Сущность политического лидерства


Одной из основных функций политической элиты является выдвижение из своей среды политических лидеров (от анг. leader – ведущий, управляющий). Лидеры выступают ключевыми фигурами политической жизни и оказывают реальное влияние на общественные процессы.
К таковым принято относить индивидов, признающихся обществом в качестве руководителей и получающих в силу этого право на принятие политических решений. В роли лидеров могут выступать не только отдельные личности, но и целые организации: партии (КПСС в Советском Союзе), государства (США в современном мире).
Политическое лидерство как способ организации и реализации власти посредством предоставления исключительных полномочий отдельным субъектам политики проистекает из самой природы человека. Развиваясь параллельно с эволюцией самого общества, лидерство на каждом историческом этапе приобретает свои специфические формы. Так, на ранних стадиях развития цивилизации оно проявлялось в виде силового доминирования отдельных индивидов. В период Античности авторитет лидера опирался на его знания и опыт, а само лидерство существовало в виде наставничества. Феодальная эпоха породила тип лидерства, в основу которого был положен принцип принадлежности к семье или клану. Лидерство понималось как богоизбранность. Наконец, в новейшее время (ХХв.) сформировались две противоположные формы лидерства: одной из них (характерна для тоталитарных и авторитарных режимов) является вождизм, другая же (характерна для демократических государств) – легальное лидерство, основанное либо на назначении, либо на выборе руководителя населением.
Несмотря на различия в проявлениях, лидерство предстает явлением универсальным. Универсальность проявляется в единстве функций, которые во все исторические эпохи возлагались обществом на лидеров. К таковым относятся:
?              диагностическая – люди ждут от лидеров авторитетной, точной и своевременной оценки политической ситуации в обществе;
?              стратегическая – люди ждут от лидеров выработки оптимального политического курса, соответствующего сложившейся в обществе ситуации;
?              мобилизующая – люди ждут от лидеров постоянного обоснования верности данной ими оценки политической ситуации и их побуждения к действиям по достижению поставленных задач;
?              интегративная – люди ждут от лидеров создания атмосферы, в которой разнородные общественные группы могли бы ощущать себя единым целым;
?              патронажная и арбитражная – люди ждут от лидера защиты от беззакония и произвола со стороны бюрократии, помощи в чрезвычайных и кризисных ситуацях;
?              персонификация политических явлений. Эта функция снимает ощущение обезличенности политических процессов, поэтому ответственность за значительные события общественной жизни, имевших как положительные, так и негативные последствия, возлагается на политиков. Например, процессы либерализации советской системы, выраженные термином «перестройка», в общественном сознании ассоциируются с именем М.Горбачева, а рыночные реформы в России начала 90-хгг., прозванные народом «шоковой терапией», – с именем Е.Гайдара.
Как значимый элемент политической системы лидерство вызывает постоянный и неослабевающий интерес у ученых, высказывающих самые различные взгляды на узловые его аспекты.
Разногласия вызывает вопрос о том, кого следует относить к лидерам. По мнению одних, лидерами являются все крупные политические деятели, выполняющие управленческие функции: государственные чиновники высшего уровня, назначенные на свои должности (например, министры) или выбранные на них (президент, губернаторы, парламентарии). Другие авторы, в противоположность высказанной позиции, заявляют, что лидерство – это форма признания авторитета не всех политических руководителей, а лишь наиболее выдающихся. С этой целью они делят всех политических деятелей на великих и обычных либо вообще не признают последних таковыми.
Выдающимся лидерам – спасателям нации или реформаторам (к таковым, например, относят Ф.Рузвельта, претворившего в жизнь программу выхода страны из кризиса; Г.Коля, сделавшего очень многое для объединения Германии) – противостоят руководители-менеджеры с более скромной миссией и более узкой сферой деятельности. Число реальных лидеров, таким образом, значительно уменьшается. Оно становится еще меньше, если подходить к вопросу о сущности лидерства с позиций третьей группы ученых, которые считают, что лидерство есть неформальный, основанный сугубо на авторитете аспект управления и как таковой противостоит формальному руководству – управлению, основанному на значении официальной должности. Согласно данной точке зрения, реально лидерами признаются лишь крупные общественные деятели, механизм взаимодействия которых с ведомыми строится на влиянии силы авторитета, личной харизмы, а сами они при этом выступают в роли своеобразного персонифицированного центра национальной ориентации своего народа. Примером подобного лидерства является М.Ганди.
Перечисленные подходы отражают отдельные проявления феномена политического лидерства. Думается, что правы те исследователи, которые считают, что лидерство – это явление комплексное и может сочетать в себе оба аспекта: неформальный статус, связанный с субъективными возможностями и способностями личности влиять на последователей, и формально-должностной, дающий право принимать политические решения и использовать многообразные правовые и административные ресурсы. С этой точки зрения, политический лидер – это любой участник политического процесса, активно воздействующий на него, стимулирующий социальную группу или общество в целом на достижение определенных целей.
Нет единого мнения и относительно природы лидерства. Одни исследователи полагают, что лидерство есть результат психопатологии личности. Одним из первых эту версию в ХIХв. выдвинул итальянский врач Ч.Ломброзо в книге «Гениальность и помешательство». Он считал, что природа гениальности как в искусстве, науке, так и в политике имеет в основе психическую аномалию. По Ламброзо, именно гениальным безумцам (революционерам, «пророкам», реформаторам), способным предугадать потребности времени, народы обязаны ускорением исторического развития.
В ХХв. трактовка лидерства как дефектов личности была продолжена в психоаналитических теориях. В рамках этого направления популярность получило составление психобиографий известных политиков, написанных, как правило, под влиянием теоретических идей основоположника психоанализа З.Фрейда или его ученика А.Адлера. Как отмечалось выше, З.Фрейд считал, что природа всех общественных институтов, в том числе политических, а также феномен лидерства связаны с проявлением двух основных инстинктов человека: сексуального, воплощаемого через энергию либидо, и агрессивного. Эта энергия может разряжаться различными способами, в том числе в социально приемлемых видах активности: в творчестве, профессиональной деятельности, спорте, политике. Фрейд обозначил этот процесс перевода энергии термином «сублимация». Но возможны патологические проявления этих инстинктов. С этой точки зрения, жестокость, садизм и коварство известных тиранов (например, Нерона, Сталина) есть не что иное, как проявление невротической агрессивности. В частности эту идею Фрейда развивает современный американский психоаналитик Д.Ранкур-Лаферриер. В книге «Психика Сталина» он высказывает версию о сформированном в детстве у будущего вождя комплексе незащищенности, который затем перерос в жажду мести – «бить», уничтожать оппонентов.
Мощное влияние на исследование природы лидерства оказали идеи ученика З.Фрейда – А.Адлера. Согласно этому ученому, источником стремления индивида к власти и превосходству является ощущение собственной неполноценности. Комплекс неполноценности берет начало в раннем детстве (переживание детской беспомощности и зависимости от родителей, физических дефектов) и позже компенсируется в различных формах поведенческой активности. Сторонники этой теории пытаются доказать ее, используя ссылки на исторические примеры: американский президент Ф.Рузвельт, страдавший от паралича, шведский король КарлXII и Наполеон, низкий рост которых якобы определил их ориентацию на завоевательную политику. Идея Адлера о возможности патологической компенсации (гиперкомпенсации) неполноценности лежит в основе трактовок феноменов тирании Сталина (физические недостатки) и Гитлера (сексуальные проблемы, неудача при поступлении в венскую Академию художеств). Несколько иной вариант понимания природы лидерства предложил американский политолог Г.Лассуэлл. Жажда власти, свойственная отдельным людям, есть попытка компенсации неадекватной самооценки (чувство моральной и интеллектуальной неполноценности, чувство слабости и незначительности, ощущение собственной посредственности) или какого-либо травмирующего события детства. По Лассуэллу, пережитое в детстве чувство стыда является ключом для понимания природы лидера-агитатора (потребность обличать других), а крах детских и юношеских надежд объясняет феномен лидера-теоретика.
В поле внимания политических психологов этого направления находятся проблемы мотивации лидерства, т.е. побудительных причин, заставляющих людей стремиться к власти, стили лидерства, а также вопросы ранней социализации будущих политиков, в том числе влияние взаимоотношений в родительской семье на формирование самооценки и мотивов самореализации в политике. Однако вряд ли будет правильно рассматривать феномен лидерства только как компенсацию психологических дефектов личности. Несогласные с этим исследователи предложили другие теории. Одна из самых оригинальных версий была высказана Л.Н.Гумилевым. Импульсом к лидерству является пассионарность – особый вид энергии, особая страсть, присущая лишь отдельным людям и направленная на преобразование окружающего мира. По мнению ученого, Наполеон, Александр Македонский и ряд других исторических личностей – примеры пассионариев, сумевших сломать инерцию традиции и давших пассионарный импульс для исторического взлета своих народов.
В 40–50гг. ХХв. в западной политологии широкое распространение получила теория черт, объясняющая феномен лидерства врожденными личными качествами: энергичностью, компетентностью, остроумием, способностью брать на себя ответственность, храбростью и др. Но сторонникам этого направления не удалось прийти к общему мнению относительно тех черт, которые обязательны для выдвижения индивида в лидеры. Количество этих черт исчислялось десятками у одних и достигало 200 у других. Следует признать, что, действительно, позиция лидерства требует проявления особых качеств. Вряд ли робкий, замкнутый и не способный к общению с другими человек попытается реализовать себя в политике. Но эти теории не учитывали того, что не все в политике зависит от качеств лидера. Если бы положение индивидов в системе властных отношений определялось только врожденными качествами и психологической ориентацией на доминирование или подчинение, не было бы самого факта политической борьбы. Последняя же доказывает, что природа лидерства определяется и другими факторами, внешними по отношению к человеку: отношением избирателей к политику, организационной поддержкой, возможностью использовать преимущества своего должностного положения в предвыборных кампаниях. Эти факторы были учтены в концепциях, которые пришли на смену теории черт.
Ситуационная теория настаивает на том, что лидеров формирует ситуация: место, время, обстоятельства. Каждая ситуация выдвигает на передний план тех людей, которые способны ее разрешить, а поэтому разные обстоятельства требуют появление качественно разных лидеров. Так, например, митинговая стихия делает востребованным тип политика-агитатора, но этот человек может оказаться неэффективным как политик, способный предложить программу выхода страны из кризиса. И наоборот, политик-теоретик может чувствовать себя беспомощным в роли публичного лидера на митинге, поскольку ситуация изменилась, и от него требуются качества оратора, способного в доходчивой и эмоциональной форме объяснить собственное видение решения общественных проблем.
Теория определяющей роли последователей развивает тезис о том, что лидеров «делают» окружающие их последователи. Лидер трактуется как человек, который наиболее успешно осуществляет ориентацию на выражение потребностей других людей. Существуют разные версии этой теории. Согласно одной из них, лидер способен распознать потребности и интересы своих последователей и предложить им программу их осуществления. По другой версии, лидер лишь марионетка в руках своей группы и выполняет ее прямые указания.
Наконец, еще одна группа ученых отстаивает точку зрения, согласно которой лидерство есть результат совокупного воздействия целого ряда факторов, в том числе и всех выше отмеченных (интегративная теория). Лидерство предстает явлением многомерным, определяемым целым рядом переменных величин, среди которых: индивидуальные черты лидера (субъективные качества, мотивация, определяющая стремление к лидерству), факторы внешней по отношению к индивиду среды (ситуация, характеристика последователей), а также механизм его взаимосвязи с последователями.
<< | >>
Источник: Неизвестный. Лекции по политологии. 2013. 2013

Еще по теме Сущность политического лидерства:

  1. Глава 14. Политическое лидерство
  2. Глава 8 ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО
  3. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ ЛИДЕРСТВА
  4. ТЕМА 5. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПСИХОЛОГИЯ ЛИДЕРСТВА
  5. 14.2. Природа политического лидерства
  6. § 2. Природа политического лидерства
  7. 3.2. Психология политического лидерства
  8. Стили и типы политического лидерства
  9. Отечественные типологии политического лидерства
  10. ГЛАВА 1. СУЩНОСТЬ ПОЛИТИЧЕСКОГО ИМИДЖА
  11. Мотивация лидерства и типы лидерства
  12. Сущность демократического политического режима