. произведшего) его. Земля всякая (в) празднестве, когда воссиявает он; вместе они (т. е. люди), направляя (жертвоприношения) двойнику его, солнцу, восходящему в небосклоне рано утром всяким» (ЕА V:II, строка 7). Здесь за объявлением земли собственностью солнца следует непосредственно описание направления всякой страною приношений солнцу. Не в поставке ли доходов в храм солнца выражалась и принадлежность солнцу округи его города? Однако на основании одного места на первичных (см. § 41) пограничных плитах Ax-йот можно усомниться в верности только что изложенного объяснения. Место это, к несчастью, на всех трех первичных плитах — К, М и X — повреждено, и лишь путем сопоставления их возможно его восстановить, зато, кажется, полностью. Правда, для этого придется не ограничиться изданными воспроизведениями от руки или печатными знаками (для К—ЕА V:XXIX=TTA: 107, для М—ЕА V:29 (7), для X—ЕА V:XXXI), но прибегнуть также к снимку ЕА V:XXXVIII нужной для нас сейчас части плиты К.
На плите К нас будут занимать строки 1—2, на плите X — строка 4. Вот в каком виде можно восстановить любопытное место в речи царя путем сопоставления перечисленных воспроизведений: «Глядите, фараон нашел его (т. е. Ax-йот, точнее, место будущего Ax-йот) (таким), что не (был) принадлежащим он богу, что не (был) принадлежащим он богине, что не (был) принадлежащим он властителю, что не был принадлежащим он властительнице, что не [на- се]ляли(?) (или: [утап]тывали?(?)) [е]го люди всякие (т. е. какие- либо), чтобы сотворить нечто на нем». Но если бы даже сказуемое перед подлежащим «люди» не было ни глаголом «осесть на чем-нибудь» (хъмсй), ни глаголом «утоптать» (хвзй), то оно было бы все-таки глаголом, а не прилагательным нй с последующим подлежащим-местоимением ей (чтение ТТА:107), как в четырех предшествующих предложениях: порукою тому от- ридание бв взамен четырехкратно употребленного до того отрицания бн. Это доказывает, что возможное отношение «людей всяких» к тому месту, где предполагалось построить Ax-йот, мыслилось иначе, чем возможное отношение к тому же месту со стороны «бога», «богини», «властителя», «властительницы». Этим последним четырем видам владельцев место будущей столицы могло принадлежать, хотя на деле и не принадлежало. «Люди» же «всякие» могли только «сотворить» что-нибудь на нем. «Принадлежащим» же им место не только не было, но и не могло быть. Заявление царя очень любопытно. Фараон отличает право собственности на землю от права пользования ею для сооружения на ней чего-либо. Подданные лишь пользуются землею, но и царь не считается единственным собственником ее; перечислены четыре вида собственников, хотя, по существу, их всего лишь три: «бог» и «богиня» представляют один и тот же разряд собственников — египетские божества, точнее, их храмы; различие же между «властителем» и «властительницей» как возможными собственниками земли действительное и показывает, что наряду с «властителем» право собственности на землю могла иметь и его супруга. Наконец, из того, что место, где решено было построить город, прежде никому не принадлежало, в том числе ни «властителю», ни «властительнице», нетрудно умозаключить, что в стране имелись места, притом не где-нибудь в пустыне, а по берегам реки, никому, в том числе и «властителю», не принадлежавшие. Для нас сейчас не имеет значения, кого разумел Амен-хотп IV под «властителем» и «властительницей». Если печатный знак бородатого египетского бога, употребленный в издании, точно передает определитель слова «властитель» подлинника, то под «властителем» должен был подразумеваться царь, а под «властительницей» соответственно царица. Но, повторяю, для нас это сейчас несущественно. Важно то, что фараон говорит об отсутствии у кого бы то ни было какого бы то ни было нрава на ту землю, на которой он собирается выстроить город своему солнцу, что, следовательно, для обоснования на ней нового бога было существенно, что она ни за кем не числилась, никому не принадлежала, что обоснованием на ней Йота не нарушались ничьи права собственности 79. Речь идет о действительной, а не иносказательной принадлежности, потому, надо полагать, что и будущая принадлежность земли солнцу мыслилась действительной, правовою, а не как-нибудь иносказательно. Впрочем, земля не просто никому не принадлежала до того, как царь решил обосновать на ней солнце: само солнце испокон веков выделило себе в удел округу будущей столицы, приберегло эту землю для себя, так что она не принадлежа никому другому, по существу, всегда принадлежала солнцу. «Но — [сот]ворю я (т. е. Амен-хотп IV) Ax-йот Йоту, моему отцу, на стороне восходной Ax-йот, месте, кое обвел он для себя го[рою] сам, в сердце коего сотворил он. ... , (дабы) прино сил жертву я ему на нем» (плита К, строка 12+плита X, строки 14-15, ЕА V:XXXIX=TTA:112+EA V:XXXII). Таким образом, правовой подход к вопросу о принадлежности земли до основания на ней Ax-йот, столь отчетливо чувствующийся в первичных пограничных надписях, позволяет думать, что и во вторичных и третичных надписях принадлежность ее солнцу по основании города тоже понималась в правовом смысле. По правде говоря, трудно себе представить, чтобы длинный перечень разных видов земель, поступающих во владение солнцу, означал бы во вторичных и третичных надписях всего-навсего предоставление их ему в отвлеченном смысле как округа, необходимого для него как новоявленного местного божества. Чтобы выразить отвлеченную, умозрительную принадлежность солнцу городской округи, право, не надо было перечислять поодиночке различные виды земель. Но если земли, перечисленные на вторичных и третичных плитах, поступали в действительное владение солнцу, точнее, его храму, то вряд ли могло иначе обстоять дело с названными вслед за землями, так сказать, одним духом с ними различными видами движимости и недвижимости. Видимо, действительно, все эти люди, скот, насаждения и «вещи всякие» были такими, какие могли поступить в настоящее, правовое владение к солнцу. Возможно, речь шла о тех людях и стадах, которые были у фараона на этих землях или которые фараон перевел или собирался перевести в округу нового города из своих собственных или государственных владений, о насаждениях, которые могли быть у этих людей или на казенной земле, о «вещах», имевшихся у прежнего зависимого населения или перевезенных вместе с подневольными переселенцами. Если заявление царя о том, что никакие люди не обосновались на земле Ax-йот до его основания, «чтобы сотворить нечто на ней», касалось и подневольных людей, то людей, отдаваемых царем во владение солнцу, пришлось бы, естественно, считать переселенцами.
<< | >>
Источник: Перепелкин Ю.Я.. Переворот Амен-хотпа IV. Часть II. 1984

Еще по теме § 199. О принадлежности солнцу округи Ах-йот:

  1. § 199. Выбор предлога
  2. § 199. Выбор предлога
  3. Глава XVIII О ТИРАНИИ 199.
  4. Статья 199. Применение исковой давности
  5. § 50. "Эх-не-йот"
  6.    Юго-Восточный округ
  7.    Восточный округ
  8. § 93. Анхс-эм-п-йот
  9.    Западный округ
  10.    Северо-Западный округ
  11. § 91. Ми-йот
  12. § 92. Мек-йот
  13. § 94. Нефр-нефре-йот Младшая
  14. § 6. "Йот" — "(солнечный) диск"
  15.    Северо-Восточный округ
  16. Принадлежность к группе