<<
>>

§ 13. Дополнительные и критические замечания

1. Въ помйщвнномъ выше обзорі можно замітить отсутствіе двухъ дисциплинъ, которыя должны быть причислены къ спеціаль- нымъ философскимъ дисциплинамъ, а именно: философіи математики и философіи язьїкознанія.
Пропускъ этихъ дисциплинъ оправдывается прежде всего тЬмъ обстоятельствомъ, что он4 только въ исключительныхъ случаяхъ являются особымъ предметомъ пре- подаванія въ уяиверситетахъ, тогда какъ всі упомянутыя нами науки регулярно входять въ систему университетскихъ ЧТ6НІЙ. То же можно сказать—и это служить нашимъ вторымъ оправдашемъ—- относительно литературы этихъ дисциплинъ: хотя въ проиэведе- ніяхь по логикі, теорій познанія и психологіи можно встретить много разсужденій, относящихся къ философіи математики и язьїкознанія, но спеціальний работы по этимъ предметамъ почти от- •сутствуютъ. Такимъ образомъ, въ И8вістномь смысле лишь случайный обстоятельства помішали намъ ввести въ кругъ нашего изслідованія эти дві, признаваемыя нами за философскія, дисциплины. Указываемые факты тімь боліє замечательны, что изслідованія по философіи математики и яэыкознашя принадлежать къ наиболіе раннимъ въ исторіи философіи. Уже Пиеагоръ по- ложилъ замечательное основаніе философіи математики, а Пла- тонъ въ своемъ «Кратилі»—философіи язьїкознанія. Кромі того, математика и язьїкознаніе принадлежать къ тімь спещальнымъ наукамъ, которыя одні И8ъ первыхъ отділились отъ философіи, и потому-то въ особенности слідовало бы ожидать, что именно эти дисциплины подвергнутся въ обширныхъ размірахь философскому изслідованію. Ниже мы приведемъ нікоторьія причины устано- вленнаго нами противорічія между ожидаемымъ и дійствитель- нымъ .положеніемь вещей.

2. Между спеціальними науками математика постольку является наиболіе общей, поскольку она находить себі наиболіе разностороннее приложеніе. Изъ всіхь свойствъ дійствительнаго, дан- наго, существующая, каковы: качество, интенсивность, пространственная и временная опреділевность, только одно, а именно качество, недоступно математическому изслідованію, тогда какъ всі остальныя допускають лриміненіе основного понятія математики—величины. Но, такъ какъ качественный изміненія, равно какъ пониманіе качества,, какъ члена въ ряду качествъ, ділаеть примінимимь и къ этому свойству сущаго понятіе величины и числа, то не существуешь никакой области фактовъ, къ которой математическая точка 8рінія была бы нринципіально неприменима. Возможность спеціальная приміненія математическая способа изслідованія къ данной области зависишь, правда, еще отъ тоя, можетъ ли количественный признакъ, повсюду присутствую- щій, получить боліє спеціальное опреділеніе, т. е. можетъ ли общее понятіе величины быть преобразовано въ боліє спеціальное понятіе числа, или изміряемой величины. Это всеобщее значеніе математики по отношенію къ спещальнымъ наукамъ, обеэпечиваю- щее ей, наряду съ логикой, характеръ формальной науки, объясняетъ, почему она заняла исключительное положеніе среди спещальныхъ наукъ и стоить рядомъ съ философіей вмісто того, чтобы стать пред- метомъ изслідованій послідней. Къ этому надр прибавить второе со- ображеніе. Логическая строгость, убедительность математическихъ построеній сделали математику со времени появденія новой философіи образцомъ, на приближеніе къ которому должны быть направлены всі научныя стремленія; и не разъ делались серьезныя попытки построенія философіи по образцу математики, съ цілью придать ей всеобщность и необходимость последней.

Это явленіе также послужило препятствіемь для развитія безпристрастной и объективной философіи математики. Наконецъ, въ-третьихъ, гносеологически и логическія изслЄдованія о матеріальньїхь и формаль- ныхъ предпосылкахъ науки, изслЄдованія, представляющія почти единственную задачу философіи по отношенію къ математике, являются сравнительно недавно. Достоверность математическигь истинъ становится проблемой только со временъ Юма. и Канта, а логика математики появляется еще значительно позже.

3. Иначе обстоишь дЄло съ явыкознатемъ. ЗдЄсь логика, прежде всего, могла считаться дисциплиной, долженствующей служить дополненіемь этой спеціальной науки. Позже, когда различіе между обеими дисциплинами было достаточно доказано, психологія ваяла на себя задачу быть философскимъ дополнешемъ язьїкознанія и имела такой успехъ, что современный попытки философіи язьїкознанія носять, почти безъ исключенія, психологическій характеръ. Рядомъ съ индивидуальной психологіей, изучающей особенно рав- витіе языка, у ребенка, выросла цілая психологія народовъ (Yolkerpsychologie), обратившая спеціальное вннманіе на явленіе яэыка и поставившая себЄ, между прочимъ, задачею свести про- цессъ его развитія къ общимъ психологическимъ условіямь, дій- ствующимъ въ исторіи человечества, и, рядомъ съ эТимъ, ответить на часто обсуждавшійся вопросъ о происхожденія языка (ср. Wundt. «Volkerpsychologle. I. «Die Sprache*. 2 Thle. 1900). Но, такъ какъ мы придерживаемся того мнінія, что эмпирическая психологія уже приняла характеръ спеціальной науки и вскоре должна проявить это и внешнимъ образомъ, то мы не можемъ и въ этомъ психологическомъ обьясненіи явленія языка видіть философію язьїкознанія въ собственномъ смысле. На самомъ ділі язьїкознаніе по своему содержанію не представляете для философіи никакой новой проблемы, кроме уже указаннаго отношенія ея къ психологіи, такъ что философская психологія, собственно говоря, удовлетворяла бы всімь требовашямъ, могущимъ быть предъявлен- ными къ философіи Я8ыка. Но рядомъ съ содвржаніемь языкозна- нія его форма также можетъ привлечь къ себі философское мы- шленіе: методы, употребляемые филологіей въ общемъ смысл! этого слова, представляють своеобразный объектъ логическихъ изслідо- ваній. Но вдумчивые представители филоюгіи уже выяснили, что ихъ наука есть лишь одна изъ вспомогательныхъ дисциплинъ исторіи. Въ самомъ ділі, то толкованіе и та критика источниковъ, которыми долженъ заниматься историкъ, предполагаютъ точное знаніе формъ и развитія яэыка. Къ этому надо прибавить, что и языкъ, подобно искусству, праву и даже религіи, сталъ объектомъ историческихъ изслідованій. Поэтому философія исторіи представляете истинное философское дополненіе философіи языка. Приведенный соображенія объясняютъ, почему философія языка не получила до сихъ поръ широкаго развитія; они заставляють насъ предполагать, что и въ будущемъ діло не изменится.

То обстоятельство, что исторію философіи мы не ввели въ кругъ нашего изслідованія, не нувдается ни въ какомъ особомъ оправданій. Мы естественно при8наемъ ее входящей въ составъ общей исторической науки, а именно того ея отділа, который завідуєте исторіей наукъ.

4. Къ поміщенньїмь выше дополнительнымъ замічаніямь мы прибавимъ нісколько критическихъ. Сділанньїй въ этой главі обзоръ философскихъ дисциплинъ явится для безпристрастнаго читателя подтвервденіемь сомнінія, выскаданнаго нами въ §§ 2 и 3 по поводу обычнаго опреділенія и разділенія философіи. Опъ съ очевидностью показалъ неоднородность наукъ, трактуемыхъ подъ общимъ именемъ философіи. Мы встрічаемь здісь и метафизику съ ея задачей—быть умозрительнымъ дополненіемь добытыхъ спеціальними науками познаній, и теорію научнаго познанія (науко- словіе, или науковідініе, Wissenschaftslehre), которая въ своихъ обіихь формахъ—гносеологіи и логики—устанавливаете и подвергаете критикі наиболіе общее содержаніе и наиболіе общія формы всякаго научнаго мьипленія. Съ другой стороны, философія природы и философская психологія представляють изслідованіе боліє спеціальньїхь областей въ ихъ отношеніи къ указаннымъ выше наиболіе общимъ философскимъ дисциплинамъ. Наконецъ, этика, эстетика, эмпирическая психологія, соціологія являются спеціальними науками, постепенно дорабатывающимися до самостоятель- ности. Можно ли все это назвать философіей? Такое положеніе діла заставляете насъ съ новой и усиленной знергіей искать опредЄленія философіи, отличающагося отъ обычныгь опреділеній, и, соответственно этому, набросать иное равділеніе ея области. Эта задача исполнена нами въ главі IV, къ которой мы и отсы- лаемъ читателя.

<< | >>
Источник: Кюльпе Освальд. Введение в философию: Пер. с нем. / Под ред. С. Л. Франка. Вст. ст.. И. В. Журавлева. Изд. 3-е, доп. — М.: Издательство ЛКИ. — 384 с. (Из наследия мировой философской мысли: история философии.). 2007

Еще по теме § 13. Дополнительные и критические замечания:

  1. Критические замечания
  2. Критические замечания в адрес позитивистов
  3. Дополнительные замечания
  4. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ И ССЫЛКИ
  5. КРИТИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ К "ОСНОВНЫМ ПОЛОЖЕНИЯМ ФИЛОСОФИИ БУДУЩЕГО"
  6. ТРАКТАТ О ЖИВОТНЫХ, В КОТОРОМ ПОСЛЕ КРИТИЧЕСКИХ ЗАМЕЧАНИЙ ОТНОСИТЕЛЬНО ВЗГЛЯДОВ ДЕКАРТА И Г-НА ДЕ БЮФФОНА ДЕЛАЕТСЯ ПОПЫТКА ОБЪЯСНИТЬ ГЛАВНЫЕ СПОСОБНОСТИ ЖИВОТНЫХ
  7. Нейтрализация замечаний собеседника, природа замечаний
  8. Критическое раскрытие трещины
  9. Хаусман и критический реализм
  10. §14 (70). Критическая метафизика Гербарт.
  11. КРИТИЧЕСКОЕ ОБСУЖДЕНИЕ ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМА
  12. 3.4. Критический реализм Ж. Маритена