<<
>>

ГЛАВА 32 БРИТАНИЯ И ОСТАЛЬНОЙ МИР: СЛИШКОМ ТЯЖЕЛОЕ НАСЛЕДСТВО

Победоносные британские армии вместе с американскими союзниками прошли с боями по территории Франции, Италии и Г ермании от побережий Салерно и Нормандии до берегов Эльбы. Но теперь англичане всерьез опасались, что американские войска покинут Европу, оставив Великобританию один на один с Советским Союзом.
Англичане отпраздновали День Победы, увидев в нем очередное доказательство силы и влияния своей страны, однако правительство Черчилля прекрасно сознавало серьезнейшие проблемы, стоявшие перед Великобританией. Вскоре капитуляцией Японии была победоносно завершена война в Азии. Однако некоторые факты так и не стали достоянием общественности. К таким фактам относилось плачевное состояние финансов — зарубежные авуары страны были истощены платой за военные поставки. Американская программа ленд-лиза предусматривала отсрочку платежей, но не прощение долга. Без помощи США британская экономика, которая до середины 1945 года еще работала на войну, была просто не в состоянии обеспечить гражданам страны даже тот уровень жизни, который они имели во время войны. А теперь еще на плечи англичан легла задача по обеспечению необходимого прожиточного уровня своим бывшим врагам, проживавшим на территории британской зоны оккупации. Продовольственные поставки в Германию оплачивались за счет небольшого долларового резерва британского правительства. Для того чтобы континентальная Европа не провалилась в пучину хаоса или не попала в сферу советского влияния, необходима была помощь Соединенных Штатов. Но между англичанами и американцами имелись существенные разногласия. В Соединенных Штатах все еще продолжали считать Великобританию империалистической державой и потенциально грозным торговым конкурентом. Британская политика в Палестине, огра-ничившая еврейскую иммиграцию, вызвала разочарование по обе стороны Атлантики. Ну и наконец, несмотря на свой здравый смысл, президент Гарри С. Трумэн полагал, что США и СССР могут достичь компромисса и что именно Великобритания склонна отстаивать свои колониальные интересы, что может спровоцировать конфликт с Советским Союзом. До тех пор пока США не осознали свою ответственность за дела в том регионе мира, который они не считали важным для своей безопасности, Великобритания находилась в вакууме. Какое-то время царила полная неопределенность с той ролью, которую Америка намеревалась играть в Западной Европе, а также с тем, насколько она готова защищать интересы западного мира в Азии, на Ближнем Востоке и в Средиземноморье. До марта 1947 года Великобритания единолично оказывала финансовую и материальную поддержку антикоммунистическому правительству Греции. Возможности Великобритании уже были на пределе, поэтому возникла необходимость пересмотреть некоторые из своих наиболее дорогостоящих обязательств. Индии была обещана независимость и теперь, после окончания войны, лейбористское правительство решительно взялось за дело: 22 марта 1947 года лорд Маунтбеттен прибыл в Дели в качестве последнего вице-короля Индии. 14 и 15 августа того же года Индия и Пакистан обрели независимость. Раздел Индии был неизбежен, поскольку мудрое британское решение добровольно отказаться от главного «изумруда» своей короны сопровождалось трагедией массового насилия и резни.
Фанатики мусульманского движения спровоцировали межобщинные столкновения, в результате которых в одной только Калькутте погибло 20 000 человек. 341 Летом 1945 года среди британских министров уже не было иллюзий насчет британской экономической слабости и необходимости американской помощи. Но, несмотря на это, не было причин сомневаться в том, что после переходного периода в 5-6 лет британская промышленная мощь будет восстановлена. Первый и самый главный послевоенный вопрос был вопросом политическим — кто будет править .Великобританией? На Дальнем Востоке война еще продолжалась, а в июле 1945 года в стране уже» прошли выборы. Британские войска сражались в Бирме, а японцы оказывали отчаянное сопротивление американцам на близлежащих к Японии островах. Ожидалось, что война продлится значительно дольше, но ее прекращению способствовала ядерная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки. Впрочем, в первые недели после капитуляции Германии в Великобритании царило праздничное настроение. Черчилль объявил о праздновании Дня Победы. На каждой улице царило веселье. Бирма была далеко, поэтому о ней думали лишь родственники тех солдат, которые сражались там, или тех, кто находился в японских лагерях для военнопленных. Но подавляющее большинство англичан строили планы на мирное время. Черчилль хотел сохранить коалицию с лейбористами до тех пор, пока Япония не будет разгромлена. Однако когда лейбористские министры отклонили это предложение, он решился на проведение июльских выборов, чтобы получить мандат на «завершение этой работы». При этом он, сам того не желая, значительно уменьшил свои шансы, создав у британцев чувство, что война уже закончена. Для остального мира казалось невероятным, чтобы англичане, которые столь многого добились в годы правления Черчилля, выказали ему очевидную неблагодарность. Но даже в его собственном избирательном округе значительную поддержку получил кандидат от лейбористов. На результат выборов повлияли иные, послевоенные настроения. Впрочем, предвыборное турне самого Черчилля стало его личным триумфом — повсюду рядовые британцы выражали ему свою благодарность и восхищение. Лидер лейбористов Клемент Эттли по сравнению с ним выглядел бесцветньгм маленьким человечком. Но именно он вступил на Даунинг-стрит после внушительной победы лейбористов. Кстати, британская политическая жизнь не знала столь значительного триумфа с 1906 года, когда победили либералы. И хотя здесь сыграла свою роль и британская избирательная система, способная увеличить разрыв между партиями, это был удивительный поворот событий, тем более что на последних выборах, состоявшихся в 1935 году, консерваторы и их сторонники получили 432 места, в то время как оппозиция довольствовалась только 180. Результаты парламентских выборов 1945 года Количество мест Число проголосовавших Лейбористы 393 11995152 213 9 988 306 2 248 226 102 780 Почему же лейбористы пользовались такой популярностью, особенно среди военнослужащих? Сам Черчилль, на личное влияние которого сделали ставку руководители избирательной кампании тори, не предпр» нял достаточных усилий, чтобы изменить ход событий. Обещания консерваторов, основывавшиеся на докладе Бевериджа 1942 года, не слишком отличались от обещаний лейбористов, однако избиратели сомневались в их искренней преданности делу реформ. Истинно и то, что Черчилль неправильно вел свою избирательную кампанию, сделав основной упор на осуждении «социализма», воплощенного в программе лейбористов. Он обвинял их в том, что они встали на дорогу, ведущую к тоталитаризму и возникновению «британского гестапо». Но неужели он и сам верил в эту чепуху? Кроме того, он явно ошибался, когда насмешливо называл Эттли «волком в овечьей шкуре». Было просто невозможно убедить просвещенный британский электорат в том, что, 'несмотря на выдающиеся заслуги Эттли, Бевина и Моррисона, которые во время войны были министрами правительства Черчилля, теперь им нельзя доверять. Упоминание о гестапо здесь явно дало осечку. И все же ни одна из этих причин не может объяснить удивительного поражения консерваторов. По-видимому, решающую роль сыграли воспоминания о тяжелых испытаниях времен безработицы 30-х годов, о трущобах, болезнях и том обществе, которое так и не смогло предоставить равные возможности большинству британцев. В июле 1945 года миллионы военнослужащих о/кидали демобилизации. Думали ли консерваторы об их проблемах? Смогло бы консервативное правительство обеспечить каждого достойной работой или все условия бы диктовали предприниматели, способные замораживать заработную плату и безразличные к нищете народных масс? Именно в этом коренилось недоверие к консерваторам, считавшимся партией богатых, и именно поэтому к традиционным сторонникам лейбористов добавилось множество солдат и рабочих, решивших довериться 342 социалистическому правительству лейбористов под руководством Клемента Эттли, которого до этого заслоняла огромная фигура Черчилля. А Эрнест Бевин и Г ерберт Моррисон пользовались значительным влиянием и в довоенные годы, и во время войны. Сам Эттли успешно играл роль умелого и хитрого лидера — его трубка, мешковатые брюки, мышиные усики, мягкие манеры — все это резко контрастировало с массивным и мо-гучим Черчиллем. Переход от состояния военного времени к миру был осуществлен лейбористами с замечательным умением, лишний раз доказавшим преимущества хорошего планирования. Однако женщинам, которые до этого стояли у фабричных станков, пришлось уступить свои рабочие места мужчинам. В отличие от послевоенной ситуации 1918 года, на сей раз военнослужащие были демобилизованы наилучшим образом и в надлежащие сроки, что позволило им успешно приспособиться к условиям мирной жизни. Поскольку демобилизация происходила постепенно, постольку еще в 1948 году армия Великобритании насчитывала свыше 900 000 человек. Первым и самым наглядным свидетельством того, что правительство думает о будущем демобилизованных солдат, стало наделение их гражданской одеждой. Военное производство сокращалось, а потому правительство организовало курсы переподготовки. Стране были нужны рабочие руки для производства товаров народного потребления, строительства и выполнения общественных работ. Одной из наиболее важных особенностей знаменитого доклада Бевериджа 1942 года было соглашение, достигнутое между консерваторами, лейбористами и либералами о том, что любое британское правительство постарается обеспечить полную занятость населения. 1930-е годы с их суровыми испытаниями не должны были повториться. Правительства лейбористов и консерваторов смогли выполнить свои обещания — во времена их правления безработица почти не превышала 2 %, или 500 000 человек, Другое обещание, которое содержалось в докладе Бевериджа и которое не слишком нравилось консерваторам, состояло во всеобщем страховании. Г осударству предстояло заботиться о своих гражданах «от колыбели до могилы». Медицинское обслуживание должно было охватить всех членов семьи, вне зависимости от того, работают они или нет. Все эти меры заложили фундамент для послевоенного процветания страны. Косвенные выплаты, называемые еще «социальной зарплатой», обеспечили значительный подъем уровня жизни населения. Эти выплаты производились казначейством за счет различных налогов. Консерваторы соглашались с такими мерами социальной поддержки, однако утверждали, что они должны быть дифференцированными и их нужно вводить постепенно. Представители консервативной партии с самого начала сомневались, сможет ли государство выполнить свои далеко идущие обещания и пойти на такие огромные затраты. Хотя во время войны тори входили в правительственную коалицию, к 1945 году они провели через парламент только один законодательный акт, касающийся образования. Это был закон Р.А. Батлера от 1944 года, согласно которому возраст выпускников школ был повышен до пятнадцати лет, а вся система образо-вания реорганизована так, чтобы предоставить всем учащимся наилучшие возможности для получения образования. Лейбористское правительство превратило «теорию государства всеобщего благосостояния» в серию практических мер. Сначала в 1946 году был принят за кон о страховании, а затем, после ожесточенной борьбы между валлийским министром здравоохранения Эневрином Бевеном и врачами по поводу частной медицинской практики, в том же году был принят закон о национальной системе здравоохранения. Это были две важнейшие меры лейбористского правительства, нацеленные на выполнение того плана, который содержался в докладе Бевериджа. Тем не менее, социализм главным образом оставался теоретической проблемой. Администрация Эттли состояла из прагматиков, стремившихся к постепенной трансформации британской экономики. Настроение прави-тельства достаточно точно отражало настроение населения. Большинство людей было заинтересовано не в обсуждении теоретических проблем социализма, а в повышении своего уровня жизни и более справедливом распределении национального валового продукта. Продовольственные товары по-прежнему нормировались, а основные продукты питания субсидировались, благодаря чему даже беднейшие слои населения могли выкупать свои пайки. Государственная собственность существовала лишь там, где она была необходима. Так, государство национализировало Английский банк, но не тронуло коммерческие банки или страховые компании. Угольные шах ты, гражданская авиация, железные дороги, газ и электричество — все это к концу 1947 года перешло под контроль государства, а собственники и держатели акций получили от него компенсацию. Правительство либо назначило новых управляющих, либо сохранило старых, а рабочие получили в лице государства нового собственника. В результате национализация практически не повлияла на состояние дел в промышленности. Большое значение имел закон 1946 года о трудовых спорах и профсоюзах, который отменил ограничения, 343 наложенные на деятельность профсоюзов после всеобщей забастовки 1926 года. Через тридцать лет лейбористы и консерваторы вновь попытались ввести подобные ограничения. Но к тому времени большинство избирателей уже признавало необходимость такого шага, почувствовав, что чрезмерные права профсоюзов угрожают национальным интересам. Решение главной задачи первых послевоенных лет — обеспечить страну продовольствием, оплатить поставки сырья и оживить промышленное производство — зависело не только от политики лейбористов или мобилизации истощенных финансовых ресурсов Великобритании, но и от американской помощи. Великобритания была не в состоянии заработать на своем экспорте достаточное количество долларов, которых бы хватило на оплату собственного импорта, да еще на содержание британской зоны оккупации Германии. В этом отношении ни у кого не было иллюзий. Мы уже отмечали, что все надежды возлагались на скорейшее оздоровление британской промышленности. Проблема состояла лишь в том, как продержаться в первые послевоенные годы. Администрация Рузвельта ясно продемонстрировала, что не собирается уходить в изоляцию и готова к оказанию необходимой помощи в деле послевоенного переустройства мира. Было очевидно, что из второй мировой войны Соединенные Штаты вышли экономической сверхдержавой, тем более что на их территорию не упали ни одна вражеская бомба или снаряд. В деле послевоенного переустройства мира Великобритания была главным партнером США, поэтому соответствую-щие англо-американские планы начали строиться еще с 1942 года. Конкретные очертания эти планы обрели на конференции, проводившейся под эгидой ООН в пригороде Вашингтона Бреттон Вудс. Планируя мировое экономическое будущее, британская и американская администрации прекрасно сознавали, что главная трудность заключена не в технических деталях, а в успешном решении принципиальных проблем. После окончания первой мировой войны были допущены роковые ошибки, которые привели к мировому экономическому кризису и массовой безработице. Чтобы не повторять этих ошибок, необходимо было выработать эффективные способы мировой кооперации и взаимопомощи. На Соединенные Штаты должно лечь бремя оказания массированной помощи. Разумеется, в Бреттон Вудсе не могли быть найдены решения всех проблем, зато были заложены прочные основы мирового экономического сотрудничества. Ключевым моментом заключенных соглашений была озабоченность США по поводу дискриминации в мировой торговле. В 1930-х годах отдельные страны пытались жестко контролировать свой импорт. Одним из самых эффективных механизмов такого контроля являлись ограничения на обмен собственной валюты. В мировых расчетах использовался фунт стерлингов, и если его обмен на доллары был ограничен, то Велико-британия, страны Британского содружества (за исключением Канады) да и многие другие не могли ничего покупать у США. Это становилось препятствием в мировой торговле. Среди важнейших бреттонвудских договоренностей стоит отметить соглашение о введении через переходный период длиной в пять лет свободной конвертации всех мировых валют. Обменные курсы всех валют, включая и доллар, должны были фиксироваться и регулироваться новым финансовым институтом — Международным валютным фондом (МВФ). Подразумевалось, что обменные курсы должны быть стабильными и изменяться только с согласия МВФ. Финансовые ресурсы этого фонда должны были состоять из взносов стран-участниц, которые делались как в золоте, так и в национальной валюте. Пропорции и того, и другого зависели от экономического процветания той или иной, страны. Самый большой взнос предстояло сделать Соединенным Штатам. Каждая страна имела право обратиться в МВФ 'за кредитом, чтобы компенсировать свою нехватку иностранной валюты и привести в порядок торговое сальдо. Однако если бы данная страна превысила определенные лимиты, то МВФ имел право предписывать ей условия возвращения долгов, а также требовать проведения в жизнь тех мер, которые способствовали бы приведению в порядок торгового сальдо. Главной особенностью МВФ был механизм принятия решений. Во-первых, важнейшие решения принимались квалифицированным большинством. Например, курс обмена валют мог быть изменен только в том случае, если за это проголосовали 4/5 членов Совета директоров фонда. Во-вторых, когда важнейшие вопросы ставились на голосование, не все члены фонда имели равное право голоса. Каждая страна-участница была представлена одним Директором, но «весомость» его голоса определялась в соответствии с вкладом его страны в МВФ. По этой причине США- занимали господствующее положение, а сам фонд располагался в Вашингтоне. Благодаря своему влиянию США успешно решили проблему дискриминации в мировой торговле, которая их так заботила. «Братом-близнецом» МВФ стал Мировой банк реконструкции и развития, однако он играл менее заметную роль в мировой экономике. Впрочем, надежды, возлагавшиеся на оба эти учреждения, призванные обеспечить свободу мировой торговли и свободную конвертацию валют, оправдались лишь отчасти. 344 Забавно, что, добиваясь максимальной свободы торговли, американцы не слишком задумывались над импортными пошлинами или тарифами. Сами США сохранили высокие тарифы на импортную продукцию и рассчитывали лишь на их постепенное сокращение в рамках международных договоренностей. Первые соглашения на этот счет были заключены в апреле 1947 года, когда представители двадцати трех государств собрались в Женеве. В октябре того же года было заключено генеральное соглашение по поводу тарифов, и торговли (ГАТТ). Соединенные Штаты усиленно добивались отмены больших торговых союзов члены которых имели преимущества в торговле друг с другом и при этом воздвигали высокие тарифы на пути торговли со странами, не входящими в эти союзы. Страны Британского содружества заключили подобный союз еще в 1932 году в Оттаве. Представители американской стороны предложили денонсировать этот союз в обмен на снижение аме-риканских тарифов, однако Великобритания, находясь перед лицом серьезных экономических проблем, отказалась. И лишь в 1973 году, при вступлений в Европейское экономическое сообщество («Общий рынок»), ей пришлось отказаться от большинства привилегий, которыми пользовались страны Содружества. Дальнейшие раунды переговоров продолжались уже под эгидой Г АТТ, однако добиться полной отмены всех торговых барьеров так и не удалось. Тем не менее, с годами ГАТТ играл все большую роль в мировой торговле. Соглашения, заключенные в Бреттон Вудсе, разумеется, не могли сразу же решить все проблемы Великобритании и других стран Западной Европы. Только США могли оказывать необходимую помощь, однако Западноевропейский экспорт в эту страну не покрывал необходимых расходов на закупки американских товаров. Такая ситуация получила название «долларового дефицита». Сражаясь с нацистской Германией, Великобритания проводила экономическую политику, нацеленную на достижение победы. В результате этого ее экспорт резко упал, составив лишь одну треть от предвоенного уровня. Падение объемов производства привело к росту инфляции. Долларовые и золотые запасы страны, а также ее заграничные авуары шли на финансирование войны, однако этого явно не хватало и приходилось залезать в долги. Национальный долг; Великобритании утроился, а ведь британской промышленности нужно было переходить на производство мирной продукции, как для внутреннего, так и для международного рынка. Кроме того, предстояла постепенная демобилизация миллионов военнослужащих. Великобритании приходилось расплачиваться за импорт сырья и продовольствия, а для этого она должна была производить товары на экспорт и зарабатывать на финансовых и страховых услугах лондонского Сити. Конверсия, естественно, требовала времени. В период войны Великобритания получала помощь от США по программе ленд-лиза. Но в августе 1945 года экономические советники президента США заявили ему, что после окончания войны сенат вряд ли согласится финансировать эту программу и дальше. После этого Трумэн положил конец всем поставкам по ленд-лизу. ' «Долларовый дефицит» все возрастал и потому требовалось принятие немедленных мер. Самый выдающийся британский экономист Джон Мейнард Кейнс Был командирован в Вашингтон, чтобы обсудить там проблему британских долгов, в том числе и по ленд-лизу. Последние казались британцам особенно несправедливыми — ведь деньги шли на борьбу против общего врага. Более того, поставки по ленд-лизу начались только в 1942 году, после того как Великобритания уже провоевала целых три года и истратила большую часть своих авуаров. Тем не менее, долги по ленд-лизу не были аннулированы, однако США предоставили Великобритании новый заем в 3750 млн долларов из расчета 2 % годовых. Возврат долгов должен был начаться в 1951 году и быть равномерно поделен на 50 ежегодных взносов. Великобритания надеялась получить и больше, поэтому обрадовалась помощи Канады, которая одолжила еще 1287 млн долларов. Общей суммы всех кредитов было достаточно для покрытия нужд самой Великобритании и британской зоны оккупации Германии, но не хватало для решения проблем всей «стерлинговой зоны». Кроме того, имелись проблемы и с теми условиями, на которых американцы оговорили предоставление своего займа. Существовала серьезная проблема и с так называемым «стерлинговым сальдо». (Если бы все страны, входящие в «стерлинговую зону», вдруг вздумали одновременно обменять свои фунты стерлингов, Великобритания была бы просто не в состоянии этого сделать.) В Бреттон Вудсе Великобритания зарезервировала за собой право на переходный период самой устанавливать наиболее благоприятное для себя «стерлинговое сальдо» со своими кредиторами, а не просто принимать помощь Америки. Великобритания имела некоторые основания подозревать Соединенные Штаты в «антиимпериалистическом» подходе, поэтому и не хотела, чтобы США вмешивались в дела Британского содружества и в ее отношения со своими бывшими колониями. Тем не менее, «стерлинговое сальдо» продолжало оставаться дамокловым мечом, нависшим над британской экономикой, поскольку уже достигло величины 3335 млн долларов. На 345 переговорах по вопросам долгов Великобритании, проходивших в декабре 1945 года, США включили в окончательный текст соглашения условие, согласно которому в течение одного года с момента получения займа (то есть в начале 1947 года) все текущие сделки между странами, входящими в стерлинговую зону, станут свободно конвертируемыми. Что касается огромных кредитов, то обеим сторонам не оставалось ничего другого, как достигнуть принципиальных договоренностей, обойдясь без конкретных цифр: меньшая часть долгов будет немедленно конвертирована в доллары, другая подвергнется конвертации в 1951 году, а всю остальную задолженность Великобритания попытается погасить иными способами. (обрыв текста) введены в Европейском сообществе (1979 год) и в Великобритании (1990 год). Впрочем, спустя два года Великобритания от этого отказалась. В 1947 году экономическая ситуация в Европе и Великобритании могла бы обостриться еще больше, тем более что «долларовый дефицит» грозил дальнейшим увеличением, если бы не план Маршалла, введенный в действие в следующем году. Все эти абстрактные «финансовые материи» самым неблагоприятным образом отражались на жизни простых британцев. Пик финансового кризиса пришелся на суровую зиму с обильными снегопадами. Уголь заканчивался, безработица обострялась, и, когда, наконец, настало лето, правительство объявило о программе резкого сокращения импорта. Нормы продовольствия были урезаны. Символом новой эры экономии стал худой и аскетичный сэр Стаффорд Криппс, который в ноябре 1947 года был назначен канцлером казначейства. Несмотря на урезанные продовольственные пайки, общее состояние здоровья нации было лучше, чем перед войной. Зарплаты были низкими и повышались очень понемногу. От рабочих требовалось производить больше продукции за ту же плату — и это стало общей темой всех послевоенных лет. Вероятно, Великобритания была одной из немногих стран мира, где благодаря чувству «честной игры» и дисциплине удалось обойтись без возникновения гигантского «черного рынка». В 1948 году выпуск продукции увеличился на 38 % по сравнению с предвоенным уровнем, увеличился и экспорт. Впрочем, до «лучших времен» было еще далеко. Необходимость полной занятости считалась сама собой разумеющейся, поэтому лейбористское правительство могло столкнуться с серьезными трудностями, когда население начнет уставать от режима жесткой экономии. Тяжелые финансовые обязательства Великобритании заставили правительство пересмотреть приоритеты британской внешней политики. Хью Дальтон, канцлер казначейства с 1945 по 1947 год, постоянно побуждал министра иностранных дел Эрнеста Бевина требовать от других стран выполнения их обязательств перед Великобританией. Сотрудники министерства иностранных дел восхищались своим шефом, ибо никогда еще не знали такого министра, как упрямый, грубоватый и энергичный Бёвин. Он гордился своим пролетарским происхождением и тем опытом, который приобрел во время своего длительного пребывания на посту лидера самого большого в стране профсоюза транспортников и разно-рабочих. Кроме того, во время войны Бевин успешно справлялся-с обязанностями министра труда в коалиционном правительстве Черчилля. Убежденный сторонник левых демократических сил, он не менее Черчилля был 346 озабочен проблемой противостояния коммунизму как в самой Великобритании, так и в тех странах, которые входили в сферу ее интересов. Не отставал он от Черчилля и в вопросе сохранения Британской империи. Например, несмотря на яростные протесты британских левых, Бевин поддержал премьер-министра в его борьбе с греческими коммунистами, поскольку: «Британская империя должна сохранить свои позиции на Средиземноморье». Что касается Европы, то в 1945 году Бевин все еще полагал, что оправившаяся от поражения Германия представляет гораздо большую опасность, чем Советский Союз. Отвергая реализм Черчилля, Бевин, как и Рузвельт, верил, что будущей войны можно избежать при сильных позициях ООН. Кроме того, гарантировать мир должны три великих державы — СССР, США и Великобритания, каждая в своем регионе земного шара. Поначалу Бевин полагал, что Советский Союз имеет свои интересы в странах Восточной и Центральной Европы, а потому западным державам придется иметь дело со Сталиным. Бевину не хотелось видеть бывших союзников расколотыми на восточный и западный блоки, кроме того, он с подозрением относился к политике Соединенных Штатов. В декабре 1945 года, беседуя со Сталиным, он дал понять советскому диктатору, что Великобритания настроена миролюбиво, но «существуют определенные пределы, до которых мы можем терпеть советские попытки подорвать наши позиции». До дета, 1 946 года советская пропаганда была направлена в основном против Великобритании, перемежаясь при этом угрозами в адрес Турции и Ирана, а также осуждением германской политики союзников. В марте 1946 года в городе Фултоне, штат Миссури, Черчилль произнес свою знаменитую речь о «железном занавесе». Он видел Великобританию на переднем крае борьбы с коммунистической угрозой и влиянием Советского Союза в Восточной Европе. Кроме того, Черчилль попытался объяснить американцам всю серьезность «советской угрозы». Бевин придерживался аналогичных взглядов, однако он еще не отказался от мысли проводить твердую политику в отношении СССР и при этом попытаться привлечь Сталина к сотрудничеству. По мнению Бенина, союз западных держав, направленный против СССР, может только обострить ситуацию, поэтому речь Черчилля была не слишком уместна. Терпение и твердость — вот основные качества политики Бевина до 1948 года. При этом у него по-прежнему сохранялись подозрения в отношении Г ермании. Бевина весьма беспокоило, что американцы могут вывести свои войска из Европы. Поэтому он хотел, чтобы Франция стала союзником Великобритании, однако отношения между двумя странами складывались весьма непросто. После тяжелых переговоров — Франция хотела отнять у Германии Рурскую область, а Англия этому противилась — 4 марта 1947 года в Дюнкерке был, наконец, заключен англо-французский договор. Его основной целью было противостояние возможной агрессии возрожденной Германии, но, кроме этого, он заложил основы союза западноевропейских наций, который бы не обидел СССР и тем самым не похоронил бы надежду на возможное сотрудничество. Этот союз должен был стать опорой западноевропейской демократии, тем более что во Франции и Италии были сильны позиции коммунистов. Благодаря политике Великобритании спустя два года было создано НАТО. (обрыв текста) 347 танских сержантов, которые были повешены «в отместку» за казнь двух еврейских экстремистов из группировки Иргун Цвай Леуми. За период с августа 1945 по сентябрь 1947 года, в результате терактов погибло свыше 300 человек, причем почти половину из них составляли англичане. После войны британское правительство по-прежнему пытавшееся ограничить эмиграцию евреев из Европы, подверглось осуждению. Трумэн заставил Великобританию увеличить квоту до 100 000 человек, причем Бевин назвал это циничным стремлением польстить избирателям еврейского происхождения. Тем временем в выпусках новостей было показано, как британский флот перехватывает утлые лодки, перегруженные еврейскими беженцами, и задерживает измученных людей. Когда беженцы были возвращены в Германию, во всем мире послышались голоса протеста. (обрыв текста) Америки, были свои интересы на Ближнем Востоке. Свои интересы заставляли Великобританию поддерживать и королевское правительство Греции в его борьбе с коммунистами. Именно благодаря вмешательству Великобритании коммунистам не удалось захватить контроль над Грецией, после того как в октябре 1944 года Германия вывела оттуда свои войска. В 1940-1941 годах греки мужественно сражались с итало-германскими оккупантами, но, несмотря на помощь британских войск, были разбиты. В декабре 1944 года британские и турецкие войска снопа высалились на территории Греции, заняв стратегически важные позиции в восточном Средиземноморье. Сталину пришлось смириться с доминированием Запада в Греции. Однако коммунистические партизаны Албании, Г реции и Югославии оказывали помощь прокоммунистически настроенному Национально-освободи-тельному фронту Греции и его военной организации — ЭЛАС. Фронт пользовался поддержкой рядовых греков, поскольку на протяжении всей оккупации сражался с немцами. Король Греции Георг II вместе со своим правительством находился в изгнании в Каире. Большинство греков не хотели возвращения довоенных социально-экономических порядков, а потому Национально-освободительный фронт поддерживали и не-коммунисты. Политическим противником фронта была небольшая группировка республиканцев, которая тоже боролась против немецкой оккупации. В декабре 1944 года в Афинах произошли столкновения. Благодаря британским войскам коммунистам не удалось установить свой контроль над страной. В январе 1945 года удалось добиться перемирия, которое оказалось всего лишь передышкой перед решающими схватками. В мае 1946 года разразилась гражданская война. Но еще до этого, в марте 1946 года, Великобритания настояла на проведении выборов. Однако ле-вые силы бойкотировали эти выборы. В результате к власти пришло правое правительство, которое в сентябре 1946 года провело плебисцит по поводу судьбы монархии. Результат был положительным — и король вернулся в Афины. Британские войска оставались в Греции, а Национально-освободительный фронт укрепился в провинции. К моменту возвращения короля гражданская война уже была в самом разгаре. Для страны, которая серьезно пострадала от иностранной оккупации и находилась на грани голода, это было настоящей трагедией. Опираясь на помощь коммунистических соседей — Албании, Болгарии и Югославии, — Национально-освободительный фронт продолжал вести войну целых три года — до октября 1949 года. 348 Г ражданская война в Г реции сыграла решающую роль в послевоенных отношениях союзников по антигитлеровской коалиции. Когда впоследствии разразился международный кризис, в дело пошла «теория домино». В Лондоне и Вашингтоне предполагали, что если в Греции победят коммунисты, то весь Ближний Восток и часть Северной Африки окажутся под советским влиянием; Перед Бевином стояла дилемма. Он не симпатизировал коррумпированному королевскому правительству Греции и понимал, что большинство греков действительно хотят социально-экономических перемен. Но главной побудительной силой Бевина был его антикоммунизм. Он также оказывал постоянное давление на своих коллег по кабинету министров с тем, чтобы они экономили ограниченные финансовые ресурсы Великобритании и, тем самым, давали возможность оказывать помощь греческому правительству. Чтобы привлечь внимание США к советской угрозе в регионе Средиземного моря и одновременно облегчить финансовую ношу Великобритании, Бевин решился на смелый шаг. 21 февраля 1947 года он уведомил Вашингтон о том, что в конце марта Великобритания прекратит оказание финансовой помощи Греции. При этом, несмотря на военный разгром коммунистов, военная помощь Великобритании греческому правительству продолжалась. Соединенным Штатам пришлось взять финансирование Греции на себя. Это было подтверждено в «доктрине Трумэна» от 12 марта 1947 года, согласно которой Америка берет на себя обязательство оказывать помощь «свободным людям». В июне 1947 года «доктрина Трумэна» была дополнена планом Маршалла. Бевин сразу же приветствовал этот шаг. Так же поступила и Франция. Сталин приказал своим восточноевропейским сателлитам отказаться от участия в Парижской конференции, на которой должны были обсуждаться детали плана Маршалла и которая проходила с июля по сентябрь 1947 года. Европа еще более отчетливо разделилась на Западную и Восточную, (обрыв текста) 349 В декабре того же года в Лондоне состоялась встреча министров иностранных дел, на которой решался вопрос о будущем Германии. Неудача этой встречи окончательно убедила Бевина в том, что главная задача состоит в экономическом и военном усилении Западной Европы. В феврале 1948 года в Чехословакии произошел коммунистический переворот, ставший для Запада сигналом о начале новой стадии советской агрессии. Бевин не хотел целиком полагаться на США в деле защиты Западной Европы и западных интересов на Ближнем Востоке и в Азии, хотя только США могли «раскрыть» над Западной Европой «ядерный зонтик», поскольку лишь они обладали монополией на ядерное оружие. Но у американцев было еще слишком мало ядерных бомб и до Берлинского кризиса 1948 года они не хотели базировать свои бомбардировщики в Великобритании в качестве сдерживающего фактора советской угрозы. Поэтому странам Западной Европы надо было самим позаботиться о собственной безопасности, и Бевин энергично взялся за это дело. Венцом его дипломатических усилий стало заключение в марте 1948 года брюссельского соглашения о союзе между Великобританией, Бельгией, Нидерландами, Люксембургом и Францией. Целью этого союза было не только экономическое сотрудничество — IV статья договора посвящалась проблеме военной помощи, которая будет оказана той стране-союзнице, которая «подвергнется военному нападению в Европе». Хотя в преамбуле этого договора в качестве возможного агрессора упоминалась только Германия, он был направлен и против любого другого европейского агрессора. Подразумевалось, что таким агрессором мог стать Советский Союз. Таким образом, Великобритания стала членом западного блока, а Бевин оказался его архитектором. В 1948 году обстановка в Европе была угрожающей, поэтому в результате усилий Бевина и других членов правительства Эттли была существенно пересмотрена традиционная лейбористская внешняя политика, согласно которой Великобритания должна выступать в роли «миротворца и посредника». При этом ни консерваторы, ни лейбористы не собирались присоединяться к объединенной Западной Европе, дорожа особым статусом своей страны. Кроме союза с соседями по континенту Великобритания очень дорожила и своими отношениями с членами Британского содружества. Бевин не верил, что Западная Европа уже стала настолько сильна, что может защитить себя самостоятельно. Поэтому он рассматривал брюссельский договор в качестве первого шага на пути к созданию трансатлантического альянса, который может быть создан, как только США объявят о своей готовности к этому. Так и случилось— в 1949 году возникло НАТО. Можно смело утверждать, что британский министр иностранных дел Эрнест Бевин стал главным архитектором важнейшего западного союза. Сам он твердо желал видеть Западную Европу не простым придатком США, а сильной и процветающей. Однако на протяжении многих лет именно США доминировали в альянсе западных государств.
<< | >>
Источник: Гренвилл Дж.. История XX века. Люди. События. Факты. 1999

Еще по теме ГЛАВА 32 БРИТАНИЯ И ОСТАЛЬНОЙ МИР: СЛИШКОМ ТЯЖЕЛОЕ НАСЛЕДСТВО:

  1. Глава 2 РИМСКАЯ БРИТАНИЯ
  2. Глава 8 «Слишком много Черчилл*)»
  3. Глава 2 МИР ЧЕЛОВЕКА - МИР ИСТОРИИ
  4. ГЛАВА 4. РЕКЛАМА: ПИЩА (И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ) ДЛЯ РАЗМЫШЛЕНИЙ
  5. Глава IV. ТЯЖЁЛОЕ БРЕМЯ гонки вооружений
  6. Статья 1158. Отказ от наследства в пользу других лиц и отказ от части наследства
  7. Глава 22 ПРИНЯТИЕ НАСЛЕДСТВА
  8. Глава 64. ПРИОБРЕТЕНИЕ НАСЛЕДСТВА
  9. 28. Когда [объект, который] должен быть оставлен с помощью видения [Истины] страдания, устранен, [но индивид] связан [с ним] посредством остальных универсальных [аффектов], или когда при устраненном [аффекте] первого вида [интенсивности индивид сохраняет с ним связь] благодаря остальным загрязнениям [сознания], имеющим его своей опорой1.
  10. Глава IX О МОНАРХИИ, ПОЛУЧЕННОЙ ПО НАСЛЕДСТВУ ОТ АДАМА
  11. Их слишком много..
  12. Римляне покидают Британию
  13. § 8. От Британии - к Англии
  14. Слишком смелый герцог