<<
>>

МААДИЙСКАЯ КУЛЬТУРА

Маадийская культура распространилась по всему Низовью (схема 3). Ее памятники исследованы в правобережье, у основания дельты Нила (Ма- ади, Вади Дигла, Гелиополь и Эс-Сафф (материалы не опубликованы)), ле­вобережье (Седмент) [Rizkana, Seeher, 1987, с.
22, 78] и в Фаюмском оазисе [Kaiser, 1985], в Северо-Западной Дельте (Телль эль-Фараин или Буто,Эзбет эль-Кердахи и Конасиет эс-Сарадуси) [Fawzy Mekkawy, 1989, с. 193—216; von der Way, 1992, с. 1]. Материалы этой культуры представлены в верхнем слое Меримде [Eiwanger, 1992, с. 75] и на ряде памятников Восточной и Цент­ральной Дельты. Таким образом, в целом границы распространения ма- адийской культуры охватывают практически всю дельту Нила. Одновре­менно вырисовывается картина скопления ее памятников, указывающая на концентрацию ее носителей в определенных районах Низовья.

Несмотря на то, что относительная хронология памятников маадийской

Схема з. Позднедодинастические и раннединастические памятники в Восточной Дельте

культуры еще далека от завершения, все же есть основания полагать, что наиболее ранними являются поселение и некрополь в Маади, частично од­новременные культуре Нагада I и Иа—b [Faltings, 1998, с. 372], а также не­крополь Вади Дигла I [Rizkana, Seeher, 1990» с- 104]. Вторая фаза могильни­ка Вади Дигла предположительно длилась до времени Нагада Нс [Rizkana, Seeher, 1987, с. 78; Faltings, 1998, с. 373]. Наиболее поздние фазы развития ма- адийской культуры представлены в Буто и на ряде памятников Восточной Дельты. Стратиграфия Буто, где отсутствуют лакуны между фазами, при­нята за эталон при датировке других памятников маадийской или буто- маадийской культуры на поздних этапах ее развития. Относительная дати- ровна Буто построена на фиксации находок материалов местной и верхне- египетской культуры Нагада в одних и тех же культурных слоях.

Благодаря ежегодно обновляемой информации, вносящей уточнения и коррективы, восстанавливаются самые ранние страницы истории этого важнейшего религиозного центра древнего Египта в Низовье.

Критерием датировки фаз развития Буто послужила керамика культу­ры Нагада, представленная типологией, в основе восходящей к классифи­кации Ф. Питри, но более детально разработанной на совокупности дан­ных последующих исследований [Kaiser, 1956, с. 99 сл.]3 Керамика культу­ры Нагада обнаружена почти во всех слоях Буто, начиная со слоя И, где представлены сосуды, типичные для фазы Нагада Нс d. Слой Буто III или переходная фаза Буто (Hl/a/b—d—f/h) характеризуется убыванием коли­чества местной и увеличением количества керамики культуры Нагада фа­зы Udi—IId2, в абсолютных датах соответствующей 3300 г. до н. э. Соглас­но данной периодизации, фаза Буто IV синхронна Нагаде IHai—Ша2 (или 3200 г. до н. э), а фаза Буто V одновременна Нагаде Illbi—IIIci (когда око­ло 3100 г. до н. э. произошла политическая унификация Египта). Это вре­мя включает периоды правления царей нулевой династии: Ири Хора, Ка, Скорпиона и Нармера. В следующем столетии (соответствующем перио­ду Нагада Шсз) умещаются даты владычества царей первой династии: Аха, Джера, Джета — а в 2900 г до н. э. (Нагада Шсз) — Дена (Удиму) и Аджиба. Завершающая фаза Буто (VI) содержит материалы эпохи Древнего царс­тва, периода правления царей третьей и четвертой династий [von der Way, 1992, с. i—6, рис. 3].

В целом маадийская культура существовала 500—боо лет, будучи час­тично синхронной культуре Нагада I и II, которая и прервала развитие этой культуры в результате продвижения в дельту. В Маади этот процесс начался раньше, а в Буто позднее, что позволяет проследить пути движе­ния культуры Нагада в Низовье.

Подобно артефактам культур Меримде, Фаюм А и Эль Омари, материа­лы поселений маадийской культуры характеризуют в первую очередь про­изводственно-хозяйственную сферу жизни обитавших в них общин. Насе­ление по-прежнему сочетало производящие формы хозяйства с непроиз­водящими, однако доля охоты и рыбной ловли значительно уменьшилась [Menghin, Amer, 1932, с.

52]. Доминирующим стало земледелие, основанное на выращивании культурного эммера и многорядного пленчатого ячменя, что было характерно для всех районов Низовья от времени поздней доди- настики до раннединастического периода [van den Brink и др., 1989, с. 102— ю8; Thanheiser, 1992, с. 167—168; Krzyzaniak, 1992, с. 152]. Обладая значитель­ными территориями, общины не практиковали в скотоводстве пастушес­кие миграции [Rizkana, Seeher, 1989, с. 75—76].

Несмотря на появление первых медных инструментов, представленных на памятниках отдельными экземплярами, население в основном продол­жало использовать каменные орудия труда, изготовленные преимущест­венно в технике пластин, в отличие от предшествующих культур Низо­вья, в которых господствовала нуклеарная технология, что, в свою оче­редь, сближало маадийскую культуру с нагадской [Rizkana, Seeher, 1988, С. 73—74]-

Продолжая сложившиеся в Низовье традиции, изготовители керамики добавляли в глиняное тесто нарубленную солому, навоз, каменную крош­ку и песок. Обжиг осуществлялся при достаточно низких температурах [Debono, Mortensen, 1988, с. 32—33]. Вместе с тем были усовершенствованы некоторые технологические приемы и созданы новые керамические фор­мы [Rizkana, Seeher, 1987, с. 76—78; Rizkana, Seeher, 1990, с. 76—78], не на­ходящие аналогий в культуре Нагада, например, небольшие горшки со сквозными отверстиями на тулове [Kohler, 1992, с. 19, рис. 6/3,7/2,3,10; van den Brink, 1992, с. 53]. Известны и каменные сосуды с отверстиями на туло­ве [Rizkana, Seeher, 1987, с. 35, табл. 8; 20,8]. Однако все же следует отметить, что имеются примеры керамических сосудов с отверстиями в комплексах культуры Нагада в Верхнем Египте. Маркирование керамики началось уже на первых фазах маадийской культуры, причем клейма наносились на со­суды только двух типов (1с и ШЬ), происходящих из Маади и Гелиополя [Debono, Mortensen, 1988, с. 33—34].

Некоторые черты погребального обряда были усвоены носителями ма­адийской культуры, продолжив, таким образом, традиции культур Ме- римде и Эль Омари.

Покойных по-прежнему хоронили в простых оваль­ных ямах в скорченном положении, оставляя в могилах очень мало пред­метов, в основном, как и прежде ограничивая погребальный инвентарь сосудами [Seeher, 1992]. Вместе с тем возникли качественно новые явле­ния. В маадийской культуре уже не существовало «движущихся поселе­ний», что позволяет говорить о том, что данный культурный феномен был хронологически локализован первой половиной IV тыс. до н. э. в Ни­зовье и не находил параллелей в частично им синхронной бадарийской культуре долины Нила. Изменения сказались в создании традиции хоро­нить умерших в некрополях, основанных вблизи поселений. И в этом ас­пекте материалы из Эль Омари могут рассматриваться в качестве пере­ходных при постепенном сложении новых традиций в культурном разви­тии Низовья.

Материалы некрополей маадийской культуры позволяют реконстру­ировать некоторые стороны социальных отношений древнего общества, унаследовавшего ряд черт погребального обряда предшествующих куль­тур Низовья. Так, несмотря на появление некрополей, умерших детей, не достигших годовалого возраста, по-прежнему хоронили на поселении. Ос­танки пяти-шестимесячных младенцев предавали земле в крупных со­судах; детей постарше укладывали непосредственно в могильные ямы [Menghin, Amer, 1936, с. 25]. Но детей, умерших в возрасте более одного года, хоронили вне поселения, концентрируя их могилы в определенном секто­ре некрополей в Маади, Вади Дигла и Гелиополе [Debono, Mortensen, 1988, с. 40; Rizkana, Seeher, 1990, с. 99]. Данный факт дает основания полагать, что новорожденные и младенцы не включались в число полноправных членов общины, а считались принадлежавшими только малой семье. Напротив, обычай хоронить детей, умерших в более старшем возрасте, в некрополях говорит о включении их в члены общины. Более того, выделение специ­альных участков в некрополях, где их останки предавались земле, указыва­ет на доминирующую роль общины по отношению к малой семье. Вместе с тем эти обычаи указывают на существование определенных верований, связанных со смертью в раннем возрасте.

Как правило, детские погребения лишены каких-либо предметов, за ис­ключением единичных случаев, когда в могилу ставили один или несколь­ко сосудов, символизировавших обычай подачи питья покойному. В отли­чие от взрослых, умерших детей не заворачивали в шкуру животного и ци­новку. В остальных элементах погребального обряда детские могилы не отличались от взрослых.

Среди погребений последних, мужских и женских, также нет различий ни в размерах могильной ямы, ни в количестве и разнообразии сопровож­дающего погребение вещного материала [Rizkana, Seeher, 1990» с. 26, 27, 76, рис. 6], который маркировал бы наличие половых различий или мог ука­зывать на существование социально-имущественной дифференциации. Лишь применительно к некрополю в Гелиополе следует отметить наличие специфических деталей, не обнаруженных на других памятниках маадий- ской культуры. Так, в двух могилах были вырублены по одной ступеньке; в четырех могилах возле скелетов были найдены остатки дерева, что мо­жет указывать на наличие гроба или крыши, сооруженной над погребени­ем до засыпки могильной ямы. Упоминаются случаи, когда не только ске­леты, но и вещи, положенные в могилы, были прикрыты шкурами, цинов­ками или какими-то деревянными конструкциями [Debono, Mortensen, 1988, с. 38]. Вместе с тем, как и в других некрополях, в Гелиополе одни пог­ребения были вовсе без вещей, а другие наделены целыми их наборами [Debono, Mortensen, 1988, с. 40]. 15% от всех погребенных имели различную ориентацию в могилах, отличающуюся от стандартной. Отсутствие дан­ных о полной или частичной связи между перечисленными фактами не позволяет развернуть сколько-нибудь полную картину, которая позволила бы рассмотреть вопрос о социальных отношениях, существовавших у жи­телей Гелиополя в IV тыс. до н. э. Но совокупный анализ археологических материалов из памятников маадийской культуры позволяет остановить­ся на ряде аспектов вопроса о и социальном устройстве носителей маадий- ской культуры.

<< | >>
Источник: Шеркова Т. А.. Рождение Ока Хора: Египет на пути к раннему государ­ству.. 2004

Еще по теме МААДИЙСКАЯ КУЛЬТУРА:

  1. ЧАСТЬ II РАЗВИТИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ КУЛЬТУРНЫХ ОБЩНОСТЕЙ ЕГИПТА В V—IV ТЫС. ДО Н. Э.
  2. НИЗОВЬЕ В IV ТЫС. до н. э.
  3. МААДИЙСКАЯ КУЛЬТУРА
  4. ДАННЫЕ ИЗ НЕКРОПОЛЕЙ МААДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
  5. РЕЛИГИОЗНО-МИФОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ В МААДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ
  6. ПОГРЕБАЛЬНЫЕ ОБЫЧАИ КУЛЬТУРЫ МААДИ
  7. ПОСЕЛЕНИЯ И СООРУЖЕНИЯ В МААДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ
  8. БУТО
  9. ОСОБЫЕ НАХОДКИ КУЛЬТУРЫ МААДИ
  10. МИНШАТ АБУ ОМАР
  11. КОНТАКТЫ ДОДИНАСТИЧЕСКОГО ЕГИПТА
  12. ЗАКЛЮЧЕНИЕ СТИЛЬ КУЛЬТУРЫ ДОДИНАСТИЧЕСКОГО ЕГИПТА
  13. ЧАСТЬ II. РАЗВИТИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ КУЛЬТУРНЫХ ОБЩНОСТЕЙ ЕГИПТА В V—IV ТЫС. ДО Н. Э.