<<
>>

СПЕЦИФИКА ЖИЗНИ ОСЕДЛОГО НАСЕЛЕНИЯ НА ПРИНИЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЯХ

В отличие от оазисов Сахары и Ливийской пустыни, собиравших насе­ление в период сезонных увлажнений, Нил во время паводков, напро­тив, обращал его в бегство. Тем самым гидрорежим реки обусловил не­обходимость сезонных миграций по меньшей мере на 3—4 месяца в году, с июля по сентябрь, и обживать территории, примыкающие к долине Ни­ла, — современную нижнюю пустыню, в период последнего влажного пе­риода, с VII до середины III тыс до н.

э., прерывавшегося короткими реци­дивами засушливости, — представлявшую собой саванну или степи. На­иболее длительный рецидив начала V тыс. до н. э. вызвал опустынивание и сужение и без того узкой, особенно вдоль восточного берега Нила, кромки пространства между возвышенностями Ливийского и Аравийского пла­то и долиной Нила, где сконцентрированы памятники V—IV тыс. до н. э. В более благоприятные периоды растительный покров регенерировался за счет выпадения осадков, поскольку граница летних муссонных дождей в IX/VIII—III тыс. до н. э. проходила значительно севернее теперешней.

В V тыс. до н. э. территории Северного и Центрального Судана представ­ляли собой своеобразную экологическую нишу, в которой бок о бок жили носители разных культурных и хозяйственных традиций, как сохранив­шие охотничье-рыболовецкий образ жизни, так и перешедшие к произ­водящим формам хозяйства. Вдоль берегов Нила основывались сезонные лагеря в Шахейнабе, Омдурмане, Закьябе, Саггаи и др. (схема 2), где были

найдены кости крупного рогатого скота и коз, керамика и каменные ору­дия [Caneva, Zarattini, 1984; Tigani, 1984; Gautier, 1984, с. 45].

Считается, что доместикация некоторых видов животных, скелеты кото­рых найдены на памятниках в долине Нила, имеет африканское происхож­дение.

Это относится к карликовой козе, кости которой идентифицирова­ны в Шахейнабе [Arkell, 1975, с. 27], а также в центральносахарском Арлите [Шнирельман, 1980, с. юб]. Высказывалась также точка зрения, что в Арли­те разводили также овец, о чем свидетельствует находка закрученных ро­гов [Gautier, 1984, с. 49]. Выдвигалась и идея о том, что одомашненные овцы могли произойти от африканских вымерших диких видов, подобно тому, как в древнем Египте на основе гривистой овцы была выведена специаль­ная порода домашней овцы [Шнирельман, 1980, с. 96].

Судя по тому, что на памятниках из Судана подавляющее большинство костей принадлежало диким животным (в Шахейнабе они составляли 98% от всего остеологического материала), как будто можно прийти к заключе­нию о том, что скотоводство еще не играло определяющей роли в эконо­мике древних нилотов. Однако необходимо иметь в виду принципиальное отличие производящих форм хозяйства от охоты и собирательства, кото­рое в первую очередь состоит в возможности использовать добытую пищу не сразу, а сохранять ее впрок. Разумеется, для такого перехода общество должно преодолеть инерцию и традицию, быть поставленным перед кри­зисными обстоятельствами.

Однако освоение земледелия и скотоводства обеспечивало несравнен­но большую независимость от природной стихии, иерархизировало и ре­гулировало усложнявшуюся социальную организацию общин, стимулиро­вало их жизнеспособность, давало возможность расширять рацион за счет более качественных продуктов питания, гарантирующих общинникам фи­зическое выживание, а культуре, носителями традиций которой они явля­лись, — устойчивое развитие. В условиях сохранения охоты, обеспечивав­шей локальную группу мясной пищей, домашний скот ценился в первую очередь за возможность получать молоко, из которого приготавливали молочно-кислые продукты, шерсть и шкуры [David, 1982, с. 84], постоянное воспроизводство источника существования коллектива людей, живших в условиях сложившейся социальной системы [Hesse, 1995, с. 206—207]. Ско­товодство стимулировало развитие ремесел, в первую очередь ткачества, усложняло и разнообразило керамические формы.

<< | >>
Источник: Шеркова Т. А.. Рождение Ока Хора: Египет на пути к раннему государ­ству.. 2004

Еще по теме СПЕЦИФИКА ЖИЗНИ ОСЕДЛОГО НАСЕЛЕНИЯ НА ПРИНИЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЯХ:

  1. СПЕЦИФИКА ЖИЗНИ ОСЕДЛОГО НАСЕЛЕНИЯ НА ПРИНИЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЯХ