<<
>>

ОСНОВАНИЕ

Сущность определяет самое себя как основание.

Подобно тому как ничто сначала находится в простом непосредственном единстве с бытием, так и здесь простое тождество сущности сначала находится в непосредственном единстве с ее абсолютной отрицательностью.

Сущность есть только эта своя отрицательность, которая есть чистая рефлексия. Она есть эта чистая отрицательность как возвращение бытия в себя; таким образом, она определена в себе или для нас как основание, в котором растворяется бытие. Но эта определенность не положена ею самой; иначе говоря, сущность не есть основание, именно поскольку ею самой эта ее определенность не положена. Но ее рефлексия состоит в том, чтобы положить себя как то, что она есть в себе, положить как отрицательное и определить себя. Положительное и отрицательное составляют то существенное определение, в котором она исчезла как в своем отрицании. Эти самостоятельные рефлективные определения снимают себя, и исчезнувшее в основании определение есть истинное определение сущности.

Поэтому основание само есть одно из рефлективных определений сущности, однако последнее из них, вернее, лишь определение как снятое определение. Рефлективное определение, исчезая в основании, приобретает свое истинное значение — быть абсолютным самоотталкиванием (Gegenstoss) себя в само себя, а именно, положенность, присущая сущности, дана лишь как снятая положенность, и, наоборот, лишь снимающая себя положенность есть положенность сущности. Сущность, определяя себя как основание, определяет себя как не-определениое, и лишь снятие ее определенности есті» процесс ее определения. —і В этой определенности как снимающей самое себя она не сущность, происходящая из иного, а сущность, тождественная с собой в своей отрицательности.

Поскольку от определения как первого, непосредственного идут дальше к основанию (в силу природы самого определения, которое погружается в основание через себя), основание есть прежде всего нечто определенное этим первым.

Однако этот процесс определения как снятие процесса определения есть, с одной стороны, лишь восстановленное, очищенное или выявившееся тождество сущности, которое рефлективное определение есть в себе; с другой стороны, лишь это отрицающее движение как процесс определения есть полагание той рефлективной определенности, которая являла себя непосредственной, по которая лишь положена исключающей самое себя рефлексией основания, и притом положена лишь как нечто положенное или снятое.— Таким образом, определяя себя как основание, сущность происходит лишь из себя. Следовательно, как основание она полагает себя как сущность, и процесс ее определения в том именно и состоит, что она полагает себя как сущность. Это полагание есть рефлексия сущности, снимающая самое себя в процессе своего определения, — есть, с этой стороны, полагание, а со стороны процесса определения — само (das) полагание сущности, стало быть, и то и другое в одном действии.

Рефлексия — это чистое опосредствование вообще, основание — это реальное опосредствование сущности с собой. Рефлексия, движение ничто через ничто обратно к самому себе, просвечивает в ином; но так как противоположность в этой рефлексии еще не обладает самостоятельностью, то ни первое — просвечивающее — не есть положительное, ни иное — то, в чем оно просвечивает, — не есть отрицательное. Оба, собственно говоря, суть субстраты одной лишь силы воображения: они еще не соотносятся с самими собой. Чистое опосредствование — это лишь чистое соотношение без соотносящихся [определений]. Хотя определяющая рефлексия и полагает такие соотносящиеся [определения], которые тождественны с собой, однако они в то же время только определенные соотношения. Основание же — это реальное опосредствование, потому что содержит рефлексию как снятую рефлексию; оно сущность, возвращающаяся в себя через свое небытие и полагающая себя. В соответствии с этим моментом снятой рефлексии положенное приобретает определение непосредственности, чего-то такого, что вне соотношения или своей видимости тождественно с собой.

Это непосредственное есть восстановленное через сущность бытие — небытие рефлексии, которым сущность опосредствует себя. Сущность возвращается в себя как отрицающая; таким образом, возвращаясь в себя, она сообщает себе определенность, которая именно поэтому есть тождественное с собой отрицательное, снятая положенность, и тем самым также и нечто сущее как тождество сущности с собой в качестве основания.

Основание есть, во-первых, абсолютное основание, в котором сущность прежде всего дана как основа вообще для отношения основания; точнее говоря, основание определяет себя как форму и материю и сообщает себе содержание.

Во-вторых, оно определенное основание как основание определенного содержания; поскольку отношение основания, реализуя себя, становится вообще внешним себе, оно переходит в обусловливающее опосредствование.

В-третьих, основание предполагает условие; но условие в такой же степени предполагает основание; необусловленное — это их единство, сама суть дела (die Sache an sich), которая через опосредствование обусловливающего отношения переходит в существование.

<< | >>
Источник: ГЕОРГ ВИЛЬГЕЛЬМ ФРИДРИХ ГЕГЕЛЬ. HAУKA ЛОГИКИ ТОМ 2, М., «Мысль». 1971

Еще по теме ОСНОВАНИЕ:

  1. 2.2. Модели субъектных оснований воспроизводства общества
  2. 4.1. Понятие, значение и основания гражданского иска
  3. VIII. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЛИЧНАЯ ВЫГОДА КАЖДОГО ЧЕЛОВЕКА ОСНОВАНИЕМ ЗАКОНА ПРИРОДЫ? НЕТ, НЕ ЯВЛЯЕТСЯ
  4. 11. Обоснование индукции: правдоподобные миры
  5. VI ДОСТАТОЧНОЕ ОСНОВАНИЕ
  6. Примечание [Формальный способ объяснения из тавтологических оснований]
  7. Примечани е [Формальный способ объяснения из основания, отличного от основанного]
  8. с) Полное основание 1.
  9. С. Основание и обоснование 1. Целое и части
  10. ОБОСНОВАНИЕ
  11. Сущность как основание существования
  12. § 5. Закон достаточного основания
  13. Основания приобретения и прекращения права собственности
  14. БИБЛЕЙСКИЕ ОСНОВАНИЯ ФИЛОСОФСКО-ПРАВОВОЙ доктрины западной европы
  15. § 2. Основание уголовной ответственности
  16. Способ объяснения, основанный на принципе тождества
  17. Проблема обоснования знания. Обоснование индуктивного принципа