<<
>>

ГЛАВА 78 ГОДЫ БРЕЖНЕВСКОГО «ЗАСТОЯ» ПРОВАЛ ВНУТРЕННИХ РЕФОРМ

Семнадцать лет пребывания Брежнева у власти и короткий период после его смерти стали конечной фазой авторитарного коммунистического правления, только сила скрепляла эту многонациональную империю, являвшуюся одновременно военной сверхдержавой.
И только после смерти Брежнева — это было в 1982 году — совершенно неожиданно для Запада открылось, как слаб Советский Союз. Вот наглядный пример того, как подводные течения постепенно подтачивают камень истории, незаметно для постороннего взгляда; но в один прекрасный момент происходит взрыв и хорошо отлаженный механизм распадается на мелкие части. Необратимый процесс. И тайное становится явным. Советский Союз не мог догнать и перегнать Запад без создания устойчивой, жизнеспособной модели экономического и социального развития, альтернативной рыночному капитализму и демократии. Это были годы, когда коммунистическое руководство пыталось реформировать систему, вдохнуть в нее свежие силы, дабы она заработала в полную мощь. И результаты последовали незамедлительно. Но успешным подобное реформирование можно было назвать с большой натяжкой. Эксплуатация богатых нефтяных месторождений, открытие новых угольных шахт вызвали некоторый подъем экономики. Да и субъективные факторы благоприятствовали СССР: в 70-е годы мировые цены на энергоносители были довольно высокие. Но недостаточные капиталовложения в различные отрасли промышленности не могли не сказаться на положении экономики в целом. Предприятии не были модернизированы, а инфраструктуре, договорам, коммуникациям должного внимания не уделялось. Желаемых результатов достичь не удалось. Колоссальные суммы шли на нужды армии; военный бюджет вырос до астрономической цифры. Неконтролируемая эксплуатация полезных ископаемых, промышленное производство без учета экологических последствий грозило вылиться в страшные экологические катастрофы. Мощная бюрократическая машина, способная лишь душить инициативу, требовала дополнительных средств.
Труд рабочего, использовавшего устаревшее оборудование, лишенного всяческих стимулов, становился малопродуктивным и непроизводительным. И хотя в последние годы коммунистического правления произошли положительные изменения и удалось получить хорошие результаты, все же спасти существовавшую систему было уже невозможно. Первую попытку реформировать коммунистическую систему предпринял в 50-х годах Хрущев, но увы... все кончилось отставкой реформатора. Политбюро с тех пор не допускало ни малейшего намека на единоначалие. В 1964 году три ведущих советских политика четко разграничили круг своих полномочий — разделили власть. Ключевые посты были распределены следующим образом: Николай Подгорный стал Председателем Президиума Верховного Совета СССР, Леонид Брежнев — руководителем Коммунистической партии, а Алексей Косыгин — Председатель Совета Министров СССР. Косыгин, способный технократ, был прекрасно осведомлен относительно истинного положения дел и не питал никаких иллюзий по поводу реального состояния советской экономики. Вместо волюнтаристских решений Хрущева, Косыгин вместе со всеми единомышленниками — следует отметить, что руководящая «троица» действовала на удивление согласованно без каких бы то ни было серьезных разногласий — предпочел выработать глубокий научный подход к социально-экономическим изменениям. 755 Советскому руководству необходимо было выполнить следующие задачи: 1. Повысить жизненный уровень советских людей. 2. Взять под свой контроль КГБ. 3. Идти в ногу со временем в области технологий. Не уступать потенциальным противникам в производстве вооружений. Отсталость советских военных технологий во всей полноте проявилась во время Карибского кризиса: американские ракеты по своим боевым каче-ствам значительно превосходили советские. Поставленные задачи необходимо было претворить в жизнь, ни в коей мере не обостряя отношений с Америкой. Таком образом, на повестке дня стоял амбициозный план реформирования советского общества, но при условии сохранения централизации и укреплении политической системы.
Проводником этой политики должен был стать Брежнев, призванный примирить все и вся, и, в первую очередь, трех китов политической системы: партийную иерархию, бюрократов в армию. Была также отверг-нута и антирелигиозная направленность политики Хрущева. Соблюдение всех вышеперечисленных приоритетных условий сковывало темпы проведения реформ: возможность маневрирования была весьма ограничена. Экономика в период 1964-1984 годов, развивалась скачкооб-разно. После некоторого промышленного подъема — очевидно, сказались результаты проводимых Косыгиных реформ — последовали годы застоя. Однако изменения, происшедшие в Советском Союзе, нельзя было назвать фундаментальными: цены как на сырье, так и на готовую продукцию определялись плановиками; механизмы прибыли и ценообразования не были отрегулированы. Однако следует отметить и ряд положительных моментов в проводимой политике: новые льготы (в системе оплаты труда) стимулировали руководителей предприятий в рабочих, которые одобрили премиальную систему оплаты за более высокую производительность. Однако планирующие органы, Госплан, министры, устанавливали цены, определяли производственные задачи, контролировали поставки. Подход к решению экономических проблем носил половинчатый характер: экономическое реформирование охватило лишь некоторые отрасли промышленности, но и их развитие тормозилось. Отрицательных факторов — тормозов развития — было предостаточно: отсутствие коммуникаций, плохие дороги, засилие коррупционеров, плохое управление, и полное отсутствие координации. Каждое министерство стремилось улучшить статистические показатели только в своем секторе или отрасли без учета состояния экономики в целом. Подобный «секторно-отраслевой» подход, как правило, редко приносит выгоду потребителю, за исключением тех случаев, когда эффективность отрасли полностью удовлетворяет запросы потребителя. Порой подобная практика давала совершенно неожиданные результаты. Например, предприятия, выпускающие стратегические ракеты, наладили производство высококачественных холодильников, а Министерство авиации (точнее, его ведомства) производило отличные пылесосы.
Армия поддержала смещение Хрущева и только выиграла от реформирования: в целях достижения паритета с США в ракетно-ядерном вооружении, военные расходы были увеличены. Усиление вооруженных сил (1964-1974) сопровождалось определенной диспропорцией в бюджете: затраты на военные нужды поглощали огромную часть и без того крайне не сбалансированного бюджета. Но Брежнев желал почивать на лаврах благодетеля, обеспечившего потребительский бум. Армия и военные министерства также подключались к проекту, сулящему немалые выгоды. Они начали выпуск разнообразных товаров для военного и гражданского персонала: консервы, коляски, холодильники и т.д. Продукция пользо-валась повышенным спросом. Но вопрос о том, как регулировать отношения между производителями и потребителями при централизованной плановой экономике (без рыночных механизмов, когда произвольно устанавливаются цены и определяются затраты), так и не был рассмотрен, а тем более решен. Но можно ли реформировать экономику таким образом, чтобы она не выходила за социалистические рамки и работала на нужды советских людей? Этот вопрос волновал умы реформаторов на протяжении двадцати лет (с 1960 по 1980 год). Ослабление репрессий, расширение контактов с Западом способствовали раскрепощению советских людей, либерализации их мышления, особенно в больших городах. Люди стали более свободны в своих высказываниях, не возбранялась и критика. Советский Союз добился больших успехов в развитии образования. И несмотря на свою явную заидеологированность, образование все же оставалось бесплатным и было доступно всем слоям населения. Образовательный уровень в ССР был очень высок. В 60-70 годы велись широкие дискуссии в университетских кружках и клубах — именно в один из таких входил будущий руководитель СССР Михаил Горбачев. Это были небольшие группы, объединяющие молодых людей по профессиональным и образовательным интересам, — собирались они зачастую полулегально. В брежневскую эпоху уже было невозможно «искоренить» последствия хрущевской «оттепели», но установить жесткие рамки, за которые не дозволено выходить...
а почему бы и нет? В стране проходили показательные процессы, судилища над известными диссидентами, которые отважились открыто выступать с 756 обличениями системы (Андрей Сахаров, писатели Андрей Синявский, Юлий Даниэль). Многие диссиденты были евреями. В стране поднялась волна антисемитизма, а сионизм приравнивался измене Родине. Евреи, со-биравшиеся выехать из СССР, лишались работы, несмотря на то, что у многих было разрешение на выезд. Однако репрессии реформированного КГБ, подчиненного Юрию Андропову, могли только сдержать, но никак не уничтожить диссидентское движение, которое получило доселе невиданное распространение. Множительные аппараты, выполнявшие функции подпольных типографий, печатали книги «самиздата», ходившие по рукам. Подобный расцвет инакомыслия — свидетельство необыкновенного мужества советской интеллигенции. Пропагандируемая годами коммунистическая идеология не могла вытравить независимые суждения, расходящиеся с официальной точкой зрения. И так как мировая общественность была крайне озабочена судьбой советских диссидентов, руководство СССР не могло проводить в отношении к ним ту же политику, что и во времена сталинских репрессий. Более того, в 1975 году Советский Союз подписал Хельсинское соглашение, которое обязывало его уважать основные права человека. Это давало инакомыслящим некоторую поддержку, по крайней мере со стороны международного сообщества. Вопрос об отказе СССР предоставить своим гражданам право эмигрировать из страны рассматривался в американском Конгрессе. Сенатор В. Джексон внес в Сенат поправку, в которой от-вергалось предоставление режима наибольшего благоприятствования в торговле тем странам, которые лишали своих граждан права эмигрировать и устанавливали высокую плату за выездную визу. А в тот момент Россия крайне нуждалась в кредитах и импорте из США. Москва не замедлила отреагировать на подобные акции, обвинив Запад в незаконном вмешательстве во внутренние дела СССР. Однако впоследствии с развитием торгово-экономических связей СССР с западными странами проводить массовые гонения на инакомыслящих становилось уже просто невозможно.
В 70-х годах количество «узников совести», подвергающихся различным формам наказания: домашним арестам, изгнанию, насильственному содержанию в психиатрических лечебницах, все же снизилось до тысяч (ср. со сталинской эпохой, когда их насчитывались миллионы). Казни, судебные процессы были отменены. Брежневский период характеризовался низким уровнем жизни большинства советских людей, с одной стороны, и высокими показателями в народном хозяйстве, с другой. И люди прекрасно понимали это. Среднегодовое производство зерна с 1964 по 1969 год увеличилось до 156 млн т. Однако следует отметить, что в течение этого периода были и неурожайные годы, как, например, 1965 (удалось собрать только 121 млн т зерна) и благоприятные— 1966 (177 млн т зерна). Однако этого едва хватало на удовлетворение основных потребностей населения, хотя такие страшные реалии, как голод, нехватка продовольствия, очереди за хлебом ушли в прошлое. Но людям этого было мало: они хотели больше молока, больше мяса, больше овощей. Сельскохозяйственное производство хотя и увеличилось, но все же явно не удовлетворяло растущие потребности населения. Реформирование сельского хозяйства дало положительные результаты: эффективное использование минеральных удобрений, повышение зарплаты колхозникам, введение льгот, стимулов, в том числе разрешение на приобретение земельных участков, установление рыночных цен на продукцию (разумеется, при условии обязательного квотирования). И все же преодолеть отставание сельского хозяйства не удалось. Дефицит покрывался импортом зерновых и другой американской сельскохозяйственной продукцией. Так продолжалось вплоть до 1979 года, — начала вторжения СССР в Афганистан, когда США ввели эмбарго на экспорт зерна и других поставок в Советский Союз. Увеличилось произ-водство и мяса; с 1970 по 1985 годы потребление мяса возросло в среднем в два раза. Однако производство зерна варьировалось. Средняя норма — 210 млн т в год. Рекордный урожай зерна был зарегистрирован в 1978 году— 237 млн т, но в 1979 году эта цифра упала до 180 млн т, а в 1980 году немного возросла — 189 млн т. В 1981 году— катастрофически низкая урожайность-160 млн т, в том году пришлось импортировать 45 млн т зерна (на это была истрачена изрядная часть валютных запасов). И все же к концу брежневского правления стимулирующие факторы реформы и высокие капиталовложения не дали желаемых результатов. Хотя заработная плата повысилась (среднемесячная зарплата колхозников, работников транспорта и строителей увеличилась почти в два раза; доход шахтеров -в три раза) и жизнь простых людей улучшилась, они продолжали стоять в длинных очередях за дешевыми дефицитными продуктами и товарами, либо покупали их по повышенным ценам на рынка и толкучках. Злоупотребление водкой стало настоящим национальным бедствием. Доступные товары имевшиеся в продаже, не отвечали западным стандартам, отличались низким качеством и завышенными ценами (в отличие от продуктов питания). Но следует отметить, что лишь малая часть зарплаты шла на оплату жилья и покупки товаров первой необходимости, причем цены были очень низкими. Завышенные цена на некоторые потребительские 757 (дефицитные) товары и предметы роскоши служили своеобразным косвенным налогом и способом выколачивания лишних денег. Но невозможно было истратить все деньги даже на доступные товары и предметы потребления, и вся избыточная масса — миллионы рублей — оседали на счетах в сбербанках. Несмотря на довольно высокую зарплату, шахтер не мог позволить себе покупку лучшего жилья; формально он был богат, на деле — влачил жалкое существование. Недаром лучшим подарков для молодоженов считалась отдельная квартира или собственный дом. Но зачастую молодым парам приходилось годами жить со своими родителями, пока не подходила их очередь на отдельную, относительно скромную квартиру. Не менее ценным приобретением считался и автомобиль. Серийное производство машин по моделям фирмы «Фиат» было также начато во времена брежневского «застоя». Хотя по западным стандартам владельцев автомобилей насчитывалось мало, для СССР это было настоящим достижением: каждая из семи семей имела собственную машину. Почти у всех были телевизоры (у трети — цветные). Почти каждая совет-ская семья обладала холодильником и стиральной машиной. Если не брать в расчет крайне стесненные жилищные условия (скученность людей в квартирах, постоянная нехватка жилплощади), то можно сказать, что в плане устройства быта советская семья буквально катапультировала из дореволюционной необустроенности в современный век — и на все это ушло менее двух десятилетий. Что же касается остальных показателей, таких, как телефоны и персональные компьютеры, то здесь Советы значительно уступали Западу. Следует отметить крайнюю неэффективность советской экономики, нерачительное использование полезных ископаемых, не говоря уж о чрезмерной количестве нерентабельных предприятий, которые тянула промышленность. И все это усугублялось сильной изно-шенностью оборудования: трубы, насосы, вентили, клапаны в нефтяной промышленности покрывались ржавчиной, давали течь. Советский Союз не мог даже выгодно использовать богатейшие природные ресурсы: зерно, урожай гнили из-за нехватки транспорта и отсутствия приличных складов и хранилищ. Так постепенно Советский Союз приближал собственный распад. Негативные факторы советской командной экономики бросались в глаза: однопартийная государственная иерархия, злоупотребление плановостью и централизацией. Засилие бюрократов и чиновников создавало благоприятную почву для взяточничества — без этого не-возможно было решить ни одной проблемы. Иррациональное разделение властных функций между конкурирующими структурами: министерствами, партийными организациями только мешали делу. Помимо прочего, особое недовольство и возмущение вызвали привилегии номенклатуры, пользующейся специальными магазинами-распределителями, больницами, санаторно-курортными учреждениями — трудящиеся осуждали партийную элиту. Не сдали своих позиций во времена застоя и всесильные службы безопасности. Многочасовой труд стал нормой для рядовых граждан СССР. Правовая защита не была обеспечена, и жить строго по закону было просто невозможно. Например, если гражданин имел авто-мобиль, он искал возможность выхода на «черный» рынок, дабы доставать детали и запчасти (в целях обеспечения ремонта машины). Пренебрежение законом, мелкое взяточничество, коррупция достигли серьезных масштабов. Чем выше административное лицо, тем большое оно было коррумпировано. А уж о государственной элите и говорить не приходится — масштабы взяточничества и коррупции достигли астрономического уровня. Для продвижения способных работников или работниц необходимы были покровительство или рекомендации высокопоставленных лиц, товарищей по партии или организации. Коррупция вышла за стены Кремля и как раковая опухоль охватила все союзные республики. Притчей во языцех стало взяточничество в Грузии, о масштабах этого явления ходили легенды: руководители предприятий строили там настоящие дворцы (разумеется, для личного пользования). Представители номенклатуры вели образ жизни сродни американским магнатам. Для избранных были доступны все прелести Запада: роскошные мерседесы, электронная аппаратура, такие лакомства и деликатесы, как икра. Кампания Андропова — в то время он возглавлял КГБ — по чистке бюрократического аппарата затрагивала лишь поверхностные слои, не задевая глубинные пласты, а тем более не выкорчевывала корни зла. Искусственный потребительский бум все же достиг своей цели: многие, до сих пор дефицитные товары, стали доступны широким массам, хотя их качество оставляло желать лучшего. Одной из острой проблем, разрешить которую системе централизованного планирования было не под силу, являлся следующий фактор: удовлетворение спроса потребителей регулировалось соответствующими министерствами (ведомствами) без учета самих потребителей. Таким образом, потребитель оставался некой абстрактной единицей. Разумеется, в командной экономике пожелания трудящихся не являются первостепенными критериями и не определяют превалирующие направления развития. А иначе и быть не могло, поскольку ни одна даже суперсовершенная программа не в состоянии учесть весь спектр 758 потребительских запросов. Возьмем к примеру обувь, где необходимо в масштабах всей страны учитывать объем поставок, качество, цены, размеры, модели и т.д. Не говоря уже о том, что в СССР наблюдалась острая нехватка качественных компьютеров. Следует упомянуть еще об одной «мине замедленного действия», кроющейся в советской системе: это пресловутый показатель — «объем валовой продукции», определяющий выполнение планов. Здесь перегибы доходили порой до анекдотичных случаев. Проиллюстрируем подобное явление на примере завода, выпускающего гвозди. При планировании учитывался вес гвоздей. В соответствии с этим директор предприятия налаживал производство больших, тяжелых гвоздей. Затем министерство дает указание увеличить количество гвоздей, и руководитель завода начинает выпускать маленькие гвозди. Может быть, эта история и не совсем достоверная, но пример достаточно показателен и хорошо иллюстрирует недостатки централизованного планирования. Но в тех сферах, где удавалось полно-стью удовлетворить требования заказчика (как например, поставки вооружений для армии), Советский Союз был на высоте. Космические предприятия СССР не отставали от западных, и в надежности не уступали, а может быть, и опережали корабли американского космического агентства НАСА. Развитие страны в брежневскую эпоху проходило неравномерно, скачкообразно. Но тем не менее начало экономическим реформам было положено, и что важно, фундаментальные основы советской системы не были затронуты. Разработка и эксплуатация богатейших природных ресурсов СССР — нефти, газа и золота в Сибири и на территории восточной части Урала — и ограниченное использование западных технологий повысили объем производства, но работ по реконструированию промышленности почти не проводились. КГБ уже не был столь всемогущ, как во времена Сталина, повысился жизненный уровень советских людей — несомненно, все это оценивается как положительные явления, однако авторитарная система ничего общего с демократией не имела. Брежнев стремился упрочить основы советской политической структуры. Претворялся в жизнь принцип: живи и дай жить власть предержащим, неприкосновенность партийной собственности и неуязвимости партийных боссов; именно они, как никто другой, нуждались в поддержке, которая обеспечивалась привилегиями и коррупцией. Простые люди не обладали столь широкими правами и делали то, что им приказывали. Однако система не могла препятствовать продвижению на высшие командные посты честных, неподкупных людей, к числу честных, способных политиков можно отнести Юрия Андропова, председателя КГБ, который пытался «излечить» партию от коррупции. Хотя в стране был распространен культ личности Брежнева, власть его не была абсолютна. По причине плохого здоровья генсека в последние годы его правления часть работы выполнялась его заместителями. О непочтительном отношении к лидеру партии, особенно в последние годы, как нельзя лучше свидетельствуют ходившие по всей стране анекдоты о престарелом руководителе. Многое изменилось за последние тридцать лет: разве кто-нибудь отважился бы подшутить над Сталиным? Но Брежнева считали благодушным и доброжелательным человеком и либеральным руководителем. И хотя уровень благосостояния людей в различных регионах страны был неодинаковым, а в сельской местности жители влачили жалкое существование из-за неустроенности быта, все же жизнь стала лучше и в городе, и на селе. Шел процесс сближения города с деревней — резкий контраст между городскими и сельскими условиями жизни характерен для слаборазвитых стран. 759 Кажется, приход к власти Юрия Андропова после смерти Брежнева в ноябре 1982 года был как нельзя кстати — назначив его на пост Г енерального секретаря ЦК КПСС, партия сделала правильный выбор. В отличие от Брежнева этот строгий руководитель КГБ вел скромный образ жизни, обладал безупречной репутацией. Он сумел подчинить мощную тайную службу партийному контролю при сохранении полной секретности. Он был реформатором, но не в том смысле, в каком это понимается на Западе. Реформирование по Андропову подразумевало усиление контроля со стороны партийного руководства, реформирование коммунистического государства с целью усовершенствования социалистической системы. Перед Андроповым также стояла задача упрочения порядка в государстве и усмирение диссидентов без применения механизма репрессий. Изгнание, ссылка, содержание правозащитников в психиатрических лечебницах — все эти меры результат не личных прихотей или каких-то пристрастий руководителя, а стремление остановить, запугать инакомыслящих. Западное отношение к правам человека и законам для СССР считалось неприемлемым, несмотря на то, что СССР присоединился к Хельсинскому акту; и советские организации защиты прав человека, в задачи которых входило контролировать соблюдение хельсинских соглашений, находились под постоянной угрозой преследований и гонений. Андропов искусно жонглировал кнутом и пряником, зачастую применяя удивительную терпимость, шел на уступки. Почти тремстам тысячам евреев было дано разрешение покинуть Советский Союз, правда ранее их лишили работы и всех льгот. Часть из них отсидела тюремные сроки по сфабрикованным обвинениям, а многие годами ждали разрешения на выезд. Знаменитому писателю-диссиденту, лауреату Нобелевской пре-мии Александру Солженицыну также позволили эмигрировать на Запад. Достойный преклонения и восхищения известный правозащитник физик Андрей Сахаров, который боролся против системы, вместе с женой был выслан за пределы Москвы и в течение шести лет терпел лишения и страдания в изгнании в городе Горьком. Благодаря усилиям средств массовой информации западных стран, когда к власти пришел Горбачев, знаменитый академик был освобожден и вернулся в Москву. Уголовные дела возбуждались по преступлениям, связанным с коррупцией, причем не щадили даже высокопоставленных партийных руководителей. Еще на посту председателя КГБ Андропов зарекомендовал себя бесстрашным, бескомпромиссным борцом с коррупцией (достаточно вспомнить показательные процессы 70-х годов, в которых были замешаны партийные боссы). Итак Политбюро без колебаний выбрало на высший пост Андропова. Главным достоинством претендента (по мнению высшего партийного руководства) была его способность реформировать советскую экономику при условии сохранения ортодоксальной идеологии. Именно его кандидатуру большинство членов Политбюро рассматривало как наиболее приемлемую для проведения преобразований. И избранник оправдал возлагаемые на него надежды, хотя кое-кто (например, Константин Черненко, приближенное к Брежневу лицо и считавшийся его преемником) и не верил в его успех. Однако сам Андропов был тяжело болен. Он выдвинул некоторых молодых перспективных руководителей, в частности Горбачева, которому было поручено разработать программу по стимулированию советской экономики. Была также предпринята попытка заменить партийное руководство в регионах и городах по всему Советскому Союзу. Однако довести до конца все свои преобразования Андропову не удалось по причине плохого здоровья: последние месяцы своей жизни он провел в клинике, а в феврале 1984 года скончался от по-чечной недостаточности. Горбачеву, по мнению дряхлеющего Политбюро нельзя было доверить руководство страной, так как он был слишком молод, импульсивен и неуравновешен. Однако все понимали, что политику реформирования, начатую Андроповым, необходимо продолжить. Руко-водителем государства стал 70-летний Черненко, однако всесильное Политбюро не отказалось от избранного курса: Горбачев отвечал за экономику, а дуайен партийного аппарата Андрей Г ромыко оставался министром иностранных дел. Здоровье Черненко катастрофически ухудшалось, однако он оставался на посту до самой смерти—и умер в марте 1985 года от прогрессирующего заболевания эмфиземы легких. Череда смертей престарелых партийных лидеров в течение двух с половиной лет ни в коей мере не способствовали продвижению страны по пути реформ и преобразований. Наоборот, и в СССР и за рубежом все более убеждались, что страна, руководимая дряхлеющими партийными лидерами, исчерпала свои возможности. В Советском Союзе назревали драматические перемены.
<< | >>
Источник: Гренвилл Дж.. История XX века. Люди. События. Факты. 1999

Еще по теме ГЛАВА 78 ГОДЫ БРЕЖНЕВСКОГО «ЗАСТОЯ» ПРОВАЛ ВНУТРЕННИХ РЕФОРМ:

  1. 6.2. Анализ структуры 36-летних циклов (1881-2025 гг.)
  2. Вопрос 81. СССР в эпоху "развитого социализма" (1964 - 1985)
  3. ГЛАВА 78 ГОДЫ БРЕЖНЕВСКОГО «ЗАСТОЯ» ПРОВАЛ ВНУТРЕННИХ РЕФОРМ