<<
>>

Милитаризм становится все более жестким

Особенно высокого уровня развития милитаризм достигает с перерастанием капитализма в империалистическую стадию, что объясняется возникновением новых как экономических, так и социально-политических его особенностей.

Новые экономические особенности капитализма характеризуются образованием монополистического капитала, установлением его господства в производстве буржуазных стран, экономическим разделом мира международными монополиями.

Последнее непосредственно подвело к территориальному разделу мира и впоследствии к борьбе за его передел. Это было обусловлено необходимостью вывоза избыточного капитала, постоянным увеличением потребности в различных видах сырья в связи с возникновением новых и расширением традиционных видов производства, стремлением заполучить территории, так сказать, про запас, в которых впоследствии могут быть обнаружены месторождения полезных ископаемых. Колониальные захваты были вызваны также открывающейся возможностью направить в колонии из метрополий часть «избыточного» населения, дабы ослабить классовые противоречия, а следовательно, борьбу трудящихся за свои права.

Действительно, к концу XIX века завершился территориальный раздел мира империалистическими державами. В 1881 году Франция захватила Тунис, в следующем году Англия оккупиррвала Египет, в 1884 году Германия поработила Юго-Западную Африку. В 1885 году Франция аннексировала Аннам и Тонкин, Англия захватила Бирму, Германия — северо-восточную часть Новой Гвинеи, Маршалловы острова. В 1890 году Англия и Германия договорились о разделе восточной Тропической Африки. Многие территории были захвачены Испанией, Португалией, Голландией, Бельгией. Самой крупной колониальной державой стала Англия.

Заметно усиливавшаяся неравномерность экономического и политического развития капиталистических стран вызвала изменение в соотношении сил между ними и как следствие этого обострилось их соперничество за рынки сбыта, сферы приложения капитала, влияния. Отсюда стремление одних империалистических государств, которых устраивал уже сложившийся раздел мира, его сохранить и желание других, недовольных таким положением, к его переделу. Таким образом, обострение борьбы империалистических стран за передел уже поделенного мира обусловливает политику подготовки и развязывания мировых войн.

При империализме причины войн своими корнями уходят в его экономику. Отмечая эту особенность, В.И.Ленин писал: «...домонополистический капитализм... отличался, в силу экономических его коренных свойств, ...наибольшим сравнительно миролюбием... А империализм, т. е. монополистический капитализм.., по экономическим его коренным свойствам, отличается наименьшим миролюбием и свободолюбием, наибольшим и повсеместным развитием военщины»6.

Империалистические державы развязали сначала первую, а через два десятилетия после нее — вторую мировую войны. Характерно, что фашистская Германия двинула свои войска сначала против буржуазных про- мышленно развитых стран Бвропы.

В связи с усилившейся неравномерностью развития после первой мировой войны в капиталистическом мире складывалось новое соотношение экономических потенциалов. В Германии и особенно Японии быстрее росло производство по сравнению с США, Англией и Францией.

В последних трех даже в 1935 году объем производства в тяжелой промышленности был ниже, чем до кризиса 1929—1933 годов. Германия же довольно быстро преодолела последствия этого кризиса7.

Новое соотношение экономических потенциалов в капиталистическом мире все менее соответствовало распределению колониальных владений. Ведь после первой мировой войны Германия была лишена всех колоний, тогда как колониальная империя Англии значительно выросла.

Естественно, борьба на внешних рынках еще более обострилась. Причин тому несколько. Существенно сузилась сфера эксплуатации в результате победы социалистической революции в России, заметно активизировалась национально-освободительная борьба. Далее. Это — нехватка рынков сбыта, кризисы перепроизводства, возрастание значения многих видов колониального сырья и топлива.

В результате перед капиталистическими странами снова вставал вопрос о коренном переделе мира в соответствии со сложившимся соотношением сил «великих» держав. Решить этот вопрос они намеревались только вооруженным путем.

В условиях монополистического капитализма во внешней форме милитаризм стал выступать как средство разрешения межимпериалистических противоречий. А это значит, что при безраздельном господстве капитализма основное назначение внешней формы милитаризма стало сводиться к созданию военного превосходства той или иной капиталистической страны над другой, а также одной группы союзнических стран над другой.

Капитализм на империалистической стадии, закономерно перерастая в государственно-монополистический капитализм, создает материальные предпосылки социализма и вместе с тем и силу, способную осуществить социальную революцию. Материальные предпосылки находят свое выражение в гигантском и быстром обобществлении производства, требующем установления со- циалистических производственных отношений. В результате углубляется основное противоречие капитализма — между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения. Усиливается также антагонизм между трудом и капиталом, что выражается в ухудшении социально-экономического положения рабочего класса и увеличении богатства монополистической буржуазии.

На новую ступень поднимается рабочее движение, значительно повышается уровень организованности пролетариата, вырастает его численность, во всех капиталистических странах создаются его самостоятельные политические партии. Революционная борьба рабочего класса становится целеустремленной, более боевой. В ответ эксплуататорский класс усиливает борьбу с революционным движением трудящихся, в том числе и за счет роста репрессивного аппарата, полиции и армии.

Назначение внутренней формы милитаризма на империалистической стадии капитализма уже не ограничивается борьбой с выступлениями отдельных отрядов рабочего класса, трудящихся за улучшение ими своего положения в рамках буржуазного строя. Это назначение уже в подлинном смысле слова преследует сохранение самих основ эксплуататорского общества, подавление политических выступлений масс, любых выступлений, способных вызвать цепную реакцию подъема рабочего движения в целых отраслях экономики, всеобщих действий трудящихся. С точки зрения внутренних условий милитаризм становится более коварным, жестоким, беспощадным.

XX век дает тому множество примеров.

В первый день первой русской революции, 9 января 1905 г., 140 тыс. рабочих, их жен и детей направились к Зимнему дворцу. Среди участников мирного шествия было немало и женщин-работниц. Зная о предстоящей манифестации, царское правительство создало специальный штаб во главе с дядей царя великим князем Владимиром для приведения в исполнение плана кровавой расправы с рабочими. И реализовало его. Демонстрантов расстреливали, рубили шашками, кололи штыками, топтали лошадьми. По далеко не полным подсчетам, число убитых и раненых составило около 4600 человек8. 9 января вошло в историю как Кровавое воскресенье.

Минуло семь с небольшим лет... Доведенные до отчаяния сверхэксплуатацией и произволом хозяев в марте 1912 года забастовали рабочие всех приисков «Лензо- лота». Заметим, что в число акционеров «Ленского золотопромышленного товарищества» — одного из крупнейших в мире производителей золота — входили мать Николая II — императрица Мария Федоровна, граф Витте, министр Тимашев и другие сановники. Правительство для расправы со стачечниками направило войска. Солдаты хладнокровно открыли огонь по трехтысячной толпе рабочих, просивших освободить арестованных. Итог расправы: 270 человек убиты, 250 ранены. В ответ на требование рабочих наказать виновников расстрела министр внутренних дел Макаров заявил в Государственной думе: «Так было и будет впредь»9.

Царизм и впоследствии пускал в ход огонь и меч против рабочих, народных масс, поднявшихся на борьбу против самодержавия, господства эксплуататоров.

Послеоктябрьский период. С возникновением первого в мире социалистического государства, ознаменовавшего начало новой эпохи, эпохи перехода от капитализма к социализму во всемирном масштабе, внутренняя форма милитаризма обрела еще более воинствующий характер. Вот лишь некоторые факты.

За 1925—1934 годы в капиталистических странах было арестовано, ранено, приговорено к тюремному заключению и смертной казни, убито 9 510 033 человека10. Особенно широкий размах принял террор с приходом фашистов к власти в Италии и Германии. Именно тогда стали возникать концентрационные лагеря, приспособленные и оборудованные для массового уничтожения людей. Установление фашистских режимов, осуществление насилия в таких громадных масштабах возможны лишь с помощью милитаристских средств.

В США — стране, руководители которой выдают ее за образец демократии, военщина тоже широко используется в борьбе против выступлений народных масс. С 1900 по 1960 год армия Соединенных Штатов, по подсчетам американского военного историка Ю. Мэтвина, участвовала «более чем в 500 операциях по подавлению бунтов и эксцессов внутри страны»11. Лишь в 1965—1967 годах американская армия участвовала в подавлении около 100 крупных выступлений трудя- щихся. При этом, по официальным, явно заниженным данным, было убито 130 человек, свыше 3600 получили ранения и увечья12. Большая практика у американских войск и в подавлении антивоенных выступлений масс.

Полицейские функции американской армии предусмотрены даже уставными документами. Сошлемся только на некоторые из них, имеющие весьма характерные названия. Это «Особенности проведения операций по подавлению бунта в населенном пункте», «Применение химических веществ в операциях против бунтовщиков»13 и др. Наставление «FM 19—15» указывает: «Огонь из стрелкового оружия представляет собой наиболее эффективную форму воздействия на бунтовщиков. После принятия решения об открытии огня необходимо действовать решительно и беспощадно. Не следует выдавать войскам холостые боеприпасы. Холостой огонь и стрельба поверх голов бунтовщиков малоэффективны, и поэтому применять их нецелесообразно. Стрелять надо так, чтобы не ранить, а убивать...»14. Иначе говоря, жандарм- ско-полицейские функции на армию США возложены в правовом порядке.

В соответствующих учебных центрах, школах, лабораториях США идет подготовка войск для выполнения этих задач. Военнослужащие учатся использовать боевую технику, химические средства «для разгона толпы» 15 . Насколько серьезное значение придает американский капитализм внутренней форме милитаризма, говорит и функционирующий в стране «Центр по координации операций по борьбе с гражданскими беспорядками», вероятно, не случайно расположенный под зданием Пентагона. Его назначение — повседневно координировать действия армии, флота и морской пехоты по «подавлению бунтов», контролировать политическую обстановку в стране, вести наблюдение за крупными забастовками, демонстрациями. В случае необходимости немедленно объявлять «угрожаемое положение» в том или ином районе, бросать туда войска. 5 апреля 1984 г. Белый дом, как сообщил американский еженедельник «Спотлайт», издал совершенно секретную директиву о создании и укомплектовании десяти гигантских концентрационных лагерей для заключенных в главных военных округах США. Еженедельник располагает сведениями о том, что начинается подготовка к беспрецедентной волне арестов иммигран- тов и «ненадежных». Главная цель этой операции под кодовым названием «Рекс-84» — задерживать и высылать нелегальных иммигрантов. Вместе с тем «Рекс-84» имеет другую, еще строже охраняемую задачу: применить так называемые меры «К энд К» («кэпчер энд кас- теди» — «поимка и заключение») к политическим противникам, а также лицам, открыто критикующим правительство, которых администрация считает «опасными». О масштабах операции «Рекс-84» говорит тот факт, что лишь в каждом из четырех главных концлагерей для гражданских лиц в Форт-Чэффи (Арканзас), Форт-Драм (Нью-Йорк), Форт-Индиана Гэп (Пенсильвания) и др. предусмотрено под охраной американских войск поместить до 25 тыс. заключенных16.

Особенно жестокие методы насилия армия, карательные органы применяют в странах, где они являются орудием профашистских переворотов, обеспечивают господство военно-фашистских, диктаторских режимов, выступают против прогрессивных, демократических сил, поднявшихся на борьбу за демократию.

Фашизм и милитаризм постоянно сопутствуют друг другу. Фашистское правление не может держаться без массового террора и является детищем милитаризма. Что это так, еще раз доказали события в Чили. Генеральный секретарь Компартии Чили JI. Корвалан в этой связи отмечает: «В стране, где народ уже вступил на путь глубоких антиимпериалистических и антиолигархических преобразований с социалистической перспективой, реакция может навязать народу лишь режим фашистского типа»17.

В Чили военно-фашистская хунта, пришедшая к власти 11 сентября 1973 г. в результате свержения конституционного правительства Народного единства, держится на массовых репрессиях и терроре. Пытки, исчезновения, физическое уничтожение людей стали повседневным явлением. По всей стране созданы концентрационные лагеря. За 10 лет правления хунты Пиночета свыше 30 тыс. человек были убиты18. Сотни тысяч чилийцев насильно высланы за рубеж или сами вынуждены были эмигрировать19.

Главари фашистского режима в Чили нашли даже теоретическое оправдание массового уничтожения людей. Они взяли на вооружение доктрину национальной безопасности, порожденную нацизмом. Суть ее в том, что врагом страны в конечном счете является ее собственный народ. Именно в таком духе воспитано большинство чилийского офицерства, а также некоторых других государств. Внутренняя форма милитаризма в ее самом жестоком, варварском виде получает, таким образом, идеологическое обоснование. Так, армиям стран с фашистскими режимами развязываются руки для ведения войны против собственных народов, массового уничтожения своих граждан. Более того, эти злодеяния, согласно чудовищной доктрине, выглядят как вполне нормальные явления, рассматриваются как патриотические действия.

В Сальвадоре, где демократические и патриотические силы поднялись на борьбу за национальное и социальное освобождение, правящая в стране олигархия бросила против народа разветвленный аппарат подавления. В его составе регулярная армия, корпус национальной гвардии, органы безопасности, сельская и национальная полиция, таможенная полиция, милитаризованные неофициальные террористические организации вроде «эскадронов смерти», «Белая рука», «Организация освобождения от коммунизма», «Армия спасения Сальвадора» и др. Этот репрессивный аппарат не только действует против повстанческой армии, партизанских отрядов и народной милиции, входящих во Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти (ФНОФМ), но и в широких масштабах осуществляет террористические акции против гражданского населения. Лишь за последние годы реакционеры по политическим мотивам убили более 45 тыс. человек20. И это в стране с населением всего 5 млн. Вот лишь один из актов геноцида. Обученные американскими инструкторами головорезы учинили кровавую расправу над крестьянами кантона Кольчапан в 40 км к северу от столицы. На берегу реки Кетсалапа каратели расстреляли из пулеметов около 400 мирных жителей, включая женщин и детей.

Жизнь убеждает, что в современную эпоху милитаризм в своей внутренней форме может выступать и как военная сила, направленная против всего народа той или иной капиталистической страны.

Внешняя же форма милитаризма в новейшее время претерпела столь большие изменения, что требует специального рассмотрения.

<< | >>
Источник: Сапрыков В. Н.. Милитаризм: политические проявления и социально-экономические последствия. — М.: Междунар. отношения. —128 с. — (Империализм: события, факты, документы).. 1984

Еще по теме Милитаризм становится все более жестким:

  1. 19. Все более высокие — неопределенные.
  2. Антисоветизм основа современного милитаризма
  3. Глава I. Милитаризм — порождение эксплуататорского строя
  4. Милитаризм: что это такое?
  5. Носители милитаризма в России
  6. 10.4.2 Жесткие десигнаторы
  7. «ЖЕСТКАЯ» И «МЯГКАЯ» ПРОДАЖА
  8. Глава 4. ЖЕСТКИЙ ПУТЬ К МЯГКОЙ ПОСАДКЕ
  9. От «жесткой» новости к фиче
  10. Сапрыков В. Н.. Милитаризм: политические проявления и социально-экономические последствия. — М.: Междунар. отношения. —128 с. — (Империализм: события, факты, документы)., 1984
  11. ЛЕГЕНДА СТАНОВИТСЯ БЫЛЬЮ
  12. ТЕНИ СТАНОВЯТСЯ длинными
  13. Агрессор становится другом
  14. Электронный бизнес требует жесткой дисциплины исполнения
  15. Глава 8 МАРКС И ЭНГЕЛЬС ОБ ЭТНИЧНОСТИ: ЖЕСТКИЙ ПРИМОРДИАЛИЗМ
  16. Простая мысль становится теоремой
  17. Когда игра становится грубой
  18. 1930 год. Резвое жесткое начало решающего штурма
  19. § 14. Управитель дворцом становится «Помазанником божьим»
  20. Джейсон и Андреа становятся знатоками Интернета