<<
>>

БУТО

Эти крупнейшие для культуры изменения, связанные с началом строи­тельства качественно нового типа архитектурных сооружений, совпали с движением на север культуры Нагада, которая с амратской фазы (Нагада I) уже была знакома с сырцовым строительством.
Вместе с тем находки в са­мых нижних слоях Буто импортной сирийской керамики и архитектурных деталей, присущих месопотамской архитектуре, не позволяет однозначно ответить на вопрос об источниках строительства кирпичных сооружений в Буто. Импорты, указывающие на контакты с Восточным Средиземномо­рьем и Месопотамией, в частности, керамика начала протогородского пе­риода Палестины [Kohler, 1992, с. 20—21, рис. 8] происходит из переходного слоя Буто. И эти многочисленные артефакты [von der Way, 1992, с. 5—6] не могут исключаться при решении вопроса об импульсах сырцового строи­тельства в Буто. Теоретически есть основания говорить о местном, незави­симом развитии новой строительной техники, обращая внимание на изме­нение формы традиционных жилищ столбовой конструкции от круглых в плане к подпрямоугольным при изобилии нильской глины, из которой формовался кирпич. Но это — лишь гипотетическое допущение. Факты указывают на влияние со стороны культуры Нагада или Юго-Западной Азии.

Обратимся к материалам. Самый ранний слой — Буто I — содержал ке­рамику, присущую памятникам халколитической эпохи Палестины, в то

время местная керамика с характерным включением соломы в глину за­фиксирована лишь начиная с верхнего уровня этих слоев [Faltings, 1998, с. 374]. И эти факты позволяют говорить о том, что изначально Буто бы­ло основано как колония выходцев из Леванта, которые продолжали жить здесь и значительно позднее, наряду с носителями урукской культуры Ме­сопотамии. Уже в верхних слоях фазы I в Буто появились архитектурные детали, свидетельствующие о строительстве сырцовых сооружений. Од­ни из них, глиняные шипы, характерные для строительства в Месопота­мии урукского периода, в количестве четырех экземпляров происходят из верхнего уровня фазы Буто II, еще восемь экземпляров были найдены в поздних слоях — III и IV.

Высказывалось предположение, что эти глиня­ные шипы вставляли в оштукатуренные стены в сакральных постройках [Faltings, 1998, с. 366]. Другой тип обнаруженных в Буто архитектурных де­талей также происходит из Месопотамии урукского времени. Это так на­зываемые глиняные гвозди. Один экземпляр происходит из нижнего слоя в Буто. Еще восемь глиняных гвоздей с углублением на широком конце и следами окрашенности пастой для украшения кирпичных построек обна­ружены в слоях Буто III, IV [Faltings, 1998, с. 366]. Из глиняных или камен­ных конусов составлялись мозаичные рисунки, украшавшие храмовые постройки в Месопотамии периода позднего урука (например, комплекс Эанны) [Ллойд, 1982, с. 54—57]. Возможно, и в Буто глиняные конусы при­менялись для орнаментации сакральных построек.

И все же, учитывая, что основу материалов в Буто составляли артефак­ты местной буто-маадийской культуры, а с определенного этапа — куль­туры Нагада, нет оснований рассматривать этот памятник как принадле­жавший выходцам из Месопотамии или Леванта, что, разумеется, не ис­ключает контактов с этими территориями, даже проживание иностранцев в Буто. Постепенное увеличение вещного материала культуры Нагада сви­детельствует о том, что к концу IV тыс. до н. э. Буто превратился в важней­ший оплот распространения культуры Нагада в дельте.

Уже при первых династиях здесь существовал религиозный центр, отно­сящийся ко времени Хора Нармера и Хора Аха, была обнаружена прямо­угольная постройка, судя по характеру находок, имевшая сакральное на­значение. Перед ней находился очень крупный, вкопанный в землю сосуд с двумя моделированными изнутри воплощениями почитаемого здесь свя­щенного быка [von der Way, 1992, с. 7]. В слое, датированном И—III динас­тиями, раскопано сооружение, разделенное на несколько небольших поме­щений. Как в ранних мастабах Саккары, его стены, покрытые штукатуркой, были расписаны геометрическим орнаментом в виде ромбов и квадратов. Строение пережило пожар, отчего рухнула крыша, форма которой не под­дается реконструкции.

В помещениях найдены оттиски печатей и большое количество керамики. Пол помещения 1 покоился на «подушке» из чисто­го желтого песка. Им была заполнена и яма, расположенная в одном из уг­лов. В помещении 5 была обнаружена известняковая плита, размером 91 х 69 см, на которой, согласно высказанной авторами раскопок интерпрета­ции [von der Way, 1992, с. 7, рис. 5], устанавливался царский трон, а все со­оружение было связано с проведением ритуалов, приуроченных к царским праздникам. Вместе с тем была высказана альтернативная гипотеза о при­уроченности этого здания к погребальному комплексу и совершению жер­твоприношений умершему царю.

На памятниках Центральной и Северо-Восточной Дельты сырцовые со­оружения стали возводить, как и в Буто, начиная с периода Нагада III. Од­нако далеко не во всех случаях можно бесспорно установить их функци­ональное назначение. Вместе с тем все известные находки свидетельству­ют о том, что строения из кирпича имели общественный характер, будь то сакральное сооружение или постройка хозяйственного назначения. Так, при раскопках в Центральной Дельте, в Мендесе (Телль эль-Рубаа) на мес­те столицы XVI нома Низовья Древнего царства, в нижних слоях, относя­щихся к позднедодинастическому (Нагада III) времени, обнаружена часть сырцовой постройки с двумя сохранившимися смежными стенами, высо­той до 8о см, и целым рядом очагов, самый крупный из которых достигал в диаметре 80 см [Brewer, Wenke, 1992, с. 193,196]. Многочисленность очагов позволяет предполагать, что это сооружение, истинные размеры которого остались неизвестными, предназначалось для общественных нужд, явля­ясь святилищем или хозяйственным объектом. Во всяком случае, соглас­но письменной традиции, этот населенный пункт существовал со времени правления царя I династии Джера, и очевидно, уже в этот период он стал одним из религиозных центров дельты.

Два поселения, разделенные всего 6 км и демонстрирующие последова­тельность слоев, характерную для Буто, исследованы в Северо-Восточной Дельте, в провинции Шаркия.

В Телль Исвиде (южном) самые ранние слои поселения (фаза А) связаны с материалами маадийской культуры, которая просуществовала здесь дольше, чем в Маади, до периода Нагада lid [van den Brink, др., 1989, с. 59]. В самом нижнем слое были обнаружены лишь не­большого диаметра (25—30 см) ямы с обмазанными глиной полом и стена­ми, содержавшие фрагменты керамики и кости животных. Следы жилищ, возведенных на выровненной глинобитной «платформе», были приуроче­ны ко второму слою. Эти легкие хижины столбовой конструкции, не пре­вышавшие в диаметре 1, 5 м, были окружены хозяйственными ямами [van den Brink, др., 1989, рис. 4b]. Достаточно тонкие, 5—7 см в диаметре, шес­ты, установленные на расстоянии 15 см друг от друга по периметру соору­жения, служили каркасом стен из переплетенных ветвей деревьев или кус­тарника, снаружи обмазанных глиной. В центре пола хижины, углубленно­го в глинобитную «платформу», находился небольшой очаг. На одном из раскопанных участков поселения были обнаружены расположенные по кругу большие, диаметром до 1,2 м, изнутри и снаружи обмазанные гли­няным раствором корзины для хранения пищевых запасов [van den Brink, др., 1989, рис. 4с]. На верхнем уровне ранней фазы найдены скопления плетняка, возле одного из которых находились ямы и сосуды для хране­ния [van den Brink, др., 1989, с. 61, рис. 4d]. Керамика из этого слоя обнару­живает родство с маадийской, а привозная посуда представлена южноха­наанской и некоторыми типами верхнеегипетской керамики, относящейся к периоду Нагада Пс—d [van den Brink, др., 1989, с. 67], что позволяет синх­ронизировать эти слои Телль Исвида (южного) с ранними фазами Буто. На втором этапе существования этого поселения уже сооружались основа­тельные кирпичные постройки, состоявшие из нескольких помещений, ни одно из которых, однако, не было расчищено полностью из-за ограничен­ных масштабов раскопок [van den Brink, др., 1989, с. 64].
<< | >>
Источник: Шеркова Т. А.. Рождение Ока Хора: Египет на пути к раннему государ­ству.. 2004

Еще по теме БУТО:

  1. Параграф III О положениях, которые Спиноза собирается доказать в первой части своей «Этики»
  2. ГЛАВА ПЯТАЯ СООТНОШЕНИЕ АТРИБУТОВ ЦЕРКВИ И СИМВОЛИЧЕСКОЕ ЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
  3. 1.3 КЛАССИФИКАЦИЯ И ОСНОВНЫЕ СВОЙСТВА ЕДИНИЦ ИНФОРМАЦИИ
  4. 2.2 НОРМАЛИЗАЦИЯ ОТНОШЕНИЙ
  5. Алгоритм нормализации (к ЗНФ)
  6. 5.1. Дискурсивно-етична трансформація економічної теорії
  7. Ошибка отождествления материи с субстанцией, а движения — с атрибутом
  8. § б. Сінгулярне наступництво
  9. М.Л. Бутовская, В.Н. Буркова СОЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС И РЕПРОДУКТИВНЫЙ УСПЕХ МУЖЧИН В ОБЩЕСТВЕ ХАДЗА - ОХОТНИКОВ-СОБИРАТЕЛЕЙ СЕВЕРНОЙ ТАНЗАНИИ221
  10. 11              ¦ •              •••••              •              •              U . Підприємництво: механізм реалізації та значення в економічній системі
  11. Прибуток. Фактори, що зумовлюють диференціацію прибутку
  12. З.Податки, їх функції та структура. Система оподаткування
  13. Корабль Хеопса по имени «Менецет»
  14. За рамками отдельных атрибутов: нарратив и диалог
  15. Упражнение 16. Цветок в бутон.
  16. Упражнение 36. Одиночное упражнение: Первая помощь для закупоренных каналов. (Бутон в цветок).
  17. М. Л. Бутовская. Тайны пола. Мужчина и женщина в зеркале эволюции., 2004
  18. МААДИЙСКАЯ КУЛЬТУРА
  19. ПОСЕЛЕНИЯ И СООРУЖЕНИЯ В МААДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ
  20. БУТО