<<
>>

Как родители могут ребенку помешать

Как мы уже говорили, чем дольше ребенок живет на свете, тем меньше у родителей возможностей помешать ему быть счастливым. Вот и здесь можно назвать только две основные формы родительских запретительных воздействий.
Ребенку, во-первых, можно попытаться запретить думать вообще, а во-вторых—запретить думать каким-то определенным образом. Да-да, не удивляйтесь, существует немало способов постараться запретить думать вообще. Ведь мы же с вами уже сталкивались с тем, что подобным запретом может стать любое проявление сильного родительского неудовольствия по поводу каких- то проявлений ребенка—в том числе и по поводу его склонности размышлять. Чуть дальше мы попробуем проиллюстрировать, как это может происходить. Что касается запрета на какую-то определенную точку зрения, то тут все более или менее ясно. Родители почему-то очень часто хотят — осознанно или неосознанно, — чтобы их ребенок думал точно так же, как они. Не очень понятно, почему так случается. Может быть, оттого, что для некоторых людей, как известно, существует только два мнения: одно — их собственное, другое — неправильное. А может, от страха — ведь начни ребенок думать по-другому, глядишь, возьмет и опровергнет то, во что родители верили всю свою жизнь. Или еще по каким-то причинам... Впрочем, как раз причины для ребенка не слишком существенны: главным результатом все равно становится невозможность научиться думать по-настоящему самостоятельно. Какими же конкретными способами неразумные родители могут добиться этого от своего чада? Родители могут весьма скептически или вообще агрессивно относиться к высказываемым ребенком собственным мыслям. Понятно, что далеко не всегда эти мысли оказываются логичными, вразумительными, сходными с привычной взрослым людям точкой зрения. Но он же не просто эту конкретную мысль подумал —он же таким образом учится иметь собственное мнение! Поэтому запрет оказывается двояким — и эта мысль нехороша, и вообще думаешь ты пока плохо, так что пока не научишься, лучше и не пытайся.
А как, интересно знать, он может научиться думать не думая? Ему же по-прежнему необходима родительская поддержка, а еще лучше — одобрение его действий. И в условиях отсутствия такой поддержки или постоянной жесткой насмешливой критики само действие мышления оказывается для него все менее и менее привлекательным. Возможно, кому-то покажется, что почти никто из родителей так себя не ведет. Может быть, действительно не слишком многие ведут постоянное, систематическое, массированное наступление на самостоятельное мышление ребенка—но ведь иногда вполне достаточно оказывается всего одной фразы, сказанной по поводу какого-то вывода ребенка, по тем или иным причинам оказавшегося для него необычайно важным... Иногда родители очень бурно реагируют на медлительность ребенка в ходе осуществления каких-то действий. Но ведь очень возможно, что медлителен он потому, что серьезно обдумывает ход осуществления этих действий или что-то еще, связанное с ними. А даже если и не с ними? Он думает—и это здорово. А получив опыт того, что задумываться — значит навлекать на себя недовольство родителей, он вполне может со временем и вовсе махнуть рукой на это бесперспективное занятие. Ничуть не реже родители активно протестуют против ничегонеделания ребенка. «Лучше бы ты чем-нибудь полезным занялся!» Или: «Лучше бы ты на уроках так задумывался!» Но подумайте сами: вряд ли, например, Менделеев, обдумывая свою периодическую систему химических элементов, был активно занят какими-то полезными делами. Возможно, конечно, но, согласитесь, — думать сложно. И даже очень сложно! Мышление, как любая новая и не слишком еще знакомая деятельность, может захватить ребенка целиком, поглотить всю имеющуюся у него на данный момент энергию — так, что ни на что другое ее просто не останется. И активное неприятие родителями такой сосредоточенности — особенно если оно постоянно или регулярно — опять же может напрочь отбить у ребенка охоту задумываться. Кстати, не очень понятно, откуда, с точки зрения таких родителей, у ребенка должна появиться способность сосредотачиваться в школе на уроках? Иногда родители почему-то считают, что право иметь собственное мнение ребенок еще должен заслужить.
Предполагается, что дается такое право исключительно с возрастом. На эту тему есть еще одна широко распространенная точка зрения, что взрослый человек по определению умнее ребенка. Дескать, он дольше жил, больше видел, потому и выводы его точнее. И ребенок в присутствии взрослого должен благоговейно внимать его взрослой мудрости. «Мал еще иметь собственное мнение!» — чем не запрет на саму возможность его иметь? Вариация на ту же тему - возмущение родителей по поводу критических замечаний в их адрес со стороны ребенка. «Молоко на губах не обсохло — ты еще нас учить будешь?!» Особенно лютуют родители — что, кстати, вполне понятно, — когда детская критика оказывается справедливой. Возразить-то нечего! А в таких случаях и во взрослых спорах происходит переход на личности... Ну в самом деле, не соглашаться же с собственным ребенком, когда он оказывается умнее, наблюдательнее или честнее?! «Учитель всегда прав» — вы задумывались когда-нибудь, в каких случаях такая фраза произносится? Представьте себе: ребенку поставили в школе плохую оценку, сделали замечание или еще каким-нибудь способом выразили недовольство им, и он, считая оценку несправедливой, пытается доказать родителям свою правоту. Если у папы с мамой есть совершенно ясные и конкретные доводы в пользу позиции учителя, то озвучиваются обычно именно они. А вот когда таких доводов не находится, тогда как раз и оказывается кстати фраза о всеобъемлющей правоте учителя. Подобным утверждением родители и собственный авторитет косвенным образом подтверждают, и избавляют себя от подобных детских жалоб в будущем, и пытаются обеспечить ребенку беспроблемное существование в школе, и сообщают ему, что они всегда будут не на его стороне, а на чьей-то другой, — и, конечно, опять-таки запрещают иметь собственное мнение в тех случаях, когда оно отличается от мнения взрослого. Помешать ребенку научиться думать вполне можно и отказом ему в ответах на очень сложные вопросы. «Ты этого пока не поймешь», «Подрастешь — обсудим» и прочие фразы том же духе кажутся на первый взгляд вполне безобидными.
Но не забывайте, что научиться чему-либо можно, только каждый раз чуть-чуть заступая за пределы собственных возможностей, имеющихся на данный момент. Чтобы поднять стокилограммовую штангу, бесполезно тренироваться, поднимая карандаш. Необходимо пытаться взять вес, поднятие которого требует усилия. Но и начинать со стокилограммовой штанги бессмысленно — только спину надорвешь и на всю жизнь заречешься подходить к этому ужасному снаряду. В том же положении оказывается и ребенок, когда перед ним встает очень сложный вопрос. С одной стороны, раз он уже встал — это означает значимость и интересность для него возникшей темы. Но с другой — справиться с ней самостоятельно он тоже еще не в силах. Перед его энергией встает непреодолимый заслон — отсутствие у родителей желания разбираться в этой трудной или неудобной теме. Ребенок получает опыт того, что о сложных вопросах задумываться вообще нельзя — надорвешься... Своеобразным запретом на проявление интереса к мнению других может стать многократно повторяемая родителями фраза «Мало ли кто что подумает!» Вариаций на ту же тему много: «Своей головой думать надо!», «Плевать мне на чужое мнение» и прочее в том же духе. Вроде бы и идея совершенно правильная — действительно, не имеет смысла строить свое поведение исходя только из мнения окружающих. Но ведь если задуматься — ребенок не будет строить сложные логические конструкции, чтобы все это понять. Он просто поймет: пытаться осознавать отношение к нему других — нельзя. Ни с какой целью. Даже если это мнение ребенка интересует с чисто познавательной точки зрения. Нельзя — и все! В результате вместо свободолюбивого и самостоятельно думающего человека родители получат человека, не способного конструктивно учитывать чужой опыт. Запретом на само действие сравнения становится и негативное отношение родителей к разнообразным подражательным действиям ребенка. Мы в свое время уже достаточно об этом говорили, но сейчас хотелось бы отметить, что такое родительское действие становится еще и запретом на освоение чужого опыта.
Чтобы не позволить ребенку задумываться о наиболее серьезных вопросах устройства жизни, родителям достаточно старательно оберегать его от какого бы то ни было столкновения с темой смерти. Сказки в этом случае придумываются самые разнообразные: «Дедушка крепко-крепко уснул», «Папа очень надолго уехал», «Мамочка теперь живет в сказке»... Но ребенок-то живет не в сказке! И даже при ярко выраженной религиозности родителей объяснение, что кто-то из его близких теперь на небе, нельзя считать достаточным. Ведь в этом утверждении не содержится объяснения того, что здесь, на Земле, близкого человека уже никогда не будет. Как вы помните, тема смерти очень тесно связана с пониманием сути слова «никогда»—и без этого у ребенка может так и не возникнуть желания поразмыслить над сложнейшими понятиями мироздания. Принципиально возможных способов осуществить долговое нарушение этой чрезвычайно важной деятельности ребенка — тоже два. Родители опять-таки имеют возможность попытаться принудить ребенка к самой необходимости думать — или думать каким-то определенным образом. Сделать это можно тоже по-разному. Можно, например, старательно вести с ребенком разговоры на очень умные темы. Если в ответ на любой вопрос ребенка начинать читать ему лекцию о философских вопросах мироздания, ему это может даже понравиться. Еще бы — с ним разговаривают совсем как со взрослым! Нужно постараться соответствовать! И ребенок изо всех сил пытается разговаривать с папой или мамой «об умном». Делает он это не потому, что ему действительно так уж интересно обсуждать с ними все эти высокие материи, а скорее потому, что это возможность получить одобрение. Получается забавная картинка: для того, чтобы меня любили, я должен думать... Иногда обязанность думать возникает из самых простых фраз родителей. «Сам думай, что ты все время ко мне бегаешь», «Сиди и думай, что ты натворил», «Думать надо прежде, чем делать» — правильные идеи, верно? Вот только поданы они ребенку в той форме, которая — хотят того родители или нет—принуждает его к самому процессу думания.
Само представление о мышлении начинает связываться с долгом — ив результате окрашивается точно так же, как любая наша мысль о том, что мы должны что-то сделать. Что поделать — всем нам больше нравится делать то, что мы хотим, а не то, что мы должны! Мы, конечно, иногда делаем то, что должны, — но, согласитесь, без всякого удовольствия. Вот и получается, что подобные фразы приводят к тому, что процесс мышления не доставляет ребенку того удовольствия, радости и даже восторга, которые на самом деле он может приносить. Четкое обозначение родителями того, о чем ребенок должен думать, приносит те же результаты, а заодно и отбивает охоту думать на какие-то другие темы, в том числе и о себе самом. «Ты об уроках должен думать, а не о футболе», «У тебя один компьютер на уме! Лучше бы подумал о своем поведении»—при всей очевидной бесцельности подобных фраз произносятся они тем не менее не один раз в день. За исключением раздражения, никаких других результатов они принести не могут. Но раздражение-то вызывает вся фраза—в том числе и та ее часть, которая связана с необходимостью подумать вообще. Того же самого можно добиться, если навязывать ребенку некий определенный способ мышления или точку зрения. «Ты должен думать так-то», «Ты обязан всегда помнить о своем будущем» — и даже «Ты обязан уважать старших». Кстати, само слово «уважение» происходит от немецкого слова «вага» — весы. Интересно получается, правда? Оказывается, уважение — это результат взвешивания. Достоинства и заслуги человека взвешиваются, и на основе полученных результатов принимается решение, стоит ли такого человека уважать. Совсем другое дело — идея о необходимости уважения к любому человеку. В этом-то случае речь идет всего-навсего об уважении его прав, которое может быть никак не связано с конкретными его преимуществами. Такого уважения достойны и президент страны, и грязный опустившийся бродяга — причем в равной степени. Но тогда уж извольте и права ребенка уважать—не в меньшей, но и не в большей степени, чем права всех остальных. В конце концов, возраст — это не заслуга и не орден, это просто некий биологический факт. Дайте срок—ребенок тоже до этого возраста доберется... Другой вариант того же самого - негативное отношение родителей к высказываемой ребенком точке зрения при активно поощряемой другой позиции. Ребенок получает вполне определенное послание: когда я думаю и говорю так, родители меня любят, а когда по-другому—не очень. И еще хорошо, если в результате он приходит к выводу, что думать он может так, как ему заблагорассудится, — только высказываться лучше так, как понравится родителям. Впрочем, как вы понимаете, в этой позиции ребенка ничего хорошего тоже нет. Тяжелейшим преступлением против права ребенка думать о самом себе можно считать родительское послание: «Ты должен в первую очередь думать о других». Ничего альтруистического, доброго и человечного в этой фразе нет. Есть только обязанность забыть о себе самом и служить кому-то. Ответить на ожидаемые возмущенные родительские возражения мы предпочтем фразами из двух священных книг. Как вы помните, Библия на этот счет высказывается совершенно определенно: «Возлюби ближнего, как самого себя». Ну нету там ничего про то, чтобы возлюбить ближнего больше\ Более того — сама эта фраза предполагает, что невозможно этого ближнего возлюбить, не любя сначала самого себя. Библии — что вполне естественно—вторит Талмуд: «Свет, светящий одному, светит многим». Посему давайте согласимся с двумя утверждениями: нет того, о чем ребенок должен думать, и уж тем более он не должен думать об окружающих больше, чем о себе самом. Когда родители активно навязывают ребенку свое собственное мнение о нем, они тем самым мешают ему составить свое личное представление на этот счет. «Я тебя знаю как облупленного», «Тебе никто, кроме меня, правды не скажет» и т. д. — ведь это просто гипнотическое внушение какое-то! Мало того, что родители представляют себя в роли непогрешимых пророков — так они еще и ребенка лишают возможности получать какую-то иную информацию на этот счет. В результате он привыкает к тому, что должен думать о себе именно так, а никак не иначе. Страшно даже подумать, что родители в своем мнении о ребенке вполне могут ошибаться, правда? Широко известное убеждение, что со стороны всегда виднее, будучи настойчиво внушаемо ребенку, может накрепко привязать его мнение по любому поводу, в том числе и о себе самом, к мнению окружающих. Знаете известную притчу о трех слепцах, ощупывавших слона? Один из них сказал, что слон—это длинная тонкая веревка. Понятно, что он изучал слоновий хвост. Тот, кто ощупывал ногу, сказал, что слон—это огромная колонна. А тот, кому достался бок, решил, что слон — это высокая шершавая стена. У каждого из них была та самая «сторона», с которой всегда виднее, — и кто из них оказался прав? Но это касается вообще утверждения относительно непогрешимости постороннего мнения. А уж когда эта идея преподносится ребенку, все оказывается много хуже. Зачем, в самом деле, думать о себе? Спроси окружающих—они тебе правду скажут. Еще одной серьезной опасностью для ребенка оказывается родительское стремление постоянно сравнивать его с другими. «Посмотри, какой хороший мальчик Толя! Он всегда здоровается», «Почему бы тебе не учиться, как Марина?», «Саша намного добрее тебя» и т. д., и т. п. Здесь травмирующим становится все. Во-первых, ребенок получает невыносимо печальное для него сообщение о том, что родителям какой-то другой мальчик или какая-то другая девочка нравятся больше, чем он. Во-вторых, он начинает думать о себе именно в сравнении с кем-то — и тем са мым теряет способность понимать себя таким, каков он есть на самом деле. В-третьих, он опять-таки оказывается обязанным думать каким-то определенным образом — ив результате теряет способность к мышлению самостоятельному. И в-четвертых, как и в предыдущем примере, мнение окружающих навсегда становится для него более ценным и значимым критерием истинности, нежели его собственное. И еще одна довольно забавная мелочь - любимая родительская (да и вообще взрослая) фраза: «Кто тебе сказал, что._?» Вспомните, как часто вы сами произносите эту фразу, подразумевающую; «Почему ты так считаешь?» Но ведь само по себе это выражение со всей очевидностью указывает на то, что сам человек — или, в нашем случае, сам ребенок ни до чего додуматься не может. Любая информация, любое мнение и любая идея обязательно должны быть получены от кого-то другого. Причем эта фраза стала настолько привычной для нас фигурой речи, что обычно нам и в голову не придет задумываться, что она означает. Может, только поэтому мы ее и произносим?
<< | >>
Источник: Тимошенко Г.В., Леоненко Е.А.. Детство на 100%. Что должны и не должны делать родители, чтобы их ребенок вырос счастливым человеком. 2008

Еще по теме Как родители могут ребенку помешать:

  1. РЕШЕНИЯ НЕ МОГУТ ПРИНИМАТЬСЯ КОЛЛЕКТИВНО
  2. РЕБЕНОК КАК ОБЪЕКТ ПЕДАГОГИКИ
  3. Б. Лагерхейм, К. Гиллберг (В. Lagerheim, С. Gillberg) СИТУАЦИЯ СЕМЬИ, ГДЕ ЕСТЬ РЕБЕНОК С НАРУШЕНИЯМИ РАЗЛИЧНЫХ ФУНКЦИЙ1
  4. ИЗ КАКОГО РЕБЕНКА ВЫРАСТАЕТ СЧАСТЛИВЫЙ ВЗРОСЛЫЙ?
  5. Как родители могут ребенку помешать
  6. Как родители могут ребенку помешать
  7. Зачем это происходит
  8. Как родители могут ребенку помешать
  9. Как родители могут ребенку помешать
  10. Как родители могут ребенку помочь
  11. Зачем это происходит
  12. Как родители могут ребенку помочь
  13. Как родители могут ребенку помешать
  14. Как родители могут ребенку помочь
  15. Как родители могут ребенку помешать
  16. Как родители могут ребенку помочь
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -