<<
>>

И. ЧТО ТАКОЕ ГОРЕ И КАК УЧИТЬ ДЕТЕЙПРЕОДОЛЕВАТЬ ЕГО

Кроме счастья в жизни человеческой есть горе, беда, страдание, отчаяние, смятение, боль души. Счастье как солнце — одинаково светит счастливым; несчастье же как тень: оно многолико и у каждого несчастного глубоко неповторимо.

Самое страшное человеческое горе в нашем мире — это война и смерть. За ними идут еще два горя: 1) изменник, запятнавший род свой изменой Отечеству, великим святыням Родины, идеалам нашего строя и советского народа; 2) неблагородный, бессердечный отец, предавший своих детей, и неблагодарный, бессердечный сын, предавший свою мать и своего отца.

Среди бед человеческих самая большая — это потерять мужество, стать мелким, трусливым, жалким существом. Если ты потерял мужество, ты можешь потерять всё: честь, уважение, доверие; вековечную связь свою с родом, из которого ты вышел и который дал тебе фамилию, имя, отчество; ты можешь потерять и Отечество, потому что от трусости до измены — один шаг. Дорожить мужеством надо так же стойко и мудро, как и честью, достоинством гражданина, отца, сына.

Огромной бедой является одиночество. Бойся остаться один, бойся того, чтобы от тебя отвернулись люди, окружили тебя презрением и предали забвению. Духовная связь с людьми, чувство соучастия в делах и страстях человеческих, одухотворение радостями людскими и страдание бедами ближних и далеких своих соотечественников — это такое же счастье, как чистый воздух; понимает человек это счастье лучше всего тогда, когда он лишился его. Мудрость же воспитания заключается в том, чтобы человек дорожил этим счастьем тем больше, чем в большей мере он им обладает, и как смрадной темницы боялся одиночества.

Страшной бедой человеческой является пустота души. Это значит, что у человека нет ничего святого за душой, ничем он не дорожит и ни перед чем не преклоняется; ничего нет в жизни, во имя чего он готов был бы отдать свою жизнь — пойти под пули и положить голову на плаху, отказаться от всех благ, пойти на лишения.

Человек лишь тогда по- настоящему дорожит жизнью, когда у него есть нечто неизмеримо дороже собственной жизни, нечто такое, во имя чего, одухотворенный ненавистью и непримиримостью к силе, противостоящей его идеалу, он готов пойти на смерть во имя идеала.

В том, как человек относится к горю, беде, страданию, отчаянию, смятению, боли души собственной и других людей, выражается его идейная сердцевина, его отношение к добру и злу, к идеалу. Нам, воспитателям, надо воспитать в питомцах глубокое понимание и чувствование того, что горе и беды бывают разные. Одно горе возвышает и закаляет человека, другое унижает и позорит; одно горе несут с высоко поднятой головой, другого стыдятся. Я вижу свой воспитательный идеал в том, чтобы возвышающее и благородное горе человек встречал и переносил стойко и мужественно; к унижающему же и позорному горю, к бедам, которые опустошают человека, я утверждаю непримиримость, нетерпимость; такого горя, таких бед в нашей жизни не должно быть.

Война — это всенародное горе, всенародное бедствие; ничего, кроме проклятия и ненависти, убийство человека человеком в душе человеческой вызвать не может. Но мы живем в таком мире, где каждый наш гражданин должен быть готов к войне — готов физически и — что исключительно важно — готов духовно, нравственно. Одну из задач коммунистической этики я вижу в том, чтобы питомец, которого я воспитываю, — человек с добрым, нежным, чутким, благородным сердцем и возвышенными чувствами, — был готов убить, уничтожить врага, посмевшего посягнуть на наши священные границы, на мирный труд и спокойную, миролюбивую жизнь нашего народа. Это ни в коем случае не значит, что мы должны с детства учить убивать, воспитывая в юной душе жестокость. Дело обстоит сложнее и тоньше.

Духовная готовность к мужественной встрече с жестоким и неумолимым врагом требует от нашего питомца мужества, стойкости, доброты, чуткости, сердечности, а не жестокости и неумолимости. Жестокий всегда трус, добрый и сердечный храбр, великодушен, мужествен.

В годы Великой Отечественной войны на поле боя мне выпало счастье увидеть поступок, в котором, на мой взгляд, ярко выразился идеал нашего воспитания, идеал человеческого отношения к горю и радости, жизни и смерти. Наши солдаты гнали фашистов с родной земли. Враг жестоко сопротивлялся. Мы наступали через лес. На нашем пути рвались фашистские мины и снаряды. Под кудрявой березой стоял молодой советский солдат, юноша лет восемнадцати, Николай Поливанов из Сибири. Он приложил ручной пулемет к березе и стрелял по врагу. На березе жила маленькая птичка, рядом с пулеметом вздрагивало ее гнездышко, она притаилась рядом с гнездышком, смотрела своими глазами-бусинками то на солдата, то на птенцов, выглядывавших из гнезда. Где-то вблизи разорвалась мина. Осколком отбило ветку на мягкую прошлогоднюю листву. Взлетела птичка, запищала тревожно, кружится над птенцами, а они, маленькие, открыли клювы и жалобно-жалобно пищат. Враг отступал, но бой был рядом, за холмиком. Николай Поливанов снял с дерева ручной пулемет, поставил его к стволу березы. Подошел к птенцам, осторожно поднял ветку. Отделив гнездышко от ветки, прикрепил к другой веточке на березе. Вынул из вещевого мешка тоненькую веревочку, привязал гнездо — чтобы не Свалилось, да еще и замаскировал, чтобы птичка не заметила веревочки. «Знаю я эту птичку... Заметит, что человек похозяйничал в гнезде, может и от птенцов отказаться», — сказал Николай, улыбаясь. Когда солдат с пулеметом пошел туда, где гремел бой, птичка, посидев у гнездышка, прыгнула к питомцам. «Не отказалась...» — сказал юноша, оглянувшись на мгновение. В тот же день в рукопашном бою Николай кинжалом убил фашистского офицера. А вечером, когда выпал час затишья, он рассказывал о птицах своей родной Сибири, и в глазах его светилась нежность.

Постижение этого учит детей быть мужественными. На долю многих детей выпало горе, которое они имели право нести с высоко поднятой головой: их отцы погибли на фронте. Я никогда не забуду благородную нравственную атмосферу жизни коллективов тех лет.

Но именно тогда дети считали позором слезы и слезливость.

Это было в 1948 г. Я читал детям рассказ. В нем речь шла о том, как у одной маленькой девочки был добрый, ласковый отец. Придя с работы, он брал ее на руки, нес к столу. Они садились за стол, и отец на большом листе бумаги рисовал сказочную птицу. А потом отец ушел на фронт и погиб в бою. В классе у меня была маленькая девочка Зоя. Дочитывая рассказ, я заметил: Зоя плачет. В одно мгновение мое сознание озарила догадка: Зоя вспомнила своего отца. У нее он тоже был добрый, ласковый. Тоже рисовал ей — не птицу, а белочку, коня... И сейчас эти рисунки бережно хранятся в семье. «Почему ты плачешь, Зоя?» — спросила Маша, соседка по парте. Зоя вздохнула, как будто бы пробудившись от сна, и тихо прошептала: «У меня пальчик на ноге замерз...» Ей хотелось быть мужественной.

Нельзя забывать и о такой важной стороне этического воспитания: дети, подростки, юноши, девушки должны понимать и чувствовать сердцем, какое страшное горе обрушивается на семью, если сын, брат, отец запятнал честь своего рода, честь фамилии, предков изменой Родине. Семена презрения к измене надо закладывать в том чутком возрасте, когда каждую грань человеческого духа создает глубоко личное отношение к самому себе. Я тысячу раз убеждался, что строгая нравственная требовательность и взыскательность к себе утверждаются в юном сердце лишь тогда, когда уже в раннем детстве человек умеет пережить и осмыслить презрение, отвращение к мерзостям.

Много лет я наблюдаю, какой след в душе маленьких питомцев оставляет мой рассказ о трусе — изменнике Родины. Этот рассказ называется «Вечный скиталец». В нем говорится о молодом солдате, который позорно бежал с поля боя. Этот рассказ, в котором правда переплетается с легендой, запоминается на всю жизнь; люди, окончившие школу десять, двадцать лет назад, помнят его не просто как интересную быль, а как завещание матерей, как строгий наказ быть верными патриотами своей Родины.

Меня радует, что питомцы мои ненавидят ложь, малодушие, трусость.

Я вижу исключительно важную воспитательную задачу в том, чтобы у каждого мальчика, у каждой девочки с малых лет развивалась такая тонкая и сильная нравственная черта, как преданность человеку — любимому, дорогому, единственному в мире. Только тот, у кого есть эта преданность с детства, станет верным мужем и преданным, любящим отцом. Множество бед нашего общества уходит своими корнями в сферу семейной жизни. Становится страшно, когда видишь маленького ребенка, только что осознавшего свое бытие и уже искалеченного: маленький, только что пришедший в мир человек с горечью осознал, что он никому не нужен, что самый факт его рождения, появления на свет — досадное недоразумение. Вот почему предательство в человеческих взаимоотношениях я считаю большим горем — горем детства, горем нашего общества. Этого горя не должно быть. Способность любить и быть верным человеку, способность утвердить в своем сердце судьбу единственного в мире человека — это человеческие качества, которые также важны для устоев нашего общества, нашего строя, как и верность Отечеству. Прикосновение к тончайшим уголкам человеческих сердец убедило меня в том, что человек, не умеющий утвердить в своем сердце единственного человека, с которым он соединяет судьбу, чтобы творить его (потому что любить — это начинать длительный, на всю жизнь процесс творения того, кто стал любимым), — этот человек остается на всю жизнь одиноким, и одиночество его — в этом беда — приносит страдания другим людям, калечит, ломает чужую жизнь. Самый верный путь навсегда оградить от одиночества — это научить соучастию души и мысли в судьбе ближнего. Чем беспокойнее, тревожнее на душе у человека в годы его детства и отрочества, тем спокойнее на душе будет у тех, кому судьбой определено быть с ним рядом всю жизнь.

Я стремлюсь к тому, чтобы каждый мой питомец в годы детства пережил роскошь, прелесть, очарование огромного нравственного приобретения — соучастия в облегчении беды, несчастья, страдания другого человека. С первого же дня школьного воспитания я учу детей, вкладывая свои душевные силы в другого человека, видеть в нем себя, свои тревоги, заботы, волнения.

Воспитание тонкого чувствования духовной связи с людьми требует уроков, которые бы убеждали ребенка, что отнестись к человеку равнодушно — это большой позор, что душевное соучастие требует труда, хлопот, беспокойства, нередко отказа от некоторых благ и ограничения желаний. Душевное соучастие в судьбах других людей — это большая школа дисциплинирован™ желаний; тонко развитую способность к соучастию, воспитанную в детстве, я бы назвал зеркалом, в котором человек видит себя, окошком, через которое он заглядывает в свою душу.

Мы собираемся в интересный поход по родному краю; к нему мы готовились много дней, он обещает нам много радостей и удовольствий. Уже всё подготовлено, и вдруг — несчастье. У Гали, нашей одноклассницы, тяжело заболел отец, его отправили в больницу. Что делать? Можно оградить детей от чужой беды; радости и волнения похода вытеснят из их сознания мысли о Гале. Но это означало бы «наморозить» на детских сердцах слой льда. Нет, этого нельзя делать. Я объясняю детям, что переживает Галя, какая беда в ее семье, что она будет думать, если мы уйдем в поход. Детям трудно отказаться от своего желания, но они понимают, что их радость дорого обойдется их подруге. Они убеждаются, что есть в мире и такая жизнь: закрыть глаза на чужую беду и делать то, что приятно, выгодно тебе, но эта жизнь недостойна человека, позорна. Если бы я только позволил своим питомцам в данном случае пойти по такому пути, я заронил бы в каждую душу семена большой беды — одиночества. Я же даю им другой урок — урок душевной щедрости, дисциплины желаний, человеческого соучастия.

Нет лучше школы эгоизма, чем всем коллективом повернуться спиной к горю одного товарища. И наоборот, коллективное соучастие ограждает от одиночества и того, кто ограничивает свои желания, и того, кто нуждается в соучастии.

Особая сфера воспитательной работы — это ограждение и охранение детей, подростков и юношества от одной из самых больших бед — пустоты души, бездумности. Вера в святыни, вера в идеалы — это один из самых тонких и глубоких корней духовной стойкости, мужества, непоколебимости, полноты жизни, подлинного счастья. Настоящий человек начинается там, где есть святость души. Через всё, что делается, думается, переживается, красной нитью должна проходить идея: в мире есть нечто неизмеримо дороже моей и твоей жизни — жизнь Отечества, моего и твоего личного блага — благо Отечества, я и ты можем быть счастливы лишь тогда, когда счастливо Отечество. Невозможно допустить, чтобы вся духовная жизнь школы не была глубоко проникнута взволнованным познанием тернистого пути нашего народа к счастью, чтобы пульс духовной жизни школы и каждой человеческой личности, которую мы воспитываем, не отражал забот, тревог, волнений Отечества. Один из самых сложных секретов воспитания заключается в том, чтобы мысли о всенародном стали для человека как можно раньше глубоко личной заботой и тревогой. Я вижу искусство и мастерство воспитания в том, чтобы маленький человек жил в мире больших идей и благодаря этому постигал свое величие и в самом деле становился великим. В сущности все то, что в практике называется идейным воспитанием, и есть жизнь человека в мире идей.

Но как же сделать жизнь в мире идей этической практикой?

Приближаемся к самому тонкому и, можно сказать, трудно уловимому. Истина воспитывает лишь тогда, когда есть отношение к истину. Знания перестают воспитывать, как только они освобождаются от накала человеческих страстей и перестают нести дух борьбы. Воспитатель, бойся холодных, «сообщающих» истин. Знания, заключающие в себе прошлое, современное и будущее Отечества, должны быть наполнены трепетом личных чувств и переживаний человека, лишь при этом условии камни истории оживают и становятся могучими великанами, сражающимися рядом с нами, живыми строителями коммунизма. Познание судеб Отечества всегда должно быть размышлениями, раздумьями об истине, и в этих размышлениях определенное место должна занимать собственная судьба того, кто познает. Только в таком случае мысль становится собственной позицией человека, он сочувствует и презирает, любит и ненавидит; дорогами и тропинками истории он проходит к собственному дому, к личной судьбе, это и есть жизнь в мире идей. По крупинке, по капельке в духовном мире человека складывается его святое и незыблемое, безгранично дорогое, ни с чем не сопоставимое и не сравнимое — судьба Родины. Надо тысячи раз переболеть душой, перестрадать за то, что происходило и происходит на нашей земле, за то, что создал наш народ, прежде чем Отечество станет неизмеримо дороже собственной жизни. Не потому, что человек ни во что не ставит собственную жизнь, а потому, что, только связывая мысленно свою личную судьбу с судьбами Отечества, он познает свое величие. Только человек, лично заинтересованный в судьбах Родины, по-настоящему раскрывается как личность, по-настоящему дорожит своей честью, гордостью, достоинством семьи, своего рода, имени.

Вся эта тонкая, повседневная, кажущаяся незаметной воспитательная работа и есть творение богатства и полноты юной души: предотвращение пустоты душевной. 

<< | >>
Источник: Сухомлинский В. А.. Как воспитать настоящего человека: (Этика коммунистического воспитания). Педагогическое наследие. 1989

Еще по теме И. ЧТО ТАКОЕ ГОРЕ И КАК УЧИТЬ ДЕТЕЙПРЕОДОЛЕВАТЬ ЕГО:

  1. И. ЧТО ТАКОЕ ГОРЕ И КАК УЧИТЬ ДЕТЕЙПРЕОДОЛЕВАТЬ ЕГО
- Коучинг - Методики преподавания - Андрагогика - Внеучебная деятельность - Военная психология - Воспитательный процесс - Деловое общение - Детский аутизм - Детско-родительские отношения - Дошкольная педагогика - Зоопсихология - История психологии - Клиническая психология - Коррекционная педагогика - Логопедия - Медиапсихология‎ - Методология современного образовательного процесса - Начальное образование - Нейро-лингвистическое программирование (НЛП) - Образование, воспитание и развитие детей - Олигофренопедагогика - Олигофренопсихология - Организационное поведение - Основы исследовательской деятельности - Основы педагогики - Основы педагогического мастерства - Основы психологии - Парапсихология - Педагогика - Педагогика высшей школы - Педагогическая психология - Политическая психология‎ - Практическая психология - Пренатальная и перинатальная педагогика - Психологическая диагностика - Психологическая коррекция - Психологические тренинги - Психологическое исследование личности - Психологическое консультирование - Психология влияния и манипулирования - Психология девиантного поведения - Психология общения - Психология труда - Психотерапия - Работа с родителями - Самосовершенствование - Системы образования - Современные образовательные технологии - Социальная психология - Социальная работа - Специальная педагогика - Специальная психология - Сравнительная педагогика - Теория и методика профессионального образования - Технология социальной работы - Трансперсональная психология - Философия образования - Экологическая психология - Экстремальная психология - Этническая психология -