<<
>>

ГЛАВА II ЦАРСТВА ДВАРАВАТИ И ХАРИПУНЧАЙЯ

История государства Дваравати до последнего времени практически была неизвестна. Даже точность этого названия, удачно реконструированного в начале XX в. по китайской транскрипции «Дол обод и», окончательно подтвердилась только в 1964 г., когда при раскопках близ Пранатома были найдены две серебряные медали с надписью: «Шри Двараватишвара, царь Дваравати». Под историей Дваравати современные западные авторы понимают историю Центрального Таиланда с середины VI по начало XI в., причем, опираясь почти исключительно на археологический материал и пользуясь искусствоведческим методом, они рассматривают эту историю как смену различных стилей искусства и на основании этого говорят об усилении или ослаблении'политических и идеологических влияний на Дваравати со стороны внешнего мира.
Между тем накопившийся к настоящему времени материал уже дает возможность сделать попытку более широкой реконструкции истории Дваравати, и в частности истории его рождения и объединения им ранних мон- ских государств на территории Таиланда. Если в 40-х годах XX в. Дваравати рассматривалось как сравнительно небольшое государство в бассейне р. Меклонг (на юго-западе страны), то современные исследования на основе анализа археологических памятников распространяют первоначальную территорию Двара- вати на весь Центральный и Восточный Таиланд (включая долину Менама и плато Корат). Как нам представляется, оба эти утверждения верны лишь отчасти. Государство Дваравати действительно сложилось в бассейне Меклонга, но не в VI в., а значительно раньше, скорее всего на рубеже нашей эры, причем оно, по-видимому, и тогда носило то же название. Но помимо него на побережье Таиланда, между дельтой Менама и нынешней границей Камбоджи, существовало еще одно, не менее древнее монское государство. К такому .выводу приводит анализ китайских летописей, повествующих о древних и раннесредневековых государствах Индокитая. Уже в китайских летописях I в. н. э. фигурируют страны Дулу и Дуюань, которые, судя по приводимым маршрутам и расстояниям, могли находиться на территории Таиланда. После завоевания этих земель Фунаныо они, естественно, исчезают со страниц истории. (Лишь в одном позднем комментарии к летописи сохранилось упоминание о том, что люди царства Дулу сильны, активны, хорошо взбираются на горы и легко могут взобраться на шест. Во времена ханьской династии они выступали при китайском дворе как акробаты.) Но после распада Фунаии в летописях VI—VII вв, появляются, с одной стороны, такие названия, как Духо- ло, Дохоло, Долободи (все они идентифицируются с Дваравати), а с другой — название расположенной к востоку от Дваравати страны Тоюань, или Нутоюань (что в переводе означает Страна Киноварной реки). Учитывая довольно распространенный в китайских летописях обычай давать как полную, так и усеченную транскрипцию названия страны (например, в летописи «Синь Тан шу»: «...Голо, называемая также Голофуша- ло». Имеется и транскрипция «Голошэфэнь». Все они отождествляются Г. Люсом в Калачапурой), а также различие транскрипции у разных авторов, можно прийти к заключению, что речь здесь идет о тех же странах, которые упоминались в I в. н. э.4 Сведения о Тоюани (Стране Киноварной реки) немногочисленны. При династии Суй (581—618) она была независима, но затем была завоевана Дваравати и стала его вассалом. Зато в летописях VII в. часто встречается страна Читу (Красная земля), названная так, по мнению летописцев, за красный цвет земли в ее столице.
То, что одна из стран Юго-Восточной Азии еще в V в. имела самоназвание Красная земля, подтверждается археологическим материалом. На за'паде Малаккского полуострова, на территории древней Лангкасуки, был найден каменный столб с санскритской надписью середины V в. В ней некто Буддагупта, владелец корабля из Рактам- риттики (Красноземная страна), возносит благодарственную молитву за успешный конец плавания. Китайские ученые средневековья и нового времени неизменно помещали Красную землю в бассейне Менама. Современные западные историки либо совсем обходят этот вопрос, либо без всяких оснований перемещают Красную землю в одно из восточных малайских княжеств, не учитывая, что, согласно летописям, она простиралась на тысячи ли. В пользу отождествления Читу (Красной земли) с Тоюанью (Страной Киноварной реки), местоположение которой бесспорно, говорит, в частности, тот факт, что именно на юго-востоке Таиланда преобладают красноземные почвы (любопытно, что одно из толкований названия Сиам восходит к санскритскому «шьяма» — коричневый; возможно, и тут речь шла о цвете почвы). Кроме того, столица Читу в одном месте называется Шицзу (Львиный город). Именно так — Лавапура (совр. Лолбури) — назывался древний город на Менаме, который в поздний период Дваравати стал столицей страны. Более того, в IX—X вв. его название распрост^ раняется на всю страну, вытесняя старое название. Наконец, весьма важный довод в пользу помещения Читу в Таиланде содержится в указании летописцев на то, что обычаи Дваравати, Голо (Калачапуры, которую Г. Люс помещает в Южной Бирме) и Читу одинаковы. Это будет естественно, если согласиться, что все три государства этнически однородны, т. е. сложились на территории монских племен, которые в то время жили широкой полосой от Бенгальского залива до территории нынешней Камбоджи. Границей мёжду Читу и древним Дваравати, псивиди- Мому, служил Менарл, который в первой половине I тысячелетия и. э. представлял более серьезную естественную преграду, чем теперь, так как Бангкокская бухта тогда гораздо глубже вдавалась в сушу, а низовья реки были сильно заболочены. Читу впервые появляется на исторической арене в 450 г., когда направляет к китайскому двору свое первое посольство. В то время это государство, видимо, было еще невелико и центр его находился близ моря в долине р. Прачин. Согласно тайским летописям, Лавапура (Лопбури) основана только в 475 г. Этот город на Ме- наме был, по-видимому, конечным пунктом торговой сухопутно-речной дороги из Фунани в Центральный Таиланд и вместе с тем отправным пунктом для купцов, отправлявшихся торговать в малоосвоенную область Северного Таиланда. После первого упоминания государство Читу более чем на полтора «века исчезает из китайских хроник. Надо полагать, что вскоре после 450 г. оно было поглощено Фунаньской империей и до середины VI в. продолжало развиваться как ее составная часть. После крушения Фунани (около 550 г.) Читу возродилось, но уже на более обширной территории. По сообщению китайских послов, прибывших сюда в 607 г., эта страна раскинулась на несколько тысяч ли, т. е. стала весьма крупным государством. Основным занятием населения в это ©ремя было земледелие. Жители Читу выращивали рис, просо, белые бобы, пеньку и другие культуры, такие же, как в Северном Вьетнаме. Они также изготовляли вино из сахарного тростника, смешивая его с с о ко м пурпурной тыквы. В стране была развита и внешняя торговля. Царь Читу, ЦюйТань (т. е. Гаутама) Люфудосе, смог выслать навстречу послам флотилию из 30 океанских джонок, которая встретила их на расстоянии более месяца пути от столицы — Львиного города.
Резиденция правителя в Лавапуре отличалась большой пышностью. «Строения царского дворца,— сообщают послы,— состоят из многочисленных павильонов с дверями на север. Царь сидит на трехслойном сиденье, лицом к северу, в платье розового цвета, с кубком золотых цветов в руках и в ожерелье из драгоценных кам- воинов конной стражи5 Позади царского трона — деревянный алтарь, украшенный золотом, серебром и пятью сортами ароматного дерева. За алтарем висит золотой светильник. Рядом с троном стоят два металлических зеркала, перед которыми... золотые курильницы. Перед всем этим находится золотое изваяние лежащего быка, служащее опорой для балдахина с драгоценными веерами по бокам. Несколько сот брахманов сидят рядами, лицом друг к другу, к востоку и западу от трона». Другой китайский источник свидетельствует также, что над головой царя Читу висит золотой диск с исходящими от него пламеобразными лучами. Это сообщение представляет особый интерес, так как при раскопках в Центральном Таиланде была найдена серебряная монета именно с такой эмблемой. Наряду с некоторыми другими косвенными данными это позволяет предположить, что в Читу, как и в других можжих государствах — Дваравати и Калачапуре, уже в начале VII в. существовало до вольно развитое денежное обращение. Китайские летописцы рассказывают и о весьма сложно устроенном г о суд а р с тв е н но м аппарате Читу. При царе находится один сатоцзяло (сардхакара — на санскрите) — помощник, нечто вроде первого министра. Рангом ниже стоят два тонаточа (дханада)—распределители благословений, функции которых не совсем ясны; еще ниже — три цзялимицзя (карлйка) — управляющие политическими делами. Кроме того, имеется один цзюломо- ти — ведающий уголовными дел а,ми. Каждый город назначает себе одного наяцзя (ная- ка) — начальника и десять боди (пати) — старейшин. Таким образом, в это время в городах еще в какой-то мере сохранялись пережитки первобытной демократии, впоследствии полностью уничтоженной деспотическим государством. Интерес представляет и следующее замечание в отчете китайских послов: «Хотя богатые семьи в значительной степени независимы от го суд арст венной власти, они могут носить золотые украшения только по разрешению царя». Иначе говоря, социальные различия, как и во многих других раннеклассовых государствах, не вытекали непосредственно из богатства данного члена общества, а регламентировались государством, создавшим систему рангов с установленным для каждого ранга своего рода мундиром. Господствующей религией в стране был буддизм (отец правящего монарха, носивший, как и монарх, имя Гау- тамы в честь Будды, в 593 г. отрекся от престола, чтобы стать буддийским монахом). Но этот буддизм отличался от буддизма, укоренившегося в стране в более позднее время и 'существующего в современном Таиланде. Хотя догматы его, по-видим о му, совпадали с догматами буддизма хинаяны, священным языком был не пали, а санскрит. Одновременно в иконографии были широко распространены махаянистские изображения. Это говорит о том, что в VII в. здесь, как и в других районах Юго-Восточной Азии, еще не произошло резкого р а скол а между двумя основными школами буддизма. Вместе с тем наблюдалась самая широкая терпимость по отношению к индуизму. Бр а х м а н ы - и н ди йц ы как своего рода иностранные специалисты по вопросам государственного управления пользовались большим влиянием при дворе правите ля Читу. арственное устройство и обычаи западнотаиландского общества — древнего царства Дваравати — в VII в. были, как отмечают китайские авторы, весьма сходны с в ыш ео п и с а н н ы м и. Однако Дваравати, хотя и меньшее по территории, чем Читу, б ы л о сильнее эконо- мически, так как здесь проходили наиболее выгодные торговые пути и имелось больше высокоразвитых тор- говых городов. Древнейший центр Дваравати, по-видимому, находился в районе современного города Утонг (Золотая колыбель). В то время он стоял на берегу р. Супан (Золотая), упоминавшейся выше. Здесь и в прилежащих районах найдено больше всего предметов еще римского экспорта (помимо монет — римская бронзовая лампа I— II вв. н. э., римские стеклянные бусы) и подражаний им. Керамические лампы и бусы типа римских веками изготовлялись здесь и распространялись по всему Центральному Индокитаю. В Утонге найдена одна из древнейших санскритских надписей на территории Таиланда. Надпись на медной пластинке гласит: «Шри Харшаварман, внук царя Шрн Ишанавармана, который распространил свою славу до дальних предков, взошел на львиный трон по законному праву наследования. Он пожертвовал счастливому Шри Ишанешваре (символ бота Шивы. — Э. Б.) носилки, украшенные драгоценностями, зонт и музыкальные инструменты. И он преподнес Шри Ишанешваре сокровища поэти- ческих сочинений, песен, танцев и т. п.». Эта надпись интересна не только тем, что показывает видную роль индуизма в преимущественно буддийском (судя по массовому археологическому материалу) государстве Дваравати, но и тем, что подтверждает археоло- і гически установленное важное значение льва в символике древних монов. Бронзовые, терракотовые и каменные изображения льва найдены в Утонге, Наконпатоме, Ват Пра Мене, Кубу а — на территории древнего Дваравати, и в Лопбури, Мыанг'боне, Донгсимахапоте и Мыангфада- еде — на территории древнего Читу. После скульптур Будды это наиболее часто встречающиеся изображения в моноком искусстве Таиланда. Вероятно, в анимистических верованиях древних монов леїв считался священным животным, предком племени. Дваравати позже Читу завязало дипломатические отношения с танским Китаем. Первое посольство из этой страны прибыло в китайскую столицу їв 638 г. Оно привезло с собой слоновую кость и другие местные продукты для обмена на китайские товары. Неизвестно, велись ли при этом переговоры политического характера, но можно предположить, что посольство было связано и с начавшейся территориальной экспансией Дваравати на ©ост о к и на юг. Южный сосед Дваравати — Паньпань прислал свое последнее посольство в Китай в 635 г., после чего исчез с политической карты Юго-Восточной Азии. Читу, оно же Нутоюань (Страна Киноварной реки), направило в 644 и 647 гг. два последних (посольства к китайскому императору (надо полагать, с просьбой о помощи), после чего, как сообщают китайские летописцы, оно было завоевано Дваравати. Посольство Дваравати, прибы©шее в Китай в 649 г. с особенно богатыми дарами, видимо, имело целью полу- чнть международное признание этого захвата. Китайский путешественник Сюань Цзан, писавший в середине VII в., уже упоминает только одно государство между Камбоджей и Бирмой — Дваравати. В то же время китайская летопись «Синь Тан ту» несколько более подробно объясняет структуру новой державы. «Царство Дохоло (Дваравати. — Э. ?.), — сообщает она, — имеет двух вассалов — Тоюань и Тамлинг», т. е. Читу и княжество Тамбралинга (Наконситамарат), лежавшее к юту от Паньпаня, захваченного раньше, вошли в Дваравати на условиях известной автономии. Как долго они сохраняли свой автономный статус, неизвестно. Несмотря на близкое родство объединившихся стран, их слияние, по-видимому, проходило не так уж гладко. На эту мысль наводят события 60-х годов VII в. Согласно тайским летописям, на севере Таиланда в 661 г. был основан город Харипунчайя (сов р. Л а м пун), а в 663 г. сюда прибыла, чтобы взять власть в свои руки, дочь царя Ла.вапуры принцесса Чам Теви. Основанное ею монское государство Харипунчайя просуществовало до XIII в. Вся история Чам Теви изложена в старотайских хрониках очень невнятно. Об этой принцессе говорится, что она была дочерью царя Лавапуры и главной женой царя Раманнагары, т. е. Страны моноов. Современные западные историки отождествляют Лавапуру с Два равати, а Раманнагару — с Южной Бирмой. Но такое толкование не дает ответа на вопрос, что случилось с мужем Чам Теви и п-в чему она на третьем месяце беременности отправилась в Северный Таиланд, ©место того чтобы подарить законных наследников трону Южной Бирмы. Ситуация станет гораздо яснее, если мы предположим, что отец Чам Теви был вассальным царем Лавапуры в узком смысле, т. е. бывшего Читу, а царь Раманнагары был его сюзереном, царем главной монской державы того времени — Дваравати. В этом случае перед нами брак, заключенный по совершенно ясным политическим соображениям, который, по всей видимости, закончился катастрофой. Не исклдоче- но, что царь Дваравати был попросту убит при соучастии своей жены, вставшей на сторону сепаратистов. Тогда ей, разумеется, не оставалось ничего другого, как бежатьсо своими сторонниками в северные джунгли, где еще за 3 Заказ 1532 два года до того обосновалась группа эмигрантов из Лавапуры. Позднейшие летописцы, естественно, опускали ,в своих рассказах ©се детали, которые могли скомпрометировать основательницу государства, в результате чего вся эта история и приобрела такой загадочный вид. Образование нового государства пресекло дальнейшее распространение власти Дваравати на север. Но на первых порах это не особенно задевало правителей Дваравати, так как их интересы до конца VIII в. были обращены в основном на юг. Период с последней четверти VII в. до последней четверти VIII в. был эпохой наивысшего расцвета Дваравати. В это время восточный конкурент страны в области внешней торговли — Камбоджа — находился в состоянии глубокого упадка и раздробленности, а новый соперник, на юге, — индонезийская морская держава Шри- виджайя — еще только набирал силу. Одним из показателей расцвета Дваравати является активное градостроительство. Около 675 г. начинается строительство новой столицы Дваравати — Наконпато- ма, ближе к морю и в более доступном для судов месте. В отличие от Утонга, который рос постепенно, Након- патом был воздвигнут сразу, по единому проекту. Этот крупнейший из городов Дваравати представлял собою в плане отчетливый прямоугольник со сторонами 7 и 3 км, огражденный двойным валом и рвом. В самом центре города было расположено святилище, при раскопках которого найдены два серебряных медальона с надписью: «Шри Двараватишвара, царь Дваравати». На медальонах были изображены корабль с вырастающими из него двумя лианами и корова с теленком — символы торгового мореходства и сельскохозяйственного изобилия. Такой же корабль был изображен на терракотовом подносе из царского туалетного набора, также найденного в Наконпатоме. В VIII в. в устье Меклонга был возведен новый пор товый город — Кубуа, который в этом столетии стал главным портом государства. Город был защищен мощными укреплениями. Ширина рва, опоясывавшего город, достигала 56 м. Эпиграфические памятники того времени немногочисленны, но они свидетельствуют о существовании буддий- О ских монастырей, которым цари и вельможи приносили ч в дар рабов, скот, колесницы, серебряные вазы. Возможно, не случайно в надписях до XI—XII вв. отсутствуют упоминания о дарении земель. Земельный фонд, видимо, был еще далеко не исчерпан. Однако приносились в дар культивированные участки, и при этом даритель указывал не земельную ллощадь, а только количество подаренных кокосовых пальм. В последней четверти VIII в. международная обстановка изменилась в неблагоприятную для Дваравати сторону. Найденная в Наконситамарате шривиджайская стела с датой 775 г. свидетельствует о том, что к этому времени индонезийская морская держава, наступая на север, захватила весь Малаккский полуостров, вплоть до бухты Бандон. Шривиджайский флот теперь не только контролировал Малаккский и Зондский проливы, но и стал блокировать побережье Сиамского залива. Вскоре 'после этого Камбоджа, объединившаяся в 802 г. под еди- о ной властью, начала оказывать давление на восточные границы Дваравати. Правительству Дваравати под влиянием этих обстоятельств пришлось переориентировать свою политику и обратиться от моря в сторону суши. Центр государства был перенесен в глубь его территории, в старую столицу Читу — Лавапуру. Поэтому в IX—X вв. и само название страны изменилось. Ее стали называть Лавапура или сокращенно Лаво. В последующие два столетия эта страна была в основном занята изнурительными, но бесплодными войнами с северным соседом •— Харипунчайёй, оборонительной борьбой на востоке против Камбоджи и эпизодическими набегами на ослабленного войнами с Наньчжао западного соседа — государство Пью в Бирме. Но и здесь после формального подчинения Пью государству Наньчжао (832) военная удача не всегда сопутствовала Лаво. Из китайских летописей известно, что в 859 г. царь Наньчжао Фон Йе послал генерала Туан Сена на помощь Пью против Царства львов (т. е. Лаво). Помощь, очевидно, была довольно эффективной, так как в 860 г. благодарный народ Пью подарил царю Нань чжао золотую статую Будды. Хозяйство в IX—X вв., по-видимому, стало принимать все более натуральный характер, но денежное обращение сохранилось, о чем свидетельствует находка в Утонге монеты с надписью: «Лавапура». В 1000 г. бесконечные войны Лаво с Харипунчайей получили неожиданную развязку. Как сообщают северо- таиландские летописи, в этом году царь Харипунчайи Т.р абака двинулся вниз по реке на Лавапуру. Царь Лаво Учиттачаккавати, в свою очередь, выступил из Лавапуры навстречу противнику. Оба войска встретились на пол- пути и стали готовиться к битве. И в этот момент к стенам Лавапуры с юга подошел со своей армией и речным флотом Суджитта, князь Лигора (прежде — Тамбралинга; это княжество в конце X в., очевидно не без помощи Камбоджи, вновь добилось независимости). Суджитта легко овладел лишенной гарнизона столицей Лаво. После возникшего замешательства первым трезво оценил обстановку Учиттачаккавати. Вместо того чтобы возвращаться к занятому врагом городу, он обошел войско Трабаки и стремительно двинулся на Харипунчайю. Тра- бака поспешил за ним, но опоздал. Царь Лаво первым достиг города и занял его. Отчаявшийся Трабака бросился обратно к Лавапуре в надежде выбить оттуда Суджитту, но и здесь потерпел неудачу. Дальнейшая его судьба неизвестна. Последствия этой войны троих не ограничились сменой династий на престолах Харипунчайи и Лаво. Не прошло и двух лет, как сын Суджитты Сурьяварман, вмешавшийся в борьбу за престол в Камбодже, был провозглашен камбоджийским царем. Царство Лаво и княжество Лиго'р как наследство Сурьявармана вошли в состав Кхмерской империи. В течение своего долгого правления (1002—1050) Сурьяварман I неоднократно пытался присоединить и Харипунчайю, но северным монам удалось отстоять независимость. В Южном же и Центральном Таиланде на протяжении более чем двух векой (если не считать небольших перерывов) установилось кхмерское владычество. Феодальная система эксплуатации в кхмерской державе была развита гораздо больше, чем в Дваравати — Лаво. Южные моны при каждом удобном случае стремились сбросить с себя кхмерское иго. Так, воспользовавшись гражданской войной в Камбодже в начале XII в., они вновь восстановили государство Лаво и в 1115 г. направили посольство в Китай. Но их выступление было быстро подавлено после стабилизации положения в Камбодже царем Сурьяварманом II. В 60-х годах XII в., когда наряду с неудачными войнами Камбоджу потрясло крестьянское восстание, моны вновь провозгласили свою независимость, о чем свидетельствует надпись 1167 г., принадлежащая царю Дхар- машоке, в Наконсаване, но и на сей раз Лаво было возвращено в состав Кхмерской империи. Хотя сама эта империя, начиная со второй половины XI в., переживала один кризис за другим, ее военная организация, сложная и тщательно продуманная машина подавления масс оставались еще достаточно прочными и наиболее могущественные ее вожди, такие, как Сурьяварман II (1113—1150) или Джайяварман VII (1181—1218), могли пока вновь и вновь пускать эту организацию и эту машину в ход. Г г ?\ г‘ -
<< | >>
Источник: Э. О. БЕРЗИН. ИСТОРИЯ ТАИЛАНДА. 1973

Еще по теме ГЛАВА II ЦАРСТВА ДВАРАВАТИ И ХАРИПУНЧАЙЯ:

  1. Глава 10. МОСКОВСКОЕ ЦАРСТВО
  2. ГЛАВА ШЕСТАЯ АЛЛЕГОРИЧЕСКОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЦЕРКВИ И ОТНОШЕНИЕ ЕЕ К ЦАРСТВУ БОЖИЮ281
  3. 1. Закон и Царствие Божие
  4. 12.1. Древнее царство
  5. 2. РАННЕЕ ЦАРСТВО
  6. 3. ДРЕВНЕЕ ЦАРСТВО
  7.    Венчание на царство
  8. Лекция в РАННЕЕ II ДРЕВНЕЕ ЦАРСТВА ЕГИПТА
  9. 2. СРЕДНЕЕ ЦАРСТВО
  10. I. Царства русов
  11. Нововавилонское царство