>>

Предисловие

Способность к познанию, накоплению и использованию знаний — одна из самых замечательных способностей человека, отличающих его от всего живого мира. И совсем не случайно в биологической классификации он именуется Homo sapiens — человек разумный.

Эта способность лежит в основе всякого творчества, созидания, в основе всего внутреннего, духовного мира человека. Без нее не было бы, конечно, никакой цивилизации, не было бы и самого человека.

И нужно сказать, что это — загадочная способность. Сколько веков философы и психологи, социологи и медики, историки и экономисты и даже математики стремятся раскрыть секреты такого удивительного явления, как знание, такого трудно уловимого процесса, как познание! Они немало сделали, чтобы снять покров таинственности. Но никто из них не может похвастаться, что тайна наконец-то раскрыта.

В «Фаусте» И. В. Гёте на замечание доктора Вагнера, что «человек дорос, чтоб знать ответ на все свои загадки», мудрый Фауст отвечает:

Что значит знать? Вот, друг мой, в чем вопрос.

На этот счет у нас не все в порядке.

Немногих, проникавших в суть вещей

И раскрывавших всем души скрижали,

Сжигали на кострах и распинали,

Как вам известно, с самых давних дней.

Действительно, жажда познания не раз оказывалась опасной для любознательных, не раз приводила их к страданиям — физическим и моральным и даже к смертельной угрозе. Но тем не менее люди упрямо шли по дороге познания, увеличивая ряды ученых и знающих, заменяя искалеченных, раненых и погибших.

И наградой им были крупицы истины, которые со временем становились самым дорогим достоянием стран и народов, как говорится, «дороже жемчуга и злата».

Замечательная особенность нашего, XX века — беспрецедентный рост знаний. Объем знаний растет лавинообразно. Вокруг нас целое море знаний в книгах, учебниках, журналах, количество и тиражи которых постоянно растут. Массу знаний мы каждый день получаем из газет, по телевидению и радио, в кино. Общаясь друг с другом на работе, в школе, в институте, дома, мы «потребляем» массу всевозможной информации.

Современному человеку, чтобы добиться успехов, ныне требуется все больше знаний. Как их «уместить» в нашей голове? Как определить, какие знания нужны? Во всех странах удлиняются сроки обучения в школе. В нашей стране теперь в школу принимают с шести лет. А в некоторых других странах, например в Англии, Японии, — с пяти. Программы обучения строятся таким образом, чтобы дать учащимся как можно больше знаний. Никогда в истории нашей страны, да и других стран тоже, не училось одновременно такое большое количество людей. У нас, например, в сентябре 1987 г. в школах, вузах, институтах повышения квалификации обучалось около 110 млн. человек — это из 282 млн. всего населения.

В нашей стране проблемы образования приобрели острый характер. Центральный Комитет КПСС на одном из своих пленумов в феврале 1988 г. подтвердил необходимость глубоких преобразований всех звеньев народного образования — общеобразовательной школы, средних специальных учебных заведений, вузов, послевузовского повышения квалификации. А самое главное — на этом пленуме была принята концепция создания в стране системы непрерывного образования, которая должна органически соединить дошкольное воспитание, общеобразовательную подготовку, профес

сиональное обучение, высшее образование, постоянное обогащение знаний и повышение уровня квалификации рабочих и специалистов. Безвозвратно в прошлое ушли времена, когда однажды полученного образования или приобретенной специальности хватало на всю жизнь. Ныне человек вынужден систематически повышать свою квалификацию, учиться всю жизнь.

Перестройка, осуществляемая партией в нашей стране, должна поднять престиж знания и науки и престиж человека, обладающего знаниями.

Знатоки, способные находить правильные ответы и решения за считанные секунды при минимальной первоначальной информации, нужны не только для телевизионной передачи «Что? Где? Когда?». Они нужны всюду в реальной жизни.

Как показывают прогнозы, будущее общество все в большей степени будет зависеть от своего информационного потенциала, от совокупности знаний, которыми оно обладает и которые умеет эффективно использовать. В наиболее развитых западных странах уже сейчас возникла настоящая индустрия знаний. Создание знаний, информации, а также информационной технологии стало там одним из самых прибыльных производств.

Мир знаний приобретает особое значение в жизни общества и человека. Возникает совершенно уникальная ситуация, какой в предыдущие эпохи не было.

Чтобы войти в будущее общество уверенно, мы должны лучше представлять, лучше знать, что такое мир знаний, каковы его особенности, в чем его сила и, если хотите, слабость, какие требования он предъявляет нам.

Что есть знание. Задумывались ли вы когда-нибудь над такими вопросами — что такое знание и почему человек любознателен? На первый взгляд кажется, что это достаточно простые вопросы и ответы на них очевидны.

Некоторые полагают, что знания — это то, чему учат в школе, других учебных заведениях. Потому знания — это нечто обязательное, но скучное.

Не исключая таких ответов, думаю все-таки, что многие ответили бы на заданный вопрос примерно так. Знания — это та сумма сведений, которой обладает тот или иной человек, о мире, природе, окружающих нас предметах, о различных процессах, технологиях, способах изготовления различных предметов и т. д. Любознательны люди, во-первых, от природы, а во-вторых, в силу практической потребности.

Думаю, что такие ответы в принципе правильны. Только вопрос о знаниях вовсе не такой простой, как может показаться.

Прежде всего — могут ли знать что-либо другие животные (обезьяны, собаки, лошади и т. д.), или знать может только человек? Это важный, имеющий философское значение и смысл вопрос.

Взять хотя бы такие факты. В цирках, некоторых театрах зверей демонстрируют иногда умных животных. В начале XX в. в Германии и других странах весьма популярными были дрессированные лошади школьного учителя Вильгельма Остена. Жеребец Умный Ганс мог отвечать на различные вопросы, отстукивая буквы копытом по специально разработанной таблице. Другие дрессировщики «обучали» лошадей извлекать квадратные корни, читать, знать календарь и т. д.

О чем свидетельствуют эти и другие аналогичные



факты? О том, что животное, разумеется, не может «знать» математического счета или азбуки. Но оно «знает», когда надо начинать лаять или бить копытом, а когда — кончить. Очевидно, что о «знании» в данном случае можно говорить лишь фигурально, потому что оно, по-видимому, не выходит за рамки обычного условного рефлекса.

Однако в настоящее время вопрос о знаниях, которыми могут обладать животные, представляется более сложным, чем это казалось ранее. Наукой доказано, что элементарные знания, обусловленные прежде всего биологическими потребностями, формируются и у животных. Проявляются они в форме не только условных рефлексов, но и других психологических актов, природа которых не совсем ясна. Особенно это касается так называемых общественных животных, т. е. тех, которые живут большими сообществами, стаями. Они могут передавать друг другу достаточно обширную информацию, строить свое поведение, исходя из полученной информации. Вероятно, нас ждут определенные открытия в этой области, которой специально занимаются научные дисциплины зоопсихология и этология.

Но конечно же, какими бы знаниями ни обладали животные и как бы искусно ни манипулировали ими, в полном смысле слова процесс познания может осуществляться только человеком. Результат этого процесса — знания — является поэтому общественным, социальным продуктом.

Вы можете сказать — как же так? Ведь познание всегда осуществляют конкретные люди и знания откладываются в их индивидуальном сознании?

В самом деле, знание первоначально всегда есть чье-то знание, т. е. знание определенных конкретных людей. Нет такого знания, которое бы являлось знанием, но не прошло через чье-то индивидуальное сознание, которое не сформировалось бы в голове конкретного человека.

Вместе с тем знание становится знанием лишь тогда, когда оно достояние не одного, а многих людей. Оно не может быть «заперто», оно должно найти выход в словах, поступках, в действиях человека. Иначе оно никак себя не обнаруживает. Но, находя выход, оно сразу же приобретает общественный, социальный характер.

Если я использую знание, которым располагаю только я, и никто другой, чтобы добиться какой-то цели, то это мое чисто индивидуальное знание приобретает уже общественную значимость, общественный смысл.

Люди добывают знания, чтобы в той или иной форме использовать их в практических делах или поделиться ими с другими людьми. Поэтому знания — это наше общее и даже всеобщее достояние. Совместная, коллективная жизнь людей в значительной степени возможна лишь потому, что люди знают одно и то же. Определенная часть сведений должна быть общим достоянием людей, чтобы было возможно совместное действие. Это касается любых коллективных действий — от школьного класса и до всего человечества.

Никак нельзя смешивать вопрос об общественном характере всякого познания, всякого знания и вопрос о конкретных формах организации познавательной деятельности. Как уже говорилось, познание всегда есть общественный процесс и знание есть общественный продукт. Вне зависимости, является ли познающий отдельным человеком или же целым научным коллективом — институтом, лабораторией и т. д. В этом смысле науку в одиночку никто не делает и не делал. Очень хорошо эту мысль выразил один из крупнейших физиков XX столетия — Э. Резерфорд. Он писал: «Наука продвигается вперед шаг за шагом, и труд любого человека зависит от труда его предшественников.

Если до вас дошел слух о внезапном, неожиданном открытии, как говорится, гром среди ясного неба, можете быть уверены, что оно созрело в результате влияния одних людей на других, и именно это взаимное влияние открывает необычайные возможности прогресса науки. Прогресс ученых зависит не от идей отдельного человека, а от объединенной мудрости многих тысяч людей, размышляющих над одной и той же проблемой, и каждый вносит свою небольшую лепту в великое здание

ю

знания, которое постепенно воздвигается».

Вместе с тем, конечно, организация научной деятельности может быть коллективной, а может быть индивидуальной. Организация труда ученых в XX в. существенно изменилась по сравнению с прошлым. Раньше все-таки ученый трудился по большей части самостоятельно и лишь иногда в сотрудничестве с очень небольшой группой единомышленников или учеников. И. Ньютон практически самостоятельно открыл законы всемирного тяготения. М. В. Ломоносов делал свои открытия или самостоятельно, или в сотрудничестве с узким кругом друзей и учеников. Ч. Дарвин собрал огромный материал, на основании которого сделал вывод о естественном отборе как механизме эволюции живых организмов. Д. И. Менделеев открыл периодический закон химических элементов в процессе своих индивидуальных подготовительных занятий к лекциям перед студентами.

Таких примеров можно привести много. Но всегда необходимо помнить слова Ньютона, который говорил о себе, что он видел дальше своих предшественников потому, что стоял на их плечах, т. е. использовал в полной мере все, что создано до него.

В современных условиях преобладающей формой организации труда ученых становится большой или маленький коллектив. Начиная от космонавтики и кончая многими исследованиями в области общественных и гуманитарных наук (например, по истории всемирной литературы, истории философии, истории искусств и т. д.), коллективная форма позволяет существенно повысить эффективность научно-исследовательского труда, лучше использовать творческие возможности каждого ученого.

Так что ныне все более типичным становится коллективный труд. «В одиночку», как это бывало раньше, нельзя ни провести эксперименты, ни собрать необходи-


мое количество, как говорят, эмпирических данных. Если, например, социологи решили собрать сведения, как относятся люди к перестройке, то что для этого необходимо? Опросить несколько сотен, а то и несколько тысяч людей — чтобы быть в большей степени уверенными, что их ответы не являются случайными. Если

к этому добавить, что еще до опроса нужно составить программу, сформулировать вопросы, а после проведения опроса все правильно подсчитать (для чего в большинстве случаев пользуются услугами ЭВМ) и сделать выводы, то становится ясным, что вся эта работа под силу только коллективу.

Однако это общая тенденция, и в разных науках она проявляется по-разному. Чем ближе отрасль знания к теоретическим наукам, тем в большей степени здесь проявляется индивидуальное начало, преобладает индивидуальный труд. Но чем больше мы будем интересоваться положением в экспериментальных науках, тем в большей степени будет преобладать коллективная форма организации. Но и во всяком коллективе очень важна роль лидера (или лидеров). Именно они как творческие личности задают тон и общий уровень в формировании новых идей, производстве новых знаний.

Однако вернемся к основному вопросу — что же есть знание? Знание, как говорят философы, есть отражение действительности, есть некоторый идеальный, в смысле мыслительный, образ реальных вещей, явлений, процессов. Например, я знаю, что Земля вращается вокруг Солнца, что скорость распространения света составляет около 300 тыс. км в секунду, что в нашей стране сейчас идет перестройка и т. д. Все это мои мысленные представления, образы того, что происходит в реальной действительности. Но человеческая голова не простое зеркало, где отображается все то, что находится за его пределами. Человеческое сознание, мышление — это сложнейшая деятельность. Здесь имеются свой «сырой материал» (чувственные данные), свои «средства производства и орудия производства» (уже имеющиеся понятия), свои энергетические ресурсы (воля, целеустремленность, дисциплина человека) и т. д. И конечный продукт — знания, которые могут быть в разных формах — теорий, мыслей, идей и т. д.

Великая тайна знания как раз и состоит в том, что оно не механическая копия вещи, а умственный образ ее, переработанный нашим мышлением в соответствии со своими законами, человеческими потребностями и интересами. Знание нельзя ни увидеть, ни услышать, ни как-то потрогать. Оно идеально, в непосредственной форме никак не ощутимо. Но мы твердо можем сказать, есть оно или его нет у какого-либо конкретного человека, как только он начинает отвечать на вопросы или что-нибудь делать.

Именно тем фактом, что знание идеально, определяются многие другие его важнейшие свойства. Например, процессы распространения знаний. Они отличаются от процессов распространения материальных вещей. Если людям требуется из какого-то источника добывать нефть, каменный уголь, дрова, зерно, то все мы знаем, что с течением времени этот источник, если он не пополняется заново, будет исчерпан. Источники знаний не кончаются никогда. Сколько бы людей ни читало ка- кую-либо книгу, она (при прочих равных условиях) всегда сохраняет все богатство знаний, которое имелось в ней с самого начала. То же самое учитель. Отдавая свои знания другим, он не истощает своих знаний.

И еще одно свойство. Если два человека имеют по яблоку и решили ими поменяться, то в результате этой акции у обоих опять будет по яблоку и общая сумма яблок не изменится. Но если два человека решили обменяться идеями, то картина коренным образом меняется. Каждый теперь обладает своей и «чужой» идеями, у каждого стало по две идеи.

Вот каковы свойства знаний.

Истоки и горизонты. Каковы же источники имеющихся у нас знаний? Можно ли считать, что, так сказать, «производством знаний» занята только наука? Ведь именно научная деятельность, научные исследова-


ни я направлены на познание мира, открытие новых законов, формулирование новых знаний.

Человечество стало познавать мир, накапливать знания с момента своего возникновения. Наука же возникла, как считается, лишь в условиях рабовладельческого общества. Да и вплоть до нашего, XX века научная деятельность занимала ничтожное место в совокупной деятельности людей. Основным источником знаний на протяжении многих веков была поэтому вовсе не наука.

Вероятно, можно выделить три основных способа познания мира и соответственно три большие группы знаний. Они существенно отличаются друг от друга.

Первый способ — это обыденная житейская практика, опыт повседневной жизни. Люди издревле строили дома, храмы, крепости, приготовляли пищу, изготавливали различные орудия труда — все это делалось на основе накопления практических знаний, которые и передавались из поколения в поколение. Знания приобретались наблюдением, путем, так сказать, проб и ошибок, смекалкой. Такие обыденно-практические знания — исторически первый тип знаний. И прежде, и теперь

они ориентируют поведение людей в самых обычных, житейских обстоятельствах — дома, на работе, на улице, в общении с другими людьми.

Когда люди еще в незапамятные времена делали лодки, пироги и парусники, они руководствовались не знанием закона Архимеда, а опытом, традициями, здравым смыслом, смекалкой. Практически у каждого народа задолго до появления научной медицины складывалась так называемая народная медицина, в которой использовались различные природные вещества, мази, настои трав и т. д. Правда, к этому нередко примешивались элементы «колдовства», шаманства, просто жульничества. Но все же народная медицина помогала больным во многих случаях. Хотя ни те, кто «лечил», ни те, кто лечился, не могли сказать, почему то или иное средство помогает. Впрочем, механизм действия и многих современных лекарств, рекомендуемых научной медициной, также пока остается неизвестным. И мы не очень от этого огорчаемся. Главное, чтобы лекарство было эффективным.

Обыденно-практические знания — это и поныне основной массив знаний, который использует человек в своей жизни. Мы ежедневно пользуемся множеством вещей — одеждой, ручкой, бумагой, молотком, топором, пилой, знаем, как проехать или пройти к месту работы, учебы, где купить необходимые предметы, как завязать галстук и развязать шнурок. Тысячи, миллионы подобных операций совершаем мы ежедневно, руководствуясь при этом практическими знаниями. Конечно, они не содержат в себе формулировок различных законов природы и общества. Но они на это и не претендуют. Такого рода знания и не нуждаются в научном обосновании. Мы их воспринимаем такими, каковы они есть, как ими пользуются другие. Когда мы в магазине делаем покупку, мы интересуемся качеством вещи, ценой, а не экономическими законами ценообразования. Когда на-


до вскипятить воду, сварить обед, мы практически знаем, как это надо сделать, и не думаем о том, какие физические и химические процессы происходят в данный момент в чайнике или кастрюле.

Прогресс науки и техники оказывает существенное воздействие на практические знания. В нашу жизнь все больше вторгается техника, мы пользуемся различными приспособлениями, машинами, новыми материалами. Создание этого нового, технического мира, окружающего нас, невозможно без научных знаний. Более того, он является результатом применения научных знаний. Но вместе с тем большинство людей, пользуясь техникой, опять-таки руководствуются главным образом практическими знаниями. Например, мы ежедневно пользуемся телевизором, но большинство из нас смутно представляют, на базе каких научных знаний он работает. То же самое можно сказать и о множестве других вещей, которыми мы пользуемся в обыденной жизни.

Так что этот тип знаний абсолютно необходим нам и сейчас, в век бурного развития науки и техники. Более того, можно сказать, что объем таких знаний в на

шей жизни возрастает. Сколько печатается различных объявлений, реклам, всякой иной информации. Крайне интересно было бы подсчитать, сколько труда и различного рода материалов затрачивается у нас в стране на создание всей совокупности обыденно-практического знания.

Второй способ — художественное познание средствами искусства. Оно дает нам и иной тип знаний — художественные знания.

Искусство, конечно, нельзя сводить только к познанию мира, ибо тогда не было бы разницы между ним и обыденно-практическим познанием и наукой. В искусстве выражается эстетическое отношение человека к изображаемому миру. Но в нем содержится и познавательная сторона.

Литературно-художественные образы, создаваемые писателями, художниками, композиторами, содержат в себе огромный познавательный материал. Образы мировой литературы: Дон Кихот, Гамлет, Борис Годунов, Пьер Безухов, Григорий Мелехов, Василий Теркин и другие — дают нам ярчайшее представление об исторической эпохе, в которую они действовали, о событиях, в которых принимали участие, о людях, их мыслях, чувствах, нравах.

Не случайно В. Г. Белинский называл роман А. С. Пушкина «Евгений Онегин» «энциклопедией русской жизни». В нем выведены такие типы людей, которые навсегда останутся образцами высочайшей художественности и реалистического проникновения в жизнь, в художественной форме запечатлены многие стороны жизни разных слоев русского общества — дворян, крестьян, их образ мыслей, характер взаимоотношений.

Оценка В. Г. Белинского применима и к романам И. С. Тургенева, Л. Н. Толстого, Ф. М. Достоевского, М. А. Шолохова, А. П. Платонова и многих других.

Их произведения являются сводом знаний разных сторон русской жизни. Ф. Энгельс как-то отметил, что для экономических исследований К. Маркса, для понимания им сущности капиталистического способа производства очень много материала дали романы великого французского писателя О. Бальзака.

Опыт последних лет убедил нас, что художественное познание действительности способно проникать в самую глубину социальных проблем и рельефнее их обнажать. К примеру, понимание чрезвычайно бедственного положения русской деревни, особенно в Нечерноземной зоне, в общественное сознание вошло в решающей степени через художественную литературу. Представители так называемой деревенской прозы — Ф. Абрамов, В. Распутин, В. Астафьев, В. Белов, В. Кру- пин, Б. Можаев и другие — создали художественные произведения, которые взволновали всю страну.

Представители художественной культуры, пожалуй, наиболее активно выступили в защиту природы, в пользу быстрого решения экологических проблем, громко сказали об опасностях, нависших над озером Байкал, Ладожским озером, о непредсказуемых тяжелых последствиях поворота на юг части стока северных рек. Они, пожалуй, наиболее остро поставили и вопросы сохранения историко-культурного наследия народа, бережного к нему отношения.

Иными словами, эти и многие другие примеры не случайны. Они показывают, что художественное познание мира способно не просто глубоко проникать в существо реальных социальных проблем. Художественные знания о действительности нередко могут даже давать больше информации, чем научное познание, исследование ее научными способами. Поэтому было бы совершенно необоснованно считать художественное сознание общества, человека чем-то второстепенным, неважным.

Наконец, третий способ познания мира — научный.

Он дает нам тип научного знания. В последние 10—15 лет об этом написано много книг, еще больше статей. В них можно прочитать подробно о специфике научного знания.

Здесь же представляется важным сказать, что научное знание отличается от любого другого, по крайней мере, двумя особенностями: оно в той или иной форме подтверждено практикой, опытом, экспериментом; оно всегда систематизировано, это не отрывочные сведения о чем-либо, а более или менее упорядоченная система представлений.

Наука предназначена давать проверенное, достоверное, как говорят, объективное знание об окружающем нас мире и о нас самих. Это не значит, конечно, что всякая наука состоит только из навеки установленных, незыблемых истин. Ее структура очень сложна. В частности, наука невозможна без гипотез, предположений, которые могут подтвердиться на опыте, а могут и не подтвердиться. Но они также являются формами научного знания.

Нередко в науке открываются экспериментально проверенные факты, которые не укладываются в существующую систему представлений в данной области. Но они не могут быть исключены из науки вообще. Как правило, такие факты становятся базой для построения новых систем знаний.

Возможны в науке и ошибочные теории, ошибочные взгляды. Не всякое положение непосредственно проверяется практикой, опытом. На это уходит определенное время. Но огромный вред науке (да и всему обществу) наносят такие ситуации, когда ошибочные теории навязываются силой власти, административного или иного давления, когда оппоненты, сторонники иных взглядов, смещаются со своих постов, а иногда и уничтожаются физически. Такие факты были, к великому сожалению, и в нашей науке. В частности, в биологии

длительное время господствовала группа академика Т. Д. Лысенко, которая отстаивала примитивные, часто совершенно ошибочные взгляды (вплоть до того, что растения и животные могут под влиянием внешних условий превращаться из одного вида в другой) и самым жестоким образом расправлялась со своими противниками. Так, в результате интриг этой группы, политической демагогии был учинен разгром научных противников и несогласных: они были лишены должностей и возможностей заниматься научной работой. Один из выдающихся биологов нашего времени — академик Н. И. Вавилов был репрессирован и скончался в тюрьме. В результате всего этого биологическая наука в СССР была отброшена назад на несколько десятилетий.

То, что здесь рассказано об источниках получения знаний, кажется на первый взгляд известным и даже тривиальным. Однако суть дела в том, что бурный рост науки иногда порождает иллюзорные представления. Будто наука — единственный источник знания. Все остальное — имеет лишь второстепенное и даже третьестепенное значение.

Это утверждение ошибочно. Наука, искусство, жи- тейско-обыденные знания — части духовной культуры. Нельзя преуменьшать реальное значение хотя бы одной из них. Без уважительного отношения к житейскому, практическому опыту, а тем более искусству не может существовать и развитая наука.

В научном знании обычно выделяются эмпирические (знание фактов, различных конкретных данных, описание отдельных явлений, событий и т. д.) и теоретические (закономерные связи в природе и обществе, законы) знания. Научная теория как форма научного знания представляет собой осмысление фактов, эмпирических знаний, включает их в систему понятий данной науки.


Итак, обыденно-практическое, художественное и научное знание — это основные типы знания. Это и есть современный мир знаний. Было бы неправильно сводить знания лишь к какому-либо одному типу.

Что касается научного знания, то именно оно составляет сердцевину духовной жизни современного развитого общества, а в некотором смысле даже и ее фундамент. Научная мысль проникает практически во все сферы труда и жизни человека, промышленность, сельское хозяйство, транспорт, связь, управление и т. д., создает возможности для их преобразования на научной основе. Научные открытия и их технологическая реализация послужили даже базой для создания новых видов искусства. Кинематограф и телевидение создали новые виды художественного знания. Научно- технический прогресс глубоко проникает в архитектуру, музыку.

Созданная на основе науки техническая среда порождает и новые виды обыденно-практического знания. Подавляющее большинство людей пользуются предметами этой среды на их основе.

Рост научного знания. Одной из самых примечательных особенностей нашего времени является уникальный, беспрецедентный за всю историю человечества рост научного знания. Судите сами.

На протяжении длительного периода времени наука занимала скромное положение в обществе, а научные знания играли ничтожную роль в общественном сознании народов. Дифференциации наук практически не существовало. Они входили в состав философии, которая включала в себя все научное знание, а зачастую и огромные массивы ненаучных представлений. Если считать, что наука зародилась в Европе — в Древней Греции примерно в VI в. до н. э., то этот период, вероятно, будет насчитывать не менее двадцати двух веков.

Лишь в эпоху становления капиталистических отношений в Европе, примерно с XVII в., начинается и бурное развитие науки. Учреждаются национальные научные общества, возникают научные журналы, и ученые отныне пишут не только книги, но и статьи. В период XVII—XIX вв. оформились в качестве самостоятельных наук механика, математика, физика, химия, биология, политическая экономия, социология и многие другие.

Но конечно же, наиболее быстрый рост научного знания наблюдается в нашем веке, особенно в связи с развертыванием научно-технической революции примерно с середины века.

Академик Л. А. Арцимович как-то сказал, что в 1900 г. всех известных физиков России можно было усадить на одном диване, а сумма средств, расходовавшихся на физические исследования, была во много раз меньше, чем расходы на содержание конюшен царского двора. Такое же положение было и во всей науке в России в начале XX в. Ее развитие основывалось по большей части на личной инициативе и на средствах ученых. В 1913 г. в России имелось около 300 на

учных учреждений, а численность научных, научнопедагогических работников составляла менее 12 тыс. человек.

Но уже в 1940 г. в СССР научных работников насчитывалось 98,3 тыс., в 1950 г. — 162, 5 тыс., в 1980 г. — 1373,3 тыс., в 1986 г. — 1500,5 тыс. Обратите внимание: за тридцатилетие 1910—1940 гг. количество научных работников увеличилось более чем в 8 раз, а за тридцатилетие 1950 — 1980 гг. — несколько менее чем в 8 раз. Иными словами, пока наблюдается очень стабильный рост очень высокими темпами. В 1986 г. число научных учреждений страны перевалило за 5 тыс.

Характерными показателями роста научного знания могут служить его дифференциация, резкое увеличение количества научных дисциплин, происходившее особенно быстрыми темпами во второй половине нашего столетия. Каждая наука, углубляясь в свой предмет, все больше детализировалась и как бы обособлялась от других. И если раньше, положим в прошлом веке, существовали такие определенные науки, как математика, механика, физика, химия, биология и т. д., то сейчас они раздроблены на большое количество более частных наук.

В нашей стране существует единая общегосударственная классификация наук и их более конкретных подразделений, которые называются научными специальностями. Она включает сейчас 21 группу наук: физико-математические, химические, биологические, геолого-минералогические, технические, сельскохозяйственные, исторические, экономические, философские, филологические, географические, юридические, педагогические, медицинские, фармацевтические, ветеринарные, психологические, социологические, политические науки, искусствоведение и архитектура. Все эти науки подразделяются на специальности, которых сейчас насчитывается около 500. В соответствии с этой классифи-

нацией у нас в стране присуждаются ученые степени кандидата и доктора наук и присваиваются ученые звания (старшего научного сотрудника, доцента, профессора). Процесс дифференциации наук идет дальше.

В этих условиях все сильнее проявляют себя интеграционные процессы, т. е. процессы взаимодействия, взаимообогащения разных наук. Если раньше взаимодействие наблюдалось между близкими науками — физикой и химией, биологией и геологией, то теперь ученые говорят о взаимодействии всех наук в целом. А особый интерес представляет взаимодействие наук, далеко отстоящих друг от друга в принятой классификации.

Точки пересечения предметов разных наук становятся очень важными источниками нового знания, как говорят, точками роста науки. Так, например, широкое развитие получает применение математических методов и вычислительной техники в самых различных науках — вплоть до экономических, исторических, социологических исследований.

Или возьмем филологические науки. Многие разделы науки о языке (языкознание) существенно обогатились и выросли в самостоятельные научные дисциплины за счет сопряжения с другими научными дисциплинами. Так, на стыке изучения языковых и собственно социальных процессов возникла социолингвистика, на стыке языковых и психологических процессов — психолингвистика, на стыке языкознания и математики — структурная, прикладная и математическая лингвистика.

Аналогичная картина наблюдается и в других науках. Возникли биомеханика, бионика, экология, эргономика. Само знание ныне все более приобретает комплексный, системный характер.

В социальном плане накопление научных знаний — потенциал научных знаний оказывается чрез-


вычайно важным для каждого государства. Ныне наука рассматривается как необходимая, неотъемлемая часть каждого развитого общества. Государство специально вырабатывает политику в области науки, выделяет большие средства для финансирования научных исследований и разработок.

Задачи, которые стоят перед современной наукой в большинстве областей, не могут быть под силу отдельным лицам, они требуют коллективного творчества, больших организационных мероприятий, огромных финансовых средств.

Одна из самых сложных и острых проблем, которые решают сейчас по существу все развитые страны мира, — как ускорить развитие самой науки и усилить ее влияние на технологию, производство, сферу управления, социально-экономические условия жизни.

К концу 60-х — началу 70-х гг. практически повсюду в мире стали нарастать трудности, вызванные отставанием технико-технологической базы производства. Стало необходимо срочное развитие принципиально новых технологий, связанных с электроникой, робототехникой, биотехнологией и т. д. Но для этого нужны были крупные научные заделы. Научно-технический прогресс оказывался в прямой зависимости от научных разработок, от планомерного накопления знания по всему фронту основных научных направлений. К сожалению, в постановке и решении ряда этих задач наша страна начала сдавать позиции по сравнению с другими развитыми странами.

Мы долго и в общем-то справедливо гордились, что у нас самая высокая грамотность в мире, самая читающая публика, самое большое количество выпускников вузов инженерных специальностей, что наша страна запустила первый искусственный спутник, первого космонавта, построила первую атомную электростанцию и т. д.

Однако гордость гордостью, но удержать многие лидирующие позиции в годы застоя оказалось невозможно. По оценке президента Академии наук СССР академика Г. И. Марчука, успехи отечественной фундаментальной науки 40—50-х гг. в решении крупных теоретических проблем, важнейших народнохозяйствен

ных задач, получившие высокое международное признание, привели к самоуспокоенности, некритическим оценкам действительного положения дел. В результате были упущены возможности своевременного развития вычислительной техники, электроники и лазерной техники, биотехнологии.

Понизился общественный статус науки и престиж научной деятельности, финансирование многих важнейших направлений науки стало производиться по остаточному принципу. Оснащенность приборами советских исследований в стоимостном выражении оказалась в 4—5 раз ниже, чем в США. Мы стали существенно отставать от американцев по абсолютному и относительному числу студентов. В США 34% молодежи в возрасте 18—24 лет обучаются в вузах, а у нас только 15%. Среднее число лет обучения населения в США составляет 12, а у нас — 9. На образование мы тратим менее 80% средств, которые затрачивают американцы.

Решение всех этих вопросов является составной частью проводимой в стране перестройки. Нужна глубокая трансформация науки, с кардинальным повышением ее познавательных возможностей и изменением способа передачи знания в сферу ’производства — так определяет задачу Г. И. Марчук.

Сейчас к миру науки, миру научных знаний отношение людей, прямо скажем, неоднозначное. Оно варьируется от восторженно-романтического (наука может все, ей должны быть открыты все двери, предоставлены все права и возможности) до скептически-отрицатель- ного (ученые обособились в отдельную касту и решают по большей части свои внутренние проблемы). Нет нужды, да и возможностей анализировать плюсы и минусы этих оценок. Скажу лишь, что наука занимается не только технологическими, экономическими и другими проблемами. Наука как особая система знаний в

то же время и создает проблемы для общества, государства, людей. И решать эти проблемы можно лишь в сотрудничестве ученых и неученых, науки и всего общества. Вот о чем следует помнить, когда говорим о закономерностях роста объема научного знания.

| >>
Источник: Москвичев Л. Н.. Знания о мире и мир знаний. 1989

Еще по теме Предисловие:

  1. ПРЕДИСЛОВИЕ (переводчика)
  2. Предисловие
  3. Предисловие
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ
  5. ПРЕДИСЛОВИЕ
  6. Предисловие к русскому изданию
  7. Предисловие
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА
  9. ПРЕДИСЛОВИЕ
  10. ПРЕДИСЛОВИЕ
  11. Л. С. Выготский ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ КНИГИ В. КЕЛЕРА «ИССЛЕДОВАНИЕ ИНТЕЛЛЕКТА ЧЕЛОВЕКОПОДОБНЫХ ОБЕЗЬЯН»1
  12. Предисловие к русскому изданию
  13. ПРЕДИСЛОВИЕ
  14. ПРЕДИСЛОВИЕ
  15. ПРЕДИСЛОВИЕ
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -