<<
>>

ГЛАВА 61 СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ В 60-х ГОДАХ

Шестидесятые годы стали одними из самых бурных десятилетий американской истории. .США вели безуспешную войну во Вьетнаме, посылая туда тысячи молодых людей, поскольку американская армия в основном состояла из призывников.
Волна протестов против вьетнамской войны нарастала, тем более, что в конечном итоге в Индокитай были по-сланы свыше 500 000 тысяч человек, а жестокость и бессмысленность этой войны стали очевидны для большинства американцев. Это десятилетие характерно беспрецедентным по масштабам движением черных американцев за свои права, а также жестокими покушениями на политических лидеров, как черных, так и белых. Три особенно громких убийства потрясли всю страну—в 1963 году был убит президент Кеннеди, в 1968 — его брат Роберт, который в то время баллотировался в президенты, а незадолго до этого — лидер ненасильственного движения за гражданские права Мартин Лютер Кинг. Убийства обоих братьев Кеннеди были показаны по телевидению и их видела вся страна. Была ли Америка все еще управляемой страной? Первая трагедия произошла на глазах у всей нации 22 ноября 1963 года в Далласе. Улыбающийся президент рядом со своей сияющей женой, медленно ехали в центре автомобильного кортежа, приветствуя толпу. Когда президентский автомобиль проезжал мимо мрачного строения, в котором располагался техасский склад школьных учебников, из окна, находившегося в верхней части здания, раздались выстрелы. Президент опрокинулся назад — пуля пробила его голову и глотку. Убийцей президента стал Ли Харви Освальд, неуравновешенный двадцатичетырехлетний отставной моряк, симпатизировавший коммунистам и Кубе, который недавно вернулся из Советского Союза со своей русской женой. Сторонники правых взглядов тут же обвинили во всем коммунистов, сторонники левых и центристы заявили в ответ, что непримиримые консерваторы составили заговор с целью убийства популярного . и либерального президента. И никто не верил, что Освальд действовал в одиночку. Во время поразительной сцены, выхваченной телекамерой несколько дней спустя, Освальд был убит владельцем ночного клуба, так и не успев дать показания на суде. Насилие вновь заявило о себе, как об одной из сильнейших тенденций американского общества. Теперь на политическую авансцену предстояло выйти вице-президенту Линдону Джонсону, который до сего момента полностью находился в тени Кеннеди. Ему предстояло замещать убитого президента на протяжении целых 14 месяцев, оставшихся до конца срока, на который был избран Кеннеди. Линдон Джонсон был старшим сыном мелкого фермера, женатого на дочери преуспевающего юриста, Ему тяжело давалось восхождение по ступеням политической лестницы, поскольку приходилось тщательно просчитывать каждый свой шаг. В 1937 году он стал конгрессменом — убежденным сторонником Рузвельта. За время своего пребывания в сенате — а к 1955 году Линдон даже стал лидером сенатского большинства - он становился все более консервативным, как и большая часть техасского электората. Его навыки в управлении сенатом и эффективные методы убеждения коллег стали известны под именем «обработка Джонсона», благодаря чему он приобрел репутацию в вашингтонских кругах. Джонсон мог бы повторить слова Роберта Льюиса Стивенсона, заявив, что его политика — «изменять то, что мы можем, в лучшую сторону...» Это означало примирение реформаторов и противников социальных реформ.
Либеральных законодателей надо было убеждать в том, что лучше хоть что-нибудь, чем вообще ничего, а консерваторов — в том, что принятие определенных реформ позволит 577 избежать опасности более радикальных и нежелательных изменений. В качестве вице-президента Джонсон почти никак не проявил себя, но все изменилось после того, как он принес присягу в качестве президента. Наружность, оказалась обманчива. На смену молодому и динамичному Кеннеди пришел пожилой джентльмен, который уже перенес один сердечный приступ, но начал свое вступление в должность со слов: «Давайте продолжим». Джонсон" преуспел гораздо больше, чем Кеннеди — ему удалось добиться одобрения сенатом тех умеренных мер, которые уже были предложены Капитолийскому холму, но успешно блокировались оппозицией. Законопроекты об иностранной помощи, о расширение доступа в колледжи и университеты, о сокращении налогов для стимулирования экономики стараниями Джонсона стали законами. Среди самых значительных законопроектов, доставшихся в наследство от администрации Кеннеди, и проведенных через конгресс его преемником, был билль о гражданских правах. Выражение «гражданские права» подразумевало законодательство, устраняющее дискриминацию и неправоспособность, от которых страдали цветные американцы, в подавляющем своем большинстве черные. За пе-риод с 1950 по 1980 год общая численность населения США увеличилась со 152,3 млн человек до 227,7 млн. Из них в 1950 году черное население насчитывало 15 млн человек, а в 1980 — 26,6 млн. Испаноязычные из Пуэрто-Рико и Латинской Америки составляли второе по численности этническое меньшинство — в 1980 году их было 14,6 млн. Количество американцев азиатского происхождения тоже постепенно увеличивалось. Если в конце XIX века это были в основном выходцы из Китая и Японии, то теперь в Америку стали прибывать главным образом филиппинцы, корейцы и вьетнамцы. Но именно черные успешнее всего вели борьбу за гражданские права, что в конечном итоге повлияло и на другие этнические меньшинства. Десятилетие, продолжавшееся с начала 60-х до начала 70-х годов, было отмечено яркими контрастами — федеральная администрация, Конгресс и Верховный Суд играли ведущую роль в поддержке движения за гражданские права и блокировали все попытки южных штатов применять местное законодательство для подавления демонстраций протеста. В то же время федеральное правительство пыталось бороться с бедностью благодаря расширению системы социальных пособий. Это было десятилетие реформ, невиданных со времен «нового курса» Рузвельта. Однако имелась и существенная разница - в отличие от 30-х годов в 60-х США переживали экономический бум, который, казалось, сам производит материальные блага, а администрации остается только их тратить. Кроме того, в 60-х годах исчезли многие привычные ограничения — молодежь отвергла сексуальные табу и запреты. Однако либеральные надежды на консолидацию общества, состоящего из белых и цветных граждан, на сокращение пропасти между богатыми и бедными и достижение всеобщего согласия по поводу роли Америки Как лидера свободного мира, привели к тяжелым конфликтам и глубокому разочарованию. В конце данного периода президент Ричард Никсон под угрозой импичмента добровольно покинул Белый дом, став первым президентом, подавшим в отставку. Агенты Федерального бюро расследований, неподкупные «неприкасаемые», которые в 30-х годах разгромили гангстерские шайки, теперь были обвинены в нарушении гражданских свобод американских граждан. Их возглавлял шеф ФБР Д. Эдгар Гувер. Центральное Разведывательное Управление тоже поставило себя над законом, и вся эта изнанка политики Вашингтона вызвала широкое разочарование, перенесенное на всю деятельность правительства. За десять лет до этого, в 60-х годах, черное движение протеста набрало на Юге такую силу, что это помешало демократам, пользовавшимся широкой поддержкой со стороны белых, «поставить ниггеров на место». Насильственная сегрегация черных граждан и унижения, которым они ежедневно подвергались, должны были напоминать им об их расовой неполноценности— такая система в Южной Африке получила название апартеид. В 60-х годах она процветала и в США, причём не только на Юге. В столице страны Вашингтоне дискриминация оказалась серьезным препятствием для желания США играть роль лидера свободного мира повсюду, в том числе и в недавно получившей независимость Африке. «Только для белых» — такие надписи все еще имелись во многих кафе и ресторанах Юга. Но тысячи черных американцев больше не желали мириться с таким положением дел. 579 Мартин Лютер Кинг, баптистский священник, прославился в 50-х годах как один из выдающихся лидеров массового движения протеста в Монтгомери, штат Алабама. Церкви для черных были единственным местом, где чернокожие граждане могли собраться в больших количествах без того, чтобы быть обвиненными в нарушении законов штата, используемых против демонстраций и черных митингов. Черные в Монтгомери, вдохновляемые доктриной Кинга об активном нена-сильственном протесте и не страшась арестов и тюремных заключений, сумели добиться двух важных вещей. Во-первых, черное движение протеста обрело уверенность в собственных силах; во-вторых, оно сумело привлечь к себе внимание всей Америки. Телевидение, транслировавшее сцены как полицейские натравливают своих собак на безоружных демонстрантов, сумело донести до миллионов американцев решительный настрой их черных соотечественников. Об одном местном протесте стало известно всей стране, более того, этот протест вызвал симпатию и поддержку. Насилие белых южан над невооруженными сторонниками движения в защиту гражданских прав потрясло американцев больше всего. Теперь они не только читали об этом, но — что гораздо важнее — видели это соб-ственными глазами. В 1960 году четыре молодых черных студента зашли позавтракать в заведение «только для белых», находившееся в Вулвортсе, Гринсборо, штат Южная Каролина. Однако их не обслужили. Вскоре, так называемые сидячие забастовки, когда черные занимали места в кафе «только для белых» и отказывались уходить, распространились по всей стране. Новым было то, что чернокожие брали инициативу на себя, а не только дожидались пока Конгресс, суд или правительство США защитит их права. Например, черно-белая сегрегация в автобусах, курсирующих между штатами, была признана незаконной, однако даже это право еще нужно было отстаивать, поскольку множество законов, теоретически защищавших права черных, фактически не действовали. В 1961 году северные чернокожие, которых поддержали несколько белых сделали попытку проехать через южные штаты на автобусах. Эти «свободные наездники», как их стали называть, большинство из которых были студентами, подверглись жестокому нападению, а их автобусы были сожжены. Они намеренно бросили вызов администрации Кеннеди, пытаясь защитить свои права. Министр юстиции Роберт Кеннеди в конечном счете обеспечил федеральную защиту от насилия толпы, но не от незаконного ареста. Он надеялся достигнуть взаи-моприемлемых компромиссов на Юге, хотя время для таких компромиссов уже давно прошло. Усилия администрации были сконцентрированы на законодательстве по гражданским правам. Кроме того, она пыталась воспрепятствовать лишению черных избирателей права голоса путем запугиваний или незаконных требований грамотности, что практиковалось южными штатами. В августе 1963 года Мартин Лютер Кинг и другие черные лидеры организовали марш на Вашингтон, который собрал около 200 000 черных и белых, грозивших «вихрем революции», если расовая несправедливость не будет устранена. Однако администрация Кеннеди вырвала жало у этого протеста, заявив, что полностью солидарна с протестующими. Кеннеди, без сомнения, был убежден в моральной справедливости требований черных, однако возмущался тем давлением, которое они оказывают на его администрацию. Он понимал, что идя навстречу этим требованиям, не может бросать явный вызов конгрессу или большинству белого населения Юга. Процесс реформирования системы образования был постепенным — при этом черные считали его слишком постепенным. Умеренные предложения президента по поводу гражданских прав тормозились Конгрессом, и так продолжалось до самого дня его гибели. Джонсон ускорил их прохождение через конгресс, воспользовавшись помощью министра юстиции Роберта Кеннеди. Однако черные и сочувствующие им жители севера страны, которые вполне законно пользовались своим правом на митинги и протесты, по-прежнему подвергались насилию. В Миссисипи трое черных и двое белых были забиты до смерти. Раздражение черных вызывала не просто враждебность, препятствовавшая им пользоваться своими избирательными правами, но вся система дискриминации. Безработица среди черных была в три раза выше, чем среди белых, а черные школы значительно уступали школам для белых. Черные граждане Америки были не только черными, но и бедными. Лишь очень немногие из них смогли преодолеть все трудности, достичь уровня жизни среднего класса или получить хорошее образование, гарантировавшее высокооплачиваемую работу. Равные возможности, предоставлявшиеся В системе федеральной занятости, мало что давали большинству черных, поскольку не сопровождались повышением их жиз-ненного уровня. Черные жили в перенаселенных трущобах больших городов, буквально кишевших крысами. Преступления являлись самым обычным делом, поскольку люди были деморализованы. «Высоколобые» ораторы, вроде Мартина Лютера Кинга, призывавшие к любви и пассивному сопротивлению, вдохновляли многих черных на борьбу за свои права, гимном которой стала знаменитая песня: «Мы все преодолеем». 580 Однако другие, более радикально настроенные черные лидеры, тоже пользовались большим влиянием. И они призывали отнюдь не к братской любви и единению с белыми на основе христианских ценностей и матери-ального благополучия. Черные африканцы сумели обрести национальную свободу и чувство собственного достоинства — так почему же этого не сделать и черным американцам? Эти черные лидеры взывали к чувству расового самосознания — «черное — это прекрасно» — и отвергали ценности белых, в том числе и «капиталистическую систему подавления». На севере страны Малькольм Икс проповедовал идеи восстания и создания отдельного государства черных. «Я вижу Америку глазами ее жертвы. И я не вижу никакой американской мечты — я вижу лишь американский кошмар», — заявлял он. В феврале 1965 года он был убит. Элия Мухаммед, возглавивший религиозное движение черных, решил повернуть его к мусульманству, которое уже завоевало множество сторонников в Африке. Чтобы выделиться и подчеркнуть свою индивидуальность, его последователи меняли имена. Самым знаменитым из таких последователей стал непобедимый чемпион мира по боксу в самой тяжелой весовой категории Мухаммед Али. Для многих черных пассивного сопротивления уже было недостаточно. Была создана военизированная организация «черные пантеры», готовая защищать черных силой оружия. К концу 60-х годов, когда принятие федеральных законов привело лишь к самому незначительному улучшению уровня жизни большинства обитателей гетто, доктрина сепаратизма и насильственного протеста — «власть черных» — приобрела еще больше сторонников. Вспышка насилия, которая произошла в нью-йоркском Гарлеме в 1964 году, явилась спонтанной, однако в последующие несколько лет по всей стране от побережья до побережья негритянские гетто восставали одно за другим. Наличие белой полиции — символа власти белых — не смогло предотвратить городских беспорядков, когда целые районы охватывало безумие разрушения. Одно из самых жестоких восстаний произошло в черной коммуне Лос-Анжелеса, называвшейся Уотте, летом 1965 года. Каждым летом, когда жизнь в густонаселенных гетто становилась невыносимой, насилие охватывало города всей Америки. В 1967 году сгорели несколько районов Детройта и Ньюарка, а после убийства Мартина Лютера Кинга, произошедшего в Мемфисе 4 апреля 1968 года, произошли сотни городских восстаний по всей Америке. Похороны Кинга объединили черных и белых лидеров, стремившихся продемонстрировать свое единство и отвращение к расовому фанатизму, который подвергает опасности жизни самых выдающихся черных граждан Америки. Однако фундаментальные препятствия на пути к расовому примирению продолжали существовать. Они существуют и по сей день. Постепенно, в сфере образования и получения работы начался медленный процесс десегрегации. С принятием законов о гражданских правах и усилением контроля государства за соблюдением этих законов, был достигнут заметный прогресс, — правда, лишь в области избирательных прав. Циники не преминули обратить внимание на то обстоятельство, что черные стремились голосовать за демократов, поскольку именно администрация президента-демократа Джонсона и предоставила им эту возможность. Тем не менее, власть расистских белых политиков была сломлена. В 1952 году только один из пяти чернокожих жителей Юга мог зарегистрироваться на избирательном участке, чтобы получить бюллетень для голосования, в 1968 году это могли сделать уже трое из пяти чернокожих. В такой же пропорции голосовали и белые избиратели. Черные стали занимать высокие места и в городских администрациях. К 1977 году 76 американских городов избрали себе черных мэров. Однако большинству черных не удалось существенно потеснить белых в таких сферах как система здравоохранения, жилищное строительство, да и в других сферах экономики, сравнявшись с ними по уровню доходов. В городах сохранились гетто. Три десятилетия протестов и насилия так и не смогли ликвидировать неравенство черных при получении работы, особенно это касалось черных подростков. К концу 70-х годов один из трех черных имел доходы ниже черты бедности, а положение черной молодежи и черных женщин даже ухудшилось в результате увеличения количества разводов, поскольку многие матери с маленькими детьми на руках были вынуждены жить на пособие. Но возможность получить образование позво-лила примерно одной трети черных достичь уровня среднего класса. Их успех расколол черное общество. Г етто не стали районами более пригодными для жизни и менее подверженными насилию — так, некоторые районы Нью-Йорка с их сгоревшими и развалившимися домами, напоминали подвергшиеся бомбежке города Европы 1945 года. Но в середине 60-х годов насилие внутри страны являлось лишь зеркальным отражением того насилия, которое творилось в далекой Юго-Восточной Азии. В 1964 году людские и материальные потери Америки от войны во Вьетнаме были еще довольно незначительными. Джонсон не видел причин, почему бы одновременно не помочь Южному Вьетнаму и не обеспечить всех американских граждан социальными пособиями. В ноябре 1964 года он одержал внушительную победу на 581 президентских выборах, одолев правого республиканца Барри Голдуотера. Однако значительное число консерваторов протестовали против федеральных реформ демократов. Эти «радикальные консерваторы» хотели вернуть Америке уверенность в собственных силах, урезать власть правительства и ужесточить борьбу с коммунизмом. Но время для этого пришло лишь двадцать лет спустя, с избранием Рональда Рейгана. Во время своего первого кратковременного пребывания в Белом доме, Джонсон уже зарекомендовал себя выдающимся реформатором, который «изменял вещи в лучшую сторону». Его законопроекты по гражданским правам и сокращению налогов были одобрены конгрессом. В своем первом президентском послании Джонсон объявил «неограниченную войну» величайшему национальному позору — бедности и лишениям, от которых страдала значительная часть американского общества. С 1964 по 1967 год администрация Джонсона истратила свыше 6 млрд долл. на программы борьбы с бедностью, продовольственные талоны, профессиональную подготовку, кредиты малому бизнесу, общественные работы. Все эти программы были нацелены на то, чтобы бедные постарались помочь себе сами. Но даже эта гигантская сумма не принесла особых результатов, а федеральная помощь не всегда поступала тем, кто острее всего в ней нуждался. Бедность осталась непобежденной. Казалось, что достаточно ввести большой подоходный налог, чтобы финансировать широкомасштабные государственные программы помощи бедным, однако эти огромные суммы или расточались понапрасну или присваивались не-чистоплотными дельцами. Разумеется, что не вся помощь растрачивалась впустую. Государственная система образования получила значительную поддержку, благодаря чему увеличилось количество студентов и повысилось качество обучения. Американская система социальных пособий и медицинского страхования для бедных и престарелых значительно обгоняла аналогичные системы большинства западноевропейских стран. Однако Американская медицинская ассоциация протестовала против «социализации медицины». В 1965 году президент Джонсон добился принятия закона о правительственной программе медицинской помощи. Эта программа должна была финансироваться за счет поступления налогов и управляться системой социального страхования, обеспечивая больничные места или домашнюю сестру-сиделку всем престарелым американцам. Медицинская помощь сделала федеральные фонды доступными для помощи нуж-дающимся. К несчастью, с годами финансирование этих медицинских программ стало напоминать попытку наполнить бездонную бочку. С 1964 по 1968 год Джонсон, поддержанный послушным Конгрессом, законода-тельно оформил все эти «великие социальные программы», в число которых входила и федеральная программа городского возрождения. Сейчас стало модным порицать эти социальные программы и называть их неудачными. Проблемы бедности и отсутствия равных возможностей оказались значительно глубже и требовали гораздо больших денег, а потому и не могли быть окончательно решены «великими социальными программами» Джонсона. Однако миллионам американцев, в том числе и престарелым, была оказана помощь, а новые возможности в деле получения образования способствовали социальному развитию. Тем не менее, американское правительство только обеспечивало то, что в 60-70-х годах считалось важнейшим делом во Франции и Великобритании, хотя государственный патернализм этих стран не мог сравниться с госу-дарственным патернализмом процветающей Швеции. В последующие два десятилетия затраты на расширение программ социальной помощи стали грозить банкротством всей системы социального страхования США. В 80-х годах администрация Рейгана начала урезать «великие социальные программы», увеличивая при этом расходы на оборону. Благодаря этому она ухитрилась создать самый большой дефицит государственного бюд-жета, чем какая-либо другая администрация. В начале своего президентства Джонсон рассчитывал на то, что американский экономический рост сумеет обеспечить финансирование «великих социальных программ» без увеличения ставок налогообложения, поскольку последняя мера была крайне непопулярна. Однако на протяжении 1966 года опросы общественного мнения показывали снижение поддержки, оказываемой президенту, с 63 до 44 %. Но почему? Причин не надо было далеко искать — восстания в городских гетто продемонстрировали всю недостаточность «великих программ», экономические неурядицы усугублялись ростом инфляции, а война во Вьетнаме требовала все новых расходов. По мере того, как президент начал сосредоточивать свои усилия на победоносном завершении вьетнамской войны, он все более утрачивал интерес к социальным реформам. Несомненно, что «молчаливое большинство» по-прежнему считало невозможной саму мысль о том, что Америка не сможет выиграть эту вой-ну. Однако антивоенные волнения встречали все большую поддержку у оппозиции, раздраженную неоднократными заявлениями о том, что победа не за горами. Тем временем, миллионы телезрителей постоянно наблюдали на своих экранах все варварства вьетнамской войны — например, нападения на бедных крестьян и поджог их деревень, не говоря уже об ожесточенности 582 воюющих сторон. Проблемы гражданских прав и прекращения вьетнамской войны оказались связаны воедино — разве черные ведут эту войну? В 1967 году Мартин Лютер Кинг, выступая по поводу вьетнамской войны, сказал следующее: «Это безумие должно быть остановлено». О том, как администрация Джонсона постепенно утратила ориентировку во времени и пространстве свидетельствуют опубликованные документы, например Пентагона. В сентябре 1964 года, перед тем, как США взяли на себя новые и весьма существенные обязательства, Джонсон спрашивал у своих советников: «Стоит ли Вьетнам всех этих усилий?» Однако его скептицизм столкнулся с единодушным заявлением о том, что утрата Южного Вьетнама со временем может привести и к утрате всей Юго-Восточной Азии. Ошибка Джонсона состояла в том, что он не потрудился оспорить это ложное заключение экспертов, а ведь в данном контексте слово «утрата» означало коммунистическое господство не только в Южном Вьетнаме, но и в Малайе, Таиланде, Лаосе, Камбодже, Индонезии и, возможно, даже на Филиппинах. Как это могло произойти никто так и не объяснил, поскольку это было всего лишь предположение. Итак, Южный Вьетнам стал передовой линией «холодной войны» в Азии, точно так же как Западная Г ермания — в Европе, хотя эта аналогия является ложной. Юго-Восточная Азия так и не стала коммунистической, а вьетнамские, лаосские и камбоджийские коммунисты впоследствии передрались между собой, поддерживаемые: кто — СССР, кто — Китаем. Вашингтон не сумел предвидеть ни одну из этих националистических войн между коммунистами. В августе 1964 года северовьетнамские торпедные катера атаковали в Тонкинском заливе американский эсминец. При этом, несмотря на все заявления официальных американских властей, нет никакой уверенности в том, что это нападение не было спровоцировано самим эсминцем. Два дня спустя последовала вторая атака, хотя ныне высказываются сомнения в том, что этот инцидент вообще имел место. Однако оба случая вызвали сильную реакцию в Соединенных Штатах. Конгресс принял резолюцию, в которой предоставил Джонсону самые широкие полномочия для отражения вооруженного нападения на американский флот и «предотвращения дальнейшей агрессии». Более того, президент мог предпринять «все необходимые шаги, включая использование вооруженной силы», чтобы помочь любой из наций, находящихся под защитой договора СЕАТО, если она обратится за помощью «в деле защиты своей свободы». Все это имело самое непосредственное отношение к Южному Вьетнаму, поскольку теперь президент мог начать войну без формального ее объявления и одобрения Конгрессом. Однако Конгресс не предвидел ни последствий этой резолюции, ни того, как она взбудоражит американское общественное мнение. Да и Джонсон в 1964 году не мог знать о том, каких огромных усилий потребует от США эта война. «Тонкинская» резолюция была принята лишь для того, чтобы позволить президенту наказать Северный Вьетнам и стабилизировать обстановку в Южном Вьетнаме. Кроме того, она была направлена против заявлений Хрущева о поддержке «национально-освободительных движений». В оправдание вьетнамской авантюры США Макнамара выдвинул знаменитую «теорию домино». Впрочем, в августе 1964 года общественное мнение было не слишком оза-бочено вьетнамской проблемой — казалось, что США достаточно поиграть мускулами и коммунисты отступят, Семь месяцев спустя ранней весной 1965 года, «наказание» Северного Вьетнама вылилось в американские бомбардировки. При этом сначала бомбили лишь военные объекты северовьетнамцев. Эта операция получила название «катящийся гром». Ожидалось, что она принесет США победу, не вызвав особых потерь. Но вскоре аэродромы Южного Вьетнама, с которых совершались эти рейды, подверглись наземной атаке коммунистов, Эскалация конфликта стала неизбежной: в марте 1965 года морская пехота США высадилась в Южном Вьетнаме для защиты аэродромов. Вскоре выяснилось, что они прибыли не только для обороны, но и для ведения широкомасштабных боевых действий. Советники Джонсона достигли консенсуса. Вьетконг следует разгромить, а Северный Вьетнам принудить к переговорам, после того, как он поймет, что не сможет одержать победу. В целом, предполагалось повторение варианта корейской войны и то, что без поддержки Северного Вьетнама Вьетконг не будет представлять реальной угрозы. Те конгрессмены, с которыми сочли нужным проконсультироваться, согласились с точкой зрения Роберта Макнамары. Впрочем, согласие было далеко не полным — некоторые предупреждали о том, что увеличивая численность своих войск во Вьетнаме и усиливая бомбардировки, США не смогут стабилизировать ситуацию в Южном Вьетнаме. Заместитель госсекретаря Джордж Болл посоветовал президенту избегать эскалации боевых действий. Поначалу, Джонсон тоже был настроен весьма скептически, задаваясь вопросом: что произойдет, если Северный Вьетнам не сможет устоять перед Соединенными Штатами? Но, в конце концов, его убедили в том, что если США «откажутся от лидерства» и проявят нерешительность, то мировое положение Америки серьезно пострадает, а коммунисты продолжат развивать свою агрессию. Фатальные последствия уступок агрессору продемонстрировало в 1938 году в Мюнхене 583 поведение Чемберлена. Один генерал уверял, что потребуется полмиллиона солдат и 5 лет боевых действий. Президент пришел к выводу о том, что сочетая наземные боевые действия, налеты авиации и мирные предложения, можно заставить Северный Вьетнам отказаться от продолжения конфликта и признать существующий раздел страны. Свободный мир должен спасти Южный Вьетнам. Важное решение готовиться к большой войне было принято Белым домом в «юле 1965 года, после напряженной дискуссии между президентом и его ближайшими советниками. При этом не учитывалось, что южные вьетнамцы, фактически, сражаются друг с другом, а северные вьетнамцы — тоже вьетнамцы. Начав с отправки во Вьетнам 175 000 солдат, уже к концу 1967 года Америка увеличила их число до 525 000. И все равно численность северовьетнамской армии и отрядов Вьетконга превышала численность американской армии. О последствиях этой войны для Вьетнама мы уже говорили, а здесь следует лишь добавить, что победа над ком-мунистами как всегда ускользнула. Главнокомандующий американскими войсками в Южном Вьетнаме генерал Уильям Уэстморлэнд потребовал подкреплений. Но сколько бы вытерпело американское общественное мне-ние, ежедневно узнающее о новых жертвах? Весь 1967 год и военные и спецслужбы давали оптимистичные прогнозы: американские войска и их южновьетнамские союзники разгромят врага. Население Америки должно быть уверено — война будет выиграна. Но после всех этих убаюкивающих прогнозов последовало грубое пробуждение. 31 января 1968 года во время вьетнамского праздника Тет Вьетконг начал широкомасштабное наступление, проникнув в несколько городов и, тем самым, подорвав убеждение американцев, что его власть ограничивается сельской местностью. В конце концов, наступление коммунистов было отбито и они понесли большие потери, однако кровавые сцены войны, показанные американским телевидением, убедили большинство американцев в том, что их солдатам следует убираться домой. Способность коммунистов проникать в южновьетнамские города и даже удерживать там захваченные позиции — причем в те города, которые, каза-лось, прочно находились в руках южновьетнамцев и американцев — подорвала уверенность американцев в исходе этой долгой и безуспешной войны. Уверения президента в том, что наступление во время праздника Тет стало самым ужасным поражением Вьетконга, были полуправдой, однако не слишком убедительной. Все шло не так, как нужно. Сбрасывая на головы северовьетнамцев и вьетконговцев 1,2 млн тонн бомб в год, американцы не могли добиться ни их деморализации, ни утраты ими боеспособности. Все дипломатические усилия, направленные на то, чтобы усадить их за стол переговоров, оказались безрезультатны. В случае начала переговоров американцы обещали прекратить бомбардировки, а в случае отказал от них — возобновить с новой силой. Ранее предполагалось, что 1967 год станет годом победоносного завершения войны. Но уже в начале 1968, после наступления во время праздника Тет, Вашингтон был вынужден прийти к ужасному заключению — США не смогут победить, если война затянется. Сам Роберт Макнамара, — один из главных зачинателей этой войны, разуверился в возможности достижения победы. 1 марта 1968 года он был заменен на посту министра обороны Кларком Клиффордом. Но президент все еще был непоколебим. Перед ним стояла проблема: послать ли во Вьетнам еще 206 000 солдат, увеличив общую численность американской армии почти до 750 000 тысяч человек? Военные советники Клиффорда и президента отвергли это предложение. Теперь вся надежда была на то, что силы и ресурсы Северного Вьетнама истощатся раньше, чем американское общественное мнение, потрясенное видом многочисленных жертв, разуверится в победе и потребует вывода войск. В течение 1965 года количество антивоенных демонстраций быстро возрастало. Молодежь из привилегированных и хорошо образованных слоев американского общества 60-х годов обладала новым сознанием свободы, бросая вызов убеждениям, которых придерживались представители старшего поколения. В апреле 1965 года 25 000 человек прошли маршем к Белому дому. В октябре был образован Национальный комитет за прекращение войны во Вьетнаме. В начале следующего года сенатор Д.Уильям Фулбрайт начал публичные слушания по проблеме: какие национальные интересы Америка преследует в этой войне? Контраст в отношении общества к войне во Вьетнаме по сравнению со второй мировой войне или даже с войной в Корее был колоссальным. Америка оказалась глубоко расколотой. Джонсон все еще пользовался поддержкой большинства американцев, однако образовалась и мощная оппозиция. Самой заинтересованной стороной были те молодые американцы, которые были призваны зарегистрироваться на призывных пунктах для возможной отправки во Вьетнам. Война закончилась лишь в 1974 году, а до этого 110 000 человек сожгли свои повестки, а 40 000 уклонились от призыва, уехав в Канаду или Европу. Весной 1968 года Джонсону стало ясно, что и война, и дальнейшая посылка американских войск во Вьетнам стали непопулярны. Война серьезно отразилась и на его политическом положении. Ему бросили вызов сразу два политика — «миролюбивый кандидат», сенатор Юджин 584 Маккарти и Роберт Кеннеди. Оба они хотели быть выдвинуты кандидатами от демократической партии на президентских выборах в ноябре этого года. 31 марта 1968 года Джонсон объявил о том, что не будет добиваться переизбрания. Кроме того он заявил, что его решение станет одной из мер по выходу из войны — а этого теперь желали даже «ястребы» из числа советников президента. Тем самым он развязал себе руки — теперь ему не нужно было участвовать в президентской гонке и можно было посвятить оставшееся время поиску новой вьетнамской стратегии. Эта стратегия нашла свое отражение в отказе от дальнейшего наращивания американского военного присутствия во Вьетнаме и переносе основных тягот войны на плечи южновьетнамской армии, которой будет оказываться усиленная помощь. В том же самом марте Джонсон объявил о частичной приостановке бомбардировок, предложив Северному Вьетнаму сесть за стол переговоров. Как ни странно, но ответ, пришедший из Ханоя в начале апреля, был положительным. Однако надежды на быстрое достижение мира вскоре растаяли — бесконечные и трудные переговоры велись в Париже почти пять лет — с мая 1968 года по январь 1973 года. Тем не менее, именно в марте 1968 года США сделали первый шаг к выходу из вьетнамской войны. Завершить этот процесс выпало Киссинджеру и Никсону, которые еще пытались каким-то образом спасти Южный Вьетнам и закончить войну «почетным» образом. Президентские выборы 1968 года были омрачены трагедией. 5 июня во время празднования своей победы на первичных выборах в Калифорнии, Роберт Кеннеди который почти наверняка стал бы кандидатом в президенты от демократов, был убит прямо перед телевизи-онными камерами. Роль личности имеет большое значение для истории. Поскольку Юджин Маккарти больше не котировался, выбор демократов пал на старого либерала вице-президента Хуберта Хэмфри, который имел самое непосредственное отношение к вьетнамской политике президента Джонсона, а потому был дискредитирован в глазах многих либералов. В Чикаго состоялась большая демонстрация, протестовавшая против выдвижения его кандидатуры, но она была жестоко разогнана полицией. Все это плохо сказалась на предвыборных перспективах демократов. Надежный республиканский кандидат Ричард Никсон победил в подавляющем большинстве штатов, хотя его общий перевес над соперником был очень незначительным— 31,7 млн голосов против 31,2. Что произошло бы, не будь убийства Роберт Кеннеди? Никсон наверняка проиграл бы демократическому кандидату, да еще носящему прославлен-ную фамилию Кеннеди. И тогда не было бы эры Никсона, которая началась с международных успехов (таких, как установление отношений с Китаем), а закончилась громким домашним скандалом, получившим название «уотергейтского». 70-е годы стали для многих американцев беспокойным десятилетием в домашних делах и унизительным -в международных. Мечты Джонсона о новом обществе и американском лидерстве среди стран свободного мира, были вдребезги разбиты вьетнамской войной, которая полностью затмила все достижения его администрации, Так что же втянуло американцев и их лидеров в ту авантюру, которая стала трагедией как для Индокитая, так и для самих Соединенных Штатов? Первой и самой главной причиной было невежество, непонимание истинных причин вьетнамского конфликта, сведенного к простой формуле — это всего лишь отдельный эпизод глобальной борьбы свободного мира против коммунизма. Однако возникновение этой войны нельзя было объяснить только агрессией коммунистического Северного Вьетнама. Вьетконг являлся политической оппозицией Южного Вьетнама, выражавшей недовольство местным правящим режимом. Именно непонимание ситуации и привело к широкомасштабному вовлечению США во вьетнамский конфликт. Вера в то, что современные технологии и воздушные бомбардировки, вызвав огромные жертвы и разрушения, смо-гут сломить волю и способность северных вьетнамцев и вьетконговцев к сопротивлению, в конце концов оказалась иллюзорной. Сухопутным войскам тоже не удалось разгромить врага, всегда готового ответить ударом на удар. Военные эксперты ошибались в своих оптимистических прогнозах, а президент Джонсон, решив, что теперь затронут престиж Америки, счел невозможным признать поражение и отступить. После американизации вьетнамской войны и событий, произошедших во время праздника Тет, поддержка нежизнеспособного южновьетнамского правительства становилась все более проблематичной. США оказались втянуты в гражданскую войну, оказавшись лицом к лицу с решительным и жестоким врагом. В конце концов истощение людских и материальных ресурсов лишило американцев всякого желания продолжать войну за тысячи миль от дома, причем войну, которую невозможно выиграть.
<< | >>
Источник: Гренвилл Дж.. История XX века. Люди. События. Факты. 1999

Еще по теме ГЛАВА 61 СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ В 60-х ГОДАХ:

  1. 12.5.1. Соединенные Штаты Америки
  2. Соединенные Штаты: маленькие доставщики.
  3. ГЛАВА I ОБ ОСЯЗАНИИ, СОЕДИНЕННОМ С ОБОНЯНИЕМ
  4. ГЛАВА X О ВКУСЕ В СОЕДИНЕНИИ С ОСЯЗАНИЕМ
  5. 3 Штаты редакционных коллективов и авторский актив  газет
  6. ГЛАВА XII О ЗРЕНИИ В СОЕДИНЕНИИ С ОБОНЯНИЕМ, СЛУХОМ И ВКУСОМ
  7. ГЛАВА XI ОБЩИЕ СООБРАЖЕНИЯ О СОЕДИНЕНИИ ВСЕХ ПЯТИ ОЩУЩЕНИЙ
  8. ГЛАВА X ОБ ОДНОМ ТОЛЬКО ВКУСЕ И О ВКУСЕ В СОЕДИНЕНИИ С ОБОНЯНИЕМ И СЛУХОМ
  9. Положение вокруг Афганистана в 30-40-х годах. В 1933 г
  10. На втором-третьем годах жизни
  11.    Тайная канцелярия в 1730–1740-х годах