<<
>>

Обществознание и новое мышление

Раскрепощение мысли. Становится все более очевидным, что современный мир находится на переломном этапе своего развития. Быть или не быть человеческой цивилизации, а если быть, то в каком виде, зависит прежде всего от того, сумеют ли люди решить вставшие перед ними глобальные проблемы: предотвращение ракетно-ядерной войны, разумное разрешение конфликта с природой, а также обеспечение людей продовольствием, образованием.

Проблемы эти общечеловеческие, полное их решение возможно лишь во всемирном масштабе.

Но для нас, советских людей, переломный характер эпохи связан еще и с тем, что в стране развернулась небывалая по глубине и масштабу перестройка всех

сфер общественной жизни. Это настоящая революция, сравнимая по своему значению и последствиям разве что с Октябрьской социалистической революцией. Как будет осуществлена эта мирная революция, как эффективно, какие принесет результаты, в какие сроки — от всего этого будет зависеть судьба социализма в нашей стране и вообще судьба нашей страны. Нужно четко представлять: вопрос ставится однозначно — или наше государство делает рывок и превращается в высокоразвитую современную державу, или же сползает в разряд государств второго или даже третьего порядка, с незавидной для нашего великого народа участью постоянно догонять ушедшие вперед страны.

Этими двумя обстоятельствами и определяется необходимость формирования нового мышления во внутренней и внешней политике, в марксистско-ленинском обществознании.

Не будем здесь углубляться в особенности нового мышления в политике, которую проводят наша партия и правительство внутри страны и на международной арене. Рассмотрим, каковы взаимосвязи и взаимозависимости нового мышления и обществознания, что означает новое мышление применительно к общественным наукам.

Но чтобы правильно оценить роль общественных наук в нынешний переломный момент, нужно иметь в виду следующее. Социалистическое общество — особое общество. Оно создается (должно создаваться) народом, трудящимися на основе научной теории. Поэтому роль общественных наук здесь с самого начала огромна. Маркс — Энгельс — Ленин не только величайшие революционеры, но одновременно и величайшие ученые- обществоведы. Пожалуй, ни одно другое общественно- политическое движение в мире не сделало столько для познания общества, раскрытия его законов, как это сделал марксизм-ленинизм.

Всю деятельность партии, а после Октябрьской революции и Советского правительства В. И. Ленин всегда строил на основе теории и проверял теорией. Для него научная деятельность и практическая борьба рабочего класса, трудящихся, партии за революцию, а затем и государства за построение социалистического общества были нераздельны. Когда разразилась первая мировая война, В. И. Ленин на основе изучения огромного экономического материала пишет большую работу «Империализм как высшая стадия капитализма», в которой раскрывает экономическую сущность империализма. Научно обосновывает вывод о неизбежности революции рабочего класса в ближайшем будущем. В 1917 г., накануне Великого Октября, он работает над книгой «Государство и революция», в которой дает научное понимание того, как пролетарская революция должна отнестись к буржуазному государству и как она должна строить социалистическое государство. В 1921 г., когда партия переходит от политики военного коммунизма к новой экономической политике, в основу которой был положен продовольственный налог, В. И. Ленин опять-таки со всей научной обстоятельностью показывает экономическую и политическую необходимость нэпа, его долговременную значимость для судеб социализма. При этом он, как всегда, запрашивает для анализа массу экономических, статистических материалов, неоднократно выступает перед трудящимися, партийным активом с обоснованием своей позиции, пишет и издает брошюру «О продналоге».

В. И. Ленин всегда не только в практическом, но и в теоретическом, научном поиске. И это определяется не его личным характером, а объективными обстоятельствами строительства нового общества. Вместе с ним активно работают А. В. Луначарский, Н. И. Бухарин, Ф. Э. Дзержинский и многие другие. Они могут не соглашаться с В. И. Лениным, спорить, ошибаться.


Он в свою очередь спорит с ними, поправляет их ошибки. Но чувствовалось, что он доволен, что есть с кем поспорить, обменяться мыслями, более гибко формулировать идеи.

Итак, строительство социалистического общества в силу самой природы социализма возможно лишь на научной основе. И именно этим обстоятельством опре

деляется роль общественных наук, прежде всего философии, политической экономии, научного коммунизма, в условиях нового общества.

После смерти В. И. Ленина произошел разрыв между практикой социалистического строительства, реальными процессами, которые имели место как в нашей стране, так и во всем мире, и теорией, которая все больше отдалялась от практики, была поражена догматизмом, схоластикой и другими болезнями. Причем разрыв этот нельзя понимать так, что теория, общественная наука отстали от жизни и оказались несостоятельными, а реальная действительность, практика ушли вперед, иными словами: теория плоха, а практика хороша. Это было бы искаженное представление.

На самом же деле философия, экономическая наука все в большей степени оказывались в отдалении от реальных сложных проблем развития нашего общества и мира в целом. Теоретические представления о со- циализме во многом остались на уровне 30-х гг. В теории получили распространение легковесные представления о социализме и коммунизме. Но именно в обществоведческой науке сформировались идеи необходимости перестройки всех сфер общественной жизни, хозяйственной реформы, демократизации, гласности, иными словами, нового мышления в подходе к международным и внутренним проблемам.

Что же касается практики, то она во многом замыкалась в себе и зачастую не воспринимала даже вполне приемлемые обществоведческие рекомендации.

Целый ряд предложений экономистов, социологов, других обществоведов так и не был реализован на практике. Например, о нецелесообразности форсированного преобразования кооперативной собственности в государственную, нецелесообразности преобразования колхозов в совхозы, о необходимости введения в практику частичной (неполной) рабочей недели или сокра

щенного рабочего дня и т. д.

Более всего «не повезло», пожалуй, социологической науке. Долгое время она не признавалась даже самостоятельной наукой. И хотя на предприятиях были узаконены социологические группы, многие руководители до сих пор стремятся держать социологов, как говорится, «в кулаке», боятся подлинно научного объективного исследования. Ибо такое исследование неминуемо обнажит все недостатки, недоработки, прорехи в производственной сфере и социальном развитии коллектива. А это, как очевидно, грозит руководителям большими неприятностями...

Новое мышление в политике и общественных науках как раз и должно ликвидировать разрыв между теорией и практикой, обществоведением и социальной действительностью. Сделать это непросто — уж очень много деформаций накопилось в этой области. Но сделать нужно, ибо это единственный путь восстановления нормальных взаимоотношений между теорией и практикой, наукой и действительностью.

Решения XXVII съезда партии, XIX партконференции, пленумов ЦК КПСС раскрепостили нашу общественную мысль. Обществоведам предоставлена полная свобода в критическом, бесстрашном исследовании общества, в котором мы живем и которое, к сожалению, долгое время знали очень плохо. Ликвидируются зоны, закрытые для изучения и критики, раскрываются архивы и статистические данные.

Новое мышление в обществоведении предполагает поэтому смелость, решительность в постановке новых проблем, новых задач, в поисках нетрадиционных рекомендаций и нестандартных решений. Вместе с тем оно предполагает и не меньшую смелость и решительность в отбрасывании устаревших формул, положений, которые были когда-то справедливы, но сейчас не соответствуют новым условиям.

Новое мышление — новые идеи. В партийных документах последних лет содержатся новые постановки проблем, вытекающие из современных условий и существенно продвигающие вперед наше понимание мира социализма и мира в целом.

Приведу лишь один пример выработки новых подходов к вопросам международных отношений. Пример этот касается понимания взаимосвязи пролетарски- классовых и общечеловеческих интересов. В истории марксизма-ленинизма эта взаимосвязь обычно трактовалась в пользу приоритета пролетарски-классовых интересов. Однако у В. И. Ленина еще в дореволюционных работах содержится идея о первенстве именно общечеловеческих интересов над классовыми.

И вот в современных международных условиях оказалось необходимым более детально осмыслить это взаимоотношение. При этом учитывались нарастание ядерной угрозы с ее катастрофическими последствиями, обострение экологических и других общемировых проблем, теснейшая взаимосвязь государств в современном мире, в результате чего проблема безопасности любого государства может быть решена только на международном уровне. Характер современного оружия не оставляет ни одному государству надежды защитить себя военно-техническими средствами. Эту задачу можно решать только усилием разных государств и политическими средствами. Разобщенное и враждующее между собой человечество не в состоянии справиться с этой задачей.

Все это вместе взятое и привело к выводу о приоритете общечеловеческих ценностей в наш век. М. С. Горбачев назвал этот вывод «сердцевиной нового политического мышления».

Последовательное проведение в жизнь такого понимания существенным образом меняет направленность внешней политики Советского государства — это и


ориентация на развертывание партнерских отношений со всеми капиталистическими странами, неуклонный курс на достижение безъядерного и ненасильственного мира, на сокращение, а в будущем и ликвидацию ядерно-етратегического оружия, концепция оборонной достаточности и ненаступательного характера обычных вооружений, вывод контингента советских войск из Афганистана и многое-многое другое. Не случайно все эти акции получают такое широкое одобрение во всем мире.

Или взять вопросы теории социализма. Как много новых идей появилось за последние три года относительно нашего общества и его коренного обновления. Можно сказать, что наши представления о социализме существенно изменились. Мы несравненно лучше стали понимать общество, в котором живем. Осознали, что такое революционная перестройка общества и почему она жизненно необходима, что такое механизм торможения и как его демонтировать, почему необходимы экономическая реформа и реформа политической системы, что нам дает гласность и демократизация общественной жизни. Как нам не хватало правдивых,

даже до горечи правдивых знаний о самих себе и всеобщего осознания, что жить, работать так, как жили и работали, больше нельзя.

Мы долго кичились тем, что общество наше самое справедливое, строй самый справедливый, порядки самые справедливые, зарплата самая справедливая и т. д. Но, как оказалось при внимательном беспристрастном рассмотрении, сами наши представления о справедливости были упрощенными. И нередко за справедливость выдавали просто-напросто уравниловку.

Суть социальной справедливости при социализме заключена в его основном принципе — «от каждого — по способностям, каждому — по труду». Но как часто распределение по труду превращалось в оплату не за труд, а в лучшем случае лишь за выход на работу. Идея социальной справедливости — и это мы сейчас понимаем лучше — должна пронизывать буквально все стороны жизни нашего общества. Это и широкие социальные гарантии: право на труд, на образование, доступность жилья и медицинского обслуживания, это и витрины и прилавки магазинов, и уровень зарплаты и многое-многое другое.

Справедливость из полупропагандистского лозунга — полусоциальной категории превратилась в целую программу действий и для всего общества, и для отдельного человека. Это тоже прорыв нашего теоретического сознания на более высокий уровень.

От какого «наследства» мы отказываемся. Некоторые авторы в западных странах хотели бы истолковать наше новое мышление именно как отказ от классического марксизма. Они пытаются внушить своим читателям (да не прочь и нам подбросить) мысль, будто развернувшаяся сейчас в нашей стране жесточайшая критика культа личности Сталина, сталинизма есть одновременно критика марксизма-ленинизма. Сталин

якобы выразил самую суть марксизма, суть ленинизма.

В действительности же новое мышление — это восстановление в полной мере исходных принципов марксистско-ленинского учения, освобождение его от догматизма, схоластики, всех деформаций, которые имели место в 30—70-х гг. Можно сказать так: необходимо возродить ленинский облик обществоведения, ленинское понимание научной истины, научного поиска в философии, политической экономии, истории, других науках.

А деформаций было немало. Именно эти науки в наибольшей степени пострадали от культа личности, бюрократических методов руководства, догматизма, некомпетентного вмешательства. В 1938 г. вышла «История Всесоюзной Коммунистической Партии (большевиков). Краткий курс», написанная специальной комиссией под руководством Сталина. Эта книга была объявлена вершиной марксистско-ленинской общественной науки; буквально каждое утверждение, каждое предложение — абсолютной истиной в последней инстанции. Еще бы! Книга была одобрена ЦК ВКП(б), о чем сообщалось не только на шмутцтитуле, но даже и на обложке.

А суть дела была в том, что в «Кратком курсе» вся история Коммунистической партии, Великая Октябрьская революция, история Советской власти излагались «под Сталина»: он изображался первым после Ленина руководителем партии и в дооктябрьский и послеоктябрьский периоды, единственно верным его соратником и последователем, а сама партия именовалась не иначе, как партией Ленина—Сталина. Построение основ социализма в нашей стране, индустриализация, коллективизация также изображались как триумфальное шествие сталинских идей, а многочисленные репрессии, преступное физическое уничтожение кадров партийных, советских, хозяйствен

ных работников рисовались как борьба с врагами социализма, партии и народа.

В книге имелся параграф «О диалектическом и историческом материализме», написанный непосредственно Сталиным. Этот параграф, объемом меньше 30 страниц, содержал крайне упрощенную картину марксистско-ленинской философии, изобиловал к тому же многочисленными ошибками, но был объявлен последним словом философии марксизма.

Специальным постановлением ЦК партии «Краткий курс» был объявлен основой всех общественных наук, всей пропаганды, всей теоретической, идеологической и воспитательной работы. Все это явилось одним из источников догматизма, схоластики, на корню убивало живую, творческую мысль в буквальном и переносном смысле. «Краткий курс» внес такие деформации в наши общественные науки, от которых они освобождаются только сейчас. Например, только в 1988 г. были реабилитированы и восстановлены в партии такие деятели, как Н. И. Бухарин, А. И. Рыков и другие. А в «Кратком курсе» они были заклеймены как враги

народа, политические двурушники, изменники Родины.

Не меньшие деформации в обществоведение внесли и последующие теоретические работы Сталина — «Марксизм и вопросы языкознания» (1950) и «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952). В первой он объявил, будто основой и истоком русского языка является курско-белгородское наречие. (Это было настолько неграмотное утверждение, что филологи просто не знали, что с ним делать...) А во второй он со всей силой обрушился на тех, кто только пытался защищать самостоятельность колхозов. Обе брошюры нанесли огромный ущерб общественным наукам и общественной практике.

Преодолеть все последствия культа личности в общественных и гуманитарных науках — это нечто значительно большее, чем просто подвергнуть критике «Краткий курс», «Марксизм и вопросы языкознания» или «Экономические проблемы социализма в СССР». Обновление общества требует и изменения самого отношения к этим наукам со стороны общества, со стороны партийных, советских, хозяйственных органов и их руководителей. В этой связи важно обратить внимание на одно обстоятельство.

Как вы знаете, в 30-е гг. сложилась административно-командная система партийно-государственного руководства страной. Она начала формироваться в ходе индустриализации и получила новый импульс во время коллективизации сельского хозяйства. Постепенно командно-административная система вторглась практически во все сферы общественной жизни, в том числе в науку и культуру. Она решительно ограничивала развертывание демократии, но способствовала развитию бюрократизма, укоренению в обществе в целом, особенно в общественных науках, стереотипов так называемого авторитарного мышления.

А что такое авторитарное мышление? В науке оно вы

ражалось в безусловном подчинении любых мыслей и любых идей авторитету должности, авторитету кресла, авторитету административной власти. Прав тот, кто занимает более высокую должность или имеет более высокий чин. Система авторитарного мышления — это своего рода пирамида, на вершине которой находится непогрешимый вождь, единственный творец абсолютно правильных мыслей.

Весь ужас авторитарного мышления в том, что оно не только подчиняется этим нормам, но и освящает их, считает такое положение правильным, не подлежащим изменению.

Система авторитарного мышления враждебна творческой научной мысли, поиску свежих идей, новых подходов. Любую мысль или идею, которая не санкционирована вождем, система квалифицирует как опасную, вредную и даже враждебную не только по отношению к себе, но и к обществу в целом, к социалистическому строю, народу. Отсюда — постоянная угроза для каждого обществоведа быть «разоблаченным», раскритикованным со всеми вытекающими последствиями. Система присваивает себе право судить, что народу нужно, а что не нужно. Она по самой сути догматична и схоластична, монополизирует науку, сковывает ее развитие. Все это вынуждало ученых замыкаться, заниматься безопасными темами, которые не затрагивали бы ничьих интересов, оказывались отдаленными от реальной жизни, реальных проблем, т. е. оказывались ненужными практике. Не случайно многократные призывы Сталина, других руководителей теоретического фронта покончить с догматизмом, талмудизмом и начетничеством не приводили и не могли привести к каким-либо практическим результатам. Система этого не позволяла и жестоко карала каждого, кто осмеливался это сделать. Но призывы повторялись: важно было провозглашать лозунги.

Ясно, что в систему авторитарного мышления не могли вписаться те, кто мыслил иначе, чем вождь. Ведь никакое инакомыслие не допускалось, оно расценивалось как измена социализму, каралось со средневековой жестокостью. И не только реальное инакомыслие, а простое подозрение в нем. А для подозрений не нужны основания — тут достаточно злого навета, беспардонной клеветы, шепота, указания пальцем...

Нужно прямо сказать, что тогда большинство людей не знали истинного положения в стране. Вся наша пропаганда и информация были построены так, что успехи социализма, достижения народа приписывались мудрому, гениальному руководству Сталина, а всякие неуспехи, провалы, ошибки — проискам «врагов народа», которые жульническим образом пробрались на те или иные руководящие посты и ставили целью вернуть в стране власть помещиков и капиталистов. Поэтому у очень многих людей была искренняя вера в вождя, в его ум, в его опыт, в его заботу о благе и процветании народа.

Лишь в 1956 г. впервые официально была сказана правда о культе личности, о многочисленных преступных репрессиях 30—40-х гг., был развенчан вождь. И сделано это было Н. С. Хрущевым еще в особом, закрытом докладе на XX съезде партии. Помню, когда нас, комсомольских работников, познакомили с этим докладом, мы все были ошеломлены. Разум отказывался верить, что такое могло быть.

Однако полное, бескомпромиссное развенчание культа личности стало возможным лишь после апреля 1985 г. В последние 3—4 года произошла беспрецедентная переоценка, по крайней мере, шести десятилетий из 70 лет Советской власти с беспощадной критичностью. Я не могу припомнить случая, чтобы когда- либо в истории какая-либо политическая партия или страна себя так критиковала. М. С. Горбачев однажды


сказал по поводу такой критики: «Иногда то, что мы узнаем, приводит в такое состояние, что вот-вот можешь оказаться выбитым из колеи. И все-таки из беспощадно правдивого анализа... мы не выходим ослабленными. Мы констатируем большие исторические достижения, несмотря на то что рядом с нами были трагические события, тоже оказавшие большое воздействие на весь процесс социалистического строительства, на судьбы народов, на судьбы конкретных людей и на интеллигенцию ».

В авторитарном мышлении таится один из самых главных истоков механизма торможения в общественных науках. Чем быстрее этот механизм будет сломан, тем быстрее пойдет развитие этих наук. Ведь в чем горький урок борьбы с влиянием культа личности на общественные науки во второй половине 50-х гг.? Да в том, что тогда подвергли критике конкретные положения «вождя», высказанные им в «Кратком курсе», в других работах. Но не подвергли настоятельному анализу, критике систему авторитарного мышления. И она в какой-то форме возродилась в годы застоя.

Вот от какого «наследства» нам необходимо отказаться. И чем быстрее, тем лучше. И не на словах, не декларативно, а на деле, практически.

Принципы нового мышления, провозглашенные в партийных документах последнего времени, ломают авторитарную систему, подобно тому как перестройка, экономическая реформа, реформа политической системы, гласность ломают командно-административную систему. Напомню эти принципы: полная правда о действительности, какой бы горькой она ни была, бесстрашные поиски истины, свободное соревнование умов, взглядов, мнений, никакого декретирования научных вопросов, полная гласность, убеждение, что никто не имеет монополии на истину и не имеет монополии на гласность.

Авторитет знания в общественных науках может определяться лишь правдивостью, знанием жизни, глубиной проникновения в возникающие проблемы, широтой кругозора, силой аргументов, высокой гражданской позицией.

<< | >>
Источник: Москвичев Л. Н.. Знания о мире и мир знаний. 1989

Еще по теме Обществознание и новое мышление:

  1. Новое мышление в международной политике
  2. 26. «Новое политическое мышление» в международных отношениях
  3. 2. «Новое политическое мышление» в международной политике.
  4. Кирсанов Р.Г.. Перестройка. «Новое мышление» в банковской системе СССР / Р.Г. Кирсанов. - М.: Издательство «ИП «Каши- рин В.В.».-200 с., 2011
  5. Сходство и различие естествознания и обществознания
  6. 7. ЗДРАВОМЫСЛИЕ, ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ (НОРМА В МЫШЛЕНИИ, НОРМАЛЬНОЕ МЫШЛЕНИЕ)
  7. ПРАКТИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ КАК МЫШЛЕНИЕ ДЕЙСТВУЮЩЕГО СУБЪЕКТА
  8. Занятие 7.7 ПОНЯТИЙНОЕ МЫШЛЕНИЕ. ОЦЕНКА ПОНЯТИЙНОГО МЫШЛЕНИЯ С ПОМОЩЬЮ МЕТОДИКИ «СРАВНЕНИЕ ПОНЯТИЙ»
  9. Конкретный характер мышления. Переход от конкретного к обобщенному. Непоследовательность мышления. Некритичность суждений.
  10. Новое время
  11. НОВОЕ ВРЕМЯ.
  12. Новое понимание дисциплины
  13. «Новое творение»
  14. 3522.6. Старое и новое
  15. НОВОЕ ПОКОЛЕНИЕ
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -