<<
>>

2.2.5. Создание национальных политологических школ

Германская школа В Германии о начале собственно политической науки можно говорить лишь с возникновением в первой половине XIX в. правовой школы, поставившей своей целью изучение государства в различных его аспектах и проявлениях.
Основы этой школы были заложены работами И. Канта [68] и Г. Гегеля, особенно «Философией права» последнего [31, 92]. Немаловажную роль здесь сыграли известные немецкие правоведы и государствоведы. Главная особенность этой школы состояла в том, что она сводила политическое исследование к идее государства, интерпретируемого как комплекс формальных конституционных норм. Политическая наука, таким образом, превращалась в науку догматическую, лишенную возможности изучения социальной реальности. В Германии были заложены основы современной политической социологии. Следует упомянуть политологические работы М. Вебера (1864—1920). Первоначально политическая наука оформилась во многом как социология политических институтов. Но поскольку основным объектом ее изучения было государство, политическая наука возникла как социология государства [25, 26]. Определилось разделение на государствоведение и политическую науку. Политические процессы внутри страны, в т. ч. и государственное управление в целом, рассматривались в рамках государствоведения. В дальнейшем эта линия проводилась не столь четко, и философия государства, которая входила в государствоведение, стала рассматриваться как часть политической науки. Это объяснимо, если учесть, что германская политическая наука развивалась в русле немецкой классической философской традиции, и можно сказать, что основы ее теоретико-познавательных и институциональных рамок были заложены традиционными дисциплинами — философией и историей. Значительное влияние на характер германской политологии, особенно политической философии оказало то, что она развивалась в контексте характерного для германского обществознания историзма.
Германская политическая философия не была теорией, которая просто объясняла сущность происходящего, не ставя перед собой каких-либо иных целей. Напротив, она являлась выражением и обоснованием политической воли, располагающей своими принципами и ставившей определенные цели. Она разрабатывала программы и выдвигала предложения по изменению политической реальности. В такой трактовке в глазах некоторых тогдашних германских исследователей политология не являлась наукой в строгом смысле этого слова. По их мнению, политическая наука как практическая дисциплина призвана определять цели и нормы политической деятельности. В этом плане в ее задачу входило философское осмысление социальной действительности и ориентации политической деятельности на те или иные социальные и моральные ценности. Наиболее четко эту позицию изложил А. Шван, который призывал вновь и вновь возвращаться к нормам, вытекающим из религиозного и философского самосознания, на которые следует ориентироваться как на высшую ценность политического мышления. Особым направлением немецкой политической мысли стал марксизм, который в лице своих создателей К. Маркса, Ф. Энгельса и их последователей не только нарисовал элементарную политическую картину мира, но и дал в руки радикальных элементов средство, ставшее основным катализатором политического процесса в ХХ в. [92, 93, 191]. 2.2.5.1. Французская школа Формирование политической науки во Франции, по мнению П. Фавра [162], заняло примерно полвека между двумя символическими датами: 1871 г., когда Э. Бутли основал «Свободную школу политических наук», и 1913 г., когда была опубликована книга А. Зигфрида «Политическая карта западной Франции при Третьей республике». Между этими датами было опубликовано множество работ, составивших основы французской политической науки. Это «История политической науки в ее связи с моралью» П. Жане (1851), «Принципы политической науки» Э. де Парье (1870), «Элементы политической науки» Э. Шеврьера (1871), «Философия политической науки» Э. Акола (1877).
За ними последовали ставшие классическими труды А. Эрсана, А. Мишле: «Идея государства» (1896), «Политическая доктрина демократии» (1901). Наиболее яркими фигурами этого периода являются О. Конт [72] и Э. Дюркгейм [55, 56]. 2.2.5.2. Американская школа Несколько десятилетий длился процесс формирования политической науки в США. Основателем систематического исследования политики в Америке считается Ф. Либер. В 1857 г. он был принят профессором истории и политической экономии в Колумбийский колледж. Ф. Либер читал лекции по политической философии, в которых центральными были вопросы теории государства и политической этики. Сменивший его Дж. Берджес основал в том же колледже (позже переименованном в Колумбийский университет) в 1880 г. школу политической науки. Политическая наука была введена в систему подготовки научных кадров с защитой диссертации. В 1886 г. школа начала издавать журнал «Политикл сайенс куортерли». Примеру Колумбии последовали университет Джонса Гопкинса и другие ведущие учебные заведения США. Немаловажную роль в становлении американской политической науки сыграла книга одного из ее основателей Дж. Берджесса «Политическая наука и сравнительное конституционное право» (1890). В 1903 г. была создана Американская ассоциация политических наук, положившая начало множеству подобных ассоциаций в США и в других странах. В том же году начал издаваться журнал «Анналы американской академии политических и социальных наук», а с 1906 г. — «Обозрение американской политической науки» и с 1939 г. — «Журнал политических исследований». В последующие годы в США была создана сеть политологических учебных и научных институтов. Большой вклад в развитие политической социологии внес американский политический ученый А. Бентли, опубликовавший в начале XX в. ряд работ, в которых разрабатывалась теория групп. А. Бентли рассматривал группу как фундаментальную единицу (или «частицу») политики, действующую под институциональным контролем административных учреждений, судов, законодательных органов и политических партий.
Во многом теория групп являлась реакцией против правового формализма, поскольку утверждалось, что групповое взаимодействие конституирует реальность политической жизни, действующей за юридически правовой ширмой общества и государства. Придавая этому основополагающее значение, А. Бентли и его последователи оценивали группу как важнейший предмет исследования политической науки [143]. В дальнейшем на основе разработок А. Бентли была сформулирована концепция заинтересованных групп. Вследствие этого социальные группы наряду с политическими партиями заняли важное место в политологических исследованиях. Начало первой волны изучения социальных групп пришлось на 1920-е гг. в трудах П. Одегарда и Э. Херрига, за которыми последовали работы Ф. Поллака, Э. Шатшнайдера, Э. Лейзерсона и др. Но теоретическую и аналитическую завершенность исследование этой проблемы получило после Второй мировой войны. 2.2.5.3. Английская школа Политическая наука Великобритании как самостоятельное научное направление оформилась в конце XIX в. с момента основания Лондонской школы экономики и политических наук при Лондонском университете. До Второй мировой войны сначала в этой школе, а затем в Оксфордском, Кембриджском, Манчестерском, Ливерпульском и других университетах велось изучение и преподавание дисциплины о политических явлениях. При этом особое внимание профессора- политологи уделяли проблемам государственного управления, политическим институтам, конституционному и административному праву Англии, политической философии и теории, международным отношениям и колониальной администрации. В тот период тон в политологических исследованиях задавали Э. Баркер, Дж. Коул, Г. Ласки, Ч. Мэннинг, У Робсон, Г. Файнер и другие [143]. 2.2.5.4. Итальянская школа Итальянская политологическая школа характеризуется существенным вкладом в разработку теории элит. Вслед за К. Марксом и М. Вебером целая плеяда таких ученых, как В. Парето (1848—1923), Р. Михельс (1876—1936), Г. Моска (1855— 1941) и др. выдвинула собственные теории политического развития.
Ученые пришли к выводу, что любая система политического правления, независимо от ее формально-юридического или идеологического характера, является по существу олигархической или элитической. Здесь особо следует отметить теорию элит, сформулированную Г. Моской [107] в работах «Теория правления и парламентское правление» (1884) и «Основы политической науки» (1923). Последователями этой теории были В.Парето [118, 119, 120. 121, 122] Р. Михельс [104], которые разработали теории циркуляции элит и «железного закона» олигархии. Согласно этим теориям политические реальности во всех политических системах определяются соперничеством и конкуренцией и, соответственно, сменой у власти различных группировок элит. Исходя из такой постановки вопроса, ученые считали основной задачей политической науки изучение элит, особенностей их функционирования и закономерностей их периодической смены у власти. Р. Михельс стал одним из основателей современной политической социологии, опубликовав книгу «Социология политических партий». 2.2.5.5. Российская школа Легитимизация социологии и политологии в России шла с некоторым запозданием по сравнению с западноевропейскими странами. Однако XIX в. оказался очень напряженным для страны в плане развития политической жизни. Политическая мысль сконцентрировалась на борьбе с феодализмом и поиске лучших (чем реальный капитализм) путей исторического развития России. Ряд исследователей, среди которых М. М. Сперанский, Н. С. Мордвинов, Н. М. Карамзин, П. И. Пестель, Н. М. Муравьев, П. Я. Чаадаев, К. С. Аксаков, И. В. и П. В. Киреевские, А. С. Хомяков, П. В. Анненков, И. В. Вернадский, Б. Н. Чичерин, разрабатывали идеи, волновавшие общество. Они обосновали революционные планы коренного преобразования государственного строя России. В связи с этим критика деспотизма в организации государственной власти велась из разных политических лагерей. Оппозиция сгруппировалась вокруг двух взаимоисключающих сценариев политического развития. Произошло ее принципиальное и долговременное деление на «западников» и «самобытников».
Первые требовали установления конституционной монархии, разделения властей и создания правового государства. Вторые обосновывали особый русский путь развития, идеализируя элементы государственного устройства допетровской Руси. В середине XIX в. К. Д. Кавелин [66] написал работу «Записка об освобождении крестьян в России», а Б. Н. Чичерин [181, 182] статью «О крепостном состоянии». В своих работах исследователи обосновывали тезис о пагубности крепостничества для формирования основ гражданского общества и правового государства в России. Отмена крепостного права, реформы в различных сферах общественной жизни, в частности судебная реформа, земская реформа, реформа армии и другие преобразования второй половины XIX в., которые должны были, в конечном счете, привести к утверждению начал гражданского общества и правового государства, в огромной степени стимулировали интерес русских обществоведов к проблемам права, конституционализма, истории государственного строительства и т. д. В этот период властителями дум Российской империи стали А. И. Герцен [32], В. Г. Белинский [14], Н. Г. Чернышевский [180], М. А. Бакунин [13], П. А. Кропоткин [74, 75, 76, 77], П. Л. Лавров [78], П. Н. Ткачев [153], Г. В. Плеханов [130]. Развитие политической мысли характеризовалось возникновением революционного демократизма, его слиянием с утопическим социализмом и распространением утопических идей. Сторонники революционного преобразования общества ожесточенно критиковали практику не только феодального, но и буржуазного государства, отрицая необходимость всякого эксплуататорского строя. В их работах превалировала ненависть ко всем видам социального и политического угнетения, неравноправию, глубокая вера в светлое будущее народа. Огромное внимание, обусловленное многонациональным составом Российской империи, уделялось национальному вопросу, обоснованию его решения с позиции признания права наций на самоопределение. Некоторые русские представители социальных наук разделяли увлечение западных коллег позитивизмом. В 1869 г. вышла книга А. И. Стронина «История и метод», в которой обосновывалась задача использования естественнонаучных методов для изучения общественных явлений и процессов. Работа была неоднозначно воспринята научной общественностью и подверглась ожесточенной критике [91]. В 1872 г. была опубликована работа П. Лилиенфельда «Мысли о социальной науке будущего». В ней автор, следуя в русле изысканий Г. Спенсера (1820—1903), предпринял попытку сформулировать свой вариант теории органичного общества. Книга, изданная в 1873 г. в Германии на немецком языке, пользовалась в Западной Европе немалой популярностью. Будучи приверженцем позитивизма, П. Ли- лиенфельд выступил за освобождение социальных наук от этических, моральнопсихологических и иных метафизических наслоений. Исходя из постулата единства естественного и социального миров, философ утверждал, что экономическая жизнь — это физиология общества, система правовых институтов — морфология; правительство — нервная система и т. д. Немаловажная заслуга в разработке названных проблем принадлежит Б. Н. Чичерину, написавшему несколько фундаментальных работ, в том числе пятитомную «Историю политических учений» (1877), «Очерки философии права» (1901), «О народном представительстве и другие [92]. Дальнейшую разработку эта проблематика получила в работах И. В. Михайловского, Л.И. Петражицкого и других. Глава московской школы философии права П. И. Новгородцев [110, 111] принял активное участие в основании конституционно-демократической партии. Его учениками и последователями были И. А. Ильин [61, 62], Б. П. Вышеславцев [27, 112], Н. Н. Алексеев [4] и др., внесшие существенный вклад в разработку важнейших проблем политической науки. Некоторые идеи П. И. Новгородцева были плодотворно развиты С. Л. Франком [164, 165, 166, 167], С. И. Гессеном [33, 34, 35, 36] и др. В область философии права значительный вклад внесли Е. Н. Трубецкой [157, 158, 159], Н. А. Бердяев [19, 20, 21, 22], B. C. Соловьев [145] и др. Не случайно П. И. Новгородцев называл В. С. Соловьева «блестящим и выдающимся представителем философии права» и причислял его к «наиболее видным защитникам правовой идеи среди философов истекшего века». Нельзя не отметить роль М. М. Ковалевского [70] в разработке проблем политической философии, обоснование им принципов конституционализма и сравнительно-исторический анализ представительных учреждений и форм демократии. В этот же период заложены основы современной политической социологии. В 1898 г. русский ученый М. Я. Острогорский опубликовал фундаментальный двухтомный труд «Демократия и политические партии» (на французском языке) [65]. Лишь в конце 1920-х гг. он был издан на русском языке. Показательно, что, хотя в нашей стране книга М.Я. Острогорского не получила популярности, соответствующей ее значимости, на Западе ее автор наряду с такими признанными учеными того времени, как М. Вебер, Р. Михельс и др., считался одним из основателей политической социологии. В конце XIX — начале XX вв. были заложены основы русского конституционализма. В таком контексте большое значение имело возрождение интереса к теории естественного права, которая использовалась для обоснования правового государства. В трактовке естественного права выделились два направления: старое, метафизическое, представленное Б. Н. Чичериным, К. Д. Кавелиным, А. Д. Градо- вским [38] и др. и новое, социологическое, представленное С. А. Муромцевым, В. И. Сергеевичем [141], М. М. Ковалевским и др. Сторонники социологического направления видели недостаток старого подхода в том, что его приверженцы, концентрируя внимание на субъективных факторах, исходили из постулата об абсолютности, вечности и неизменности права. Отвергая такой подход, Н. М. Коркунов [137], например, обосновывал тезис об относительности права как «особой группы явлений общественности», изменяющейся в ходе исторического развития. В результате активного развития русской политической жизни в XIX — начале ХХ вв. к началу Великой русской революции 1917 г. в стране произошла идеологическая дифференциация, определившая характер последующих событий. В XIX в. определилось четыре основных идейно-политических течения: либерализм (идеология западничества) в лице М. М. Сперанского [149, 150], П. Я. Чаадаева [179], Н. В. Станкевича [151], П. В. Анненкова [7]; консервативная идеология в форме славянофильства представлена реакционным (С. С. Уваров [160, 161], К. П. Победоносцев [131]) и реформаторским крылом (А. С. Хомяков [177], Н. Я. Данилевский [46], В. С. Соловьев [145]); российский радикализм основывался на идеях A. Н. Радищева [135], П. И. Пестеля [127], Н. П. Огарева [113], А. И. Герцена [32], B. Г. Белинского [14], Д. И. Писарева [128], Н. Г. Чернышевского [180]; социал-реформизм (меньшевизм) не представлял мощного идейно-политического течения и обосновывался Ю. О. Мартовым и Г. В. Плехановым. В годы революции основная борьба развернулась между либерализмом и радикализмом. Первый в своей классической форме был представлен Б. Н. Чичериным [181, 182], А. И. Гучковым, М. В. Родзянко, а в социализированной форме — П. И. Новгородцевым [110, 111], П. Н. Милюковым, А. А. Мануиловым. В радикализме возобладали идеи большевиков (В. И. Ленин [82, 83], Л. Д. Троцкий [156]), левых социал-революционеров (В. Д. Камков, П. П. Прошьян, М. А. Спиридонова), и анархистов (П. А. Кропоткин [74, 75, 76, 77], Н. А. Кабанов, В. М. Волин, Г. П. Максимов). Однако и два других направления оказались в гуще революционных катаклизмов. Социал-реформизм был представлен эсеровским (А. Ф. Керенский, Н. Д. Авксентьев, В. М. Чернов) и меньшевистским крылом (И. Г. Церетели, Ф. И. Дан, Ю. О. Мартов). Консерваторы-монархисты (В. М. Пуришкевич, И. Восторгов, П. Н. Балашов) в идейном плане ничего не смогли противопоставить республиканской идее, овладевшей умами россиян. Эти и другие факты позволяют сделать вывод, что развитие политической мысли в России шло в том же направлении, что и на Западе. Но в отличие от западных стран в России процесс формирования и институционализации политической науки оказался насильственно прерванным в результате череды кровавых катаклизмов, захлестнувших страну, и установления тоталитаризма.
<< | >>
Источник: Зуляр Ю. А.. Политология: Базовый курс : учеб. пособие : в 2 т. Т. 1. 2008

Еще по теме 2.2.5. Создание национальных политологических школ:

  1. 5.1. Общая характеристика взаимоотношений в области культуры
  2. Глава 11. Две Испании: республика и «национальная зона» в первой половине 1937 года
  3. 3. Методика созданий воспитательной системы школы
  4. 1. Формирование Национально-революционной армии и её борьба за объединение Гуандуна как базы антиимпериалистической и антифеодальной революции
  5. 2. СОЗДАНИЕ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО АППАРАТА
  6. СОЦИЕТЕТ ХУДОЖЕСТВ И НАУК
  7. НАЦИОНАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ В ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОМ ПРОСТРАНСТВЕ БЕЛАРУСИ Т.И. Адуло
  8. БЕЛОРУССКАЯ ШКОЛА РЕЛИГИОВЕДЕНИЯ: ТРАДИЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Н.А. Кутузова
  9. Ренессанс в литературе
  10. Торгово-промышленные школы.
  11. Миф о харизматическом лидерстве: Гарвардская бизнес-школа
  12. Модуль 6.1. ПРОИСХОЖДЕНИЕ БЕЙСБОЛА: СОЗДАНИЕ НАЦИОНАЛЬНОГО МИФА
  13. ГЛАВА II Роль культурно-лингвистического фактора встановлении национального характера
  14. В поисках третьего пути между этатизмом и либерализмом
  15. 2.2.5. Создание национальных политологических школ
  16. 2.2.6. Две тенденции в развитии политической науки