<<
>>

ГЛАВА 82 ФЕДЕРАТИВНАЯ РЕСПУБЛИКА ГЕРМАНИЯ: В ПРОЦЕССЕ ДОСТИЖЕНИЯ ЗРЕЛОСТИ

Шестидесятые годы стали переломными в истории западного мира. Старое поколение, некогда пришедшее к власти, постепенно уходило. Государство достигло благосостояния и обеспечило безопасность, университетское образование больше не являлось привилегией меньшинства, молодое поколение освободилось от сексуального табу и связанных с ним страхов.
Молодежь по-новому смотрела на свое место в обществе и на свои задачи в нем: в большей степени романтики и идеалисты, молодые люди искали более важное предназначение для себя, чем грубым материализм предыдущей эпохи. Похожие чувства бурлили в юных головах и на востоке Европы, в странах, находившихся под советским протекторатом, о чем красноречиво свидетельствуют события в Польше и «пражская весна», но там, по большей части, все выступления карались репрессиями. В США, например, студенты университетов Восточного побережья проявили себя в 60-е годы в борьбе за права чернокожего населения, и в этом их поддержал новый президент — представитель молодого поколения политиков Дж. Ф. Кеннеди. Кое-где старое поколение еще держалось у власти, например — Ш. де Голль еще занимал Елисейский дворец. В Соединенных Штатах все надежды, связанные с Кеннеди, рухнули в момент его убийства. Молодые жизни американцев все сильнее пожирала вьетнамская война, все больше рекрутов отправлялось воевать на другой конец света; протест против войны стал основным объектом студенческого движения. Дополнительной проблемой терзавшей почти каждого подростка из Западной Германии был вопрос: «Что делали мои родители во время войны?» Почти полное умолчание о нацистском прошлом, окутавшее страну, усиливало конфликт отцов и детей. В Берлине, Г амбурге, Франкфурте протестовали против «большой коалиции» Кизингера-Брандта, считая ее циничным сговором представителей истеблишмента. На некоторое время произошло оживление в рядах правых сил, к ним перешла часть избирателей от ХДС, которых устрашил союз с социал-демократами.
Гораздо более интенсивно происходила перегруппировка той части левых, которые совершенно не выносили эту коалицию, но по противоположным причинам, и были разочарованы в постоянно маневрировавшем Вилли Брандте. Это недовольство укрепляли ошеломляющие новости о студенческих демонстрациях и связанных с ними беспорядках в Париже и по всему западноевропейскому континенту. Возникали и становились кумирами лидеры международного студенческого движения. Протестовавшие были во многом правы, например, когда речь шла о необходимости практических преобразований в университетах и кампаниях против усиливавшихся преследований полиции, угрожавших гражданским свободам. Но они наивно предполагали, что сумеют возродить троц-кистское или анархистское революционные движения. Участники движения в основном происходили из привилегированных семей — дети специалистов или представителей среднего класса, имевших достаточно высокие доходы. Поэтому рабочие в Германии, Франции или Великобритании не испытывали к ним большого сочувствия, и в еще меньшей степени ассоциировали свои нужды с их многочисленными и разномастными требованиями. В действительности, силу и остроту студенческим беспорядкам придавало то, что их повсеместно сопровождали телекамеры, которые транслировали бесчисленные репортажи, и на экранах мира в миллионах тихих респектабельных гос-тиных возникали вспышки от взрывов самодельных бомб, сопровождавшиеся беготней полицейских. Единственные случай, когда от искры ультралевых зажглось пламя политической борьбы среди студентов, произошел в результате зверской расправы берлинской 795 полиции со студенческой демонстрацией протеста против визита иранского шаха. Тогда, 2 июля 1967 года полицейский застрелил безоружного студента, возведенного товарищами в разряд мучеников. На улицах нескольких немецких городов развернулись настоящие побоища. Но студенчество Германии не имело политической программы, которую можно было бы предложить обществу в качестве альтернативы — ни одно экстремистское движение не могло иметь успеха у широких масс населения в Западной Европе, так как по соседству в Восточной Европе раз-ворачивались во всей красе мрачные картины коммунистического правления.
Достигло ли студенческое движение чего-нибудь реального, кроме реорганизации учебного процесса в своих «родных гнездышках» — университетах? Возможно нет, но оно укрепило многих в сознании необходимости перемен. Некоторые политики, подобно лидеру СДПГ В. Брандту, поняли, что возник и оформился новый электорат, к которому следует прислушиваться и представителей которого следует привлекать в демократические институты власти ФРГ, созданные прежними «отцами-основателями». К моменту проведения всеобщих выборов в сентябре 1969 года «большая коалиция» распалась. СДПГ существенно расширила свой электорат, германская экономика под руководством министра социал-демократа пошла на поправку. Тем не менее, ХДС/ХСС оставалась самой крупной политической силой; ее партнер СвДП утратила авторитет, потеряла много голосов и теперь решила поддержать СДПГ, которая под руководством Вилли Брандта предложила новое направление внешней политики для страны. Вместе они сформировали новое правительство. Так начался продолжительный период партнерства СДПГ/СвДП. Благодаря избирательной системе, основанной на пропорциональном представительстве, ХДС/ХСС оказалась в оппозиции и СвДП, самая малочисленная из трех партий, на этот раз решила вопрос о том, кому быть у власти. Несмотря на то, что собственно СвДП набрала менее 2 млн голосов и едва преодолела 5 % барьер, необходимый для представительства в парламенте, она изменила расстановку сил и решила спор. Демократический процесс при пропорциональном представительстве имеет свои слабые стороны, но возможность так резко сменить правительство укрепляла основы демократии в Германии. В лице осторожного Вилли Брандта ФРГ приобрела своего Кеннеди — еще довольно моложавого для своих 55 лет. Он никак не был скомпрометирован при режиме нацистов, эмигрировав в 1933 году в возрасте 19 лет. Он жил в Норвегии, затем бежал в Швецию. В 1947 году он вновь обрел германское гражданство и через десять лет стал отважным мэром Берлина, защищавшим права горожан. Его демократические и антикоммунистические убеждения были непоколебимы.
Вилли Брандт отличался политической честностью. Однако доверие, оказанное им одному перебежчику из Восточной Германии, Гюнтеру Гильому, перешедшему к нему на службу и имевшему доступ к государственным тайнам, обернулось бедой. Гильом оказался шпионом, а Брандт, взявший на себя всю ответственность за произошедшее, ушел в 1974 году в отставку. Тем не менее, предшествовавшие этому пять лет были весьма знаменательны в плане перемены в отношениях с СССР и восточными соседями. В истории за ними закрепилось название «остполитик». Брандт внес большой вклад в разрядку отношений между Востоком и Западом; он умел реагировать быстро и адекватно. Через четверть века после окончания войны он пришел к выводу, чтобы пришло время нор-мализовать отношения в Европе. Отказ Федеративной Республики Г ермании признать существование «второго» немецкого государства — Г ерманской Демократической Республики — не допускал возможности проведения любых переговоров с ГДР, в том числе и с целью облегчить трудности разделенных семей. В 1954 году Аденауэр торжественно объявил всему миру, что ФРГ не будет пытаться изменить послевоенные границы силой оружия, но это обещание он адресовал только Западу. Претензии ФРГ на выражение воли всего немецкого народа, ее отказ признать присоединение к Польше территорий по Одеру-Нейсе, разговоры о необходимости немедленного воссоединения страны и резкая враждебность к комВыборы в бундестаг (голоса в лын] ХДС/ХСС ХДС/ХСС ХДС/ХСС сдпг сдпг сдпг СвДП СвДП СвДП Крайне правые Крайне правые Крайне правые голоса % места голоса % места голоса % места голоса места 1969 0 1972 0 1976 % 15,2 46,1 242 14,0 42,7 224 1,9 5,8 30 1,4 4,3 16,8 44,8 225 17,2 45,9 230 3,1 8,4 41 0,2 0,6 18,4 48,6 244 16,1 42,6 213 3,0 7,9 39 0,3 0,7 0 797 мунизму создавали впечатление, что Федеративная Республика угрожает безопасности Германской Демократической Республики и Польши, естественно, агрессия не входила в планы западногерманского государства. Период разрядки в отношениях Востока и Запада прервался советским вторжением в Чехословакию в 1968 году.
Затем последовали десять лет постепенного преодоления напряженности и наведения мостов. Политика Брандта, признавшего существующие границы ФРГ, существование ГДР, потребовала от западных немцев преодоления глубокого психологического барьера и признания необходимости разрыва с прошлым. ФРГ юридически признала факт отторжения восточных земель и признала законность ГДР. «Остполитик» опиралась на пять договоров. В августе 1970 года Брандт посетил Москву, как он выразился, «чтобы открыть новую страницу истории», и призвал все народы Европы прекратить вражду и начать сотрудничество. После подписания советско-германского договора в декабре 1970 года он отправился в Варшаву, чтобы заключить договор с поляками. Телекамеры всего мира запечатлели акт покаяния, когда руководитель немецкого государства опустился на колени перед мемориа-лом пятистам тысячам погибших в Варшаве евреев. Этот жест стал символом новой Германии, признания ею ответственности за преступления нацистов. Далее были заключены: договор четырех союзных держав по Берлину (сентябрь 1971 года), договор между ФРГ и ГДР (декабрь 1972 года), а заключил эту цепь чехословацко-немецкий договор (декабрь 1973 года). Посетив в марте 1970 года Германскую Демократическую Республику, Брандт заложил основы новых деловых отношений между странами. Берлинская стена, построенная в 1961 году, сдерживала поток перебежчиков из Восточной Г ермании, создавая на протяжении тридцати лет видимость стабильности. Хозяева ГДР были встревожены ростом популярности Вилли Брандта. Даже после подписания договора межгерманские отношения трудно было назвать нормальными. Жизнеспособность Восточной Г ермании искусственно поддерживалась Со-ветским Союзом, в частности запретом на объединение с западногерманским государством. Но на этот раз Брежнев, лично вмешавшись, заставил лидера восточногерманских коммунистов Ульбрихта пойти на соглашение с Брандтом. Признание Западом восточных государственных образований произошло благодаря усилению зависимости восточных стран от СССР.
Последовавшее за этим оживление торговли поддержало их экономику. Восточная политика принесла ФРГ и Брандту много преимуществ, в том числе признание Советским Союзом необходимости постоянной связи между ФРГ и Западным Берлином. Более того, перемещения лиц через разделяющую две Германии границу значительно облегчились. Брандт, таким образом, сумел избавить свою страну от влияния приносившей все больше вреда доктрины Хальштейна, согласно которой Федеративная Республика прерывала всякие отношения с любым государством, официально признавшим существование ГДР. (Это не касалось Советского Союза.) Этот принцип очень сильно связывал руки. Теперь путь для торговли и культурных отношений с Восточной и Центральной Европой снова был открыт. Проявив инициативу, ФРГ показала миру, что ее больше не устраивал статус «экономического гиганта и политического карлика». Вилли Брандт и его партнер из СвДП Вальтер Шеель провозгласили начало новой эры и во внутренней политике. Началось проведение в жизнь очень далеко идущих реформ, которые должны были убедить каждого гражданина в подлинности демократического порядка страны. Следовало прежде всего изменить ситуацию, когда на правительство реально мог воздействовать лишь ограниченный круг лиц, что либо погружало массы в равнодушие, либо побуждало их к открытому бунту. Молодежное движение пошло на убыль: под руководством В. Брандта СДПГ стала гораздо терпимее относиться к молодым социалистам в своих рядах. Брандт рассчитывал со временем собрать под свое крыло партийную молодежь как левых, так и правых взглядов, хотя они гораздо чаще воевали друг с другом, чем мирно сотрудничали. Правительство Брандта не сумело выполнить всех своих внутриполитических планов. В 1969-1975 годах деловая активность пошла на убыль, а ежегодный уровень прироста германской экономики после скачка цен на нефть снизился с 8 % до 1 %, что было очень тяжелым ударом. Стало ясно, что «экономическое чудо» осталось в прошлом — депрессия не миновала западных немцев. Преемником Брандта на посту канцлера стал Хель-мут Шмидт — самый мудрый канцлер от СДПГ послевоенных лет. Практичный, энергичный и решительный руководитель, он являл собой контраст по сравнению с эмоциональным идеалистом Брандтом. Он терпеть не мог глупых оптимистов, поэтому нажил себе немало врагов, особенно среди идеологов. Шмидт поставил себе целью делать дело и решать каждую насущную проблему прагматически. Придя к власти, он получил в наслед-ство нефтяной кризис 1974-75 годов, за которым последовала тяжелая депрессия. Правительству Шмидта удалось сдержать инфляцию: ее уровень не превышал 6 %. Для немцев инфляция сродни первородному греху. Но правительственные меры, направленные на оживление экономики, усиление ее конкурентоспособности 798 и обеспечение полной занятости, действовали лишь отчасти: тем не менее, безработица не превышала 4-5 %. Экономический кризис не позволил приступить к реализации грандиозных социальных программ. Но экономия бюджета и финансовая скрупулезность позволяли германской экономике гораздо легче дышать, чем ее соседям. Шмидт, как истинный европеец, понимал взаимозависимость стран западного мира и работал в тесном контакте с французским президентом Валери Жискар д'Эстеном. В годы пребывания Шмидта во главе правительства в стране усилился терроризм. В 1977 году был похищен видный промышленник Ханс Мартин Шляйер. Он был убит, когда правительство Шмидта отказалось выполнить требования террористов. Это было лишь одно звено в длинной цепи убийств и преступлений. В том же году, в октябре реактивный самолет компании «Люфт-ганза» был задержан арабским террористом в Могадишо. На борту находилось 86 пассажиров, которых затем освободило специально обученное немецкой подразделение. К счастью, волна терроризма и насилия не превратила ФРГ в полицейское государство. Период Шмидта характеризовался постоянной борьбой с кризисами. В вопросах международной политики одним из особенно интересовавших его правительство вопросов были советские ракеты, нацеленные на Запад-ную Европу, потому что как раз в то время ПИТА и СССР достигли соглашения о балансе своих межконтинентальных ракет (ОСВ-1) Шмидт видел в этом две опасности: США могли отступиться от Европы в случае ядерной угрозы, или же, что наиболее вероятно, в Европе могла начаться третья мировая война. В последнем случае от германского государства ничего бы не осталось. Советский Союз держал свои ракеты в Европе в полной боевой готовности, и единственное, что можно было сделать в ответ, это разместить в Западной Европе американские ракеты. Но Шмидту с большим трудом удалось привлечь внимание президента Картера к суще-ствующей проблеме. В декабре 1979 года по настоянию Шмидта руководство НАТО выступило с предложением о переговорах, направленных на то, чтобы убедить Советский Союз либо полностью удалить из Европы свои ракеты («нулевой вариант»), либо сократить их количество. В случаев отказа Москвы ответной реакцией должно было стать размещение американских ракет в европейских странах; самые мощные из них, ракеты типа «Першинг», предполагалось разместить в ФРГ. Новая администрация Рей-гана не имела определенного мнения на этот счет и не была настроена вести сколько-нибудь серьезные переговоры с Советским Союзом. Замечания вскользь представителей правительства США насчет того, что в Европе возможно ведение «ограниченной» ядерной войны, делало ситуацию еще более напряженной. Предложение НАТО вызвало сильную оппозицию в партии и мощное внепарламентское движение протеста. Перед зданием парламента прокатилась волна мощных демонстраций. В ноябре 1981 года Рейган попытался затронуть вопрос о «нулевом» варианте, но безрезультатно. США начали наращивать свой ядерный потенциал, чтобы сравняться с русскими. В конечном счете это привело к со-ветско-американскому договору о ликвидации ракет среднего и малого радиуса действия, подписанному в Вашингтоне на встрече Рейгана и Горбачева в декабре 1987 года. Этот успех был во многом обеспечен прозорливостью и усилиями Шмидта и его настойчивостью в осуще-ствлении непопулярной политики, которая в то время характеризовалась как иррациональный поворот к опасной гонке ядерных вооружений. В 1980 году в борьбе за возобновление мандата канцлера, которую Шмидт вел при поддержке своего партнера по коалиции, руководителя СвДП Ханса-Дитриха Г еншера, занимавшего пост министра иностранных дел, он столкнулся с серьезным противником в лице кандидата 799 от ХДС/ХСС — способного, но излишне прагматичного политика Штрауса, чьи правые политические убеждения серьезно беспокоили либеральных реформаторов. Несмотря на отсутствие признаков улучшения в экономике коалиция Шмидта победила своих соперников из ХДС/ХСС. Доля голосов СДПГ составила 42,9 %, СвДП увеличила число своих сторонников до 10,6 %, в то время как Штраусе потерял часть своих сторонников по сравнению с предыдущими выборами. Казалось, Шмидт готовился к длительному периоду правления, но его здоровье было подорвано, что явилось одной из причин распада коалиции с СвДП в 1982 году. Экономическая ситуация во всей Западной Европе серьезно ухудшилась. В Федеративной Республике Германии уровень безработицы поднялся до 7 %. Однако СвДП требовала сокращения шедших на поддержку безработных правительственных расходов, на что СДПГ пойти не могла. СвДП на выборах снова поддержала ХДС/ХСС; так, с помощью Геншера Хельмут Коль в октябре 1982 года стал канцлером. Шмидт потерпел поражение в основном из-за неблагоприятной экономической ситуации, а не вследствие непопулярности его политики; мировой кризис, кстати, затронул немцев гораздо меньше, чем всех остальных. 8 период кризисов в экономике подавляющее большин-ство электората тяготеет к консерватизму. На досрочных выборах в марте 1983 года Коль победил со значительным перевесом сил. Началась новая фаза правления ХДС/ХСС. Безработица росла, хотя коалиционное пра-вительство боролось с ней с помощью немалых капитальных вложений, как это делалось в то время по всей Европе. Особенностью ФРГ всегда являлось сохранение относительной стабильности в кризисные времена. В отличие от немцев эпохи Веймарской республики большая часть современного электората отнюдь не жаждала перемен. Новый лидер СПДГ Ханс-Йохен Фогель слегка переориентировал свою организацию чуть-чуть влево, но он все равно не поспевал за «зелеными». Эта новая партия вышла на политическую арену только в 1979 году, и неожиданно получила 5,6 % на выборах, что дало ей 27 мест в парламенте. Партия «зеленых» состояла в основном из людей левых взглядов и сделала своим основным лозунгом защиту окружающей среды. Тем самым «зеленые» затронули самые чувствительные струны в душах обывателей и завоевали популярность, несмотря на свое эксцентрическое поведение в бундестаге и вне его стен и несмотря на то, что в их рядах не было подлинного единства. Неожиданный взлет партии «зеленых» несколько оживил дотоле спокойную и рас-судительную немецкую демократию. Экстремисты набрали мало голосов и вообще не получили в парламенте ни одного места. Крайне тревожной чертой обществен- Результаты выборов в бундестаг (% голосов) ХДС/ХСС СвДП СДПГ «Зеленые» 1980 44,5 10,6 42,9 — 1983 48,8 6,9 39,2 5,6 1988 44,4 9,1 37,0 8,3 ной жизни оставался терроризм, но в то время он поднимал голову практически во всех европейских странах, на Ближнем Востоке и в других регионах мира. Основной проблемой для Хельмута Коля была задача не обидеть своего партнера по коалиции, лидера ХСС и, одновременно, премьер-министра Баварии, Франца Йозефа Штрауса, придерживавшегося правых взглядов. Геншер хотел сохранить за собой пост министра иностранных дел, но Штраус тоже давно присматривался к этой должности. В конце концов Коль отказал Штраусу, но надо было найти для него что-нибудь альтернативное. С 1983 по 1987 год правительство в основном занималось двумя проблемами: экономикой и отношениями с восточными соседями, прежде всего в плоскости размещения ядерных ракет на территории ФРГ в противовес советской угрозе. В этом виделся путь ко все-общему разоружению. Неожиданно все вопросы внутренней политики затмил громкий скандал, прозванный «афера Флика», в связи с которым многие засомневались в дееспособности немецкой демократии. Суть ин-цидента была в том, что некий старший управляющий концерна Флика — огромного объединения, состоящего из крупных компаний, был обвинен в даче взяток представителям руководства ряда политических организаций, таких, например, как ХДС, СДПГ и СвДП, а кроме них — еще целому ряду независимых политических деятелей. Член СвДП, занимавший пост министра экономики граф Отто Ламбсдорф в июне 1984 года был вынужден уйти в отставку, так же поступили председатель ХДС и спикер бундестага, обвиненные в причастности к этому делу. Позитивные сдвиги в экономике начались в 1984 году и продолжались до 1987 года. Уровень инфляции был самым низким за последние несколько десятилетий; в 1986 году она вообще была равна нулю. Резко вырос объем экспорта, и торговых сделок. Для подавляющего большинства трудящихся это обещало стабильность и процветание на долгие годы. Единственным темным пятном была безработица, которая упрямо не желала снижаться. Нетрудоустроенными оставались 2 млн человек, а это составляло примерно 9 % всей рабочей силы страны. 800 Проблемы Германии мало чем отличались от проблем остальных западных государств: даже в стабильные времена, когда у большинства трудоспособного населения жизненный уровень повышался, существовали маргиналы. Это была публика, которая не смогла вписаться в классовую структуру общества: иммигранты, не нашедшие себе места в чужой стране, либо вовсе безработные, либо работающие нелегально, душевнобольные, не имевшие родственников, наркоманы, проститутки — почти что дети по возрасту, обитавшие в таких районах, как, например, Банхоф Зоо в Берлине. К этой же категории можно отнести бродяг, ночующих в картонных коробках под арками моста Ватерлоо в Лондоне. Не все из них были агрессивно настроены — скваттеры с Хафенштрассе в Гамбурге являлись исключением. Во многих городах безработица была слишком сильна, да и вообще климат 80-х становился все суровее: на первом месте у всех были материальные проблемы. Правительства поддерживали предпринимательство и рост производства в промышленности, соблюдая принцип: «бери больше — кидай дальше». В связи с этим в системе соци-ального обеспечения появилось много «дыр». Экология волновала людей все больше. Большинство населения Западной Г ермании резко протестовало против общественного порядка, ставившего материальные интересы превыше всего и при этом не заботившегося об окружающей среде. Машин становилось все больше, леса гибли под кислотными дождями. Правительства разных стран стали обращать внимание на проблемы экологии и принимать меры против разрушителей окружающей среды. Чернобыльская авария в 1986 году показала, какие опасности таят в себя ядерные реакторы. Росла популярность партии «зеленых», занявших антиядерные позиции. В районах двух немецких ядерных реакторов, построенных в Вакерсдорфе и Брукдорфе, были устроены демонстрации, разогнанные полицией. Правительство все еще поддерживало развитие ядерной энергетики, но эпоха ее ускоренного развития подходила к концу. Франция, правда, придерживалась другой точки зрения. В те годы общественность Западной Г ермании считалась наиболее активной и готовой организовать акции протеста по таким трогательным поводам. В рядах протестующих была не только молодежь, как в 1960 годы. Положительным знаком было отсутствие у немцев трепета перед власть предержащими, как это было прежде, в мрачные 1930-е годы. Размещение в Германии «Першингов» стало причиной продолжительных и многочисленных выступлений. Геншер сумел наладить стабильные и конструктивные отношения с Францией. Германия продолжала активно сотрудничать в Европейском Экономическом Сообществе, нормализовала свои отношения с Восточной Г ерманией. Официально правительство было привержено идее воссоединения, но мало кто в то время верил, что оно произойдет так скоро. Западногерманское правительство поставило серед собой задачу преодолеть искусственное разделение, созданное берлинской стеной, поэтому был заключен ряд договоров, облегчавших передвижение из одной Германии в другую. Восточная Германия получила значительную помощь благодаря заключению ряда торговых сделок с западным соседом, что дало ей возможность получить большие кредиты. Поскольку уровень безработицы был высоким, предпринимались многочисленные попытки как-то упорядочить поток беженцев из ГДР и оформить процесс предоставления убежища. Теперь «гастарбайтеры» уже не получали такого теплого приема, как раньше, а турецким семьям, годами проживавшим в ФРГ', было предложено вернуться на родину, воспользовавшись материальной помощью федерального правительства, но это сделали лишь очень немногие. Накануне выборов в январе 1987 года администрация Коля, стремясь заручиться поддержкой избирателей, утверждала, что расширение и процветание эконо- 1983 1985 1987 Федеративная Республика Германия 8,9 9,0 8,9 Великобритания 12,5 11,3 10,3 601 мики — это заслуга администрации Коля. О безработице же она умалчивала. Г еншер также пользовался значительной популярностью: он считался очень опытным и удачливым министром иностранных дел, на боевом счету которого было больше проведенных в самолете часов, чем у всех его предшественников. Личная популярность Коля, как выяснилось впоследствии, была невелика, его считали тяжелым человеком, имевшим привычку всюду совать свой нос и все делать невпопад. Когда телевидение по ошибке показало в 1986 году рождественское обращение Коля к народу, уже произнесенное им в прошлом году, все расценили это как типичное явление. Более серьезный инцидент произошел во время визита Рейгана в ФРГ в мае 1985 года. В честь окончания второй мировой войны и в знак дружбы президент США и Федеральный канцлер ФРГ вместе должны были посетить немецкое военное кладбище. Однако выбранные для этого захоронения у города Биттсбурга изобиловали эсэсовскими могилами. Последовали протесты жертв войны, а Рейган счел себя оскорбленным. Еще раз обмишурился Коль в 1987 году, назвав стиль пропаганды Горбачева геббельсовским, это заявление было еще не самым оскорбительным. По сути никто не верил, что такой неуклюжий канцлер сможет преодолеть все преграды на пути к переизбранию даже с помощью мудрого Геншера. Выборы в Бундестаг в январе 1987 года дали ХДС/ ХСС 44,3 % голосов и 223 места, СвДП получила 9,1 % голосов и 46 мест, а СДПГ — 37 % голосов избирателей и 186 мест. Партия «зеленых» очень успешно участвовала в выборах, получив 8,3 % голосов и 42 места в парламенте: ни одна другая партия не сумела получить даже 1 %. Неофашисты не представляли в этот период сколь нибудь заметной силы. В 1989 году отмечалась 40 годовщина образования ФРГ, граждане которой могли, наконец, чувствовать себя уверенно, гордиться своей демократией, они с уверенностью смотрели в будущее.
<< | >>
Источник: Гренвилл Дж.. История XX века. Люди. События. Факты. 1999

Еще по теме ГЛАВА 82 ФЕДЕРАТИВНАЯ РЕСПУБЛИКА ГЕРМАНИЯ: В ПРОЦЕССЕ ДОСТИЖЕНИЯ ЗРЕЛОСТИ:

  1. ГЛАВА 82 ФЕДЕРАТИВНАЯ РЕСПУБЛИКА ГЕРМАНИЯ: В ПРОЦЕССЕ ДОСТИЖЕНИЯ ЗРЕЛОСТИ